Глава 41.

Тиана

Я вышла из лавки, держа в руках сверток, и вдруг замерла. На крыльце и вдоль улицы выстроилась очередь. Люди топтались, перешептывались, кто-то с интересом косился на дверь, будто внутри продавали не белье, а ключ к вечной жизни.

— Почему они тут толпятся? — я растерянно огляделась.

— Я никого не впускал, — холодно бросил Раэн, и только теперь я заметила, что он стоит у самого порога, сложив руки на груди и заслоняя проход собой, словно часовой у покоев Императора.

Мне стало неловко.

— Купила? — коротко спросил он.

— Да, — кивнула я, прижимая сверток к себе.

— Тогда жди здесь.

Я не успела возразить, как генерал уже распахнул дверь и исчез внутри. Оставалось лишь смотреть на напряженные лица в очереди, где женщины переминались с ноги на ногу, а мужчины с подозрением скользили по мне глазами.

Раэн вернулся почти сразу. Без слов он взял меня за руку и вложил в мою ладонь два холодных серебряника.

— Это что? — я в недоумении подняла глаза.

— Твои деньги.

— Ты забрал их у хозяйки?

— Нет, — Раэн посмотрел на меня так серьезно, что я почувствовала себя маленькой девчонкой, застигнутой на шалости. — Я заплатил своими деньгами. Твои вернул тебе.

Я заморгала, сжимая серебро в кулаке.

— Но зачем? Я же не просила!

— Потому что ты не должна расплачиваться за такие вещи, — его голос прозвучал глухо, почти рычанием. — Не при мне.

Он развернулся и двинулся вперед, оставив меня стоять с двумя монетами в руке.

Я сунула серебряники в карман и почти бегом догнала Раэна. Его шаги были широкими и уверенными, так что мне пришлось слегка подпрыгивать, чтобы поспевать за ним.

— Что еще тебе нужно прикупить? — спокойно спросил он, глядя вперед.

— Ничего, — ответила я сразу же.

Его взгляд скользнул вниз, к моим сапожкам. Старые, потертые, с кривыми швами на голенищах. Я сама их не раз штопала, и местами кожа потемнела от времени.

— Ничего? — в его голосе мелькнула тень иронии.

Я смутилась, но гордо вскинула подбородок.

— Они еще хорошие.

Раэн молча протянул руку, и прежде чем я успела что-то возразить, его пальцы обхватили мое запястье. Его ладонь как обычно была властная, не терпящая возражений. Он потянул меня за собой, и я почувствовала, как внутри все дрогнуло от того самого трепета, от которого дыхание сбивается и сердце уходит в пятки.

— Раэн! — я в отчаянии дернула рукой, но он держал крепко. — Не надо! У меня хорошие сапожки!

Он остановился, повернулся ко мне и склонился чуть ниже, чтобы смотреть прямо мне в глаза. В его взгляде пылал тот самый огонек, от которого хотелось и спорить, и подчиняться одновременно.

— Сколько раз ты уже их чинила? — спросил он низко. — Уверен, что подошва не раз расклеивалась. И если еще раз развалится, в дороге ты оступишься и подвернешь ногу. Ты хочешь, чтобы я нес тебя дальше на руках?

Я замерла, не в силах найти слов. Он сказал это не в упрек, а так, как говорит командир своим воинам: спокойно, но без права на возражения.

И почему-то именно от этого внутри вспыхнуло мягкое и теплое чувство, как будто во мне самой признали значимость.

Мы вошли в лавку сапожника. Старый мастер тут же поднялся, склонил голову и, заметив Раэна, чуть ли не согнулся вдвое от почтения.

— Для нее, — приказал генерал.

Меня усадили на низкую скамеечку. Я, краснея, стянула сапожки, показав свои босые ноги. Сапожник бережно коснулся моих щиколоток, примеряясь к меркам, и я поймала взгляд Раэна. Он смотрел не на мастера, не на материалы на полках, а на меня. На мои ступни, на щиколотки, белые и хрупкие, будто фарфоровые.

После снятия мерок Раэн выбрал лучшие материалы, даже не торгуясь. Толстая мягкая кожа, светлый подклад, прочные швы.

— Новые сапоги будут держать тебя, пока ты будешь уничтожать ведьму, — прошептал он мне на ухо, даже не заметив, как мои щеки вспыхнули пламенем. — Разве не этого ты так сильно желаешь?

Я только кивнула и смущенно отвела взгляд в загрязненное окно.

— Спасибо.

Я вернулась в поместье уставшая, но довольная. Хотелось поскорее разложить покупки и забыть, как Раэн приказал сапожнику не затягивать с работой. Старик сказал, что новые сапожки будут готовы через четыре дня, на что генерал сурово произнес: «Приду к вечеру второго дня». А потом еще доплатил мастеру за срочность.

Поднявшись на второй этаж, я толкнула дверь нашей спальни, но она не поддалась. Замок щелкнул сухо и упрямо.

— Что за…, — пробормотала я и обернулась.

Неподалеку оказался Ортэлин, который как будто специально караулил.

— Кто закрыл нашу комнату? — я прищурилась.

— Это сделал я, драгис Тиана, — поспешил ответить он, сложив руки перед собой. — Не хотел, чтобы кто-нибудь шастал в ваших покоях.

— Тогда отдайте ключ, — сказала я строго. — Я сама буду замыкать дверь.

Рясник замялся, засуетился, стал хлопать себя по полам рясы, проверять пояс, карманы. А потом у него вспотел лоб.

— Кажется, я… я обронил его где-то, — растеряно пробормотал Ортэлин.

Я недовольно вздохнула и закатила глаза:

— Все с вами понятно.

В этот момент за моей спиной раздался низкий голос:

— Что случилось?

Раэн стоял в проеме коридора, высокий и мрачный, как тень горы. Его взгляд сразу впился в меня, потом в Ортэлина, который уже успел сжаться в комок.

— Ключ потерял, — пояснила я, стараясь говорить спокойно, хотя внутри закипала досада. — А мне в комнату надо.

Генерал хмуро свел брови и шагнул ближе. Я на секунду представила, как он сейчас плечом вышибет дверь.

— Подожди, — я остановила его движением руки, вытащила шпильку из волос и наклонилась к замку.

Несколько легких движений, и замок щелкнул, послушно открыв дверь. Я выпрямилась, заправила выбившуюся прядь за ухо и посмотрела на Раэна.

Он мрачно наблюдал за мной, как за преступницей, пойманной с поличным.

Я мило улыбнулась и пожала плечами:

— Ну, а что? Не выламывать же дверь. Готова поспорить, что ты думал именно об этом.

Его глаза сверкнули темным, опасным, но уголок губ едва заметно дернулся, он явно боролся с улыбкой.