69

69

До моста через Мигунью мы шли полтора дня, особо не торопясь. Лаврик всё пытался вспомнить нечто вот то самое, а Антон Палыч и Цим ему помогали. Цим, видимо, потому что это было проще, чем попытаться решить собственную проблему.

Темир просто держал меня за руку и вёл вперёд. Мы ни о чём не говорили, но тишина между нами стояла удивительно уютная. По крайней мере мне так казалось.

Возле нужного нам моста не нашлось никого. Как минимум на просматриваемом участке. Но, к сожалению, участок этот уходил за горизонт – мост стоял на открытой местности. По пути даже укрыться было негде, если на нас нападут.

— Вообще так-то по портретам ни меня, ни Антон Палыча узнать не должны, – успокаивалась я, пока мы готовились к переходу. – Да и ищут нас двоих, а тут вон какая компания…

— …подозрительная, – дополнил Цим по существу.

И, к сожалению, был прав.

Вышли мы не торопясь, держась наготове на случай, если сейчас кто-то вылетит и начнёт меня хватать. Я должна была пожелать, чтобы у обезьян отсохли лапы, Темир придерживал рукоять меча, остальные планировали отбиваться по обстоятельствам.

Мигунья оказалась пусть и не глубокой, но довольно широкой и быстрой, с каменистым дном. Впрочем, вброд её всё равно перейти бы не удалось. Чем ближе казался мост, тем увереннее мы становились. Почему-то считалось, что если нас не поймали сразу, то дальше-то и смысла нет.

Чёрные тени вдалеке мелькнули, когда мы оказались на середине моста. Мы не то что сбежать – моргнуть не успели, когда они резко приблизились. Я уже пригнулась и открыла рот, чтобы отбиваться, но всё пошло не так.

Меня не схватили, а сбросили с моста прямо в бурное течение. Ухнув под воду с головой, я обрадовалась только тому, что успела закрыть рот. Дно оказалось не далеко, но, к счастью, о камни я не приложилась. Достав до него, я оттолкнулась и каким-то чудом погребла вверх.

Больше всего я почему-то боялась не за себя, а за то, что потеряю свои шпильки. Я ведь даже не могла приказать им держаться на мне.

— Эсми! – услышала я знакомый голос, как только вынырнула.

И, как назло, в этот момент у меня слетела одна туфля.

— Чёрт! – выругалась я и попыталась нырнуть за ней обратно.

— Держись! – потребовал Цим, подплыв под меня и не давая опуститься.

— Там туфелька! Слетела! – истерично заявила я.

Тут же я услышала всплеск и через несколько секунд рядом со мной, держа мою регалию в зубах, выплыл Антон Палыч. Сказать он ничего не мог, но во взгляде его читалось всё, что он думает про мой инстинкт самосохранения.

Несмотря на бурное течение, на берег мы кое-как выгребли. Мокрые насквозь, но одна туфля осталась на мне, а вторую я поспешно натянула. И вот тут, наконец, мой пёс высказался, бурля от возмущения:

— Вас бы с Цимом сложить да поделить и получился бы адекватный человек! Один комара боится, вторая жизнью рискует ради обуви.

— Это не просто обувь – это, в общем-то, моя жизнь здесь и есть, – педантично поправила я, убирая мокрые волосы с лица. Хорошо ещё в косу заплела, но и то вылезло всё. – Если я лишусь магии, то помру под ближайшим кустом. А Цим сегодня вообще молодец – прыгнул же меня спасать, хотя воду не любит.

— Я просто прыгнул, – смущённо заявил мой спаситель. – Потому что мокрый лев лучше, чем мёртвый лев. А ты по дороге попалась.

— Геройство начинается с малого, – безапелляционно заявила я. – В следующий раз уже осознанно спасёшь!

Мне казалось, Цим побелел от одной только мысли, что меня придётся ещё раз спасать. Сейчас, конечно, было не до психологических сеансов, поэтому я оставила его с его проблемами и перешла к другому:

— Интересно, что с остальными? Всё ли в порядке?

Антон Палыч и Цим переглянулись, словно не зная, говорить мне или не говорить.

— Что?! – тут же потребовала я ответа, напугавшись до чёртиков.

— В общем… у нас тут… форсмажор, – уклончиво заявил пёс, и я честное слово чуть его не треснула.

— Если сейчас окажется, что всё хорошо, а вы меня просто так накрутили… – начала я, но лев прервал и сообщил:

— Да не хорошо, Эсми. Надеюсь, все живы, но эти макаки схватили и унесли Темира. Сомневаюсь, что у него получилось отбиться по дороге – его там держали за обе руки и обе ноги.