Глава 27. Я тут расследование провел…

Я уже десять минут сидела на пожухлой траве у дороги и пыталась разобраться в той каше, что творилась с моими мыслями.

Голова Дэйва покоилась у меня на коленях, и я аккуратно перебирала пальцами его темные волосы, внимательно вглядываясь в бледное лицо. Я удивлялась, как за столь короткий срок он стал мне таким родным. И не слыша его голос только полдня, я уже начинала по нему дико скучать.

Мои пальцы легонько очертили его высокий лоб, аристократический нос, бледные губы, которые целовали меня ещё недавно. Прошлись по скулам, покрытыми темной щетиной.

И несмотря на то, что сейчас я была в компании Оттара, мне было одиноко без Дэйва…

Я испытывала жуткую тоску по собственному мужу, и у меня предательски щемило в груди… Десять дней. Проклятых десять дней и я снова услышу его голос.

Мне это казалось вечностью.

И я мысленно поклялась сама себе, что найду способ привести его в чувство гораздо раньше…

Из моих лёгких вырвался тяжёлый вздох, и я повернула голову, снова разглядывая картину, стоящую у облезлого сухого куста.

Оттар решил сделать небольшой привал, чтобы подкрепиться и немного отдохнуть, и я не стала возражать, потому что мне хотелось услышать все, что он узнал.

Позади меня послышались звуки шагов, но я не обернулась, понимая, что вернулся Тар, решивший раздобыть немного еды в скудных зарослях, что росли вдоль дороги.

— Вытяни руку, — раздался низкий голос.

Черт, я не могу понять… Он всегда в таком приказном тоне разговаривает? Или просто злится на меня из-за Дэйва?

— Зачем?

— Давай говорю.

Я послушно вытянула руку и раскрыла ладонь. Он насыпал мне маленьких фиолетовых ягод, поделившись половиной своих запасов, и сел рядом на траву.

— Я не буду, — тут же отрезала я и нахмурилась, глядя на маленькие ягодки.

— Ты совсем обнаглела, женщина? Я их для чего собирал? Ешь сказал!

— Дэйв мне запретил есть здесь ягоды. Сказал, что на Землях Пустоши много ядовитых.

Мы с Оттаром встретились глазами. И он смотрел на меня, как на идиотку.

— Ты сейчас серьезно? — с сарказмом спросил он, и темная бровь вопросительно изогнулась. — То есть ты думаешь, что я хочу тебя отравить?

Он закинул одну из маленьких ягодок себе в рот и принялся медленно пережевывать, не сводя с меня взгляда.

— Я, конечно, знаю, что выгляжу далеко не ангелом. Но, чтобы настолько… Не переживай, я не собираюсь оставлять Дэйва вдовцом, я, в конце концов, просто должен взглянуть на то, как он будет мучиться с семейным хомутом на шее. Поэтому ешь, сказал. Эти маленькие ягоды энергию придают.

— А ты откуда знаешь?

— Я эти места отлично знаю.

— А откуда?

— Э, нет, Элис… Мои секреты — только мои. И никакой вороватый носик, пусть даже и хорошенький, в них не влезет. Вон его секреты раскрывай, — Тар кивнул в сторону неподвижного Дэйва. — Советую для начала заглянуть в первый ящик его стола в кабинете. Там столько интересных писем.

— От кого?

— Ох, эти женщины и их любопытство… — протянул он с улыбкой и, закинув очередную порцию ягод, перевел взгляд на картину.

Я усмехнулась и все же последовала примеру Тара, положив одну из ягод в рот. Я настороженно раскусила ее и… закрыла от удовольствия глаза. Потому что это было очень-очень вкусно! Этот сладкий вкус, отдаленно напоминал мне виноград. Но был более выраженным.

— Ты обещал рассказать о картине, — пережевывая новую порцию ягод, сказала я, рассматривая светловолосую женщину, изображенную на полотне.

