9

9

Вопроса, хочу ли я целовать малознакомого мужчину, у меня даже не стояло. Такого я могла и поцеловать, уж больно он мне понравился. К тому же сердце билось с лёгким волнением, как от внезапной влюблённости. Поэтому я без раздумий решила попробовать, а там, в зависимости от впечатлений, уже определиться, стоит повторять или нет.

Подошла я довольно уверенно, вновь положила ладони на шлем, который стремительно начал растворяться. Стоило Темиру немного прийти в себя и повернуть в мою сторону голову, как я проявила инициативу.

Его губы оказались горячими и нежными, рот призывно приоткрылся, словно заманивая меня. От жаркого поцелуя, у меня закружилась голова, и горячая большая ладонь на талии пришлась весьма кстати. К счастью, притянули меня не к холодным доспехам, а к гладкой ткани рубашки, через которую явственно чувствовалось тепло мужского тела.

Оторвались мы друг от друга с явным сожалением, но мой желудок слишком громко заурчал. Впрочем, какое-то время я его успешно игнорировала и пыталась отдышаться в объятиях Темира, заворожённо глядя на мужчину. Происходящее было совершенно нереальным! Знала бы я, что такие ощущения бывают, перецеловала бы на пробу всех симпатичных холостяков, а не ушла в работу с головой после третьего козла.

— Благодарю за спасение, Эсми, – наконец, чинно сообщил Темир. – Ты даже не представляешь, как это прекрасно снова чувствовать возможность двигать руками и ногами.

Судя по тому, что я ощущала бедром, в себя пришли не только руки и ноги, но и другие части тела, но я тактично не стала акцентировать на этом внимание.

— Очень рада помочь! – искренне ответила я и поспешно добавила: – Правда, не уверена, что эффект продлиться долго.

— Ты не возражаешь, если я буду тебя сопровождать? – тут же предложил Темир и поспешно добавил: – Хотя бы некоторое время.

В этот момент я собрала всю свою волю в кулак, и отступила на шаг. Освобождаться из уверенных мужских объятий оказалось ужасно неприятно, но мне требовался более трезвый взгляд на вещи. Им я сразу заметила, что меч вместе с доспехами не пропал, а остался висеть в ножнах на поясе у хозяина. Расчёт Антона Палыча оправдался, но стоило уточнить:

— Ты рыцарь?

— Не могу утверждать, – развёл руками Темир. – В памяти словно чёрная дыра. Возможно, я простой наёмник или стражник.

— Хоть меч-то в руках держать умеешь? – уточнила я более скептично и окинула взглядом чужую мускулатуру.

Нет, вообще там всё было как надо. Пресс виднелся даже через рубашку, в подвёрнутых рукавах – мощные накачанные руки. Да и на такое плечо я бы не побоялась опереться. Но хотелось как-то представлять, кого именно я беру с собой в дорогу, чтобы не ждать невозможного в критичный момент.

— Сейчас проверим, – спокойно решил Темир, потянувшись к ножнам, и попросил меня: – Отойдёшь немного?

На всякий случай я спряталась за ближайшим деревом. Я мечи в принципе видела только в музеях и на картинках, но вот непрофессионалов знавала изрядно, поэтому решила себя поберечь.

Однако, вопреки опасениям, как держать меч мой будущий спутник помнил прекрасно. Пусть перед ним сейчас не было ни противника, ни какого-нибудь тренировочного манекена, но я и без этого видела, как мастерски он крутит этой огромной страшной железякой. Совсем не как хиленький наёмник или простой стражник – я уверилась, что мне попался целый настоящий рыцарь, и туфелькам была благодарна.

Надо сказать его движения завораживали. Кто-то мудрый заметил, что можно бесконечно смотреть на огонь, воду и чужую работу. Мастерство меча, видимо, относилось к чужой работе, поэтому я залюбовалась.

Долго, правда, мне смотреть не дали – желудок вновь заурчал, намекая, что стоит озвучить своё решение как-то поживее и перейти к главному. То есть к обеду.