Глава 6

Проснулась я рано, даже несмотря на то, что обычно засиживалась за работой до глубокой ночи и могла спать до обеда. Скорее всего, сказывалось напряжение вчерашнего дня… а, нет, это настойчивость моей подопечной сказывается на продолжительности моего сна.

В дверь снова постучали. Именно этот стук и помешал мне насладиться самим сладким сном.

— Лирия, дорогая моя, что ж тебе не спиться-то, — недовольно пробурчала себе под нос, ища под кроватью домашние туфли и спеша открыть требовательной девушке.

Просто больше некому. Фиир прекрасно знает все мои привычки и никогда в жизни не будет так невежливо себя вести. Просто он воспитанный, в отличие от некоторых…

— Светлого утра, Лирия, — как можно приветливее постаралась улыбнуться ей, — Что-то случилось?

— Уж скорее «светлого дня», Айрин, — недовольно пробурчала она, и какие-то слишком знакомые интонации проскользнули в её словах… точно! Точно такими интонациями выражала своё недовольство её матушка, леди Торвит, пренеприятнейшая особа, считавшая, что её дитя самое лучшее, и непременно всем старалась это доказать, пускаясь в пространственные рассуждения обо всех достоинствах своей прекрасной Лирии. — Там внизу какой-то шум подозрительный…

— Естественно там шум, Лирия, там же моя лавка.

— Это я ещё вчера поняла, — сморщила свой хорошенький носик девушка, — и с раннего утра имею счастье вздрагивать от каждого стука или шороха, но сейчас там что-то другое!

— Не знаю, — легко пожала я плечами, — ты меня разбудила, так что я не в курсе, что там происходит.

Если я хотела пристыдить Лирию, то у меня это не получилось, казалось, девушка напрочь лишена способности воспринимать намёки.

— Госпожа! Светлого утра! Тут вам принесли! — крикнул поднимающийся по лестнице Фиир, которого из-за коробок в его руках и самого-то видно не было.

Госпожа Нуэр определённо прислала больше платьев, чем обещала, а ещё из-за плеча Фиира выглядывала молоденькая девушка, явно эти коробки сопровождающая.

— Отлично! Фиир, неси всё в мой кабинет! — скомандовала я и быстро затащила Лирию к себе.

— Айрин, объясни, что происходит! — топнула ножкой моя родственница, требовательно так топнула.

— Порадовать тебя решила, платья для Бала заказала, — пыталась я одновременно и кровать в приличный вид привести, и себя заодно.

У меня была приходящая служанка и кухарка в одном лице — госпожа Рикколь, почтенных лет женщина, но удивительных талантов кулинар. Они приходила довольно рано, хозяйничала на маленькой кухне, которая была на первом этаже, оставляла еду в стазисном ларе, я специально его доработала на сохранение разных температур, потом шла, наводила порядок в лавке, и на жилом этаже, а когда я просыпалась и уходила работать в кабинет, заканчивала уборку моей спальни. В оплате я не скупилась, особыми требованиями не отличалась, да и порядок я сама поддерживала, особенно в рабочем кабинете, где госпоже Рикколь было разрешено мыть исключительно пол. Так что мы всегда были довольны друг другом: она тем, что уменьшение объёма работ никак не сказывалось на её заработке, а я — что мои вещи всегда оставались на своих местах. Да и в целом, чистота в доме поддерживалась ещё множеством бытовых артефактов, которые также продавались в лавке, но которые я жутко не любила делать, потому что скучно было… однотипная работа по наработанным и выверенным схемам вгоняла меня в тоску.

— Платья! Правда? — заискрились радостью глаза Лирии, и она в восторге закружилась по комнате и завалилась на кровать… на только что застеленную мной собственноручно кровать! — Айрин, ты душка!

Не хочу я быть никакой «душкой»!

Я даже возмутиться не успела, как была подхвачена под руку этой персоной, страдающей резкими сменами настроения, и едва успела запахнуть плотнее халат, как была вытащена из своей комнаты и затащена в кабинет, где громоздилась куча коробок, возле которых скромно стояла девушка.

— Я Эмма, леди Вэлди, — девушка быстро поклонилась и также быстро начала открывать коробки, извлекая на свет воздушные и соблазнительные наряды, способные свести с ума любую особу женского пола, — Госпожа Нуэр прислала меня помочь вам с выбором, и сделать всё, чтобы вы остались довольны.

— Ой, какая прелесть! — восторженно воскликнула Лирия, ловко выуживая бледно-розовое платье с корсетом, расшитым мелкими розочками, переливающимися волшебной нитью, придающей им блеск.

