Глава 7

Эвалин Пассеро

Гулкие удары в колокол, людские окрики – всё острой болью отдавалось в голове. Как?! Как могло такое произойти, что я напилась?! А тем более до жуткого похмелья…

А как вчера всё хорошо начиналось! Рагнар сошёл по своим драконьим делам на берег, сдав меня Арису. Паренёк оказался неплохим, когда не пытался тыкать в меня шпагой. Мы вместе перекусили, болтая ни о чём: Арис, стоило разговору свернуть на Рагнара, очень ловко менял тему. И делал это так легко, непринуждённо… Ему бы в политики пойти, а не с драконом бороздить Пограничье.

Достаточно скоро выяснилось, что Его Драконейшество позволил мне выходить на палубу под присмотром щуплого надзирателя. Этим-то я и решила воспользоваться, чтобы протестировать обновлённую «Младшую Сестрёнку». Спрятавшись от Ариса ненадолго в купальне, якобы поправить причёску, я врубила артефакт на полную мощь, и мы отправились на экскурсию по «Ищущему».

Встречающиеся по пути представители команды сперва воспринимали меня настороженно, но, попав под действие артефакта, очень скоро переходили от официального «леди Эвалин» к «сестрёнка». Хм… Видимо, отец, когда вносил изменения в артефакт, рабочее название воспринял дословно и воплотил в жизнь.

В общем, мужчины пытались меня чем-нибудь угостить, интересовались, нравится ли мне на «Ищущем» и не обижает ли меня капитан, – словом, вели себя так, будто я и вправду младшая сестрёнка какого-то их друга и мы давно хорошо знакомы.

Меня несколько расстроило, что на корабле нет библиотеки, да и в целом досуг команды организован от слова никак. Арис привёл меня на камбуз познакомить с шеф-поваром – автором тех блюд, что радовали меня простотой и изысканностью…

– Эвалин, ты сопишь на грани стонов, – вкрадчиво прозвучал голос Рагнара, выдёргивая меня из воспоминаний. – Я слышу, что ты уже проснулась, и у тебя дико болит голова… Вставай, выпей настойку, которую специально для тебя передал Фарт, и тебе сразу станет легче…

Я повернулась и с трудом разлепила глаза. Рядом с кроватью на тумбочке стоял поднос с завтраком и высокий стакан с жидкостью, по цвету напоминающей компот.

М-да… вот так оно всё вчера и начиналось. Я соврала Рагнару, когда сказала, что сделала всего пару глотков из призовой кружки, чтобы эль не плескался на участников. Дир Раффен, кок, когда мы посетили камбуз с Арисом, немного поворчал, пофыркал, что его отвлекают от работы, а после, попав под действие артефакта, тоже стал называть сестрёнкой. Ему пришло в голову воспользоваться моим визитом для проверки мягкости наливок и настоек, которые он-де надумал изготовить на случай нахождения на корабле высокопоставленных дам…

Что сказать? Пилось очень легко. В меру мягкое тепло разлилось по горлу, когда я опрокинула первую протянутую мне мензурку. Остальные разноцветные стопочки зашли и того легче. Я бы ни за что и не поняла, что напитки имеют хоть какой-то градус, не наливай их Фарт в стеклянные крохотули.

Компот компотом. Всё коварство которого я оценила позже. Гораздо позже. После того, как Рагнар дал порулить и летучий корабль вошёл в портальную звезду.

От мельтешения крупных искр потока за бортом «Ищущего» закружилась голова, и я сообщила Рагнару о желании прилечь. Дракон, как истинный джентльмен, сопроводил меня в каюту. Где я, совершенно не как леди, прямо в одежде завалилась на кровать. Рагнар хотел оставить меня одну, приглушил свет, но я попросила его прилечь рядом…

Дальше вспоминать совсем стыдно. Не раздеваясь, он лёг, очень целомудренно прижав меня к себе и поглаживая по голове, как маленькую. Моя ладонь сама собой стала ласкать его. По торсу. Шаловливо, как-то само собой, пуговички на его рубашке расстегнулись, являя восхитительное, как и весь остальной дракон, тело.

Рагнар замер, сверкая невозможными глазищами, а я, окончательно оборзев от безнаказанности, приподнялась на локте и стала нежить эту красоту губами: целовать, облизывать и, играясь, очерчивать языком изгибы. С каждой секундой дракон распалялся сильнее: его дыхание сбилось, грудная клетка неистово вздымалась от гулко колотящегося сердца. Казалось, его кожа стала неимоверно чувствительной: от каждого прикосновения мужчина вздрагивал и с шумом выдыхал, хрипло постанывая.