Мама… В это мне не верилось абсолютно… Всю жизнь прожить в трущобах обычной человеческой жизнью и теперь стать частью магии? Да ещё и членом семьи, в которой смешаны темные и светлые силы?

Шутка ли?

Надеюсь, что да…

— Ну, пока вы тут женились и влюблялись, прикрываясь расследованием, — начал Оттар. — Я занимался делом. Сперва нашел Бассета. Притянул в Леймор, допросил. Помучал мерзавца немного…

— Помучал?

— Не переживай, единственный его глаз цел. Пострадала только его гордость. Зато узнал интересную информацию.

— Какую?

— Как рассказал мне Сильгар Бассет, картину, вот эту, — Тар кивнул головой в сторону полотна. — Много лет назад нашел один мужчина. А с ней рядом — полуживого младенца. Девочку.

— Д-девочку? — переспросила, чувствуя, как к горлу подступает комок.

— Да. Но этот идиот решил, что полумертвое дитя ему не к чему и забрал только полотно. И оно стало приносить ему удачу. По крайней мере, он считал именно так. Ведь именно после этой находки его дела пошли в гору… И из бедного торговца из трущоб он превратился в уважаемого в Лейморе человека, владеющего несколькими крупными магазинами. Он старался держать свой секрет успеха в строжайшей тайне. И отлично спрятал картину от чужих глаз. Чтобы ни одной живой душе не было известно, что на самом деле там изображено. Но однажды все же проговорился… И, конечно же, волшебной картиной тут же заинтересовался Бассет.

Неприятное чувство тревоги появилось у меня внутри… Только не это!

— А потом, — Оттар улыбнулся так обворожительно, что я сразу поняла, что моя тревога не напрасна. — Сильгар обратился к альвам, чтобы те украли для него эту картину. Альвы — к одной симпатичной воровке. И та сделала это!

— Вот черт! Но я же украла скучный натюрморт! — закричала от досады и шевельнула коленями. И едва успела подхватить голову Дэйва, стремительно падающую на землю.

— Я же говорю, что он отлично спрятал ее от чужих глаз. А под скучным натюрмортом было вот это чудо.

Я закусила губу, вспоминая, как неслась с этой громадиной по ночным улицам Леймора… Я же ещё тогда чувствовала это странное тепло! Но просто думала, что это все от нервов и переживаний… Ведь в дом богача я пробиралась впервые за свою воровскую карьеру. Но альвы предложили мне пятьсот льен! И я просто не могла пройти мимо такого предложения…

— Получается я ее сама же для Бассета и украла?

— Получается, что да…

Я не знаю, какое у меня сейчас было выражение лица, но Оттара оно явно веселило.

— А эти мерзкие карлики мне не заплатили и чуть на невольничий рынок не отправили, — добавила чуть тише и устало провела ладонью по лицу, вспоминая свое двухдневное заточение в таверне на окраине Леймора. — Боги… Поверить не могу. Я украла собственную мать… Это высшая ступень в моей воровской карьере.

— Но Дэйв же тебя тогда спас от невольничьего рынка, когда в карты выиграл. Но это ещё не всё. Слушай дальше… Сейчас я расскажу тебе ещё много интересного.

27.1

— Мне уже страшно это услышать, — прошептала обреченно.

— В общем, — как ни в чем не бывало продолжил Тар. — Бассет получил желаемую картину. И был безумно этим доволен. Пока не повел тебя смотреть на это произведение искусства. Ты испугала беднягу.

— Я? Как это интересно?

— Как рассказал мне сам Сильгар, он пришел в ужас, когда ты сообщила ему о призраках мужчин. Он-то их не видел… Так же как и мы тогда, в кабинете Дэйва. Вот бедняга и решил, что картина на самом деле проклята. И поспешил к Самюэлю Скартелли, чтобы рассказать о том, что у него есть картина, возможно, с темной магией. Естественно, Самюэль сразу понял, что это за картина.

