Глава 25

Лорд Эйдел Дрэймурт

Доставив своё сокровище в целости и сохранности домой, черноволосый дракон, проявляя чудеса выдержки, всего лишь чинно поцеловал руку Айрин, пусть вся его сущность требовала совершенно другой близости, но под взглядами Баймура и леди Орелии, это было недопустимо… ладно, ещё Баймур, отвернулся бы в случае чего, но растерянная и прибитая последними событиями рыжеволосая девушка, вряд ли бы поняла, да и так делиться своим счастьем при ней… некрасиво как-то.

Подождав, когда его светловолосое счастье скроется за дверью, Эйдел накинул на дверь дополнительные плетения защитных заклинаний, которые не дадут переступить порог дома никому, если хозяйка владений будет против, да и он почувствует, если к его любимой вздумай кто без должной вежливости и уважения нагрянуть… тогда плевать на всё — стрелой рванёт в небо на помощь своей истинной паре.

Баймур также не остался в стороне от обеспечения безопасности Айрин и, словно воришка, тихо поскрипывая снегом, двинулся вокруг дома, опутывая защитными плетениями все окна, чтобы ни один гад венценосный не пробрался!

— Слушай, Эйд, может в бездну это торжество? — тревогой был наполнен и янтарный взор младшего Дрэймурта и его голос. — Хватай Айрин, и как только портальная станция заработает, перемещайтесь в Эстрию, а там в первом же Храме клятвы принесёте и в горах на пару лет схоронитесь, пока это чучело соломенное не успокоится… или на спину закидывай и куда к утру успеете долететь, там в первом же Храме клятвы и принесёте!

— Бай, ты сейчас о будущем Императоре говоришь, — ухмыльнулся Эйдел, но и в его прозрачных глазах поселилась тень тревоги.

— Да не быть ему Императором, это уже ясно, если не женится на истинной паре, то наследников у него не будет, соответственно, и престола ему не видать…

— Он не женится на моей Айрин! — рыкнул Эйдел так сильно, что тяжёлый экипаж едва не подпрыгнул на укатанной дороге, а лошади испуганно заржали, да и кучер выражений ругательных не сдержал.

— Конечно, не жениться, ты только не рычи так, совсем жуткий становишься, — по-братски хлопнул по плечу белобрысая ящерка черноволосую, — хорошо хоть Айри тебя не видит сейчас, а то со страху бы унеслась бы на другой конец Империи, — явно издевался над своим братом, произнёс последнюю фразу Баймур.

— Айрин меня любит, никуда она от меня не убежит! — заявил старший из двух братьев Дрэймурт с полной уверенностью в своих чувствах и чувствах своей избранницы, да истинной вязью ещё разок украдкой полюбовался.

По сути, этот вечер был сплошным испытанием для лорда Эйдела. С того момента, как он заехал за Айрин и увидел её, словно волшебное видение, держать на коротком поводке все всколыхнувшиеся желания стало невероятно сложно, а когда он заметил в волосах своей прелести ту самую снежинку, безделушку, которую они приобрели на площади, и созвучная пара которой красовалась на его груди, то мужчина проклял этот день, отделяющий его от Храма и его истинной пары. Ведь это недорогое украшение, лучше всяких слов говорило об отношении Айрин к нему, и ему было безумно приятно, и какие-то новые, нежные и трепетные чувства всколыхнулись в его груди, заставляя дракона внутри довольно жмуриться и чуть ли не урчать от счастья.

Эйделу хотелось схватить Айрин и утащить… в спальню, сорвать к бездне это платье, которое лишь разжигало мужское желание, заставляя мучиться от невозможности воплотить свои фантазии в жизнь… но его помолвочное кольцо, сверкающее на пальце Айри, давало ему хоть какой-то простор для манёвра, в рамках допустимого обществом, естественно, он не станет бросать и малейшую тень на её имя… ему-то плевать на все эти шепотки и пересуды, а вот свою любимую он убережёт от всего. Поэтому и не отходил он от неё ни на шаг, прикасаясь при малейшей возможности и испытывая чистый восторг, когда сияющий любовь взгляд его светловолосой красавицы задерживался на нём…

— Эйд! Ты меня слышишь, вообще? — пробился недовольный голос Баймура в его светлые размышления.

— Что? — раздражённо отозвался он. Мечтать о первой брачной ночи было куда приятнее, чем любоваться понимающе ухмыляющимся младшим братом. Что он там говорил? Собирается попутешествовать по просторам Империи? Скорее бы! Хоть немного отдохнуть даст от своего общества!