И эта власть над ним была упоительна. Чего уж скрывать! Я желала его тоже.

Он приподнялся, пытаясь поцеловать меня, а когда я, хихикая, увернулась, опрокинул на кровать, нависнув надо мной. В этот момент, возбуждённый, блещущий голубыми всполохами в глазах, Рагнар напоминал мне Серого Волка, поймавшего разнузданную Красную Шапочку.

– Моя Эвалин… О, боги!.. Какая же ты сладкая… – пробормотал севшим голосом, наклонился и впился в губы жарким поцелуем, сбивая дыхание.

И надо же было такому случиться, что от недостатка кислорода головокружение усилилось, а к горлу подкатил тошнотворный ком!

– Прекрати! Меня сейчас от тебя стошнит! – промычала я, выворачиваясь и закрывая рот ладонью.

Рагнар ошарашенно отклонился, а я, спихнув его с себя, опрометью бросилась к белому другу. Куда, собственно, меня вывернуло. И нутро, исторгая надсадные звуки, очень долго не могло успокоиться.

Мне было так плохо, что я не сразу заметила, что Рагнар придерживает мои волосы, чтобы они не испачкались. А потом, когда я в изнеможении осела на пол, помог встать и умыться. Затем подхватил на руки и отнёс в постель, где заботливо укрыл покрывалом. Но сам рядом ложиться уже не стал, а вышел из каюты. От расстройства я успела немного поплакать в подушку, прежде чем уснула: я совершенно не то имела в виду! А прозвучало так, будто он мне омерзителен…

И вот сейчас этот невероятный мужчина, наверняка оскорблённый до глубины души, зная, что меня мучает похмелье и каждый громкий звук для меня – пытка, специально говорил таким тоном, что его голос совсем не раздражал, а, даже наоборот, приносил облегчение. Принёс завтрак и очередной «компотик» от Фарта.

Рагнар… Надо же, какой он…

– Ты и спела, и сплясала, а он, негодный, значит, всё равно съел твой пирожок… – задумчиво глядя в окно, усмехнулся Рагнар, заставив меня застонать от стыда и уткнуться лицом в подушку: о, боги… я же ещё вчера и пела… кто-нибудь! Добейте меня…

Нет! Беру свои слова обратно! Этот дракон совершенно невыносим! Вот зачем напоминать об этом позоре?!

– Это была не я… – прохрипела, не покидая своего убежища.

Он хохотнул, сел на краешек кровати и погладил по спине:

– Эвалин, у тебя так называемый «похмельный стыд». Вчера ты не сделала ничего предосудительного, тебе не за что краснеть. Более того, ты была столь очаровательна, что парней с утра пришлось отправлять на берег принудительно: они отказывались покидать корабль, не узнав, как чувствует себя их любимая «сестрёнка»…

Но это вынудило меня только вновь застонать. Впрочем, я тут же повернулась, приоткрыв один глаз:

– На берег?..

– Мы уже два часа как прибыли на Истр-Лун, – он коснулся ладонью моего лба и констатировал: – У тебя ещё и температура. Похоже, дорогая, алкоголь – это совсем не твоё…

– Прибыли?! Нас же ждёт лорд Харлар! Ему наверняка доложили! – охнула я, подскакивая.

Рагнар поморщился:

– Большего разочарования, что я ему уже принёс, не будет, а нашу задержку он как-нибудь переживёт, – всунул мне в руки стакан с напитком. – Тебе нужно отдохнуть. Пей, этот настой способен и мёртвого поднять, рекомендую.

Настороженно прищурившись на жидкость, я нехотя сдалась:

– Хорошо, выпью. Но потом я сразу встану, и мы поедем, ладно? – заранее портить отношения со старшим Бел-Хансу мне не хотелось. А для этого нужно хотя бы не заставлять его ждать.

– Да-да, как скажешь, – как-то подозрительно покладисто откликнулся Рагнар и ухмыльнулся украдкой. – Только нужно полностью выпить…

Собрав душевные силы в кулак, я пригубила настой. По вкусу он был как густой тягучий морс с луговыми травами. По крайней мере, в послевкусии я различила мяту.

– Далеко ехать до… эм… твоего «родового гнезда»? – спросила, осилив половину и переводя дух. И не скажу, что мне сразу же стало легче. Так, чуть сухость и мерзкий вкус во рту перебило.

– Достаточно, если лететь на грифонах, – ответил Рагнар.

