Глава 7

Королевство Симпал являлось одним из самых крупных государств в этой части света. На юге оно почти достигало Соленого моря и лишь чуть-чуть не доходило до Беарского халифата. Чуть западнее вплотную подбиралось к Большой пустыне, оставляя кочевым варварам сравнительно небольшой клочок пригодной для выпаса скота земли. На севере делило спорные территории с Ларуссией, где, как говорят, было так холодно, что даже летом на улицах выпадал снег. А вот на востоке заметно умеряло свои аппетиты, отгораживаясь от здешних территорий полосой ничейных земель и получившим особый статус Приграничьем, которое вплотную подходило к Кровавой пустоши.

Эти земли всегда являлись для людей источником беспокойства. Кровожадные упыри, появившиеся в последние столетия вампиры, мавки… какой только гадости там не обитало. Как они уживались вместе – один Двуединый ведает, тогда как собственно пустошь представляла собой нескончаемую череду болот, куда не было ходу ни зверю, ни человеку. Деревьев мало, дичи почти нет, снизу идут зловонные испарения, поверху дует ядовитый ветер… Там не имелось ни дорог, ни тропок – только бесконечная сырость и глубокие топи, из мутных вод которых с наступлением ночи начинало выбираться множество голодных тварей.

На плечи Приграничья ложилась задача сдерживать наплыв местной нежити. Задача, прямо скажем, непростая, но наличие укрепленных фортов, приличная по размерам армия, прямое соседство с эльфийскими лесами и гномьим царством помогали людям выживать и крепко держаться за отвоеванные у нежити территории.

Условия для жизни там, конечно, были не ахти, да и за воровство карали гораздо строже, чем в Симпале, но думаю, я все равно приживусь, никуда не денусь. Не зря же Рум советовал топать в эту сторону.

Вспомнив о маленьком ворчуне, я невольно улыбнулась.

Странно, но я действительно верила, что в прошлое полнолуние слышала его голос. И что только он был настоящим в том сонме непонятных видений, что мешали мне уснуть. Значит, живой он, невредимый. Присматривает за мной иногда. А то и вернуться пытается, хотя пока его усилия ни к чему не привели.

После Тирилона я стала еще более осторожной, почти не заходила в попадающиеся на пути села и старалась держаться в стороне от главного тракта. А если и рисковала заглянуть за околицу, то обязательно меняла лицо, повадки, голос, быстро покупала необходимое и уходила, предпочитая ночевать в лесу, чем снова нарываться на неприятности.

Об оборотне старалась не вспоминать, но первые дни мне все равно мерещилось, что за кустами нет-нет да и мелькнет его черная шкура.

Какое-то время подумывала приобрести какую-нибудь захудалую лошаденку, но лошадь – не телега. Ее придется чистить, кормить, поить, регулярно осматривать копытам. Опять же, сбрую надо будет приобретать, следить за ремнями, седлом и повесить на свою шею массу других ненужных хлопот.

Оно мне надо?

Тем более что я и без лошади шла довольно резво, порой срывалась на бег, привалов почти не делала, но при этом уставала гораздо меньше, чем уставал бы обычный человек. А милое моему сердцу одиночество с лихвой восполняло те небольшие неудобства, которые приносила дорога.

Правда, пару раз я не отказала себе в удовольствии прокатиться на гремящих телегах, которые с хорошей скоростью гнали в родные деревни удачливые посетители Тирилоновской ярмарки. А что? Мне было как раз по пути, дорогу опять же разузнала, про Приграничье выспросила, о разбойниках послушала. Чем не досуг?

Лицо, разумеется, поменяла на старушечье, сгорбилась и замечательно похромала, зато вызвала искреннее сочувствие, а также без труда выжала нужную информацию. И если верить тому, что рассказали мне говорливые возницы, то по Западному тракту я спокойно доберусь до самых Вежиц – довольно крупного села, возле которого эта дорога перестанет называться Большим трактом, а разделится на три почти равнозначных пути – Северный, Восточный и Южный. Первый свернет в сторону Ларуссии, второй упрется в нужное мне Приграничье, а третий, минуя Беарский халифат, доведет почти до Соленого моря.

