Глава 6
Возвращение в город прошло в гнетущей обстановке, ибо обстоятельства сложились так, что обратно мы ехали в том же составе, в котором приезжали.
То есть я сидела рядом с демонстративно спокойным Артуром, но буквально всей кожей ощущала приближение выяснения отношений.
А выяснение отношений – очень сомнительное удовольствие. От одного предчувствия на меня нападала тоска, и я все больше уверялась в том, что надо это как-то заканчивать.
И дело даже не в Вороне, а вот в этом муторном ощущении на сердце. Которое говорит, что я нахожусь рядом не с тем человеком.
Ну и вообще, у нас отношения без году неделя! Если когда-то их и рвать, то сейчас.
Слать и Артура, и Ворона! Всех слать!
Так спокойнее.
В конце концов, мне нужно думать об учебе и перспективах, а не о парнях. Хотя бы потому, что инвестиции времени и внимания в себя любимую – это самые выгодные инвестиции в мире. Точно не прогорят.
А ещё… ещё проблема была в том, что Юлька до сих пор пребывала в своих сладких грёзах.
Открытый диалог ВК снова замигал новым сообщением.
«Мы только уезжаем! Доели шашлыки, допили сидр, а ещё Женя подал мне руку, чтобы помочь забраться в машину! Олька, он такой классный, такой джентльмен».
О да. Особенно когда меня вчера к стене прижимал.
«Все паришь в мечтах?»
Да, я таки не удержалась от мини-провокации. Ласточкина откликнулась сразу.
«Почему в мечтах? Сейчас это всё уже реальность! Ох, я такая счастливая! У меня от соприкосновения наших ладоней до сих пор коленки подрагивают, хотя я сижу».
Ну вот и что ей на это ответить?
Правду? Так она или обидится, или чего доброго решит, что я ее великую любовь решила увести и теперь враг номер один.
От напряженных дум на тему того, как же решить внезапно нарисовавшуюся проблему, даже голова разболелась.
Этим я и отговорилась, прервав диалог с подругой.
К счастью, ещё буквально десять минут – и мы подъехали к моему дому. Артур вышел провожать.
Мы подошли к подъезду, и Бойцов, внезапно обняв меня, коротко поцеловал в губы и сказал:
– Даже не думай, что я легко отступлюсь и отдам тебя этому напыщенному уроду.
– Арт…
– Оля, мы никогда не говорили с тобой о чувствах, все же, наверное, слишком рано. Я боялся спугнуть. Но сейчас хочу признаться, что у меня с тобой все очень серьезно. Ты восхитительная, нежная, самая красивая девушка. Ты чудесна, и я ни за что тебя не отпущу.
И поцеловав еще раз, Бойцов быстрым шагом отправился назад к машине. А я привалилась к двери подъезда, что холодила спину. Это ощущение хоть немного привело меня в чувство.
Что ж все так сложно?
Евгений Воронин
Не то чтобы я считал, что метод тарана – это самый лучший метод в мире, но других вариантов как-то и не было.
При ближайшем рассмотрении стало понятно, что Оля – спокойная и сдержанная девочка. Она крепко стоит на основе собственных убеждений, и эти самые убеждения диктуют ей: посылай всех, кто проявляет внимание.
Я запустил руку в волосы и дернул у корней, чтобы хоть немного привести себя в чувство.
На хрен, вот на хрен ты, Ворон, вчера так полез к девочке? Словно тебе восемнадцать лет и ничем другим, кроме содержимого штанов, ты думать не можешь.
С другой стороны… я ведь ничего не сделал. Я бы и пальцем не тронул птичку, если бы она сама не толкнула меня к стене.
Это рефлексы на подкорке. Я не привык к тому, чтобы женщина доминировала.
В целом я всего лишь хотел поставить девушку в известность о своих намерениях. И ее, и Артура, потому что я считаю подлым совращать малышку за спиной ее парня.
Все, что делается за спиной, – подло.