— Ой, мама дорогая… — приложив ладонь ко лбу, я пыталась собрать все свои блуждающие мысли в одну кучу.

— К слову, о маме… — продолжал «добивать» меня Оттар. — Бассет рассказал мне о том, что Скартелли пришел к нему на вечер, чтобы встретиться с одним из Хранителей.

— Предатель? Дэйв рассказывал мне о нем. Говорил, что вы не можете его вычислить.

— А я вычислил, — самодовольно улыбнулся Оттар. — Проверенный метод, за который Дэйвар устроит мне взбучку… Хотя. Он сам не святой.

— И как ты его нашел?

— Импровизация, Элис. Я заставил Бассета написать восемь одинаковых писем и отправить их моим подозреваемым.

— Не понимаю…

— «Так как встреча на вечере не состоялась, вам просили передать, что вас ждут у башни в полночь. Это срочно», — процитировал Оттар. — Тот, кто не виновен — просто подумает, что послание доставили по ошибке. А кто ждет весточки от Скартелли…

— Тот придет! — воскликнула я.

Ничего себе! И додумался же до такого?! Я, по правде говоря, была поражена. Оттар действительно за эти дни сделал больше, чем я и Дэйвар. А все потому, что я создавала проблему за проблемой… То с невольничьим рынком, то со своей грушевой настойкой, то с этим дурацким наказанием для карликов! Черт возьми, если бы мы просто продолжили путь, то вероятно Дэйв не был бы сейчас в таком состоянии! Чувство вины накрыло меня с головой… И мне хотелось расплакаться от того, что я остро почувствовала, какой обузой стала для Дэйва. А он? Почему он уступал мне?

— В полночь появился Хранитель. И я уверен, Дэйв будет очень расстроен, узнав имя предателя…

— Почему?

— Это Зейн — его наставник. Но теперь стало понятно, почему Бассету подарили кольцо Дэйва, где была его магия. И кстати, кольцо должен был забрать Скартелли.

— Зачем?

— А вот этого я не знаю. Но мы с Лайоном предполагаем, что забирая силу у полукровок и Хранителей они пытались восполнить недостающий элемент. Потому как после твоего появления убийства прекратились.

— То есть, это мои братья убивали полукровок?!

— Ты все же считаешь их братьями?

— Ну, я не это хотела сказать… Я имела ввиду Скартелли… — я смутилась, чувствуя себя так, словно меня поймали за руку.

— Да. Именно они и убивали. А Зейн, наш предатель, давал им наводку на сильнейших полукровок. Кстати Зейн и рассказал мне о тайне этой картины. Мерлин Скартелли, твой отец, был одержим идеей смешать темную и светлую магии. Хотел стать творцом и создать неуязвимого мага. Темная и светлая магия никогда не смешивались ранее.

— Не смешивались?

— Это было невозможно… Но Скартелли пытался. Сперва он украл девушку- полукровку и сделал ее своей пленницей. Она родила девочку. Но младенец умер, а Мерлин от разочарования убил ее. Потом он попробовал проделать то же самое с Хранительницей… Девушка родила от Скартелли сына. Малыш был силен, как и отец… Но обладал только темной магией.

— Самюэль? — озвучила я свою догадку.

— Да. Мерлин избавился от Хранительницы, но ребенка оставил. А потом замахнулся на Высшую. Четыре года он пытался словить в свои сети инсилью… И после многих провальных попыток, у него, в конце концов, это получилось. Это был его последний шанс. И Мерлин принялся за дело.

На глаза навернулись слезы, но я быстро вытерла их тыльной стороной ладони, чтобы не показать свою слабость Тару.

— И родились я и Верлиан? — спросила осипшим голосом.

— Да. У Мерлина получилось… Но вот была проблема.

— Какая?

— Ты была девочкой. А Мерлину нужны были сыновья. Поэтому он провел над тобой и Самюэлем ритуал, пока ты была слаба и уязвима, и передал ему твои силы.

— А так можно?