– Мы полетим на грифонах?! – поразилась я: никогда не видела этих мифических существ!

– Нет, мы пойдём через портал и попадём сразу на парящий остров, – он перехватил бокал и настойчиво поднёс к моему рту: – Как договаривались, до дна.

Поняв, что иным способом, кроме как сделать то, что он хочет, мне от него не отделаться, я допила остатки настоя. Рагнар удовлетворённо кивнул и забрал пустой бокал.

– Я три секундочки полежу, потом приму душ и… – пробормотала я, чувствуя, что у меня слипаются глаза.

– Угу, – бархатно хохотнул Рагнар, укрывая меня и нежно касаясь губами лба. – Отдохни немного.

* * *

Пробуждение в этот раз было не столь мучительным. Хотя из приоткрытого окна по-прежнему неслись окрики грузчиков, звонкие голоса мальчишек и гулкие удары в колокол. Но при всём этом я чувствовала себя бодрой и свежей. И да, смущение за вчерашнее тоже как рукой сняло. Кроме стыда за то, что случилось ночью в каюте. Этот «червячок» продолжал грызть меня внутри.

Что со мной не так? Почему я постоянно чувствую себя такой дурой?

Рагнара в каюте не наблюдалось, и я позволила себе сладостно потянуться, раскинув ручки-ножки в разные стороны. Чтобы охнув, тут же подскочить и слететь с постели: сколько времени?! Как и все высокородные, Харлар наверняка уже весьма недоволен вынужденным ожиданием.

Я опрометью бросилась в купальню приводить себя в порядок. Дракон появился, когда я уже приняла душ и подручными средствами пыталась хоть как-то высушить волосы: «умничка» Шунечка так и не отдала артефакт, трансформирующий мою магию, а пользоваться «сырой» с обратным вектором на корабле, нашпигованным артефактами… так себе идея.

– Эвалин? – послышался обеспокоенный голос Рагнара, ознаменовавший его возвращение.

– Я здесь! Уже почти готова, дай секунду! – стала торопливо натягивать платье: что ж, волосы придётся просто скрутить в узел.

– Эвалин, успокойся, – хмыкнул Рагнар, когда я, запыхавшаяся, вылетела из купальни. – Я предупредил отца, что мы задерживаемся. Он, к слову, раньше завтрашнего дня нас и не ждал. Сядь, поешь хоть немного.

Дракон сдвинул на столе бумаги и поставил поднос с едой. Подозрительного «компотика» в этот раз на нём не обнаружилось. Вместо него были пара чашек с кофе и миниатюрная свежая выпечка в корзинке.

– Не возражаешь, если я позавтракаю вместе с тобой?

Он отворил дверь, всё это время пленяющую меня загадочностью, и там оказалась маленькая кладовка со стеллажами, полностью забитыми свитками. К ним он и начал складывать те, что были на столе, освобождая пространство. Очень скоро стол засиял чистотой, являя дивный узор на столешнице.

В потайной комнате находился какой-то капитанский архив. Не пыточная с замученными девственницами… даже разочаровало. С другой стороны, любопытство разожглось с новой силой: что это за бумаги? И что всякий раз по вечерам высчитывает Рагнар?

* * *

Как он и говорил, путь до парящего острова занял всего минут пятнадцать. Это было то время, что мы потратили на дорогу к Междумирским Воротам.

Как и в остальных мирах, это была своеобразный башня-город, разросшийся по спирали вокруг единого портального столба. Широкая улочка начиналась с грузовых порталов, через которые доставляли грузы в другие миры. Но чем выше она вилась, тем малолюднее становилась, в нарядах путников видавшее виды тряпье сменялось на ткани дорогого кроя. Кичливая вышивка золотой нитью на россыпи драгоценных камней, и вот уже у сияющих портальных арок нельзя было встретить ни одного путешественника: этими воротами могли пользоваться только игнис.

Арис и Юрим остались на «Ищущем». Покидая корабль, Рагнар приказал им нести вахту. Перевёртыш в ответ на это молча насупился, а Арис разочарованно заныл.

– Мне объяснить, почему я наказал вас? – холодно бросил Рагнар через плечо, предлагая мне руку, чтобы помочь спуститься по трапу.

– Нет, господин, – покорно склонился Арис.

Кажется, мне никогда не понять их «дружбы»: то они обращались к Рагнару по имени и на «ты», а стоило тому чуть нахмуриться, поджимали хвосты и ничем не отличались от прочих членов команды.