Но напрямую восточным путем без большого каравана и внушительной охраны мне посоветовали не ходить. Мол, разбойники в тех местах принялись пошаливать, да из Коломнец, Ладоги и Малых домн в последние месяцы стали приходить тревожные сведения: нежить отчего-то зачастила рыскать по окраинам. Патрули, конечно, стороне усилили, местность старательно прочесывали, крупные города, коих по дороге насчитывалось аж три штуки, совсем не пострадали. Но трупы одиноких путешественников все еще встречались. И кто уж тут был виноват – разбойники, погода, несчастный случай или нежить, разобраться не всегда удавалось.

– Так что попомни совета, матушка, – убежденно сказал на прощание один из извозчиков. – Не ходи по восточному пути. Болота там старые, нехоженые. Говорят, до самой пустоши тянутся, потому-то и лезут оттуда без конца эти твари. Лучше дождись каравана или на юг поворачивай, если хочешь добраться туда живой…

Снова оставшись одна, я ненадолго задумалась, раз за разом прокручивая в голове чужие слова. Восточный путь, южный… не хотелось бы мне задерживаться. Но и понапрасну лезть на рожон – глупо. Я все-таки не убийца, не могучий рыцарь в доспехах и даже не умелая воительница из древних сказаний. Не всегда мои когти смогут выручить, от стрелы не уберегут, от ядовитого кинжала или взведенного арбалета – тем более. Да, я быстрее, сильнее и выносливее обычного человека, умею хорошо прятаться и маскироваться. Однако открытый конфликт – не моя стихия. И чем быстрее, дальше я окажусь в Приграничье, тем больше у меня шансов выжить.

До самых Вежиц я ломала голову над появившейся проблемой. Вертела ее и так и этак. Сомневалась, мучилась бессонницей, выбирала. Ведь полностью на слова незнакомца не положишься, надо бы проверить самой, но совать голову в пасть оберона тоже было глупо.

Как ни странно, но село Вежицы мне даже понравились, хотя правильнее их было бы называть не селом, а все-таки городом. Городком, если угодно. Потому что добротная бревенчатая стена в два человеческих роста, сторожевые башенки через пятьсот-шестьсот шагов, неусыпно бдящие на верхушках караульные и окованные металлическими полосами ворота сразу относили Вежицы к разряду не просто деревеньки, но почти что форта. И это при том, что ночью на башнях в специально отведенных жаровнях всегда горели костры, воины на башнях дежурили по двое-трое, все окрестное пространство просматривалось на три полета стрелы, а глубокий ров под деревянной стеной определенно наводил на мысли о натыканных там кольях. Плюс имелся подвесной мост, как в хорошем замке. Бдительные стражники на воротах, приличное количество вооруженных воинов внутри и превосходно натасканная стража, с которой не рисковали связываться даже заезжие забияки.

– А как иначе? – удивился на мой вопрос стражник на воротах. – Приграничье близко. Дальше почти на неделю пути ни одного села окрест не будет, только Домны на севере, да Кижи с Постами на юге. Но до них еще идти и идти, а упыри, бывало, и сюда добираются. Вот и приходится нам самим о себе заботиться. Народу-то, почитай, тысячи две с приезжими наберется, да почти все умеют в руках меч держать или топор. Дворов стоит несколько сотен, по этой дороге всяко никуда больше не свернешь, только тут и переночуешь спокойно. Вот и делаем, чтобы тракт не хирел и не рушился.

Я скептически подняла бровь.

– Да? А почему тогда стены каменные не поставить?

– Потому, голубушка, что нежить больно осину не любит. Камень что? Прогрызет или порушит – у них же когти длиннее твоей ладошки. А на осину им плохо забираться. Если даже сумеют запрыгнуть или испортят, то у нас тут народу много. Забьем, сожжем, а потом заново отстроимся. Благо осины вокруг – немерено. А камень новый придется аж от самых гор сюда волочь, да еще и гномам приплачивать, чтобы пропустили. Так что нет, милая, так гораздо спокойнее.