— Я спрашивал, есть ли вероятность, что наши кристаллы могли не сработать и артефакты оказались пустышками?

— Нет, это невозможно. За качество головой ручаюсь. Я сейчас соберу все бумаги и во дворец вернусь, этот вопрос требует незамедлительного решения и поговорить мне с Арнитаром наедине нужно… — сжались кулаки мужчины до побелевших костяшек, едва он вспомнил, каким взглядом пожирал его сокровище наследный принц Империи, хотя, возможно, не такой уж и наследный… и он готов был вызвать его на поединок чести… единственное, что останавливало Эйдела, так это понимание, что после такого поступка всем эстрийцам придётся несладко, у князя проблем добавится, а его, скорее всего, тут же за решётку упекут после победы и прирежут по-тихому… В своей победе дракон из рода Дрэймурт не сомневался ни секунды, он бы отстаивал своё право на счастье, а в таких поединках не проигрывают…

— Ты сумасшедший? Я больше чем уверен, что всё, что сказали Айрин и этот магистр, который немного не в себе, правда, и что род Эльтари очень умело смещают с правления по-тихому, без кровопролитного противостояния… а ты, тот, кого связал Артефакт с истинной Арнитара, способной подарить ему наследника и подтвердить его право на престол сейчас добровольно сунешься туда? Да тебя твой друг в подвалы засунет, ключ выбросит и дорогу забудет! А потом на Айрин женится! — раздражённо зашипел Баймур, явно не одобряя такого решения. — Который раз говорю, хватай Айрин и в Эстрию!

— Чтобы армия Эльритара через несколько часов была у границ княжества? Нет, это нельзя допустить!

— С огнём играешь, брат, так что я с тобой!

Двое достойных представителей драконьего рода рассвет встретили, зарывшись в бумаги в кабинете Эйдела, собирая в папки все отчёты о поставках эстрийских кристаллов за последние пять лет… может, и за больший срок надо было бы, но и этого должно хватить. Вряд ли Арнитар будет в них углубляться, а Эйделу нужен был всего лишь повод.

Во дворец домчались быстро, и без лишней суеты просочились к кабинету Его Императорского Высочества Арнитара, возле которого наблюдалось необычайное оживление: стража, военные, люди в неприметных камзолах и с незапоминающимися лицами, явно из Тайной Канцелярии, то и дело сновали в кабинет и обратно, в полнейшей тишине и с сумрачными лицами. С бумагами наперевес и с озабоченными лицами благородные представители рода Дрэймурт без труда и лишних вопросов влились в этот человеческий поток и оказались в кабинете, лишь Баймур тяжело вздохнул, явно сетуя на беспечность стражников.

— О, Эйдел, отлично, что ты появился, я как раз собирался за тобой посылать, присядь, — приглашающим жестом указал на стул уставший наследник, на лице которого были все признаки бессонной ночи: залёгшие тени под глазами, потерявшие сияние золотые волосы, обозначившиеся морщины на лбу и глаза, глаза бесконечно уставшего человека… если бы проблема не касалась лично Эйдела, он бы даже посочувствовал другу, а так лишь молча занял предложенное место.

Арнитар собственноручно выставил всех за дверь, гаркнул, чтобы принесли кофе и чем крепче, тем лучше, а когда его распоряжение было исполнено, лично дверь закрыл и защиту активировал.

— А где магистр Вайтрэ? — полюбопытствовал Баймур, без всякого стеснения разбросанные на столе бумаги в кучку сгребая и свои папки с доказательствами высочайшего качества кристаллов на освободившееся место водружая.

— Магистр Вайтрэ, вызвал себе помощников из своих лучших учеников и углубился в изучение записей, которые так долго были под единоличным контролем мерзавца Лимана, — совершенно простецким жестом взъерошил свои и так растрёпанные волосы наследник, а потом рассмеялся злым смехом. — А я идиот, Эйд, полный идиот! Сам себя лишил престола, лишил того, что по праву рождения принадлежит мне и к чему меня готовили всю жизнь…

— Ммм, плоховато готовили, уж простите за откровенность, Ваше Высочество, — бесстрашно заметил Баймур, а извинился так, для проформы.

— Готовили, как раз неплохо, только я смотрел не в ту сторону, — беспечно отмахнулся и от извинений, и от обвинений принц, словно признавая свой провал.

— Измена? — тихо спросил Эйдел, пусть он и знал ответ на этот вопрос.