Кампания по завоеванию должна быть открытой. Яркой, уверенной… Объявление войны должно звучать всегда, притом настолько резонансно, чтобы это не пропустил никто из участников.
Почему-то захотелось курить, но до ближайшего магазина было шагать и шагать, так как я уже весьма сильно углубился в парковую зону.
Я потянул носом, втягивая в себя запахи, концентрируясь на них, на моменте, в котором я сейчас находился.
Сырая земля, аромат последних цветов, водная взвесь фонтанов, что ложится на кожу.
Здесь и сейчас. Я здесь и сейчас, и в этом моменте нет места для женщин.
Имел я это все.
Голову терять, в конце концов, нельзя.
Но, вопреки желанию головы, пальцы спустя несколько минут потянулись к телефону, и через страничку Ласточкиной я нашел страницу Ольги.
На аватаре кошка… кошка и тонкие женские руки, пальцы которых зарылись в рыжую шерсть.
Вроде обычная девочковая фотка, но было в этом что-то… такое тонко-звонкое, что это заставляло улыбаться.
Страница в соцсетях в наше время довольно много может рассказать о человеке. Даже если там ничего нет.
Страничка Чайкиной, в отличие от ее рафинированно-приличной внешности и такого же поведения, была совершенно иной.
На ум пришло недавнее определение авы, которое очень хорошо подходило и к остальной странице.
Тонко-звонкая.
Репосты из сообщества с картинками воздушных китов, что купались в облаках, цитаты из книг Макса Фрая и Терри Пратчетта, а также репосты анонсов интересных научных лекций с открытым доступом.
Девочка Оля все больше и больше казалась мне именно той, кто нужен.
А еще на ее странице не было совсем никаких упоминаний о парне. Вообще. Статус пустой, никаких совместных фоток и так далее.
Артур даже не комментировал ее записи.
Может, я и обманываюсь, но все же мне кажется странным, когда мужчина не оставляет совсем никаких следов в жизни своей женщины.
Тем более они же студенты! Первые отношения, романтика и желание закричать на весь мир о своей любви.
Ну и где все это?
Мигнуло входящее сообщение, и я изумленно выгнул бровь. Артурито? Да ты шо.
Нажал на диалог. М-да, мальчик горяч.
«Ты, перец, какого хера дое*лся до моей телки?»
Телка? Может, я старомоден, но звучит паршиво.
Ухмыльнулся и ответил:
«Она не твоя собственность. Даже штампа в паспорте не вижу, не говоря уже о купчей. Я за ней ухаживаю».
Артур решил не менять стиля общения.
«Будешь продолжать в том же духе, станешь зубы по асфальту собирать».
«Твои? Сорян, Артурито, мне чужой комплект не нужен».
Надо признать, что после этого я ожидал продолжения банкета в стиле «Я тебя найду и все кости переломаю». Но Бойцов удивил. И не сказать, что очень приятно.
«Спорим, что она тебя пошлет?»
«С чего бы это?»
«Я действительно предлагаю честный спор. Ты не сможешь ее отбить».
«Я в такие игры не играю. Пари на барышню… практически моветон, Бойцов».
Собеседник ответил грубее.
«Ссышь? А как же любовь до гроба, ты ж, типа, на нее виды имеешь. Я предлагаю честную дуэль: кого Оля выберет в итоге, с тем она и будет. Но если ты просрешь (а я уверен, что ты просрешь), то ты мне ставишь зачет и экзамен по предмету, который ведешь».
Красота, однако. То есть вот почем у нас любовь девушки?
«Если уведут, то хоть учиться не придется? – иронично поинтересовался я. – Будет когда поплакать в подушку».
«А это уже не твое дело. Так что, ты в деле?»
Я немного подумал, а после ответил:
«Я уже действительно не в том возрасте, мальчик. Более того, я предупредил тебя только потому, что считаю это правильным. А твоя попытка изобразить, что все происходящее – это с твоего разрешения… смотрится откровенно херово, Артурито. На этом нашу познавательную беседу предлагаю закруглить».
