Глава 15

Очнулась я, лёжа на чём-то тёплом. Пошевелилась, определяя, насколько сильно ранена, и услышала стон. В ожидании боли глаза распахнулись сами собой.

Подо мной раскинулся Рагнар. Именно с его губ и сорвался звук. Который повторился, когда я приподнялась. Но мне уже было не до этого: наши рубашки были густо пропитаны кровью.

В голове заметались панические мысли, но быстро вернув контроль над разумом, я определила, что это не моя кровь. А значит…

Ран на Рагнаре было несколько. Видимо, защищая меня от нападавшего со спины головореза, ему пришлось подставиться под удар того, с кем в это время сражался. Если две, пусть с натяжкой, но можно было назвать царапинами, то рана на левом боку вызвала тревогу: проникновение могло быть достаточно глубоким, чтобы повредить органы и вызвать внутреннее кровотечение, и тут уже не играло особой роли, что печень находилась с другой стороны. Дракону требовался лекарь и немедленно!

Разорвав его и свою рубашки, я, как могла, перевязала его. Одновременно с этим я оглядывалась в попытке высмотреть фрегат: мы с драконом лежали на каком-то куске скалы, медленно плывущем по Пограничью, а значит, падение за борт мне не привиделось.

– М-м, даже в самых сладких мечтах я не мог представить себе, что однажды у меня будет такая привлекательная медсестричка… – Рагнар демонстративно разглядывал мою прикрытую только кружевным бюстгальтером грудь.

Он напоказ храбрился, но я видела, что дело совсем дрянь. Это подтверждал его бледный вид, плывущий от боли взгляд и мелкий бисер пота на верхней губе: ещё чуть-чуть — и сознание вновь покинет его.

– Я торжественно обещаю, что буду ухаживать за тобой исключительно в нижнем белье, но сейчас нам нужно вернуться на «Ищущий». В какой он стороне? – кивком указала на кружившиеся над головой куски тверди, намекая, что не могу отыскать его из-за перекрытого обзора.

Рагнар как-то странно поморщился и вздохнул, будто собираясь с силами.

– Дурацкое отражение красного боднуло фрегат в бок, и мы вывалились за борт, – проговорил он, и я поддакнула, что это и так понятно. – Пока мы летели, моя жёнушка успела запулить в корабль противника залпом, пробив дно и вырубив на нём все артефакты до единого! – с такой неподражаемой гордостью поведал он, отчего я зарделась: да, кажется, что-то такое припоминаю… – Парни теперь быстро скрутят экипаж судна, трепыхающегося в пространстве бескрылым жуком! Моя жена героиня! О ней сложат легенды!

Почувствовав, что Рагнар намеренно уводит разговор в сторону, восхваляя меня, нахмурилась:

– Ага, спасибо, рада, что смогла помочь. Всю жизнь мечтала стать знаменитой пираткой. А теперь давай про хорошие новости.

Он отвёл глаза в сторону и проворчал:

– Это они и были. Когда мы падали, нам не повезло, и мы рухнули в облако дикой портальной магии. Нас переместило далеко от фрегата. Куда нас выкинуло, я не знаю… Прости.

Час от часу не легче! Кто там из богов нафеячил мне магию удачи-неудачи?! Чтоб вы подавились, сволочи!

– Что ж… – попыталась я взять себя в руки и натянуть бодрое выражение на скисшее лицо. – По крайней мере, мы живы! Можно ведь добраться до потока, перебираясь с одного куска тверди на другой, прыгнуть в него и перенестись в мир, с которым он связан… – на ходу принялась сочинять план действий, как выбраться из этой задницы.

– Это имело бы смысл, будь у меня отражение, – со вздохом перебил мои изыскания Рагнар. – Но без него и без защиты артефактов, которые остались на «Ищущем», при попытке сотворить нечто подобное мы сгорим при соприкосновении с оболочкой потока. Вернее, даже не так, нас просто распылит на атомы. Прости, любимая…

Это чертовски усложняло дело, но сдаваться я была не намерена: должен быть выход! Не может моя жизнь закончиться вот так, когда я только-только обрела любовь и хоть какую-то надежду и цель на будущее! Эй, Великие, а как же моё «жили долго и счастливо»?!

– Можно попытаться добраться до потока, но затем, чтобы найти сдерживающий его искривление артефакт, – предложил Рагнар, видя моё упадническое настроение из-за того, что в голову ничего не приходило. – Я вырублю его, и нам останется только ждать, когда для починки появится корабль Дома, который контролирует сектор…

– Но ждать придётся очень долго? – понимающе вздохнула я, а Рагнар уныло покивал. – Что ж… хоть что-то, – поднялась, отряхивая штаны.