— Да, — обронил Арнитар, в два глотка обжигающий горечью напиток выпивая. — Не знаю, чем мы им так насолили, но по факту, да, измена. Лорд Ройсти, возглавляет Совет Эльритара и ближайшее доверенное лицо отца; лорд Ортан, женат на сестре советника Ройсти и высокую должность в Военном Департаменте занимает, как раз ведомство, отвечающее за снабжение армии артефактами, возглавляет, и это его дочь «назначили» истинной парой Акарта; артефактор императорского двора лорд Лиман; несколько высокопоставленных лордов в казначействе…аресты только начались, копать ещё долго придётся, и чем глубже копаешь, тем сильнее идиотом себя чувствуешь… Я не понимаю, Эйд… просто не понимаю, — опять зло взъерошил свою шевелюру принц Арнитар. — Род Эльтари правил Империей с незапамятных времён, сейчас тихое и счастливое время, никаких глобальных войн, никакого повышения налогов… чего им не живётся спокойно?

— Не ко мне вопрос, Арн, это у них спрашивать надо, — Эйделу нечего было ответить, в подобной попытке переворота в Эстрии погибли их с Баймуром родители, а здесь — хоть живы все, так что и печалиться нечего.

— В пыточных и спросят, чего уж… Знаешь, всё же есть какая-то особая магия на Зимних Балах… не приедь ты в столицу, Эйд, не появись на Балу, я бы точно в зал не спустился и не оказался бы в центре событий… — окинул задумчивым взглядом принц черноволосого дракона, зацепившись взглядом за запястье, на котором счастливо узор истинности красовался… Дракон этот взгляд заметил, манжет поправил, счастье своё от нехорошего блеска в синих глазах наследника пряча, и подобрался весь, вытянувшимся в ниточку зрачком сверкнув. — Так бы и жил, не понимая, почему я несчастлив в браке с истинной парой, ведь и так последние годы хоть на стену лезь…

— Вы и полезли, Ваше Высочество, только не на стену, а на…

— Баймур, умолкни! — рыкнул Эйдел на младшего брата, который в неудержимом бесстрашии, присущим всем драконам, очень на опасную стезю вступил.

— Тогда ещё следовало задуматься, почему вместо ласк и страсти на супружеском ложе, я получаю обжигающе холодом тело и безэмоциональный взгляд Аэлин с набором стандартных слов благодарности за чудесную ночь… я же тоже живой, тепла и ласки хочу, любви и страсти, а не безупречной красоты в обёртке из безукоризненных светских манер… — у беловолосого дракона от такой откровенности челюсть отвисла, а вот Эйдел ещё сильнее нахмурился. — Знаете, это словно подарок на Зимние праздники получить… да не тот. С виду, отличный клинок лучшей гномьей закалки, а при первой же схватке — трухой рассыпается, словно благородный металл изнутри ржавчина съела.

Баймур даже икнул удивлённо от сравнений некоторых венценосных личностей, это же надо первую красавицу Империи с трухой и ржавчиной сравнить.

— Что делать будешь, Арнитар? — не стал углубляться в душевные страдания наследника Эйдел. — Я так понимаю, вопросов к Эстрии у тебя по поводу качества кристаллов нет?

— Сам же знаешь, что нет претензий. Нам ещё предстоит выяснить, куда столько кристаллов делось, которые должны были в артефактах военных быть…

— А что с леди Орелией? — встрепенулся защитник прекрасных дам в лице младшего представителя рода Дрэймурт.

— Акарт собирается за ней. Само собой, в свете манипуляций и мошенничестве с Выбором Судьбы, Акарт не упустит свою настоящую истинную пару, тем более тогда Эльтари точно останутся у власти… а ещё лучше, что у его истинной, как я понял, почти нет родни, никто козни за спиной строить не будет, — вздохнул Арнитар и устало в кресло опустился.

— Ну, не скажите, Ваше Высочество, родня родне рознь, вот, например, у мелкой такая бабушка, что даже гордые драконы голову перед ней склоняют… — опять не сдержался Баймур… просто ведь драконы лучшие во всём, и даже родственники у них тоже лучшие, и об этом все знать должны…

— Помнится, эта самая более чем достойная леди обещалась тебе чешуйки повыдёргивать? Так я теперь тоже к рядам помощников примкну! — зашипел Эйдел, не понимая, куда у его брата мозги все подевались и зачем он специально разговор к Айрин подводит, если Эйд его постоянно в сторону старается увести.

— Да, кстати, мне нужно поговорить с твоей невестой, Эйд, — хмуро посмотрел на черноволосого дракона наследник.

— Нет, — тут же прозвучал категоричный отказ, и от дракона таким напряжением и неприятием повеяло, что казалось, сейчас в воздухе языки пламени запляшут.