Больше на его сообщения я не реагировал. Хотя, судя по тому, что высвечивалось в диалогах, Артур уже отчаялся донести свое честное мнение о моей персоне цензурно и сейчас активно изощрялся в ненормативной лексике.
Забавно все же.
Оля Чайкина
Следующий день начался странно. Нет, не так… скорее СТРАННО! Начать стоит с того, что у подъезда утром меня ждал Артур. Не то чтобы Бойцов никогда раньше не заезжал за мной по утрам, но чтобы вот так – со свеженьким латте, хрустящими круассанами и такой счастливой улыбкой на лице, будто вчера у нас состоялся не неприятный разговор о Воронине, а бурная ночь… такого за ним я не помню!
– Доброе утро, пташка! – улыбнулся парень, галантно открывая мне дверь.
– Арт… – попыталась было возразить я, но Артур сунул мне в руки стакан из Старбакс, поцеловал в щеку и мягко подтолкнул в машину.
Не подумайте, что я продаюсь за стаканчик кофе, пусть даже вкуснейшего и свежайшего, но отказаться в этой ситуации было как-то глупо… в конце концов, это не я застукала его вчера на берегу озера в компании незнакомого чувака, заявившего открытым текстом, что в его планах разрушить нашу пару. Я, конечно, не считала себя виноватой, но и не могла понять: что так повлияло на Арта, который никогда не отличался особой выдержкой? Это собственнический инстинкт? Не похоже… тогда что? Он правда не хочет отпускать меня?
– Оля, – Бойцов словно прочитал мои мысли, и я оторвалась от кофе, посмотрев на него. – Я осел. Прости меня!
Я чуть не подавилась молочной пенкой, но все же выдавила из себя короткий вопрос:
– За что?
– За то, что я очень торопил события и так хотел быть с тобой, что думал только о себе…
Как-то слишком пафосно и сладко… Артур в жизни так не разговаривал.
– …я не подумал о твоих чувствах, о том, какая ты. О том, что ты особенная и именно поэтому мы с тобой вместе. Эта ситуация – она открыла мне глаза, так что я даже благодарен немного этому Воронину…
Может, я все ещё сплю и мне это снится?
– …потому что, если бы он не показал мне, какой я осел, я бы все равно потерял тебя. Пусть не сейчас, а чуть позже, но это было бы неизбежно!
Я посмотрела на Бойцова округлившимися от удивления глазами. Не то чтобы мне не нравился обновлённый Арт версии 2.0, но я была шокирована.
Между тем мы подъехали к зданию института. Возле главного корпуса уже приплясывала Юлька. Подруга была в отличном настроении и, едва завидев нас, бросилась мне на шею:
– Привет! – протянула она.
– Привет, – я улыбнулась Ласточкиной и покосилась на Артура. Честно говоря, я ещё вчера ждала, что он расскажет обо всем Юльке, но Арт, кажется, вообще забыл об этой ситуации. Он, наоборот, чмокнул Юлю в щеку и участливо спросил:
– Ну, как там твоя великая любовь?
– Ой, – Ласточкина словно только и ждала этого вопроса, – я, конечно, переживаю, но мне кажется, что это знак. Ну, то, что он с нами за город поехал.
Я нервно прикусила губу, а Бойцов демонстрировал все новые качества. Он даже не дрогнул, а лишь улыбнулся и доброжелательно добавил:
– Это будет здорово, если у тебя с ним все получится, вот только, мне кажется, тебе нужно как-то спокойнее, что ли, себя вести. Будь чуть сдержаннее, такой напор, который ты проявляешь, – он обычно немного пугает…
Артур удивил меня уже в который раз за утро! Это он сейчас советы Ласточкиной давал? Юля, кстати, задумалась и неуверенно кивнула в ответ на его слова:
– Наверное, ты прав…
К счастью, сразу после этого судьба развела нас по аудиториям. Артура в свою, а нас с Ласточкиной в другую.