Дракон бросил взгляд куда-то вдаль, скрипнул зубами и со свистом выдохнул:

– Боюсь, милая, у меня для тебя опять плохие новости… – и кивком указал мне за спину.

Оглянувшись, я различила лишь неясные тени, скользящие между камней. Этакое еле уловимое движение. Но оно было. Разум отказывался принимать грядущее усложнение дел, но вместо него истину озвучил дракон:

– Жизнь есть везде. И она везде хочет есть.

* * *

Я сбилась со счёта, сколько времени мы с Рагнаром пытались оторваться от тварей. Впрочем, даже и не пыталась, потому что меня занимало другое – дракон оказался ранен тяжелее, чем я определила сперва. Сам двигаться Рагнар не мог, и даже с поддержкой ему давалось это с трудом.

Но, как истинный представитель гордого вида, сжав зубы, преодолевая немыслимые муки, опираясь на меня, брёл вперёд. Однако нам приходилось несколько раз притормаживаться, потому что Рагнар падал, теряя сознание. И я пользовалась этими маленькими остановками для передышки, с тревогой поглядывая, как твари подбираются всё ближе. Очень скоро мы станем их лёгкой добычей…

– Эви, – тихо позвал Рагнар, очнувшись. Он смотрел на яркий всполох потока, расчертивший пространство прямо над головой и имевший на себе манящую звезду какой-то мировой сферы. Так пронзительно близко и так невыносимо далеко была жизнь и спасение… – Я знаю, где мы находимся… – прошептал дракон, перевёл взгляд на меня, и по моей спине отчего-то побежали мурашки дурного предчувствия.

Очень захотелось заткнуть себе уши или убежать, чтобы не слышать его. Потому что с таким взглядом хорошими новостями не делятся.

– Здесь рядом расположено поселение тех, кому не нашлось места в мирах… Обитель Отверженных, так оно называется. Но там ты можешь найти помощь…

Он указал направление рукой, и я процедила, стараясь не обращать внимания на то, что он не упомянул себя, и подавив в груди растущую тревогу:

– Отлично, хорошие новости. Тогда нужно выдвигаться…

– Любимая, – перебил меня Рагнар, – ты должна оставить меня и идти одна. Я задержу тварей, а ты как раз успеешь добраться туда…

Я неистово замотала головой, не желая его слушать:

– Нет! Либо вместе, либо никак!

– Пойми, – продолжал увещевать меня этот невыносимый дракон. – Время в Пограничье работает не так, как в живых сферах. Для нас могли пройти дни, а там – всего секунды. Мы думаем, что прошёл лишь час, а там промелькнули месяцы! Годы! Эви, нас никто не ищет… Все знают, что те, кто сгинул в Пограничье, не выживают… А искать пропавших – значит сгинуть самому…

Ему не было нужды мне объяснять, я знала это. Именно так погибла Мелисса, жена моего приёмного отца. Она тоже упала за борт, и… её даже не подумали спасать. И лишь мысль, что она, спустя столько десятков лет, может быть жива, что для неё прошло лишь полчаса, не даёт Эдгару сойти с ума. И он всё ищет, ищет и ищет способ найти её…

– Помнишь, что у меня, по условиям нашего договора, осталось право на желание? Так вот, наверное, пришло время его загадать… – глядя на мои упрямо сжатые губы, произнёс Рагнар, но договорить я ему не дала, зажав его рот ладонью и не позволив совершить фатальную ошибку: если дракон сейчас пожелает, чтобы я его бросила, магический контракт не позволит мне ослушаться, полностью лишив даже надежды на спасение мужа.

– Если ты посмеешь сказать хоть слово про желание здесь, в Пограничье, я прокляну тебя, – процедила, ощутив наворачивающиеся на глаза слёзы. – Ты можешь загадать его, но потом, когда мы окажемся в любом из миров или на твоём корабле, ясно тебе?

Вместо ответа Рагнар посмотрел мне за спину, и я нервно мысленно цыкнула: проклятье! Ненавижу, когда он так делает! А ещё больше терпеть не могу, когда кто-то подкрадывается в самый разгар серьёзного разговора! Неужели нельзя немного подождать?!

Я медленно оглянулась. Нахлынувшее было облегчение при виде белоснежного очаровательного коника, любимого всеми девочками Земли, пришлось скомкать и отбросить, силком напомнив себе, что единороги – вообще-то плотоядные.

