Глава 17
Немного успокоившись и приняв холодный душ, я наконец-то смогла думать рационально. Ну вот что плохого по сути случилось? Ничего. Лэр Адилиман меня предупреждал, Сиренель предупреждал, постоянно хлопаясь на колени и все время выпрашивая каких-либо правил. Да даже лэр Давид меня персонально подбадривал приобрести что-то из его широкого арсенала мебели и других изделий, чтобы эльфу здесь было комфортно.
Не поверила, дура! Думала, проблема не такая уж и острая, и я смогу с ней справиться и без всяких жутких приспособлений!
Но нет… два дня, и он уже заговаривает о наказании, явно подразумевая не просто постоять в углу за провинность! Черт!
Зарылась руками себе в волосы, пытаясь прекратить психовать и взять эмоции под контроль, а то я так и буду всю ночь своих соседей слушать, а не спать спокойно.
Облачилась в белую сорочку, укладываясь на мягкую подушку. Не буду об этом думать. Не хочу! Спать, спать и ещё раз спать, а то я так с ума сойду!
Устроилась поудобнее, стараясь отрешиться от всего мира и отключить разум, но сон как назло не шел. Я уже и овец посчитала, и многозначные цифры поскладывала, и даже провела полную мысленную ревизию моего гардероба. Наконец, уже где-то ближе к рассвету, мне таки удалось ненадолго расслабиться и заснуть.
Сон мне снился одновременно желанный и весьма странный.
Я стояла на собственной террасе, глядя в ночную даль сада, разглядывая моего такого соблазнительного эльфа. Во сне и ночном мраке он казался ещё более притягательным, чем днем, под светом солнца, словно был создан природой именно для этого времени суток. Не сдержала восхищения, любуясь им, как самой совершенной вещью на свете. Он был потрясающий здесь и сейчас – а эти его глаза, мягко светящиеся в ночной темноте, просто сводили с ума своим жаром и желанием, застывшим в глубине зрачков. Оценила и его соблазнительный наряд, красиво подчеркивающий все его многочисленные достоинства и скрывая несуществующие недостатки.
Лошадь сделала ещё несколько шагов и спокойно замерла, опуская голову и щипая свежую траву на неподстриженном газоне.
Эльф едва заметно выгнулся, заставляя меня снова вернуть ему все внимание. В паху стало жарко, дыхание сбилось. Прохладный воздух ночной свежести, кажется, раскалился, начиная обжигать кожу. Свела бедра, пытаясь хоть немного погасить эту жажду.
Не выдержав, подалась навстречу, выходя из тени и ухватываясь за старинное дерево перил в попытках сдержать себя и не броситься на мужчину. В руки всадилось несколько заноз, но мне было все равно – я не могла налюбоваться моим эльфом. Совершенная красота! Его язык, словно подслушав мои мысли, шаловливо мелькнул на губах. Фиолетовые глаза прикрылись.
– Я же не железная, Сиренель, – сказала то, что думаю каждый раз, когда вижу этого вредного эльфа. Понимаю, почему люди сходят с ума при виде этой прелести. Даже я, защищенная ментальным щитом от какого-либо воздействия, не могу устоять. Мне каждый раз так и хочется попробовать, каковы же эти уста на вкус, а волосы на ощупь, услышать его сладострастный стон, почувствовать желание…
На мои слова мужчина отреагировал лишь ещё сильнее взметнувшимся желанием. Его возбуждение стало ярче, оттопыривая ткань штанов, глаза в удовольствии прикрылись…
Не сдержала судорожного вздоха, облизывая разом пересохшие губы. Боги! До чего же он прекрасен! Но так нельзя, я же сейчас воспламенюсь от возбуждения!
Постаралась перевести этот сон в более мирное русло, но неожиданно ничего не получилось. Наоборот. Будущий супруг только начал призывно раздеваться, то и дело задевая свою жемчужную кожу кончиками пальцев, словно дразня и выгибаясь в удовольствии.
Дыхание сбилось. По телу прошлась дрожь желания. Что он творит? Что я творю? Чертово подсознание!
Сделала ещё одно усилие над собой, пытаясь просто полюбоваться на эльфа, без всякого этого флера витающего в воздухе секса между нами, но опять ничего не получилось.
Что за…?
Снова попыталась – ничего. И ещё раз. Что?!
В изумлении уставилась на будущего мужа, пытаясь осознать то, что сейчас происходит. С губ сорвался вопрос:
– Что ты делаешь, Сиренель?
– Соблазняю свою супругу, – мягко ответил он, перекатывая во рту моё имя, – Мирррелла…
Меня прошибло током раскатывающегося в конечностях томного возбуждения. Нашей совместной в этом сне жажды. Не смогла оторваться взглядом от так желанного сейчас тела.
Но… Как он пробрался сюда? Как пробрался в мой сон? Что творит? Что вообще происходит?
А если он тоже менталист – это же все объясняет! Но.. но это же получается, что и у эльфов есть такие, как я. Невозможно!
Прекратила это безумие, мгновенно просыпаясь и вскакивая с кровати. Ноги подкосились от безудержного желания продолжения того, что было во сне, и я просто упала на коврик, стараясь отдышаться и привести свои мысли в порядок. Успокоиться.
Мне срочно нужен холодный душ и трезвый рассудок!