— Только на родственной крови. У вас один отец. Это темная магия, Элис.

Теперь мне стало понятно, откуда этот ужасный шрам на моей спине. И, скорее всего, у Самюэля есть точно такой же.

— А мама?

— А вот ее убить Мерлин не смог. У него не хватало для этого сил. Поэтому он заточил ее в картину и приставил своих демонов, чтобы они охраняли ее. Он надеялся, что когда его сыновья станут старше, то они смогут убить инсилью. Ведь они сильнее и отца, и матери.

— А откуда все это знает Зейн?

— Потому что он был соучастником этого заговора. И именно Зейн должен был спрятать у себя картину и избавиться от твоего еле живого тела. Ведь кто будет искать инсилью у Хранителя? Никто. Но он поступил, как трус, и просто выбросил картину и младенца у реки.

— И как Мерлин его за это не убил?

— Скартелли думал, что картина до сих пор у Зейна. А этот идиот заказал точную копию. Поэтому Самюэль так разозлился на том вечере. Ведь он понял, что их семейку обманули.

— А что с амулетом?

— Твоя мать спустилась на землю не просто так. Она должна была поставить защиту на светлую магию и защитить полукровок и Хранителей. Чтобы больше не повторилось экспериментов Скартелли. Но тогда она не знала, что сама станет его жертвой.

— Она не успела защитить…

— Не успела, — вздохнул Оттар. — Но смогла спрятать амулет Эш так, чтобы до него не добрался Мерлин. Но о том, что существует амулет стало известно только тогда, когда заработала Магическая книга и там появилось видение.

— Что ещё за книга? — спросила, нахмурившись.

— Она связана с артефактом времени, и в ней появляются видения и предупреждения. Так Боги связываются с нами.

— Значит Мерлин не знал?

— Нет. У твоей матери был амулет. И после вашего рождения, она разбила его на три части. Первая была у Верлиана. И от этой части, судя по всему, избавились как от ненужной вещицы, напоминавшей об инсилье, не понимая, какую силу она таит. Вторую часть ты забрала у матери, когда просунула руку в картину. А третья часть — осталась в тебе.

— В смысле осталась во мне?! — так страшно, мне не было никогда.

— Зейн говорил, что ты не могла выжить… С твоей раной… Ты потеряла слишком много крови. Так же он сообщил, что у тебя на шее висел обломок странного медальона, но он не стал его забирать. Я думаю, что эта часть и спасла тебе жизнь. Тебя излечила магия, когда вы стали одним целым.

Я уставилась на пожухлую траву, пытаясь принять всю информацию, как можно спокойнее. Хотя в последнее время это сделать было практически невозможно.

«Давай проверим! Надень его, Элис», — говорил мне накануне Дэйв.

Я перевела взгляд на безмятежно спокойное лицо своего мужа, которое покоилось на моих коленях, и опустила взгляд на его рваную рубашку. На груди его алел ожог от амулета…

«Мы теперь связаны Богами, Элис…»

— О, нет… — простонала я.

Теперь мне стало понятно, почему Боги так разгневались на Дэйвара и отняли у него силу. И почему связали нас именно таким способом. У Дэйва нет обратного пути. Ему просто не оставили выбора. Теперь он вынужден завершить задание, собрать амулет и уничтожить Скартелли.

— Что такое? — тут же оживился Оттар.

— У нас проблемы. И их нужно срочно решить.

— Какие?

— Мы с Дэйвом связаны Богами, — хмыкнула я и указала пальцем на его ожог. — Его магия не работает без меня. А значит, если я и верну себе силы, данные мне по праву рождения, то моя магия без него тоже работать не будет. Получается, что мы теперь с ним — один элемент…

Сначала на лице Оттара отразилось непонимание, которое при длительном взгляде на ожог Дэйва, сменилось осознанием…

— Твою же… — протянул он и плюхнулся на спину, закрыв лицо ладонями. — В такой заднице я ещё никогда не был…

​​​​​