Зверь косился на нас, шумно втягивал ноздрями воздух, но нападать не спешил. Мне подумалось, что, несмотря на рог, это вполне себе лошадь. И если бы уговорить его подвезти Рагнара, то до Обители Отверженных мы добрались бы гораздо быстрее…

Само собой как-то вспомнилось, что единороги предпочитают невинных дев и вроде не против даже покатать их перед обедом. Перед своим, конечно же, не их. Дракон на деву как-то не особо тянул, я, благодаря стараниям Рагнара, уже не особо-то и невинная. Но, как говорится, не всё же этому коню девственницы, с учётом нехватки еды в Пограничье, авось, согласится и на то, что имеется сейчас в наличии. Чай, не супермаркет ему здесь.

– Куть-куть-куть, – вытянув перепачканную в крови дракона руку и сложив её щепоткой, как будто в ней что-то есть, поманила я единорога. – Иди сюда, хороший мальчик!

Единорог скептично фыркнул.

– Эвалин, это плохая идея, – просипел Рагнар, не сводя глаз со зверя, не делая резких движений, плавно достал из ножен клинок.

– Он сейчас в светлой форме, – наигранно запротестовала я, искренне надеясь, что данная ипостась менее агрессивна и охоча до мяса. – Думаю, мы сможем договориться с ним, пока его тёмная форма блукает по какому-нибудь ночному миру…

Точно решив явить мне всю глубину моего заблуждения, единорог заржал, взвился, встав на дыбы и медленно, но верно окрасился в тёмный цвет, демонстрируя, что в том мире наступило утро.

– Так, а вот теперь валим! Валим! – взвизгнула я, бросаясь к дракону и пытаясь его поднять, но Рагнар оттолкнул меня, выставив вперёд клинок:

– Беги! Я задержу его!

Единорог прижал уши, оскалился и как-то по-змеиному угрожающе зашипел. Проклятье!

Зверь медленно надвигался, будто знал, что мы от него никуда не денемся. Его морда выражала предвкушение и торжество от лёгкой победы над богатой добычей: я, само собой, оставлять Рагнара была не намерена, и единорог словно это понимал.

Чем больше я на него смотрела, цепляясь за дракона, тем сильнее ужас охватывал моё существо, покрывая тело холодной испариной: неужели это всё? Неужели все те испытания, что я преодолела, были ради того, чтобы всё кончилось вот так — нелогично и бесславно? А как же пресловутый последний вздох умирающего: «Так вот для чего всё было?» Получается, не для меня?..

Раздался шипящий свист, похожий на тот, когда запускают фейерверк, рассёк пространство, следом ослепительно полыхнула голубоватым свечением вспышка, и на том месте, где только что был единорог, жаждущий нашей плоти, стало поразительно пусто. Глаза сами собой поднялись и уткнулись в величественно спускающегося серого дракона.

Точно зная, что от взмахов его крыльев куски тверди могут прийти в движение и опрокинуться, зверь плавно приземлился на край обломка скалы, изогнул шею и уставился восхитительными голубыми глазами на Рагнара, безошибочно признав в нём сородича.

Тот, словно зачарованный, тоже смотрел в ответ не мигая. Сделал к дракону неуверенный шаг, другой, и мне пришлось отлипнуть от мужа, позволив ему приблизиться к спасителю.

Уныние тут же сменилось радостью: пусть серые драконы и не оборачиваются людьми, но речь же понимают? Возможно, нам удастся договориться, чтобы он нас доставил в ближайший мир. Это одним махом решило бы все проблемы!

Я терпеливо ждала, когда игнис наглазеются друг на друга, невольно тоже затаив дыхание от великолепной картины – Рагнар выглядел совсем маленьким перед гигантом, в чьих глазах светился не просто ум, а мудрость…

Зычное «гам!» стало для меня полной неожиданностью. Разум не сразу смог принять факт, что серый дракон, которого я уже почти возвела в ранг мудрецов, внезапно резко наклонил голову к Рагнару, схватил его, подкинул в воздух, точно рыбёшку, и заглотил целиком, не жуя. А потом этот гад посмотрел на меня, и на его морде не было ни капли раскаяния.

Шок от нереальности происходящего, как будто я упала в кроличью нору и никак не могла выбраться из какого-то безумного бесконечного глюка, сменился на глухое раздражение и досаду на Рагнара. Вот сам же говорил, что у серых в черепушке шарики за ролики едут и шестерёнки с резьбы давно послетали, так какого Забытого нужно было так близко подходить к нему?!

Я огляделась, чтобы найти поблизости что-нибудь тяжёлое. Достаточно скоро мои глазоньки усмотрели корягу, которую я и поспешила подобрать. Прикидывая вес и примеряясь, удобно ли будет использовать её в качестве дубины, вернулась к невозмутимо пялящемуся на меня дракону.