Чудесный выбор, по правде говоря, корсет подчеркнёт её хрупкость, пышная юбка придаст ей лёгкости, а цвет прекрасно оттенит её нежную кожу и будет удачно гармонировать с цветом её волос… Она будет просто восхитительна в нём.

— Спасибо, Эмма, наряды госпожи Нуэр, как всегда выше всяких похвал, — нежно провела я по льдисто-голубому атласному платью, расшитому серебряной нитью по корсету и понизу юбку, словно морозная изморозь дивным узором украсила ткань, а не руки вышивальщиц.

Мне даже на другие наряды смотреть не хотелось. Я хотела именно это платье! А в том, что оно сядет на мне идеально, у меня не было ни малейшего сомнения, зря я, что ли. постоянно снабжаю артефактами лавку госпожи Нуэр.

Примерив понравившееся платья и оставшись совершенно довольной своим выбором, я оставила Эмму в полном распоряжении Лирии, которая с радостными возгласами хваталась то за одно платье, то за другое. Надеюсь, она всё-таки выберет первое платье, с розочками, но советовать что-либо я поостерегусь, пусть сама выбирает, и сама несёт ответственность за свой выбор.

Почтовая шкатулка требовательно мигала, сообщая, что кто-то очень настойчивый требует моего внимания.

— Айрин, посмотри, какое чудесное платье! — закружилась Лирия по оставшемуся свободному пространству кабинета в тёмно-бордовом платье, слишком откровенном и слишком вызывающем для её юного возраста.

Само по себе платье было изумительное, но для более опытной особы, готовой на те приключения, которые ей с огромным удовольствием обеспечат мужчины, привлечённые таким нарядом.

— Платье отличное, — согласилась я с ней и, спеша погасить вспыхнувшую в её глазах радость, быстро добавила: — но тебя оно старит.

Лирия фыркнула, ещё немного покрутилась в платье и сняла его с помощью Эммы. Вот и хорошо, в противном случае мне бы и императорские стражники не помогли бы уберечь мою родственницу от коварных соблазнителей мужского пола, просто они бы сами примкнули к их рядам.

Уверовав хоть в какое благоразумие Лирии и сцапав шкатулку, я забралась на подоконник, просто больше присесть было негде и с восторгом уставилась в окно. Снегопад прекратился, и зимнее солнце превратило все крыши домов, деревья, спрятанные под пушистым белым одеялом, мостовую, заборы, всё, что было заметено стихией в сверкающую белоснежную сказку.

Словно в какую-то древнюю легенду попала, где весь город проклят вечной зимой, а в ледяном замке ждёт спасения прекрасный Правитель, и спасти его может только поцелуй истинной любви… Мне такую сказку бабушка в детстве рассказывала, ну это я думала, что сказка, пока маленькой была, а потом оказалось, что нечто подобное было на самом деле и в древних свитках упоминается.

Затерянное в горах королевство, чьи вершины вечно скрыты в тяжёлых тучах, было проклято обычной девушкой, даже без малейшей магической искры, точнее не само королевство, а люди, в нём живущее, за свою бессердечность, чёрствость и бездушие. По легенде, девушка вместе со своей матушкой искала приюта в суровую зимнюю ночь, когда дыхание стынет от мороза, и озноб пробирает до дрожи, но никто не впустил их к своему очагу и не поделился душевным теплом, потому как жители того королевства, равняясь на своего Правителя, презирали слабость и беспомощность, ценя лишь силу и власть.

Замерзая на улице, девушка в сердцах прокляла всех жителей королевства, пожелав им испытать всё, что испытывает она со своей матерью, и чтобы ни одно тепло, ни живого огня, ни магическое, ни душевное, не смогло отогреть их тела, ведь сердца у них и так были покрыты льдом. Боги услышали её слова, сказанные в отчаянии, и её пожелание исполнилось в точности — и покрылось всё королевство льдом, и погасли очаги, и застыли люди, скованные вечной мерзлотой… и не было пути к тому месту, сомкнулись горы по воле Богов, оставив лишь легенду потомкам об их силе и справедливости.

Бабушкина версия мне нравилась куда больше, и очень часто, будучи ещё маленькой девочкой, я представляла себе, как найду этот город, преодолею все препятствия, поцелую короля и сниму проклятия с целого королевства. А потом король обязательно в меня влюбится, будет пышная свадьба, самая сказочная и красивая из всех возможных, куча детишек… в общем, мечты куда слаще реальности…

Появившийся на улице патруль стражей и вовсе вернул меня из сказочных грёз на бренную землю, где Лирия примеряла бархатное платье пастельно-лилового оттенка.

