Глава 20

Дайра кивнула, как ему показалось, с некоторым облегчением. Риган, прежде чем прикоснуться к панели, даже оглянулся на нее. Она успокоилась, перестала спорить и просто ждала, когда он сделает хоть что-то.

— Все в порядке?

Она кивнула. Риган обернулся еще раз. Это не могло показаться ему. Он явственно видел, как пусть и слабо, но все же засветились ее глаза, вспыхнули слабым неоновым кольцом в голубой радужке.

— Риган?

Оттино оказался рядом, так близко и быстро, как только мог. Он держал ее лицо в своих ладонях, зарывшись пальцами в волосы на висках. Он тянул ее к себе, задирал голову и всматривался до боли в глазах. Ничего. Уже ничего.

— Дайра?

— Ты пугаешь меня, — проговорила она, становясь чуточку выше. — Отпусти меня.

Дева говорила одно, а делала совершенно другое. Она приподнялась на носочках, чтобы оказаться как можно ближе к его лицу, к телу, к дыханию. Еще немного и он еще раз ощутит вкус этих нежных, таких прохладных и свежих губ.

— Что ты видишь? Скажи мне, Дайра.

— Тебя.

— Как ты себя чувствуешь?

— Плохо.

В дверь продолжают звонить, а он все еще держит ее в своих руках и, как бы ужасно это не звучало на фоне ее ответа, чувствует себя как никогда хорошо.

— Поцелуй меня.

— Что?

Ему послышалось. Она не могла просить его об этом. Только не после всего. Не теперь. Когда отношения только-только стали входить в русло приятельствующих.

— Ты уверена?

Это невероятная просьба, фантастическая с учетом всего произошедшего. Риган не хочет отпускать ее. Ему нужно услышать это еще раз, но он и не ждет этого. По законам Вселенной сейчас все должно измениться и оказаться слуховой галлюцинацией. Наверняка, он будет чувствовать себя дураком.

— Отпусти меня. Разумеется, я уверена!

Что он говорил? То-то же! Он давно знает эту древнюю тетку и те шутки, что она держит в своем запасе.

— Почувствуешь себя хуже, чем сейчас, — Риган отпустил ее и прикоснулся к панели, медля и не открывая настойчивому курьеру, — обязательно звони Мэй.

— Что она сделает? Удалит мне глаза?

— Нет. Даст обезболивающее.

Риган оглядывает разозленного курьера, что сует ему в руки коробку и два стакана с кофе.

— Пирожные за счет заведения!

Парень разозлен. Он удаляется, но они еще слышат его ругательства в пустом коридоре.

— Ты любишь сладкое?

Дайра забирает у него коробку и стаканчик, возвращаясь в комнату.

— Если они такие же вкусные, как пицца, то да.

Он успел заметить ее пылающие щеки. Риган никак не комментирует, но это вызывает в нем улыбку, усмешку и покачивание головой.

«Одно слово — женщина! Сама не знает, чего хочет!»

Девушка шуршит коробкой, отказываясь поворачиваться к нему. Он рассматривает ее профиль.

«Если бы только ты была аштар. Хотя бы на половину».

Они бы вытащили из нее все. Вернули домой. Щит планеты «снял» бы с нее все чужое — разобрал и собрал заново, но только без мелких вредителей, что меняют ее, хотя она еще и не осознает этого.

— Мне пора.

— Но кофе…

Риган даже в голосе чувствует ее смущение. Не улыбаться не получается.

— Выпей или вылей. Все, что захочешь.

— Пиццу тоже?

Он дергает плечом, возвращаясь. Все же ему нужно идти. Ригану нужно подумать, что делать с ней желательно вдали от нее. Потому что эти минуты до неприличного хороши, а потом, в самый нужный момент, как водится, уже будет поздно. Он не желает этого, совершенно позабыв о том, что она и не его проблема вовсе.

— Можешь припрятать для меня кусок, но при условии, что дождешься меня этим вечером.

Дайра подпирает косяк и хмыкает. У нее нет выбора. Тем не менее, не стоит думать об этом как о пленении. Он чуть было не забыл об этом. Мэй напомнила ему о том, что женщины любят свободу, ее иллюзию в том числе.

— Счастливо!

Риган не то ждет чего-то, не то размышляет. Он медлит.

— Закажи все, что тебе нужно, на номер 65BN.

— Хорошо.

***

— Он так хорош!

— Ты видишь этот взгляд?

Сьюзен хмыкнула. Стоит им показать этого парня в костюме и визгу будет! Восторги быстро перейдут в оскорбления и в возгласы отвращения. Человечество отчего-то не может смириться с той мыслью, что это всего лишь костюмы. Оторопь берет при взгляде на них. Не понятно, откуда взялся этот иррациональный страх, может из того же прошлого, когда аштар вступили на Терру в первый раз?

— У него такие скулы, что порезаться можно!