– Надеюсь, это не из-за моего поведения вчера? – буркнула, ощущая неловкость перед парнями: мне не хотелось быть причиной размолвок этой троицы.

– Они знают за что, – туманно ответил Рагнар, сверкнув глазищами.

Поняв, что большего я от него не добьюсь, я позволила усадить себя в открытую коляску, и извозчик доставил нас к порталам. Мне было несколько неловко за простой наряд. Всё время казалось, что нас остановят, назовут самозванцами и погонят прочь.

Но Рагнара, казалось, его не подобающий высокородному игнис вид нисколько не смущал. Он приказал остановиться у одних из ворот, расплатился, галантно помог сойти мне с коляски, с хозяйским видом подошёл к возвышению, являющимся, скорее всего, неким пультом. Приложил запястье, нажал какие-то символы, и арка активировалась, заполыхав ярче.

Пока он проводил манипуляции, охранники у портала ни в мою, ни в его сторону даже мускулом не дрогнули.

– Они тут для антуража, – шепнул мне Рагнар, заметив, что я опасливо косилась на здоровяков. – В частный портал, никто, кроме хозяев или гостей со специальными метками, войти не сможет. Но власти города отчего-то упорно выставляют караул… – помолчал и хмыкнул: – Наверное, у них переизбыток рабочих рук.

На удивление, после входа в портал никакого «светового коридора» не было. Самой мне порталами путешествовать не доводилось, но Эдгар рассказывал, что после входа в арку некоторое время нужно идти в ослепительном потоке, чтобы перенестись из одного мир в другой. Но тут мы сразу вышли в тёмный зал с высокими потолками, больше походивший на некое подземелье.

По пологому скату, примыкающему к стене, мы поднялись к одному из выходов, где нас уже ожидал слуга.

– Добро пожаловать домой, лорд Рагнар, – поприветствовал он низким поклоном. – Лорд Харлар изволит обедать и приглашает вас и вашу спутницу разделить с ним трапезу.

– Мы только из-за стола, – цыкнул Рагнар, делая попытку проскользнуть мимо него и протащить меня следом. – Пока отец обедает, мы немного осмотрим достопримечательности. Не буду портить ему аппетит своим присутствием…

– Простите, молодой лорд, – дворецкий преградил ему дорогу. – Лорд Харлар предполагал, что вы можете так ответить, и велел дать вам понять, что его приглашение – это не просьба. Извините, но проследуйте, пожалуйста, со мной…

Вид при этом у мужчины стал столь жалостливый, что и слепому было бы понятно: если Рагнар не подчинится, то дворецкого ждут крупные неприятности.

– Если ты не возражаешь, я бы не отказалась от стакана воды или чашечки кофе: ещё сушит в горле, – легонько потянула пальчиками за рукав Рагнара, обращая на себя его внимание.

Да, я пожалела беднягу дворецкого, и что тут такого? Прислуга не виновата, что между отцом и сыном напряжённые отношения. Пусть решают между собой, а не втягивают в личные разборки ни в чём не повинных людей.

А, как мне помнится, из тех трёх секунд, что я имела «счастье» лицезреть старшего Бел-Хансу, этот игнис не из тех, кто переносит, когда ему говорят «нет».

Дракон долю мгновения сверлил меня серебряными глазами, а затем небрежно бросил слуге:

– Хорошо, я тоже выпью кофе. Веди нас.

– Благодарю! – просиял мужчина и с искренним теплом посмотрел на меня.

– Эвалин, – представилась я.

– Благодарю, леди Эвалин, – так же проникновенно выдохнул мужчина и согнулся в глубоком поклоне. – Добро пожаловать на парящий остров семьи Бел-Хансу! Обращайтесь ко мне с любым вопросом, я приложу все усилия, чтобы помочь вам!

– Так скоро ты очаруешь всех, кто меня окружает, – с наигранным недовольством тихо проворчал Рагнар, когда слуга поспешил по коридору вперёд, услужливо запаляя и развешивая под потолком светляки. – Сперва команда на корабле, теперь дворецкий… Что меня ожидает дальше? Бесчисленное войско твоих поклонников, готовых содрать с меня шкуру живьём из-за того, что я позволил тебе упорхнуть по завершении нашего контракта? М-м, Эвалин? Что ты прикажешь мне делать тогда?

Я зарделась от смущения и отвернулась, не найдясь что ответить: какая-то непонятная провокация… Но от его слов сердце в груди бросилось вскачь, разгоняя по телу кровь до шума в ушах.