И на лекции я впервые поняла, что мне сложно воспринимать информацию. Мозг истерил о том, что мы попали в какую-то сложную ситуацию и надо что-то делать. Надо СРОЧНО что-то делать!
Какая на хрен учеба, если тут ТАКОЕ творится. Ну действительно, Оль, к тебе в кои-то веки подвалили золотые женские проблемы – мужики! Стало быть, думать надо только про это, а никак не сосредотачиваться на начертательной геометрии.
Тем более что следующая пара – как раз история архитектуры, которую нам ведет кто? Правильно, головная боль номер раз!
Именно в этот знаменательный момент, когда я паниковала, а Ласточкина, сидя рядом, рисовала на краю ватмана сердечки, наше чрезвычайно продуктивное времяпровождение было замечено преподавательницей.
Она выросла над нами жуткая, как Сцилла из древнегреческих мифов. Монументальная, злобная и страшная, как невесть кто.
И даже звали ее схожим образом, за что прозвище и получила.
– Ну и что вы тут делаете?
В аудитории воцарилась тишина, притом такая, что все склепные упыри возжелали бы сюда переселиться. Потому как такую заупокойную обстановку еще поискать надо!
Стелла Иосифовна поправила очки и, склонившись вперед, воткнула ярко-красный ноготь в центр моей работы.
– Ну так что у нас тут? – еще раз ласково спросила Сцилла и, не дожидаясь, пока я что-то вякну в ответ, добавила: – А я сама отвечу. Ничего! Чайкина, что это за набор линий? Скажу по секрету: задание выглядит совсем не так.
Ласточкина нервно хихикнула рядом. Зря.
– А что у вас, Юлия? М-да… кто бы мог подумать, что схема трехкомнатной квартиры выглядит как кривое сердечко.
Однокурсники засмеялись, но волна смешков быстро сошла на нет, так как ребята прекрасно понимали, что в следующий раз козлом отпущения может стать кто угодно другой.
В общем, Сцилла еще минут пять позорила нас с Юлькой, но, к счастью, быстро потеряла интерес ко всему этому.
И я… я тоже окончательно потеряла интерес, но не к учебе, а к тому, что мешало мне ею заниматься.
Я всегда считала себя целеустремленным и здравомыслящим человеком, который умеет правильно расставлять приоритеты. Нельзя позволять, чтобы отношения мешали моему будущему!
Телефон завибрировал, и… я торопливо перевернула его экраном вниз, покосившись на сидящую рядом Ласточкину.
Фух, вроде не заметила.
Что не заметила? А сообщение от Евгения Воронина!
Ему мало нашего горячего личного контакта и он решил добавить онлайн?
К черту!
Мобильный повторно зажужжал.
Юлька заговорщически прошептала:
– Артур пишет? Он у тебя такой… странноватый, если честно.
– В смысле?
Ласточкина вдруг стала серьезной-серьезной.
– Ну я ведь его давно знаю, все же однокурсники. Все это время Бойцов был похож на крайне самолюбивое существо, потому я удивилась, когда вы стали встречаться, потому как ты представляешь его полную противоположность. Слишком… глубокая, что ли. Вся в себе. Самодостаточная.
– Внезапно…
– В общем, ввиду того, как он себя ведет в последние дни… удивительно, в общем!
Это она про внезапный приступ сахарозы в поведении и проявление галантности?
Разговор пришлось прервать, так как Сцилла Харибдовна снова хищно посматривала в нашу сторону.
А после занятия я сбежала, воспользовавшись перерывом на обед. Ласточкиной сказала, что надо к Артуру, а Артуру написала, что пойду с Юлей.
Будет неприятно, если они встретятся. Расчет разве что на то, что обычно Бойцов предпочитал перекусывать в ресторанах, а Юля, как бедный студент, питалась в столовой.