Сьюзен смотрит на показатели Дайры. Ни об одном органе или системе нельзя сказать, что она в полном порядке. Организм перестраивается под изменения. Сьюзен радоваться бы этому, но ей это не нравится. Одна часть нанитов стала передавать информацию чуть позже обычного, тогда как другая не вышла вообще. Так быть не должно.

— Хотела бы я оказаться на ее месте!

— Думаешь, что он не ушел бы?

— Ладно. Я бы, скорее всего, мямлила и блеяла. Он слишком красив.

Ричардс делает вид, что не обращает внимание на воркование собравшихся вокруг «курочек», что успели наделать скринов из увиденного Дайрой.

— Только не я. Нельзя пройти мимо такого тела!

— Прекратите.

Скрины получились красивые. Не хуже фотографий. У девушки хорошее зрение, а голубая радужка помогает ей видеть мир в куда лучшем виде, чем он есть на самом деле. Он как фильтр, что сглаживает несовершенства. Первый приказ отключиться от ее глаз они проигнорировали и даже больше — пробовали отдать ей команды, пришлось взять командный тон. Сработало, но не сразу.

— Займитесь делом!

— Ричардс, ты стала занудой. Давно ли?

Рене присаживается на краешек стола, но тут же вскакивает. Дурная привычка, которая может стоить ей нескольких зарплат. Стол полностью сенсорный и видимо только с некоторых пор.

— Это безобидные шалости! Подумаешь, подошла бы и обняла его.

Ничего невинного она в этом не увидела, даже несмотря на происходящее между ней и этим аштар. Организм Дайры может и начал наполняться дофамином, серотонином, адреналином, норадреналином и фенилэтиламином[17], но если она сопротивлялась их командам, то вывода напрашивается два. Первый, самый очевидный, у нее есть принципы, и она не придает значения сиюминутному чувству. Второе, наниты еще не полностью завладели ее существом и у нее хорошая сила воли.

— Очень удобно реализовывать свои тайные желания через кого-то. Она — сорви голова, но не значит, что шл****.

— Тайные желания?

Рене фыркает, а потом издевательски смеется. У нее не получается скрыть это.

— Говори за себя. С моей уверенностью в собственной сексуальности все очень даже в порядке.

Рене красивая, умная и успешная. Сказать, что она стала одним из ведущих специалистов только благодаря коротким юбкам и умопомрачительным длинным ногам, нельзя. Только Сьюз все равно не верит ей. В каждой ботаничке прячется маленькая и неуверенная в себе девочка.

— Наверное, ты мечтаешь повстречать одного из них и продемонстрировать эту свою сексуальность под аккомпанемент мартини.

Рене перестает улыбаться. Намек Сьюзен очень даже прозрачен. Рене будет вести себя, как настоящая дрянь, потому что Сью уже видела ее такой. Пьяной. Вульгарной. Вызывающей.

— Ты стала показывать зубы, малышка Сью.

Разумеется! Ведь именно благодаря этой стерве ее выперли из отдела. Вот только Ричардс это пошло на пользу, и она многому научилась «на улице», общаясь с такими, как Дайра. Она сбрасывает руку Рене со своего плеча, повторив жест некогда уставшей и крайне взвинченной девушки.

— Тебе не стоит забывать, в чьем подчинении ты теперь находишься. — Она оборачивается на техников и лаборантов, наблюдающих за ними со своего уголка. — Вас это тоже касается.

Народ расходится по своим местам, сделав при этом недовольные мины. Сью лопатками чувствует, как они строят рожи ей напоследок. Ей нужна собственная команда. Все будет. Надо только привести Дайру в лабораторию раньше копов и людей Седжио. Тогда она будет на коне.

— Давай же, Дайра!

Вот только Рене не спешит ретироваться.

— Ей следовало воспользоваться моей уловкой.

— Что бы она сделала? Ударила бы его о стену? У нее не хватило бы сил.

Рене приподнимает идеально-очерченную темную бровь.

— Зачем же сразу драться?

Она наклоняется к лицу Сьюзен, говоря вкрадчиво и вполголоса. Сью уверена, что их слышат все.

— Тебе это неизвестно, Сью, но мужчины спят после секса, потому что очень устают. Это время можно было бы использовать для того, чтобы выбраться или связаться с нами. Аштар, в конце концов, ушел бы, а ее боксом занялись дубоголовы в масках. Теперь же мы будем ждать, когда нам достанут адреса.

— Это можно сделать позже.

Дайра теперь «не слушает», отказываясь подчиняться их командам. Надо дать ей отдохнуть.

— Совсем не обязательно подкладывать ее под кого-то, — Сьюзен заставляет себя ответить ей. — Кажется мне, что красивых, опасных и крутых я видела побольше твоего.

Рене уходит, оставляя покрасневшую Сью. Ей немного стыдно, что Рене вот так макнула ее в лужу, указав на отсутствие личной жизни, но в целом она довольна, что дала ей отпор. Это ее проект, и она добилась результатов, а не успешная и красивая Рене.