Этот несносный драконище хохотнул и нежно погладил мою ладонь, покоящуюся на сгибе его руки. Чтобы хоть как-то сохранить лицо, я напоказ фыркнула и задрала выше нос. Чем только раззадорила его оскалиться ещё шире.

Впрочем, Рагнар вернул себе равнодушный вид, лишь стоило нам переступить порог столовой. Где за длинным-длинным столом в гордом одиночестве трапезничал лорд Харлар. Он промокнул губы салфеткой и одарил нас улыбкой. От которой мне окончательно стало не по себе: возникло ощущение, что от холода ресницы инеем покрылись.

Спокойствия не добавило и то, как нас рассадили слуги: дракона на торце стола, напротив отца. А меня так, что по отношению к Рагнару я располагалась по левую руку, а к Харлару — по правую. И при этом ровно посередине.

Как между молотом и наковальней. О чём свидетельствовала стремительно накаляющаяся атмосфера и молчаливая дуэль двух пар серебряных глаз. Кажется, у меня даже пар изо рта начал идти.

Сжав пальцами салфетку на коленях, я приготовилась к поистине величайшей битве: что-то мне подсказывало, что добром подобные гляделки не кончатся.

Итак, обед. Акт первый. Господи, заберите меня отсюда кто-нибудь!

* * *

«Вывести из равновесия… создать некомфортные условия, и пока добыча дезориентирована, схватить за горло, чтобы взять контроль над ситуацией в свои руки…» – вкрадчивым шепотком в голове втолковывала постулаты прежняя «я».

Всё так. Харлар сейчас вёл себя именно по этому шаблону, и от понимания этого мне сразу стало легче. Мешанина из эмоций улеглась, усмиряя разум. И я тут же чётко увидела два пути движения по этой трясине: первый – я принимаю вид избалованной дочурки, возмущённой пропажей отца, и бросаю Харлару, точно дуэльную перчатку, претензию, что это случилось по его вине. С учётом характера этого игнис мы сцепимся в перепалке минимум на полчаса, в результате которой он легко уложит меня на лопатки, имея козыри в виде нахождения на своей территории, обладания полной информацией по делу и превосходящими возможностями по доступу к новой.

Иными словами, этот путь будет сродни нападению букашки на питбуля. Заранее проигрышный вариант. Мне он точно не подходит.

Второй путь – я прикидываюсь той, за кого меня сперва принял Рагнар: недалёкой сельской простушкой. Веду себя ниже травы, тише воды, хлопаю ресничками на Великого Игнис и полностью уступаю бразды правления в поисках моего отца. Пусть Харлар сам расхлёбывает кашу, в которую втянул Эдгара.

Все высокопоставленные мужи не особо высокого мнения о женских умственных способностях. Не нужно пытаться доказать обратное, когда вверяется в руки столь замечательный инструмент управления. Мне важна конечная цель, а почёсывание эго пусть остаётся Харлару: когда отец будет найден, я щедро отсыплю старшему игнис восхищённых вздохов, пока он, как и всякий мужчина, забравшись на гору из побеждённых врагов, нацепит на голову сияющий венец и будет бить кулаком себя по золотым латам, оглашая округу рыком, и упиваться статусом альфа-самца.

Под этот шумок мы с Эдгаром и слиняем.

А пока… пусть Харлар поработает вместо меня. Кнут и пряник в виде восторгов его уму-силе и горьких слезинок, хрустальными капельками скатывающимися по щёчке, я ему обеспечу.

– Так значит, ты и есть дочь Эдгара Пассеро, – обратил, наконец, на меня высокосиятельное внимание лорд. – Я помню тебя, да… Ты та девчонка, что я чуть было не купил в Академии Расцелонна. А знаешь, что? – он хохотнул. – Сделай я тогда это, сейчас бы ты была избавлена от утомительного путешествия между мирами…

Короткое «вздынь!» оборвало поток его остроумия. Не сговариваясь, мы с лордом перевели взгляды на его источник: вилка, которую крутил в руках Рагнар, сломалась пополам. А сам мужчина безуспешно пытался удержать на лице невозмутимое выражение, но полыхающие голубоватым светом глаза выдавали его гнев.