– Выплюнь его. Сейчас же, – грозно процедила зверю, продемонстрировав ему оружие.

Надбровные дуги дракона удивлённо взлетели вверх, и он вперился в меня непонимающим взглядом.

– Не нужно делать вид, что это не ты сейчас моего мужа схомячил! – рыкнула, ощущая подкатывающийся к горлу противный слёзный ком. – Верни его обратно!

Дракон чуть отшатнулся от меня и замотал головой, будто говоря, что Рагнара не отдаст. Причём зверь настороженно косился на корягу, и морда его выражала опасение.

– Я тебе сейчас зубы повышибаю, паршивец, и сама его достану, – решительно направилась к нему, почувствовав, как по щекам катятся слёзы: да, я знала, что веду сейчас себя как идиотка! Такой громадине Рагнар на один зуб, а я на второй. Но зачем мне эта жизнь, если моего дракона не будет рядом?! Пусть тогда серый жрёт меня тоже!

Он ожидающе зажмурился, когда я замахнулась, но даже и не подумал сопротивляться или атаковать меня. Более того, этот негодяй будто специально, чтобы мне было удобнее, наклонил голову так низко, что пасть находилась как раз на самой выгодной траектории движения дубины…

Нет, это бред просто какой-то!

– Эви… Эви… – услышала я идущий из серого дракона голос мужа.

– Д-да, любимый?.. – откликнулась, опустив корягу. Ясно при этом понимая, что я окончательно тронулась умом. Всё-таки долгое нахождение в Пограничье никому ещё пользы не приносило.

– Эви, успокойся… Это Вирго… – увещевал Рагнар.

Далее я сделала то, на что никогда бы не решилась, пребывая в трезвом уме и рассудке. Но в данный момент я к мягкой белой комнате и смирительной рубашке была близка как никогда, поэтому на нормальность реакций уповать не приходилось.

Так вот, откинув дубину, я подошла к ящеру, раздвинула руками его губы и, наткнувшись на ошалевший взгляд зверя, уверенно скомандовала:

– Рот открой.

Дракон помедлил немного, но подчинился. Правда, зубы он разомкнул не полностью, видимо, памятуя о моей угрозе вынуть Рагнара самостоятельно.

Я сквозь кинжалы зубов заглянула внутрь. Пасть и горло внутри мягко сияли голубоватым свечением, поэтому любимого я увидела сразу. Рагнара, точно коконом, окутывала магическая энергия, исходящая из тела зверя, сплетаясь с магией мужа в одно целое.

Рагнар пошевелился, повернул голову и вымученно ободряюще мне улыбнулся:

– Он всё сделал правильно… Только так мы можем обратно слиться…

– Это вылечит тебя? – задала я волнующий меня вопрос.

– Да… я полностью регенерирую… но для слияния нужно время…

Я с облегчением вздохнула и ответила улыбкой: не волнуйся, я никуда не тороплюсь.

– Отдыхай, дорогой… спокойной ночи, – пробормотала, позволяя отражению мужа закрыть пасть и погладила его по морде: – Хороший мальчик, молодец.

Вирго низко заурчал, счастливо зажмурясь и подставив под ласку голову. Я же покорно продолжила его наглаживать, рассеянно оглядываясь, подмечая скользящие по соседним кускам тверди неясные тени и размышляя, что, пока отражение и Рагнар сливаются, нам по-прежнему угрожает опасность. Потому что сейчас дракон не мог использовать магию и был уязвим.

Впрочем, твари об этом не догадывались и держались на расстоянии. Видимо, показательное уничтожение единорога они прекрасно видели и не рисковали оказаться на его месте. Однако это не мешало им кружить по кускам тверди вокруг, основательно меня нервируя. Рано или поздно они поймут, что дракон слаб и тогда…

Но пока следовало осмотреться. Добраться через плотное кольцо армии тварей до Обители Отверженных теперь не представлялось возможным. Вирго распластался на краю скалы, изящно изогнул шею, прикрыл веки и будто придрёмывал. Хотя я видела, что он чутко следит за тенями на соседних твердях.

Меня удручало непонимание того, сколько может потребоваться времени для полного слияния Рагнара с отражением? Час? Два? День? А может быть, и вовсе неделя… Успокаивало лишь то, что серый цвет на шкуре ящера заметно посветлел, а по морде и телу начал проступать какой-то рисунок. Судя по названию Дома, в конце слияния Вергилий должен стать белым, но вот сколько нужно ждать… Ответа не было.