Но даже если все и вскроется… а плевать!
У меня никак не получалось стряхнуть с себя муторное состояние и совершенно опускались руки.
Я действительно не привыкла к таким страстям. Я их не хочу.
Мало того, что достойно выдержать напор Воронина – в целом весьма непростая задача, так к ней еще примешивается противный привкус вины. Перед всеми сразу!
Перед Артуром за то, что у меня никак не получается отшить Женю наиболее доступным способом, а перед Юлей… ай, и так все понятно.
Но ведь я действительно пытаюсь!
У выхода из университета я купила кофе и, глянув на время, решила воспользоваться свободным часом по полной программе. Мой путь лежал в небольшой сквер, в центре которого призывно искрился голубыми бликами небольшой пруд.
Я обошла его по кругу, остановилась у лавочки, погладила прохладную изогнутую ручку, наслаждаясь гладкостью металла.
Села. Вновь посмотрела на экран. Палец чуть дрогнул, но я все же нажала на иконку приложения.
Итак, Женя Воронин…
«Здравствуй, Чайка».
«Для начала хочу извиниться за свою чрезмерную смелость. Или, наверное, это скорее можно назвать чрезмерными ответными реакциями. В любом случае я сожалею, если напугал тебя. Такого больше не повторится».
М-да…
Сначала я вообще не хотела отвечать, но решила все же расставить точки над i.
«Ок, извинения приняты. Надеюсь, на этом мы закончим наше общение».
Ответ пришел почти сразу, несмотря на то, что еще несколько секунд назад писалось, что Воронин был в сети час назад.
«Ты же сама понимаешь, что нет, Оль».
На плечи словно обрушилась бесконечная усталость.
Достали. Все достали.
Именно в этот момент написал Артур. Такой поток приятностей, что мне было одновременно и неловко, и дико стыдно. Почему мне не хочется броситься ему на шею, благодаря за такое отношение и стремясь поцеловать во все места разом? Наоборот, меня это нервирует!
Ничего не хочу. И никого не хочу.
Стало быть, нужно взять себя в руки и достойно выйти из ситуации.
Пудрить мозги Артуру не имеет смысла, кажется, мои чувства не выдержали проверки. Хоть я и не вспыхнула к Ворону, но точно не готова пока сражаться за любовь с многоголовой гидрой учебы.
А еще мне дороги отношения с Юлей, и нашу дружбу я ставлю выше всего.
Решительно кивнув своим мыслям, я быстро написала Ворону и Артуру один и тот же текст.
«В сквере возле пруда. Через двадцать минут».
Двадцать минут – это много или мало?
Просто так сидеть и ждать у меня не хватило собранности, потому я поддалась на провокации своего бедного мозга, потрясенного таким количеством стрессов. И решила его утешить! Докинула в топку организма круассан с шоколадом и запила это все горячим какао. Жить сразу стало чуточку проще.
В общем, обратно пришла минута в минуту, впрочем, не только я. Горе-поклонники тоже отличались сегодня особенной пунктуальностью: и Воронин, и Артур были на месте и, видимо, уже пытались выяснить отношения…
– Шёл бы ты отсюда, – сквозь зубы процедил Артур, глядя в глаза соперника.
Тот прислонился спиной к дереву и посмотрел на Бойцова с искренним интересом юного биолога, перед которым кузнечик внезапно не просто шибанул сальтуху, а еще и канкан станцевал.
– С чего бы?
В голосе было столько искреннего интереса, что это раздражало даже умиротворенную круассанчиком меня, не говоря уже об Арте.
– С того, что тебе здесь не рады.
– Кто не рад? Ты? Так я тебя не держу…
Судя по всему, эта пикировка продолжалась уже несколько минут. Мне даже захотелось театрально кашлянуть, привлекая к себе внимание, а потом начать наше импровизированное собрание словами Гоголя: «Я пригласил вас всех, чтоб сообщить пренеприятное известие…»
Ладно, Чайкина, решилась на ответственный шаг – делай его!