– Отец, сейчас не время для неуместных шуток, – произнёс Рагнар, старательно скрывая рвущееся наружу раздражение. – У Эвалин похитили отца, прояви хоть толику такта…

Брови Харлара на мгновение взлетели, но он тут же вернул себе ухмылку, поглядывая на сына с превосходством. Махнул рукой, дозволяя слуге заменить испорченный прибор, и возразил:

– Я собираюсь выделить на поиски профессора два корабля, включая флагман «Сиятельный». Разве это ни о чём не говорит? – перевёл взгляд на меня. – Поверь, Эвалин, мне жаль, что так случилось. Твой отец стал для меня уже не просто исследователем… Прошу прощения за неуклюжую попытку тебя приободрить. Я слышал, что ты желаешь участвовать в поисках? «Сиятельный» и его капитан к твоим услугам…

Я не успела и рта открыть, чтобы выразить благодарность, как новый звук, означающий конец ещё одного прибора, и грозный рык Рагнара не дали мне и шанса:

– У неё контракт со мной! Эвалин полетит на «Ищущем»!

– Какой ты сегодня, однако, бодрый… – снова хмыкнул Харлар. – Твой фрегат, сынок, в поисках участвовать не будет: ты возвращаешься к своим обязанностям. Потоки меняют направление ежесекундно, и кто-то должен сдерживать их артефактами. Другой команды, способной заменить твоих спецов, у меня пока нет, поэтому… думаю, ты уже знаешь мой ответ.

– Не в нашем случае, – процедил Рагнар. – Нас связывает брачный контракт.

Лицо старшего дракона на секунду отразило изумление, и он посмотрел на меня:

– Позволишь взглянуть на метку, милая?

Не зная, следует ли встать и подойти ближе или достаточно будет продемонстрировать с места, я выбрала последнее, приподняв и развернув ладонь с меткой. К счастью, зрение у лорда оказалось орлиным. Пока он вперился в неё глазами, я промямлила в попытке оправдаться:

– В таверне не нашлось иных бланков… был только этот, да и то последний…

– Пф, ерунда! – сказал Харлар и отразил позой расслабленность. – Балаганная бумажонка. Это не проблема. Эвалин просто заключит брачный контракт с капитаном «Сиятельного», и ваши метки аннулируются, перебитые новым договором.

– Но отец… – просипел Рагнар, не в силах скрыть обуявшего его беспокойства.

– Я всё сказал! – внезапно рявкнул Харлар, теряя напускное благодушие и с размаху впечатав кулак в стол. – Ты хочешь со мной спорить?!

Яростно полыхая голубым светом в глазах, Рагнар вскочил, опрокинув стул. Рыкнув, развернулся и отшвырнул его ударом ноги в сторону, стул ударился о стену и разлетелся в щепки. Дракон выскочил из столовой, напоследок громко бахнув дверью.

– Прекрасно… Просто прекрасно… – разве что не мурлыкал, глядя ему вслед Харлар.

Улыбка некоторое время смягчала его задумчивое лицо, и я замерла, не зная, что делать дальше: не так рисовалась в моём воображении встреча отца и сына… Ой, совсем не так!

– Девочка, если ты не голодна, предлагаю перейти в мой кабинет, – произнёс Харлар, вставая.

Выбора у меня особо не было: если и был бы аппетит, то к этому моменту он уже наверняка пропал, не ешь я хоть неделю. Поэтому я выразила согласие кивком и благоразумно поспешила за старшим драконом.

– Какой огонь!.. Глазища так и сверкали… – бормотал под нос лорд, стремительно вышагивая впереди меня по коридору. – Ещё б мгновение — и он меня порвал!.. Силён, ох, силён… Так, как будто прежде…

Здание содрогнулось как при землетрясении, и Харлар остановился, задрав указательный палец вверх. С загадочным видом оглянулся на меня, сияя, будто ему сообщили невероятно хорошие известия:

– О! Почувствовала? – дождавшись моего кивка, воскликнул: – Порталом ушёл, негодяй. Он зол! Ей-боги, зол! Нет, не так… он в ярости!.. – запнулся. – Да нет же… он ревнует! О, боги! Неужели я дожил?! Ничего, вернётся, вот увидишь: Бел-Хансу не любят слово «нет». Остынет и вернётся… Но лучше бы не остывал!

Эмоции хлестали из мужчины обрывками фраз, из которых я ничего не поняла. Поэтому предпочла молча слушать, ожидая, когда суть станет более-менее ясна, либо дракон соизволит сам меня просветить.

Мы дошли до конца коридора, и Харлар распахнул передо мной тяжёлую добротную дверь, пропуская вперёд. За ней располагался кабинет, отражающий склонность хозяина во время работы не отвлекаться на излишества: простая лаконичная обстановка, всё со вкусом и удобно.