– Ясно, – озадачилась я. – Разбойников тоже не боитесь?

– Да чего их бояться? Столько народу у них, чтобы Вежицы осадить, ни в жисть не наберется – не прокормишь просто такую ораву в наших лесах. Охрану купцы нанимают далеко отсюда, к ним тоже не пролезешь. А ежели кто надумает внутрь под видом торгового люда пробраться, так у нас своя стража имеется. Вмиг тревогу поднимут да на вилы смутьянов поднимут. Не успеют ни мост опустить, ни своим знак подать. Так что нет, милая, им гораздо легче в подлеске караван остановить, да и то – если силенок хватит. А еще лучше – на запад податься, где и поспокойнее, и добыча не в пример богаче.

– Гм, и королевская гвардия почти в каждом селе… Может, вы и правы. Не подскажете, где на ночь можно остановиться?

– В «Гнутую подкову» зайди, если с деньгами туговато, – немедленно отозвался он. – А коли монета есть, то в «Бараний бок» – лучше, чем там, гуся с яблоками нигде не готовят. Бородой своей клянусь, не пожалеешь! Левая улица, третий поворот налево.

– Спасибо, – механически отозвалась я, но потом не удержалась и добавила: – А бородой вы правильно клянетесь, потому что за случайный совет хозяин «Бока» наверняка вам неплохо доплачивает. И это при том, что своей бороды у вас нет и, судя по всему, никогда не будет.

Стражник, на секунду онемев от моей наглости, вдруг довольно расхохотался.

– Верно, красавица! Хотя трактир и правда недурен!

Я понимающе кивнула, отдала весельчаку плату за проход и в приподнятом настроении вошла в село. Разумеется, ни в «Бок», ни в «Подкову» не отправилась, потому что посещать безумно дорогие постоялые дворы мне было не с руки. Так что я просто выловила на улице первого попавшегося мальчишку и за пару медяков отыскала небогатое заведение, где и решила напроситься на ночлег.

Проблема состояла лишь том, что ни один купец, каким бы великодушным ни слыл, не станет брать с собой тощую, совершенно бесполезную в дороге малолетку, коей я сейчас выглядела. Никому не нужен лишний рот на пути через Приграничье. Но и в одиночку соваться дальше опасно. Разумнее будет присоединиться к тем, у кого уже есть хорошая охрана и кто не бросит меня на съедение нежити при первых же признаках опасности.

Однако старый облик для этого не годился.

Накинув капюшон, я прямо на ходу принялась творить – сделала лицо строже и серьезнее, убавила скулы, заострила подбородок, придала себе яркость и выразительность, долженствующие показать характер. Цвет волос, правда, решила не менять, фигуру тоже оставила как есть, только немного изменила походку и расширила плечи, чтобы не производить впечатления подростка.

Вот так.

Пятнадцать минут, и вместо угловатой соплячки перед вами уже подтянутая молодая женщина. Не сногсшибательная, но не лишенная определенной доли привлекательности. Пожалуй, будь у меня возможность выбирать, я бы предпочла в реальности остаться именно такой – не слишком яркой, однако ненавязчиво привлекающей внимание. При этом пластичной внешне и достаточно жесткой в суждениях. Может, слегка мрачноватой и недоверчивой, но совсем не злой. Просто потому, что в таком образе я могу себе позволить быть самой собой.

Постоялый двор, показанный бойким мальчишкой, оказался добротным деревянным строением в два этажа – не слишком роскошным, но и не грязным. Название довольно звучное (думаю, «Медвежий угол» действительно неплохо звучит), а хозяин полностью ему соответствовал. Да и большого количества народу, что приятно, нигде не толклось. Так, пара завсегдатаев тянула пиво в углу, и все. Не сезон у них тут, что ли?

– Мое уважение, – проворчал заросший до бровей, крупный и впрямь похожий на матерого зверя хозяин, пристально оглядев мою новую маску. – Сегодня есть запеченный гусь, горячая каша, бараний бок, вчерашний творог и пиво. За все – четверть золотого.

Я скинула капюшон и поджала губы.

