Глава 24

Утро принесло сразу несколько открытий. Во-первых, никаким букетом, естественно, Шарлотта в меня не бросала. А вот тряпка и впрямь была – бедная девушка пыталась сбить жар у непокорной хозяйки. Вместо того, чтобы лежать и принимать целительские процедуры, на которые была способна Лотта, я металась по кровати, кого-то звала и отшвыривала от себя все, что попадало в радиус размаха моих рук. Выбила склянку со снадобьем, намотала на ладонь злополучную тряпку, призванную охладить мой лоб. Чудила, в общем, так, будто я не заболела, а пересидела в компании горячительных напитков. Во-вторых, целителя в гарнизоне все-таки отыскали, и он даже успел меня осмотреть. Жить буду, ничего ужасного со мной не произошло, простая простуда. Удивительно, что подхватила я ее только сейчас. С момента приезда в приграничный городок, мне как-то не удавалось тщательно следить за тем, чтобы я была одета по погоде. Да и погода была, мягко говоря, крайне переменчивая. Но главным открытием была огромная корзина, которую Шарлотта с трудом удерживала двумя руками. Судя по румянцу на ее щеках, девушку так и распирало рассказать ей историю появления щедрого дара, так что я решила ей не мешать и обратилась в слух: – Целителя-то сам генерал Рейс притащил, клянусь, прям как был в ночной рубашке, так и явился! Только плащ меховой набросил да ноги в сапоги сунул! Эх, и бранился, да разве ж против генерала попрешь! – А Рейс что? – хихикнула я, представляя, как тащит в ночи по сугробам генерал незнакомого мужчину в ночном колпаке. – А он только глянул на бедолагу, – покачала головой Лотта, – тот и притих сразу. Потом уже ругаться принялся, что вы-де сама леди Раньер, род знатный, к королю приближенный, а целитель тут спорить изволит. Тот мигом стушевался и бросился вас растирками тереть да микстурами потчевать. – А вот этого я не помню, – пробормотала я. – Надеюсь, Рейс при этом не присутствовал? – Что вы, леди Раньер! – возмутилась девушка. – Нет, конечно, генерал – мужчина хоть и видный, о нем все девушки тут мечтают, да только ни единого раза ничью честь не скомпрометировал и слухов из-за него ни об одной девушке не ходило. – Тебя послушать, так он жил в монашеском воздержании. А слухи и без него, судя по всему, разошлись. Интересно, от кого? – Так девушки же, – хихикнула Шарлотта. – Не монахом, конечно, но и не сплетничает потом. Но говорят, что он… – Все, Лотта, оставь эти знания при себе, – поморщилась я. Я поймала себя на мысли, что слушать о похождениях Дарриона мне… неприятно. Как будто приходится делить его с другой. И мне это не нравилось хотя бы потому, что я решительно не собиралась ревновать того, кого едва знаю. Особенно грубого генерала, который, судя по всему, будил целителя исключительно из уважения к моей фамилии и… Вот черт! Только сейчас я поняла, он говорил ведь что-то про Мариуса, но я тогда не зацепилась за его слова. А ведь они с лордом Раньер определенно были знакомы! И я просто обязана была выпытать, что такого между ними произошло. Что-то мне подсказывало, что что-то случилось, от чего при упоминании моего супруга Рейс морщится и меняет тему разговора. – Корзину тоже он притащил? – догадалась я. – Ну да, – девушка засуетилась, пытаясь уместить огромное подношение на крохотную тумбочку. Корзина умещаться не желала, опасно кренясь то в одну, то в другую сторону. – Давай сюда, – разрешила я, усаживаясь в подушки. – Что там принес нам гостеприимный генерал? Зелья или что-нибудь вкусненькое? Оказалось, что генерал принес все. И штук десять всевозможных склянок с зельями и растирками, в которых, я надеялась, разберется Лотта. И какие-то незнакомые сладости, и вяленое мясо, и сушеные абрикосы, явно откуда-то привезенные, ведь здесь не бывает лета… – Знаете, леди Раньер, – тихо сказала вдруг Лотта, разглядывая подарки. – Только не сердитесь. Мне кажется, что генерал Рейс к вам неравнодушен. – Или к моей фамилии, – вздохнула я, прекрасно понимая, что просто так Даррион ничего не делает. – Он ничего не говорил больше? – Обещал зайти вечером, – мечтательно протянула девушка. – Навестить… Навестить, значит? Ладно, генерал, навещайте. Вот только Дарриону явно неизвестно, что хороший журналист работает даже на больничной койке. А значит, сегодня вечером он даст мне интервью, чего бы мне это не стоило. И я выпытаю у него ответы на все вопросы, которые не дают мне спокойно спать!