— На балу будет довольно жарко, если ты планируешь много танцевать, никакие духи не спасут положение, — сообщила я, опережая её вопрос.

— Айрин, ты злая! — нахмурилась Лирия, а Эмма, скрывая улыбку, вновь поспешила ей на помощь.

— Ты уж определись, то ли я злая, то ли я душка, — буркнула в ответ, открывая шкатулку.

— Ты злая душка! — решительно заявила она и вновь вернулась своё внимание нарядам.

Я широко улыбнулась и достала несколько писем из шкатулки. Одно было от заказчика, выражавшего благодарность за прекрасно разработанный артефакт-зонтик для его матушки, большой любительницы этого аксессуара. Мой артефакт был выполнен в форме деревянной ручки для зонтика, украшенный витиеватой резьбой, что было полностью заслугой Фиира, и имел десять встроенных кристаллов, каждый из которых отвечал за определённый цвет магического полога, открывавшегося при нажатии на кристалл и защищавшего от любых природных явлений.

Как по мне, так абсолютно ненужная вещь, но заказчику виднее, тем более его матушка пришла в полный восторг, и теперь неустанно наносит визиты всем своим подругам, чтобы похвастаться столь необыкновенным подарком.

Следующее письмо несло в себе просьбу о встрече для обсуждения возможности починки одной семейной реликвии от некого лорда Приста… никогда не слышала этого имени… но встретиться можно. Порой было довольно интересно поковыряться в старых артефактах, некоторые из них были настолько сложно устроены, что приходилось отправляться в Центральное Хранилище Знаний и поднимать древние свитки по устройствам и принципам магических схем, используемых артефакторами в тот или иной период времени.

С подоконника пришлось слезть и незаметно отвоевать себе небольшой кусочек стола, чтобы написать ответ неизвестному лорду Присту. Если многоуважаемому лорду не срочно, то назначить встречу можно через неделю, а если время не терпит, то пусть ищет другого артефактора. У меня сейчас другая проблема в платьях копошится.

А вот последнее письмо было подписано весьма знакомым почерком белобрысого дракона.

Ну-ка, ну-ка, что там такого интересного лорд Баймур пишет…?

— Лирия, как ты смотришь на то, чтобы после обеда прогуляться в Императорский сад?

— Правда? — пискнула от восторга девушка и огромными глазами уставилась на меня, словно ребёнок в ожидании подарка.

— Абсолютная правда. Лорд Дрэймурт настойчиво предлагает себя в качестве сопровождающего и заедет за нами после обеда.

Ну, это я немного перефразировала те угрозы, которыми щедро пестрело послание Баймура: мол, он категорически настаивает на прогулке, так как соскучился, а в столице ему заняться особо не чем, тем более его брат занят какими-то делами во дворце, и если я попробую найти причины для отказа, то он моментально окажется у меня под дверью, и вежливо пригласит на прогулку, как есть… в смысле, в чём буду одета в том и отправлюсь.

Нет, ну этот может и чего похуже сделать. Например, в академии основы целительства у нас преподавал очень симпатичный магистр Нэктаун, даже более чем симпатичный — с мягким взглядом серых глаз, с ослепительной улыбкой он был мечтой почти всех девушек Академии… На его занятия девушки прихорашивались с особым рвением, и в ход шли иллюзорные чары красоты, которые у нас даже не преподавались, но ради такого трофея, как молодой, симпатичный и не связанный брачными клятвами магистр, не грех было и в библиотеках посидеть. Так вот, Баймур, тоже ночами не спал, только по другой причине, и в один прекрасный день на входе в аудиторию по основам целительства засияли заклинания, снимающие любые иллюзии, да ещё так хитро замаскированные, что их сразу-то и обнаружить не получилось… да и потом их только магистр Ортэуш смог нивелировать, который у нас курс магических плетений и схем вёл.

Кстати, Баймур сразу высший бал получил от магистра Ортэуша и всеобщую женскую ненависть от всей группы, потому как занятия магистра Нэктауна стояли первыми, а большинство девушек не готовы сиять своей красотой с первыми лучами солнца… много чего открылось тогда благодаря неиссякаемой фантазии блондинистой ящерки.

Пусть мы уже и не адепты, но ведь фантазия у Баймура никуда не делась, а с годами лишь стала богаче и куда изошрённее… так что рисковать лишний раз не стоит, для нервной системы куда полезнее сразу согласиться.

Едва я принялась за ответ для Баймура, как резкий стук в дверь оторвал меня от этого занятия.

Стук был непривычный. Фиир так не стучит, госпожа Рикколь уж тем более, а больше никто не имел права подниматься на второй этаж.

А это был какой-то наглый стук, как и голос, раздавшийся за дверью…