– Дороговато.

– В других местах выйдет еще дороже. Здесь не свободные территории – Приграничье близко, так что меньше никто не запросит.

– Мне нужна еще комната на ночь, горячая вода и запасы в дорогу. Пива не надо, а из еды вполне хватит дичи и творога. Как насчет того, чтобы скинуть пару серебрушек?

Здоровяк насупился, что-то прикидывая.

– Половину золотого за все, – наконец выдал он.

– Согласна.

Хозяин с облегчением кивнул, а мне вдруг подумалось, что дела у него идут не лучшим образом. Неужели такая сильная конкуренция? Или действительно мало народу в городе? Странно. Караваны по весне идут хорошо, споро. В наших широтах холодных зим не бывает, снег даже в лесах лежит чуть больше месяца, а потому и больших паводков не случается. Урожаев по три раза в год, местные крестьяне, конечно, не собирают, но и не бедствуют, в отличие от наших северных соседей.

Дождавшись, пока принесут мой заказ, я принялась за расспросы, однако причина пустующего зала оказалась проста – отсюда только-только ушел большой караван чуть ли не из десятка телег и при хорошей охране. Купец, который не первый год ездит этой дорогой, оказался старым знакомцем владельца «Медвежьего угла». Всегда останавливался именно тут и занимал постоялый двор практически полностью, благо народу с ним обычно было человек под тридцать, почти половина из них при лошадях. Да еще в этот раз уважаемый господин Брегол невестку прихватил, так что почти все комнаты как раз и занялись. А освободились вот только сегодня. Впрочем, теперь до самого утра хозяин новых гостей не ждал – городские ворота наверняка уже закрылись, а открывать их до утра не рискнут. Разве что королевский гонец прискачет или кто-то важный пожалует на ночь глядя.

Сосредоточенно жуя, я рассеянно кивала.

– А вообще много народу идет по Южному тракту?

– Когда как, – прогудел хозяин, назвавшийся Трогом. – С месяц назад три крупных прошли, штук пять было на той неделе, а на этой пока тихо. Ближе к концу наверняка кто-то еще будет. Никак хочешь с ними пойти?

– Думаю, – кивнула я. – Как считаете, долго ждать?

– День. Может, два.

– А в Приграничье? Если напрямую, я имею в виду?

– Ну-у… с неделю, не меньше. Туда теперь редко напрямую ходят, да и неспокойно стало на тракте.

– Жаль, – вздохнула я. – Дорога-то на юге хоть хорошая?

– В тот раз народ жаловался, что возле Тырова какая-то шайка была, – задумчиво потер затылок Трог. – Где-то дорогу размыло, на Весенке мост порушился, но его еще в том году хотели снести, а потом сделать новый. Не думаю, что успели, но опять же – наверняка не скажу. Если не сделали, значит, через Сухой овраг придется идти, крюк сделать. А так… вроде больше ничего не сказывали.

– С разбойниками много возни? – снова спросила я, напряженно решая про себя: рисковать ли мне идти в одиночку или все-таки дожидаться каравана.

Трог пожал могучими плечами.

– Сюда не совались лет десять. Но говорят, на востоке снова кто-то объявился.

– Поймали?

– Нет – руки все не доходят, да и верткие они. Пока выследишь, пока народ с собой приведешь, а их уже и след простыл. Опять же, дорога тут не одна, есть и помельче… Туда, правда, только безумцы рискуют соваться, потому как ближе к болотам ночами лучше не ходить, но этим, видно, без разницы. Носятся по округе, грозят издалека, а в том месяце и вовсе большой обоз разграбили. Понятия не имею, как их прозевали – я старого Митрофана давно знаю, опытный он старик. А тут нехорошо попал: и сам сгинул, и товар потерял.

– Убитых много? – поинтересовалась я, догрызая гусиное крылышко, на что хозяин странно поджал губы.

– Обратно никто не вернулся. Да и в Ладогах не объявлялись. Так что, думаю, всех и порубили.

– Видать, много их там собралось.

