25. Испытания леса

Мы вошли в лес, словно в незнакомое царство. Не крадучись, не прячась, но осторожно и тихо, как и положено чужакам и незваным гостям. Воздух в чаще был свежим, насыщенным запахом хвои и влажной земли. Свет, пробивавшийся сквозь кроны, казался изумрудным, словно пропущенным сквозь бутылочное стекло. Первые шаги дались легко — тропа под ногами была расчищенной, широкой, гостеприимной. Но чем глубже мы погружались в лес, тем больше он менялся. Деревья сдвигались ближе, касаясь друг друга ветвями. Тропа становилась все более узкой и едва заметной. Того и гляди, исчезнет совсем. — Держитесь ближе ко мне, — бросил Блэйк. Его голос звучал приглушенно, будто лес впитывал каждый звук. Перед выходом из экипажа Блэйк накинул длинный кожаный плащ, который я видела на нем в самую первую нашу встречу. Через плечо была переброшена дорожная сумка. Что в ней — магические принадлежности? Провизия? Я надеялась, там нашлось место и чему-то, что сможет вывести нас из чащи, если мы заблудимся. Лес словно подслушивал мои тревожные мысли — уже через несколько минут тропа раздвоилась. — Влево или вправо? — спросила я, оглядывая обе дороги. Они выглядели одинаково — узкие, заросшие папоротником, уводящие в полумрак под сенью деревьев. Блэйк помедлил с ответом. — Влево. Я надеялась, что в нем говорит некое магическое чутье. Если и так, оно его подвело. Через сотню шагов тропа внезапно оборвалась перед глубоким оврагом, затянутым колючим кустарником. — Идем обратно, — вздохнул Блэйк. Но вернувшись к развилке вместе с ним, я обнаружила, что одна из троп… раздвоилась. Теперь передо мной было три пути. — Лес играет с нами, — пробормотала я, проводя пальцами по стволу ближайшего дерева. Оно было теплым, как живое. Может, дриады обитали и здесь? — Сильваны не любят гостей, — хмуро сказал Блэйк. — Они проверяют нас. Хотят понять, достойны ли мы пройти дальше. Недолго думая, мы выбрали среднюю тропу. Она долго петляла меж деревьев, пока не вывела нас к болоту. Вода в нем была черной, покрытой пленкой из мертвых листьев, а из глубины доносилось тихое бульканье, будто что-то двигалось под поверхностью. Я и не подозревала, что едва не угодила в трясину, пока земля под ногами не стала подозрительно мягкой и топкой. Когда я по инерции попыталась шагнуть вперед, Блэйк схватил меня за руку. Его пальцы сжались вокруг моего запястья — твердо, но безболезненно. По спине пробежали мурашки. — Там трясина, — отводя взгляд, сказал Блэйк. Должно быть, подсказало его особое зрение. — Спасибо, — прошептала я. Он лишь кивнул. Но отпустил мою руку не сразу. Чем дольше мы шли, тем гуще становился лес. Ветви сплетались над головой, образуя живой свод. Корни то тут, то там, выныривали из земли, словно пытаясь схватить нас за ноги. Кинжалом с узким лезвием, которым снабдил меня Блэйк, я начала делать зарубки на стволах — маленькие, аккуратные, чтобы не навредить деревьям. Но когда мы в пятый раз прошли мимо одного и того же дуба, я поняла: лес залечивает их, словно время — неглубокие раны. — Он водит нас по кругу, — сказала я, касаясь свежей коры там, где час назад оставила отметину. — Адалин! Я обернулась. Пространство между мной и Блэйком начало стремительно зарастать. Ветви стремительно переплетались, словно живые, движущиеся стены. Они смыкались вокруг меня. Древесная ловушка становилась все тесней. Ветви закрыли собой небо и спрятали Блэйка от меня. Пути назад не было тоже. Сердце заколотилось быстрее. Они же похоронят меня заживо! Я крепче сжала в руках кинжал. Замахнулась, чтобы отсечь надвигающиеся на меня ветви, но вдруг почувствовала, как они… дрогнули. Страх перед сталью. Боязнь боли. Не знаю, как, но я ощутила все это, будто они были людьми, и эмоции отражались в их взглядах. Этот лес… Он и впрямь живой. Кинжал выпал у меня из рук. Я подалась к ветвям, коснулась их кончиками пальцев. Почувствовала нечто, сродни пульсу или сердцебиению. — Мы не хотим вредить вам, — прошептала я. — Пропустите нас. Пожалуйста. Движение смыкающихся вокруг меня стен замедлилось, а после остановилось. Ветви медленно раздвинулись, словно их в стороны развели невидимые руки. Передо мной возник Блэйка. В его темных глазах, устремленных на меня, читалось одобрение. — Ты не поддалась страху и жажде освобождения, — тихо сказал он. — Хорошо. Я не успела ответить — плющ, который до этого мирно вился по стволу, вдруг ожил. Зеленые щупальца обвили мои лодыжки, сковывая движение. Стоило мне инстинктивно дернуться, как плющ начал тянуть меня вниз, к земле. Я вскрикнула, задергалась сильнее, пытаясь освободиться, но побеги лишь сжались туже. Блэйк бросился ко мне. Однако вместо того, чтобы схватить кинжал, который я выронила на землю, и обрубить плющ, он сел на землю, коснулся плюща ладонью и влил в него поток света. Мою ногу окутало теплом, и плющ медленно, неохотно ослабил хватку. А потом и вовсе выпустил меня. Вероятно, именно так Блэйк выбрался из своей древесной ловушки. Он будто говорил с лесом на языке, который тот могли понять. — Лес не враг нам, — пробормотал Блэйк, поднимаясь. — Он просто защищается. — Надеюсь, он уже успел понять, что мы ему тоже не враги, — вздохнула я. Если бы все было так просто… Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем воздух в чаще наполнился сладким, дурманящим ароматом. Цветы, растущие у тропы, раскрыли свои яркие венчики, и с каждым вдохом в голове становилось все тяжелее. — Проклятье, это сонные цветы! — встревоженно воскликнул Блэйк. — Я слышал о них — их аромат усыпляет путников… — Значит… Не... дышать... — с трудом выдавила я. Однако веки уже наливались свинцом. Блэйк схватил меня за плечи. — Держитесь! Его голос звучал как сквозь вату. Блэйк говорил что-то еще — я видела, как его губы шевелятся, но слова уже не доходили до моего сознания. Мир поплыл перед глазами. Последнее, что я почувствовала, — его руки, подхватывающие меня. А потом я провалилась в темноту.