Лорд, войдя, запер дверь на ключ. Подошёл к узкому высокому столику с уставленными по нему бутылками с разноцветными жидкостями, плеснул из одной в стакан и залпом выпил, буравя задумчивым взглядом окно. Затем, будто опомнившись, обернулся и, качнув пустым стаканом, поинтересовался:

– Будешь?

Поняв, что это алкоголь, я вежливо жестом отказалась.

– А я выпью, – ответил лорд и плеснул ещё.

В этот раз он отпил совсем немного и уставился на меня, измеряя глазами с ног до головы и обратно. Я, памятуя о решении играть роль дурочки-тихони, покорно стояла и ждала итога: присесть мне лорд пока не предлагал.

– М-да… Не так я тебя представлял… Совсем не так… Что скажешь о Рагнаре?

Вопрос прозвучал неожиданно. Что ответить? Что это самый невыносимый драконище из всех, что я встречала? Во-первых, Бел-Хансу – это пока единственные игнис, с которыми мне довелось общаться. К тому же, его папенька сегодня легко побил все рекорды по невыносимости.

В голове сам собой всплыл образ впавших в раж женщин на причале Гудзора, в отчаянии привлечь к себе внимание забрасывающих Рагнара нижним бельём.

– Он красивый, – вырвалось у меня, и тут же я поняла, что сельская дурёха так бы и ответила.

Но, судя по тому, как Харлар сморщился, ожидал услышать не это.

– Я имел в виду его поведение. Во время вашего путешествия он был груб или обходителен? Проявлял заботу или ему было всё равно, что ты уже сдыхаешь в углу от голода-холода?

Брови сами собой взлетели к макушке: Рагнар может быть таким? Как-то не вязались слова Харлара с тем образом Принца, что сложился в моём сознании: предупредительный, приятный в общении. Даже когда я вела себя как полная дура, он ни единым словом, ни жестом не намекнул, что считает меня таковой. А уж если вспомнить, как я его оскорбила ночью…

– У вашего сына блестящие манеры, лорд игнис, – искренне ответила я.

Во взгляде Харлара скользнуло любопытство:

– А он не пытался… эм-м… перевести знакомство в более близкие отношения?

Щёки непроизвольно опалило жаром: он-то нет, а вот я… До сих пор стыдно.

– Хм, интересно… – не дожидаясь ответа, удовлетворённо произнёс лорд и покрутил стакан с выпивкой в руке. – А позволь ещё раз взглянуть на метку.

Я протянула руку. Харлар поставил стакан на стол, взял её в ладони и принялся тщательно осматривать: покрутил, потёр кожу с клеймом большим пальцем, а затем, перед тем как выпустить, заключил в тепло своих рук, нежно похлопывая.

– Прекрасно! Просто прекрасно! – одновременно приговаривал при этом и улыбался во всю ширь. – Я ошибся, девочка, этот договор нельзя перебить другим контрактом. Поэтому я сниму «Ищущий» с рейдов, и ты полетишь на нём. Как только Рагнар вернётся, я сообщу ему о своём решении. Два других корабля, как я и обещал, тоже займутся поисками и расследованием: капитаны будут держать связь с Рагнаром, а он, соответственно, с ними. Только вот… – улыбка исчезла с его лица, и он так посмотрел, что захотелось убежать. – Только вот реальными поисками твоего отца будут заниматься они, а для «Ищущего» у меня другое задание. Вернее, для тебя.

От последней фразы мне окончательно стало не по себе. Каждая жилочка в теле завибрировала, предупреждая об опасности, и я с трудом удержала на лице маску дурочки. Через силу захлопала ресничками и, чтобы недоумённое выражение получилось более правдоподобным, представила уравнение из высшей математики:

– Я не понимаю, чем могу быть полезна, лорд игнис… – проблеяла тихим голоском.

– Не нужно со мной играть, девочка! – рявкнул Харлар, неожиданно выходя из себя. – Ты уже показала себя разумной особой там, возле кабинета Пассеро. И должна понимать, что сын для меня дороже всего на свете…

Вздохнув, я откинула всё напускное, прошла к креслу и уселась в него без приглашения: похоже, разговор будет долгим. И, кажется, я заранее в нём проиграла.

– Молодец, – оценил мой жест лорд. – Как ты наверняка знаешь, Рагнара в детстве похитили и в попытке добыть крупицы чистой драконовой магии делали с ним такое, чего врагу не пожелаешь. Он потерял связь со своим отражением и способность испытывать эмоции. С трудом мне удалось понять, что восстановление возможно. Но происходит оно через боль…

Оу, понятно. Высокородный лорд желает, чтобы я вернула Принцу способность чувствовать и связь с драконом.