– Может, и не очень. На наших дорогах хватит лишь хорошего места для засады да двух десятков арбалетчиков по кустам, чтобы с первого залпа перебить самых ретивых, беспечных и невезучих. А потом найти еще пару десятков умеющих держать в руках оружие, и будет вполне достаточно даже для большого каравана. Мы ж не сотнями подводы ведем, да и народу с собой не чрезмерно, чтоб суметь отбиться от такого числа.

– Сорок, говоришь? – я задумчиво поковыряла ложкой кашу. – Сорок – это уже не разбойники, а хорошо организованный отряд. Не армия, конечно, но все же… Почему не организовали облаву? Патрули бы привлекли, дружину из городов вызвали. Одинокие путники – еще ладно, но пропавший по пути караван – это уже серьезный повод для беспокойства.

– Да собирают уже, с неделю как пришел указ. Только когда их еще найдут…

Мысли мои, расстроенно вздохнув вслед за хозяином, плавно повернули в другую сторону: выходит, все-таки юг? Юг сулил мне большую безопасность и скорый караван в попутчики. Возьмут не возьмут – уже другой вопрос. Но попытаться все равно стоило. Вот только крюк получится дней в десять, не меньше. Сама бы добежала за семь-восемь, а подводы идут тяжело, долго, по дороге, а не напрямик через лес. Не хочется терять время, но, похоже, иного пути нет – ждать целых десять дней в Вежицах было опасно.

– Жаль, – повторила я. – Значит, пока все не определится, на востоке лучше не рисковать.

– Да, – помрачнел Трог, сжав огромные кулаки. – Я и Бреголу то же самое сказал, да только он слушать не стал. Упрямый! Говорит, мол, люди у него надежные, проверенные, дорогие… а то, что болота вокруг и нежить по ночам шастает, его не смущает. Ииров гордец! Еще и невестку с собой зачем-то потащил…

Я непонимающе подняла голову.

– Что вы сказали?

– Да Брегол, чтоб его! – в сердцах ударил по столу хозяин. – Просил обождать хоть пару дней, пока вести из Ладоги не придут, так нет же! Приспичило ему, видите ли! Жена ждет!

– Вы что, хотите сказать, что ваш друг ушел как раз на восток?! Сегодня?!

– Полдня назад, – уронил великан, тяжело поднявшись. – И теперь с неделю в ту сторону больше никто не пойдет. Так что не повезло тебе, деваха. Не успела ты к Бреголу. Хотя, может, напротив, сама судьба тебя хранит? Кто знает, прорвется ли он? Вино будешь?

Я не ответила – остановившимся взором уставилась прямо перед собой, лихорадочно просчитывая варианты. Брегол… Брегол… десяток подвод, почти три десятка человек охраны, включая его сыновей и возниц, что тоже не в первый раз клинок без ножен увидели. Пятеро умелых арбалетчиков, остальные одинаково хорошо управляются и с мечом, и с луком… это же шанс! Да еще какой! На широком тракте просто некуда свернуть, невозможно ошибиться! А они опережают меня всего на полдня! Идут наверняка медленно, нагруженные по самые борта, а то и выше! Лошади устают, привалы приходится делать часто, девчонка с ними, опять же – беречь будут. Даже перед угрозой нападения разбойников. Тем более охрана приличная, все при оружии и в кольчугах. Да и ушли в ночь, невзирая на внушительное предупреждение опытных старожилов. Значит, полностью в себе уверены и готовы к любому повороту событий. Значит, пойдут напрямик, нигде особо не задерживаясь, но и не загоняя скакунов!

Всего полдня разницы!

Я бросила на стол четверть золотого, подхватила мешок и стремглав выскочила из-за стола.

– Эй, ты куда?! – догнал меня у двери голос Трога. – С ума сошла?! Тебе их не догнать! Все равно ворота уже закрыты!

Мои губы расползлись в коварной усмешке. Ворота? Закрыты, говоришь? Да меня с моими способностями никакие ворота не остановят. Как не смогут этого сделать ни оберон, ни тем более стражники на башнях. А насчет того, кто кого не догонит…

– Успею! – упрямо прошептала я и быстрее молнии ринулась на улицу.