– Господа… – почему-то произнесла я. Тупее обращения в сложившейся ситуации придумать было сложно!
«Господа» разом перестали спорить и повернулись ко мне. Арт хищно ухмыльнулся и сделал шаг в моем направлении, намереваясь обнять, поцеловать меня и таким образом показать, кто тут главный. Но я остановила Бойцова.
– Нам надо поговорить… – на выдохе начала я.
– О том, что он тут делает? Пташка, какого хрена?
И только Воронин стоял и наблюдал за происходящим молча, пока Арт тыкал в него пальцем и пытался понять.
– Бойцов, есть некоторое подозрение, что тебе стоит временно заткнуть фонтан своего красноречия, – не выдержал Евгений, одергивая соперника. – Судя по всему, нам сейчас поведают что-то необычайно интересное.
Арт замолчал на полуслове, а я благодарно посмотрела на Ворона.
– В общем, я хочу сказать… что сложившаяся ситуация меня категорически не устраивает… – попыталась начать разговор я.
– А кого она устраивает?! – снова взвился Арт и добавил, обращаясь уже к Воронину: – Это она тебе говорит, ты тут лишний!
Я вздохнула, наблюдая за тем, как разборки с условным сценарием: «Слышь, ты кто такой? Вали отсюда!» – снова набирают обороты. Оля, ты приняла абсолютно правильное решение! Только расставив все точки над i, можно спокойно погрузиться в учебу! Не трусь, срывай пластырь быстро и без сомнений! Да, это будет неприятно, но сделать это нужно…
– Вы оба мне не нужны! – выпалила я, слегка повысив голос. – Все, ситуация зашла слишком далеко, я это заканчиваю!
– Пташка… – Арт оторвался от препинаний с Ворониным и уставился на меня во все глаза. – Но…
Воронин снова погрузился в мрачное молчание. Он ничего не говорил, только смотрел на меня, вертя в руках стаканчик с кофе, который, видимо, принёс с собой.
– Арт, так получилось, что мы с тобой очень разные! Слишком! Это правда. Сложившаяся ситуация это показала…
Бойцов снова сделал шаг ко мне, намереваясь взять за руку, но я отстранилась и продолжила, обращаясь к Воронину:
– А тебе я все сказала уже несколько раз, между нами ничего не может быть! Твои ухаживания бесполезны! И они мешают мне сосредоточиться на учёбе… а для меня это важно!
– Мудила, – зло буркнул Артур в сторону Воронина. Того, видимо, покинуло терпение, поскольку он решил ответить:
– Мне кажется, в данном случае стоит прислушаться к барышне. Она сказала, что вы разные.
Зачем он это повторил? На случай если Бойцов с первого раза не услышал?
– А у вас с ней, значит, охренеть сколько общего, да? – вспылил Артур.
– Очевидно, что больше, чем у тебя…
– С хрена ли?
Прежде чем диалог снова перешёл бы в категорию тех самых, где два мальчика в песочнице мерятся размерами своих лопаток, я решила вмешаться:
– Хватит! Ни с кем у меня нет ничего общего! Я специально позвала вас обоих сюда для того, чтобы быть честной! Чтобы никто не думал, что я выбрала кого-то другого за его спиной! Я хочу, чтобы вы оба знали, что я выбираю учебу! Я выбираю своё будущее! Я не хочу провалить экзамены и пропустить семестр, выясняя отношения с вами! Мне это не нужно! И все, чего я хочу и прошу от вас, – понять это! Все!
С этими словами я развернулась и пошла прочь из сквера, оставив озадаченных Артура и Воронина наедине друг с другом. Пусть делают, что хотят! Спорят, ругаются, да хоть дерутся! Я поступила правильно – теперь в беспокоящей меня ситуации поставлена точка и я могу спокойно погрузиться в учебу и не бояться за нашу с Юлей дружбу.