Спустя пятнадцать минут, когда я снова смогла размышлять здраво, поняла, что мои мысли по поводу того, что Сиренель может быть менталистом – поспешны. Он им точно не является. Об этом говорит и его искреннее удивление тогда, когда он впервые увидел мой дар, я ведь все равно невольно считала его эмоции и его поведение. Да и был бы он менталистом, не хлопался бы на колени без повода и с оным – знал бы, что мне это не нравится. Или хотя бы раз попытался прорваться в мое сознание, и я почувствовала бы это…
Устало потерла лицо, все же возвращаясь в кровать и решая что лучше будет разобраться со всеми проблемами утром, а не пороть горячку прямо сейчас. Возможно, стоит спросить совета у короля. Попросить дополнительную литературу по моему дару или ещё—что-то подобное. Все же это не нормально.
В этот раз сон был спокойным и без сюрпризов. Мне снилось, что я просто гуляю по городу и что-то активно ищу. Или кого-то… ну, куда же без Сиренеля. Он теперь занимает совершенно все мои мысли, и даже во снах преследует. Но в этот раз сон был исключительно только моим, так как я без усилий могла менять и пейзажи, и сами события.
Проснулась легко, но все же в тревожном настроении. Сегодня необходимо понять причину того, почему, и главное как эльф побывал в моем сне. Или я в его, тут уж как посмотреть.
Если бы он был менталистом, я бы даже не удивилась – мы часто делили сны друг с другом, а вот с обычным человеком это сделать гораздо сложнее. Думаю, эльф от людей тут ничем принципиально не отличается. Нужна определенная концентрация и настройка на его волну изначально.
На эльфа я точно не настраивалась, так почему же так вышло?
Спустилась вниз, с удивлением отмечая, что уже семь утра, а Сиренеля нигде не видно. Обычно он встает раньше меня. Пожала плечами – вчера мы не очень хорошо расстались перед сном, может, просто не хочет меня утром видеть лишний раз.
Приготовила завтрак, накладывая его в две тарелки.
Сегодня у рабочих лэра Давида выходной, он меня сразу предупредил, а значит весь дом в нашем распоряжении – можно будет и магии эльфа поучить.
Порадовалась тому, что наконец-то мне будет покой и блаженная тишина; доела завтрак, с неприятным изумлением отмечая, что Сиренель так и не спустился.
В груди постепенно начало нарастать раздражение. Вот что за несносный он нелюдь – все через одно место! Никак мне его не понять и не сладить! А ведь я должна уже до отъезда настроить его к себе положительно, иначе все это не имеет никакого смыла, а он то на колени падает, то завтраки пропускает!
Постаралась успокоиться, собирая для него поднос с едой и решив поднять в комнату. Нам необходимо поговорить о том, что случилось вчера вечером и ночью. Все выяснить. Вместе решить эту проблему.
Стараясь не злиться, поднялась наверх, вежливо постучав в его дверь. Нет ответа. Обиделся? До сих пор злится?
Напряжение двух предыдущих дней выползло наружу, заставляя меня беситься. Проглотила нервный ком и попыталась ещё раз договориться мирно.
– Сиренель. Это я, Мирелла. Открой пожалуйста дверь, нам надо поговорить. Я принесла тебе завтрак, – сказала, ожидая его реакции, но её снова не последовало. За дверью была оглушающего тишина. Ни стука, ни скрипа. Затаился?
Злость разожглась чуть ярче, так что, уже не утруждая себя вежливостью, открыла магией его дверь и бесцеремонно прошла в комнату.
С удивлением обнаружила нетронутую кровать и подушку. Проверила память предметов. Он что же, ещё и в комнате сегодня не ночевал, только потому, что мы вчера с ним недопоняли друг друга?! На завтрак не пришел. Сбежал от меня?!
Нет, ну это уже вообще ни в какие рамки не лезет! Я уже устала от этих постоянных попыток угодить ему, понять его, пройтись чуть дальше от края пропасти, наладить отношения, а он просто взял и сбежал, стоило между нами появиться только капле недопонимания!
В ярости отшвырнула поднос с едой, не заботясь о том, что пачкаю этим самым ковер или обшивку стен. Резко развернулась, со всей дури шваркая дверью его комнаты об стену. Зашла к себе, пытаясь привести себя хоть в относительный порядок, чтобы не выходить на улицу голой, но только лишь выдрала несколько прядок волос, пока пыталась расчесаться, да минут пятнадцать потратила на то, чтобы попасть руками в прорези платья. Плюнула на него, так и не сумев натянуть на себя, отшвырнула в сторону.
В конце концов, маг я или не маг!? Могу же носить и штаны!
С ними у меня проблем не возникло. Накинула на себя первую попавшуюся рубашку и, наконец, шагнула за порог комнаты.
Где может быть этот вредный эльф? Конечно, в конюшне! Где же ещё! Не дай Боги он вообще куда-то далеко отсюда сбежал вместе со своей лошадью – вообще пришибу!
Я печатала каждый шаг, с наслаждением вдалбливая утяжеленный каблук в землю, пытаясь сдержать свою магию и не разнести здесь все, костеря вредного эльфа на все лады.
Да что с ним вообще такое? Я с распростертыми объятьями навстречу, а он ни в какую! Нам вместе жизнь жить, а он только и делает, что артачится! И только я подумала, что между нами все наладилось, стало все нормально, как он снова за свое! Не могу же я одна тянуть эти отношения, пытаться что-то склеить, когда он просто этого не хочет!
Зло откинула прядь волос, упорно лезущую мне в глаза, и, наконец, дошла до этой чертовой конюшни. Только попробуй не быть там, – все же взыграло во мне и некоторое беспокойство за непутевого мужчину.
И тут как раз навстречу мне и выскочило это лохматое, непричесанное и неумытое нечто, сверкая на меня сиреневым глазами.
Пришибу паршивца!