Глава 39.

Тиана

Я проснулась в одиночестве, потянулась, сладко зевнула и с удивлением отметила, что постель оказалась мягкой и удобной. Не каменные нары, не жесткий пол под грубой тканью, а настоящий отдых.

На краю кровати лежала аккуратная стопка чистой одежды. Я пробежалась пальцами по ткани и не удержалась от улыбки: все подогнано, все учтено. Даже в таких мелочах генерал проявлял ту самую суровую заботу, которая не нуждалась в словах.

Я поспешно переоделась, стараясь не думать, как странно уютно было спать в мужской рубахе. Завязала волосы в небрежный узел, сунула ноги в сапожки и выбежала в коридор.

Купальня встретила меня облаками пара. Я умылась, окунув ладони в холодную воду, стряхнула капли и почувствовала, как кожа ожила.

Где Раэн?

Ответ подсказал сам дом. Вдруг в окне раздался звон: резкий, звенящий, словно молнии схлестнулись друг с другом. Я замерла и прислушалась. Еще звон. И еще.

Я вышла во двор и увидела генерала. Он двигался, как воплощенный шторм: быстрый, яростный и величественный. Меч в его руках сверкал и свистел в воздухе, встречаясь с клинком противника. Они сходились и расходились, удары летели с силой, от которой дрожала земля. Его плечи работали плавно и мощно, мышцы играли под кожей.

Солнечные лучи касались его длинных черных волос, и я не могла отвести взгляд. Дыхание сбилось, будто я сама неслась в этом бою.

Я оперлась плечом о стену и скрестила руки на груди, стараясь выглядеть равнодушной, но это не помогало. Каждый его шаг, каждое движение отзывалось во мне слишком остро. Он был таким мощным: генералом, драконом, мужчиной, которому сама земля была готова подчиняться.

И я пристально смотрела на него. С жадностью, которую пыталась спрятать даже от себя самой.

Противник рухнул на лопатки. Меч Раэна задержался у горла поверженного, а сам он поднял на меня глаза. Я мгновенно поняла: он знал. Знал, что я наблюдала за их тренировкой.

— Доброе утро! — выкрикнула я и улыбнулась.

Мужчина, еще дрожа от удара, резко встал и глубоко поклонился. Раэн оттолкнул его клинок и отпустил противника. Тот поспешно удалился, а мы остались одни на дворике, где недавно еще звенели мечи.

Я подошла к генералу. Его рубаха была влажной от тренировки, но это только делало картину живее: мужчина – воин, здесь и сейчас, и рядом со мной. Я смотрела на него, и в груди зарождалось то сладкое томление, в котором стыдно кому-то признаться, даже себе.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Раэн, когда я остановилась напротив него.

— Прекрасно.

— Голодна?

— Не особо, — едва слышно ответила я и повела одним плечом.

Он кивнул, и в его взгляде снова собралась та суровая нежность, которая меня то пугала, то манила сильнее всякой опасности.

— Тогда пришло время обучаться владению огнем, — сказал Раэн. — Пойдем, я покажу с чего тебе стоит начать.

Мы направились в угол двора, где еще тлели угли старого костра. Раэн встал передо мной, поставив руки на пояс. Ветер играл с его волосами, трепал шнуровки на рубахе. А потом он поставил меня так, чтобы я могла видеть свои руки на фоне костра.

— Сначала ты должна почувствовать огонь внутри себя, — произнес он тихо. — Не как чужой огонь, не как вещь, а как часть себя. Глубоко дыши.

Я закрыла глаза и доверилась наставлениям генерала. Дыхание мое стало ровным, как будто я пыталась настроить внутри себя тот самый ритм, что бился у дракона в груди. Он шагнул ближе и мои плечи коснулись его плотной и твердой груди. Я почувствовала, как по коже пробежала теплая волна.

— Почувствуй, — шепнул он мне в макушку. — Дыши в тот уголок внутри, где жила тревога. Переправь ее в жар.

Его руки легкими, но уверенными движениями уложили мои ладони так, чтобы я сама ощутила центр между ними. Он отступил назад, но я все равно знала: он есть, он рядом.

— Теперь расслабься, — спокойно добавил он. — Представь тепло, которое приходит изнутри.

Я сделала вдох, в глубине груди, в месте, где раньше рождались только страх и выживание, что-то откликнулось: легкое покалывание, как разгорающийся уголек в печи. Оно не было громким, но было настойчивым, и я удивилась – откуда взялось? Я и не знала, что могу так.

Рука Раэна скользнула по моей спине, обвивая меня едва заметно. Он не давил, не смыкал объятий, а вел. Его ладони касались моей талии, затем скользнули на бока, чуть ниже ребер – как верный такт проводника.

— Почувствовала? — спросил он, не убирая своих рук.

— Да, — выдохнула я. — Как… как тепло, которое зовет.

Он почти улыбнулся.

— Хорошо. Теперь не убегай от него и не сдерживай. Вдохни, и на выдохе попытайся направить этот жар в ладони.

Я сосредоточилась. Словно по команде, клубочек тепла в груди разгорелся, растянулся и побежал по рукавам, как расплавленная смола по лезвию. В пальцах возникло легкое покалывание. Я вдохнула глубже, и на выдохе ладонь выдала проблеск – сначала тонкую линию жара, едва заметную, как голубоватая дымка, потом маленькое, живое пламя, которое вздрагивало и сразу гасло.

— Держи, — слышала я его голос, ровный и низкий. — Не пугайся. Пламя начнет играть. А ты научишься направлять им.

Раэн вновь подошел сзади, накрыл мою ладонь своей большой рукой и мягко направил движение моего запястья. Его прикосновение было хозяином и наставником одновременно: не ведомое, а ведущее. Через него огонь стал не чужим, а общим, как будто между нами медленно прокладывалась тропинка из жара. Легкий контакт кожи о кожу раззадорил ощущение: тепло стало плотнее, я услышала его дыхание у своего уха, почувствовала, как его тело скользит в такт моему.

— Почувствуй его грань, — шептал он. — Не дай ему съесть тебя. Приручи огонь, и он будет служить.

С каждым повтором пламя держалось дольше. Оно не рвалось наружу дикарем, а шуршало, как маленький зверь, приручаемый лаской. Когда, в конце концов, крошечный огонек уверенно осел на моей ладони и не гас, я вздрогнула от счастья и от страха одновременно.

Рука генерала сжала мою на миг сильнее, и мы стояли так – ладонь в ладони, наше дыхание билось в одном ритме, огонек танцевал и не причинял вреда.

Я повернула голову, наши взгляды встретились. И я поняла, что дальше всего один короткий миг, и его дыхание сольется с моим. Его губы были так близко, что сама судьба шептала: сделай это, сделай этот безрассудный шаг.

Мир сузился до его темных глаз, до его руки, что держала мою, до сердца, что грохотало во мне.

И мне казалось, что он первым потянулся ко мне, как…

— Генерал Ксарис! — раскатистый голос ударил по нам, как гром.

Я вздрогнула, пламя в ладони вспыхнуло и мигом погасло. Раэн резко отступил на шаг.

Из дверей выбежал Ортэлин. Его длинная ряса сбилась, он держал что-то завернутое в руке, и лицо его сияло тревогой.

— Генерал Ксарис! — рясник почти припал на колено, протягивая сверток. — Вам письмо!