— Она ведь моя истинная пара, Эйд, и я пока не приказываю…

— Она была твоей истинной парой, Арн, и ты своё счастье упустил. Можешь приказывать сколько угодно, но с Айрин ты разговаривать не будешь. Она и так немало пережила…

— Кстати, да, а как так получилось то, что наша прелесть дважды вниманием Богов была наделена? — весело вклинился в противостояние характеров Баймур, словно и не замечая искрящей злостью атмосферы.

— У магистра Вайтрэ есть теория и по этому поводу, — не спускал напряжённого взгляда с Эйдела принц Арнитар, словно ему лично объяснял. — Артефакт Судьбы соединяет жизненные пути двоих, выбирая среди множества имеющихся, и если пути, по какой-то причине не сходятся в один, то спустя какое-то время Артефакт старается подобрать наиболее подходящий вариант, но и наказывать за пренебрежение его волей не забывает. Не появись ты, Эйдел, вместе с Айрин на Зимнем Балу, в радиусе действия Артефакта свою истинную вязь вы бы не получили…

— Арнитар, дело совершенно не в выборе вашей стекляшки, — решительно поднялся со своего места лорд Эйдел Дрэймурт, — драконы выбирают сердцем, и я выбрал Айрин задолго до Бала, и она ответила взаимностью не на Балу, а намного раньше. Артефакт лишь подтвердил очевидное. С вязью или без неё нас в любом случае ждёт счастливое будущее…

— Это всё чудесно, но, как я говорил, Артефакт Судьбы подбирает лишь из имеющихся вариантов… будь я не связан брачными клятвами, которые не дают участвовать в Выборе, кто может поручиться, что Артефакт бы вновь не свёл меня с Айрин, и в её сердце не зажглась бы любовь ко мне?

— Я могу поручиться и с уверенностью сказать, что в сердце Айрин живу лишь я! — процедил сквозь зубы Эйдел, с трудом удерживаясь от желания врезать кулаком по этой самодовольной императорской морде, и хоть на время смазливости этой слащавой лишить.

— Ох уж эта молодость, напор, накал страстей… и всё из-за прекрасной дамы, — раздался голос Императора Атриана, за плечом которого маячил принц Акарт.

Представители рода Дрэймурт синхронно склонились в почтительном поклоне.

— Рад, что все заинтересованные в этой проблемы персоны в одном месте. Сейчас всё и решим. — вошёл Его Императорское Величество в кабинет старшего сына, кивком головы второго принца загнал и дверью звучно хлопнул.

* * *

Бессонная ночь была на лицо, даже грязюка с волшебными свойствами особо не помогала. Ну а когда спать, если я почти полночи успокаивала леди Орелию, в правде и справедливости разочаровавшуюся. Чаем горячим напоила, из тайных мест сладости достала и несчастную девушку накормила. Просто Фиир тоже к сладостям неравнодушен был, вот и приходилось от него их прятать, а то, как зачитается очередным романом, всё подчистую уничтожит.

Потом о своей истории рассказывала, а что? У меня опыт богатый был общественного осуждения и порицания, да душевных страданий, а так как беловолосой ящерки, способной от любых бед и тревог отвлечь, здесь не было, то самой приходилось справляться. И я старалась, очень старалась донести до юной Орелии, что жизнь на этом не заканчивается, что и без Артефакта Судьбы можно того встретить, кто любовь в сердце зажжёт и о ком думать будешь постоянно… и, опять-таки, собственным опытом делилась.

Не знаю, насколько у меня получилось, в леди Орелию веру и надежду на светлое будущее воскресить, но спать она потопала, когда от слёз на лице и следа не осталось, а на губах слабая улыбка появилась от моих историй со времён учёбы в Академии. Я ей даже амулет на удачу подарила, просто так, всем сердцем желая, чтобы у неё жизнь сложилась всем на зависть.

Именно по этой причине я грустно рассматривала в зеркало своё совершенно не сияющее красотой и свежестью лицо, и печально вздыхала над несправедливостью ситуации.

В лавке послышались женские голоса… странно, кого это с утра пораньше принесло за амулетами, когда все добропорядочные жители столицы после вчерашней гулянки отсыпаются?

Потом на лестнице топот Фиира раздался… ну, а чей ещё он мог быть? Встревоженный стук в дверь заставил поспешно сорваться с места и гостеприимно её распахнуть, чтобы столкнуться с госпожой Нуэр, за которой радостной улыбкой Эмма сияла и, с трудом удерживая коробку в одной руке, другой мне также радостно помахала…

— Госпожа Нуэр? — непонимающе моргнула на безукоризненно выглядевшую с утра хозяйку лавки готового платья, с ещё большим непониманием, рассматривая за её спиной ещё двух девушек, загруженных коробками по самую макушку.