– Вы предлагаете мне его пороть? – цыкнула с досадой от того, что на меня пытаются повесить заведомо невыполнимое задание: лучшие учёные мужи бились над восстановлением Рагнара, а Чудо сотворить должна я? Да-да, и опять с большой буквы «Ч». – Некоторые дамы полусвета предлагают услуги подобного плана… может быть, лучше обратиться к ним?

– Какой магией ты владеешь? – прищурился лорд.

– Удачи и неудачи.

– Отлично! Она тебе пригодится, когда я буду пороть тебя за дерзкий язык, девчонка. Думаешь, говоря о боли, я подразумевал телесную? О, нет, дорогая, душевную… – лицо у лорда стало таким зловещим, что я невольно поёжилась: а не псих ли папенька Рагнара часом? Будто в подтверждение моей догадки Харлар продолжал: – Почему ты не задашь мне вопрос? Я чувствую, он вертится у тебя на языке. Спроси, как я понял это?

Харлар был прав. Но спрашивать отчего-то совсем не хотелось: интуиция просто вопила о том, что интересоваться у Синей Бороды, что это за разрубленные тётеньки спрятаны в тайной комнатке, – плохая идея.

Остро захотелось домой.

– Когда его нашли и вернули мне, – начал рассказывать Харлар, так и не дождавшись от меня покладистости, – он был похож на овощ: ему всё было безразлично. Холодно ли ему, жарко ли, вкусна ли еда или он не ел больше недели – мой мальчик был равнодушен ко всему…

По спине побежали мурашки от возникающих в голове картин,каклорд это понял… Господи, неужели Харлар измывался над собственным сыном?.. Медленно, но верно Тайная Комната этой семейки всё шире распахивала дверь, и её уже не захлопнуть обратно.

– Я уже стал терять надежду вернуть своего мальчика, – хладнокровно продолжал лорд, – но однажды увидел, что во время ежеутренней солнечной ванны в саду кто-то из слуг посадил ему на колени кролика. Маленького, совсем ещё крольчонка…

В этот момент я поняла, что не хочу дальше слушать. Но и остановить его сил не было.

– Когда я взял в руки зверька, мне показалось, что глаза Рагнара дрогнули. Тогда я вытащил из голенища короткий клинок…

– О, боги! Умоляю, остановитесь! – не выдержав, по-детски закрыла я ладонями уши и крепко зажмурилась, будто это помогло бы не слышать больше ни звука.

Харлар сверкнул на меня глазами и ухмыльнулся:

– Кролик верещал очень пронзительно. Я намеренно ранил его не смертельно, растягивая страдания животного. Помню, как тёплая кровь текла по пальцам и капала на колени сыну… – его голос, как назло, продолжал беспрепятственно проникать в самую глубину сознания. – И тогда мой мальчик впервые за долгое время поднял на меня глаза… О, боги, сколько в них было ненависти! И он плакал… плакал! А вместе с ним рыдал и я. От радости, что мой сын очнулся, и от омерзения на самого себя. В тот момент я резал не кролика, нет. Я резал себя. Я был готов выдрать себе сердце и отдать, ещё бьющееся ему, лишь бы… Поэтому он так относится ко мне: Рагнар меня ненавидит. Но это лучше, чем быть для него пустым местом.

– Вы грёбаный моральный урод! – не сдержалась я. По моим щекам катились слёзы, и я торопливо принялась их вытирать, чтобы не показать этому психу слабость.

– Правильно, девочка, так оно и есть, – хохотнул Харлар. – Наконец ты перестала играть и показала зубки. А теперь послушай, что я от тебя хочу…

Взгляд в панике метнулся на дверь, и я чуть не завыла от досады, вспомнив, что лорд закрыл её на ключ, который убрал в карман сюртука. Харлар насмешливо фыркнул:

– Верно, девочка, тебе некуда бежать, ты полностью в моей власти.

Ррррагнаррр! Я убью тебя, гад ты этакий! Ты знал, что представляет из себя твой папаша, и бросил меня наедине с этим чудовищем! Можешь начинать молиться своим богам, ибо мстя моя будет страшна!

– Но сегодня я добрый, поэтому позволю создать хоть какую-то видимость договора между нами…

– Я бы отказалась, но у меня на самом деле нет выбора, не так ли? – не скрывая чувств, процедила с досадой.

– Как мрачно… Но ты права, – хохотнул лорд и будто с тостом поднял бокал: – Поторгуемся?