Чтобы отвлечься от пасмурных мыслей и выйти из взвинченного состояния, я решила исследовать твердь, на которой мы находились. На всякий пожарный взяла с собой корягу в качестве оружия и не зря: стоило немного обойти скалу и скрыться с глаз дракона, как я тут же почти нос к носу столкнулась с тварью.

Рефлекторно взмахнув дубиной, я заставила её отпрянуть. Скорее всего, моё появление тоже было неожиданностью для твари, решившей просто пока наметить возможные варианты внезапного нападения на нас с Вирго. А тут такая оказия – я…

По-кошачьи высоко подпрыгнув, тварь грациозно приземлилась на соседний валун, в прыжке разворачиваясь мордой ко мне, оскалившись и рыча. Маленькие уши, очертания головы и тела, пробивающийся сквозь тёмный клубящийся муар пятнистый окрас шкуры – всё это показалось мне поразительно знакомым. Да, переливы цветов были от серого к чёрному, но опутывающая стан твари тёмная дымка сбивала с толку, хотя в Пограничье всё выглядит иначе, поэтому появилась надежда, что моя магия удачи вновь мне благоволит…

– Юрим?.. – держа наготове дубину, неуверенно позвала я. – Юрим, это ты?

Тварь дрогнула, перестала скалиться, выпрямилась и смерила меня презрительным взглядом с ног до головы. О, да… Этот взгляд я узнаю из тысячи! Если раньше во мне было сомнение, то теперь оно полностью развеялось: передо мной стояло отражение перевёртыша собственной персоной.

– Передай лорду Харлару, что мы рядом с Обителью Отверженных, – указала я рукой направление, очень надеясь, что связь Юрима и его зверя достаточно крепка, чтобы отражение передало хозяину моё послание.

Тень леопарда внимательно огляделась, будто сканируя и запоминая каждую мелочь, затем коротко рыкнула, развернулась и рванула прочь, распугав стремительным бегом плавно кружащие вокруг неё тварей.

Хам. Вот даже доли сомнения во мне нет, что этот негодяй опять обозвал меня напоследок. Я исследовала скалу дальше, не особо-то полагаясь на перевёртыша: чтобы прибыть сюда, «Ищущему» может потребоваться несколько дней пути. К тому же неизвестно, как сильно фрегат потрепало в стычке с красным драконом. И почти сразу обнаружила расселину.

Она была узкой и вела вглубь породы, я чуть не прошла мимо, как неожиданно различила явственные стоны и плач, доносящиеся оттуда. Охи-вздохи и причитания с характерным «оканьем» в первое мгновение ввели меня в ступор. Не будь у Эдгара в доме кое-какой вредной нечисти, я решила бы, что это человек, но опыт общения с Шуней не оставил во мне сомнений. Но… как?! Тем более что стенания принадлежали явно нечисти мужского пола, а не домовушке. Хотя последняя меня настойчиво убеждала, что «такого не может быть, потому что не может и всё тут».

– Охохоюшки-хо-хо, – тоскливо раздавалось всё то время, пока я аккуратно пробиралась внутрь. – Ох-ох-ох…

Там ожидаемо было темно, но запалить светляк я остереглась, не желая нанести непоправимый вред кольцу и хронографу, который по-прежнему болтался у меня на шее. После очередной порции стенания я набралась храбрости, поздоровалась и поинтересовалась:

– Простите, а вы – домовой?

– Бедный я, бедный! Кокой там домовой… Довно уже одичавший я! – из чего я сделала вывод, что ответ скорее «да», чем «нет».

Собеседник ещё немного повсхлипывал, а потом буркнул:

– А ты чего это светляк не зожигаешь? Могичить, непутёвая, что ль совсем не умеешь?

Столь привычный переход от стенаний к претензиям невольно вырвал у меня смешок: ну, точно, домовой!

– А я, дяденька… – начала было, но он меня перебил:

– Трифон я.

– А я, дяденька Трифон, чего-нибудь поломать боюсь: магия у меня с обратным вектором.

– Хм… прям кок хозяйка моя… – внезапно благодушно отозвался домовой. – Зожигай, не боись: твой обратный вектор в Пограничье самое оно, ничего твоим камушкам не будет.

Чуть помедлив, я всё же решилась, создала маленький светлячок, но на всякий случай отправила его подальше от себя. Мой крохотуля поплыл вперёд, тускло освещая маленькую пещерку, пригорюнившегося на крупном валуне маленького лохматого мужичка, сверкающего жёлтыми глазищами и… сжавшуюся в комок женскую фигурку у дальней стены.

– А это вот хозяйка моя, – прокомментировал домовой, когда я застыла, вытаращив на неё глаза: не может быть…