— Она самая, — довольно улыбнулась она и внесла свой безукоризненную персону в мою комнату. Спальня у меня пусть и не была уж совсем маленькой, но и на такое количество народа явно не была рассчитана. Коробки тут же заняли всю кровать, меня мягко, но непреклонно разместили в центре, а госпожа Нуэр вела меня в курс происходящих событий. — Знаете, леди Айрин, если бы дело не касалось вас, я бы и пальцем не пошевелила несмотря на всю красноречивость этого обаятельного эстрийца… Ах, до чего же они всё-таки хороши: красивые, статные, а уж когда улыбаются, так и вовсе глаз невозможно оторвать…

Ну, с этим не поспоришь… драконы они такие… невероятные.

— Примите мои поздравления по поводу свадьбы, но я вас ещё вечером лично поздравлю, приглашена в Храм этим шалопаем, — ни на минуту не останавливалась госпожа Нуэр, пока её помощницы снимали с меня одежду, а она доставала с помощью Эммы невероятной красоты подвенечное платье… а и так не успевала и слова вставить, а теперь дар речи и вовсе пропал от такой красоты. Сияющее девственной белизной, в меру пышное, с минимальной кружевной отделкой и расшитыми золотой нитью корсетом и верхней юбкой… оно было просто идеальным! Лучше я и сама бы не выбрала… по сути, мне было без разницы, в каком наряде бежать в Храм, главное — к кому бежать! — Прекрасный наряд получился, за сутки его сшили, десять девушек, не отрываясь над ним работали. Но такая спешка стоила того восторга, с которым вы сейчас смотрите на платье, леди Айрин. Да, и эстрийцы невероятно щедры в своём желании получить требуемое, а этот блондинистый шалопай уж очень хотел порадовать свою невесту… Красавчик, конечно, но уж больно неспокойный…

— Мой жених не он, а его старший брат, — улыбнулась я на такое определение младшего Дрэймурта, — а лорд Баймур мой хороший друг, мы с ним учились вместе.

— О, тогда всё ясно… просто, он так переживал, так уговаривал… вот и я подумала… а теперь я совершенно спокойна, — улыбнулась госпожа Нуэр, пока Эмма из очередной коробки невесомую фату доставала и сверкающую диадему, к которой она крепиться должна будет, — старшие дети в семье обычно более серьёзные, на них ответственности больше. А с таким другом вы точно скучать не будете! И, главное, сообразительный какой, сразу в мою лавку попёр, самое лучшее, значит, для будущей родственницы выбирает… а я как имя ваше услышала, так и поняла, что судьба это, тем более и мерки у меня все ваши записаны, и артефакты волшебные имеются, в случае чего, — лукаво подмигнула она мне, а я вот не совсем поняла, про какой такой случай она говорит?

И ещё интересно, белобрысая ящерка обрадуется или огорчится, что его персона в качестве моего супруга особого восторга у некоторых не вызывает?

— А вот это ваш будущий супруг особенно оценит, — произнесла госпожа Нуэр и нечто соблазнительно-кружевное из коробки достала, почти невесомое и фасон которого не то что прикрывать что-то будет, он, скорее, наоборот, всё откроет для мужского взгляда.

Я даже зажмурилась, только вот не определилась — от ужаса или от предвкушения.

— О! Айрин ты невероятна красива! — раздался восхищённый писк от двери, в щёлочку которой леди Орелия подглядывала. — Просто изумительное платье!

Спорить не стала, и приглашающе рукой махнула, мол, добро пожаловать в мир шёлка, кружева и лент, чем вызвала новый приступ счастья у Орелии. Пусть уж лучше в восторге охает, чем по-вчерашнему вздыхает.

В дверь снова постучали. Одна из девушек, прибывших с госпожой Нуэр, поспешила её открыть, и перед недовольным множеством женских взглядов, а чему радоваться, когда тебя от такого дела ответственного отвлекают, предстал Фиир, бледный и испуганный.

— Там… там… — указал он в сторону лестницы, но толком объяснить у него не получалось.

Нет, Фиир иногда отличался особой впечатлительностью и ранимостью чувств, но чтобы довести его до такого состояния требовалось что-то из ряда вон выходящее…

Окончательно стушевавшись перед таким количеством укоризненных взглядов, заикаясь, то ли от созерцания меня великолепной, то ли от ужаса в лавке, заставившего его сюда поспешить, он всё же выдавил из себя:

— Госпожа… там… вас требуют…