6
6
Замок виднелся через макушки деревьев где-то вдалеке, но не так чтобы на большом расстоянии, однако ещё раз просить переместиться я не стала – нас могло и вернуть. Вместо этого я загадала:
— Хочу бумагу и ручку!
Передо мной на землю упал рулон мятой серой бумаги, подозрительно напоминающей дешёвую туалетную, и тяжёлая металлическая дверная ручка.
Мой стон вместил всю горечь вселенной!
— Мне кажется, они издеваются, – подозрительно сообщил Антон Палыч. – Может мне их погрызть?
— Даже не думай! – категорично отрезала я, вмиг посерьёзнев. – Ты здесь меня понимаешь, так что если тронешь эти туфли – пощады не жди. Превращу в попугая. Мы и так с этой обувью не можем найти общий язык, а если ты их попортишь, вдруг у них окончательно настройки собьются?
— Ла-адно, – нехотя согласился пёс, отворачиваясь и словно обиженно отходя на пару шагов в сторону. – Сама с ними разбирайся!
Ну я и принялась. В этот раз я решила сформулировать запрос как можно более чётко:
— Я хочу, чтобы у меня в руках оказался лист писчей бумаги и пишущая ручка.
Со второй попытки получилось, и я даже почувствовала себя великой укротительницей строптивых шпилек! Правда, хвалить себя мне было некогда, поэтому я торопливо на коленке наскребла: «Ушла на инспекцию владений. Надолго. Жить приказываю по утверждённому распорядку. Вернусь – проверю! Великая Волшебница Эсмеральда»
Довольная собой, я скомандовала:
— Желаю доставить эту записку дворецкому Кристального Замка лично в руки!
После чего исписанная бумага из моих рук испарилась. Мне оставалось только надеяться, что она попала к адресату, а не чёрт знает куда. И что он последует моим указаниям, хотя сейчас я уже сомневалась, что когда-нибудь вернусь обратно в этот замок. Проще было сбежать куда подальше, чем отвоёвывать имущество у более опытной волшебницы. Я-то нигде не пропаду.
— Можно выдвигаться! – скомандовала я в необоснованно приподнятом настроении.
— И куда? – задал резонный вопрос мой пёс.
Задачка оказалась интересной. Я не только не подозревала, куда хочу попасть, но даже не знала, а куда вообще можно. И, главное, куда стоит соваться.
Поразмыслив, я пришла к самому надёжному выводу и потребовала:
— Хочу увидеть дорогу до места, где я могу надёжно укрыться от Виолетты и всех, кто желает заполучить мои волшебные туфли!
Не произошло решительно ничего, и мне как-то стало не по себе. Аж озноб по спине прокатился, но я не стала унывать и скорректировать запрос:
— Хочу увидеть дорогу до того, кто поможет мне выбраться из этой ситуации целой и невредимой!
В этот раз, на моё счастье, трава начала приминаться, расступаться в стороны, словно показывая нужную тропинку. В целом, уже что-то, но ненасытная я замешкалась и рискнула расширить желание:
— А можно мощёную? Плиточка там, брусчатка? Вам же самим не понравится, если каблуками буду в землю уходить.
Видимо, обрисованная перспектива возымела эффект – узенькая лесная тропка тут же превратилась в полуметровую дорогу из жёлтого кирпича, по которой я могла идти с комфортом и не боясь заблудиться. К тому же у неё обнаружилась приятная особенность – через пару метров позади меня она оперативно исчезала, не оставляя следов для слежки.
— Вот за это спасибо! – довольно подытожила я, и мы с Антон Палычем отправились по заданному пути.
— Прямо как в сказке! – воодушевлённо заметил пёс, вышагивая рядом со мной.
— Главное, чтобы по пути сказочных неприятностей не нашлось, – пробормотала я немного недовольно. – А то я конечно уже плохо помню все эти детские книжки, но там вечно то людоед выскочит, то и разбойники, то олень какой. Надеюсь, нас проведут безопасным маршрутом.
Дорога очень старалась идти прямо, но из-за деревьев постоянно вилась словно пьяная. Впрочем, я не жаловалась: кирпичики лежали один к одному, между ними даже не было тех противных щелей, в которых обычно попадают каблуки между плитками. Туфельки явно о себе позаботились!
Я думала, что путешествие затянется на пару дней, и уже прикидывала, что закажу своим исполнителям желаний на обед, как вдруг дорога вышла прямиком на какого-то человека. Обычно все препятствия жёлтые кирпичи обходили, а тут кто-то стоял прямо на них.
Стоял и не двигался.