Глава 33
Хорс и вся остальная команда уже получили указания: им придется вернуться в тот затопленный тоннель и поискать следы пребывания аштар.
— Мы не безумны и не нападаем на своих.
Никто не верит, что это мог быть кто-то из них, тем не менее, они смотрят на Ригана, ожидая объяснений.
— За редким исключением, — вставляет свое веское слово Лэд.
Отто остается невозмутимым. Он думает о том, что прав был Хемес, а еще о том, что Лэда нужно было отправить на Ашт или в отряд на другом конце Терры. Сомнения подчиненных, которые должны быть, как товарищи, нах*** не сдались ему ни на этой планете, ни на какой-нибудь другой.
— Я покажу запись своего джаилда, Лэд, чтобы ты прекратил выставлять себя в комичном свете.
Парень усмехается, ожидая, когда он выведет показания джаилда на большой экран.
— В комичном? Это ты потерял контроль над собой.
Риган ждет, когда он добавит еще что-то.
— На данный момент этим занимаешься ты. Тебе недостаточно решения Венна и мнения Айро. Ты оскорбляешь своим недоверием не только меня, но и других членов группы.
Оттино скидывает записи с костюма, на которых видно, чем конкретно он занимался за сутки до случившегося.
— Когда будешь просить о помощи в следующий раз, предупреждай, что вцепишься в протянутую руку помощи.
Аштар молчат. Кто-то качает головой, цедит ругательства и идет прочь из здания, бесшумно исчезая в ярком прямоугольнике выхода.
— Что ты сделаешь тогда? — У Лэда все еще невозмутимый вид, но кровь отлила от лица, выдав его волнение. — Станешь игнорировать?
Отто отворачивается, объявляя тем самым, что его беседа с ним окончена. Парень еще пытается выбраться из дерьма, пытаясь подорвать его авторитет. Жалкое зрелище!
— Нет, возьму палку.
Негромкие смешки оставшихся ребят разряжают накалившуюся атмосферу, но не могут убрать осознания, что за аштар мог быть их командиром. Знание не несет на себе печати фатальности. Когда-нибудь все обязательно изменится, и Керб станет вспоминать об этом инциденте не иначе, как со стыдом и неловкостью.
— Все поняли?
Одни кивают, другие хлопают Лэда по плечу, третьи просто толкают его в спину и в грудь, как бы говоря парню, что пора угомониться и воспринимать действительность как она есть.
— Пойдешь в этом?
Медик остался в боксе. Ему не обязательно спускаться в катакомбы старого города. Если ребята найдут что-то, то обязательно вызовут его.
— Не хочу выделяться и заставлять Седжио нервничать почем зря.
Риган ведет плечами, привыкая к новому костюму. Смокинг, даже если очень сильно захочешь, не станешь носить чаще, чем несколько раз в год. Он не кажется ему удобным, как ни уверял его в том хозяин магазина.
— Тогда переодевайся обратно в джаилд. Он же станет выискивать нас в толпе!
Хорошая идея, жаль только пропадает зря.
— Вечность или две тому назад я бы предложил организовать флэшмоб.
— Что это?
— Массовые беспорядки, цель которых не навредить, а заставить понервничать.
— Мягкий террор, — понимающе хмыкает Хорс.
Почти. На его взгляд это больше развлечение.
— Ну, что-то вроде того.
Темнокожий гигант остался в боксе явно не за тем, чтобы поболтать и научить парочке «па» перед танцами. Он меньше часа тому назад вещал и во всеуслышание, что у него работы непочатый край.
— Не хватает запонок за десять тысяч длар.
— Не думаю, что они нужны здесь.
— Ну, смотря какую цель ты преследуешь, чтобы тебя приняли за своего или чтобы просто приняли?
Хорс так и сидит на его столе, скрестив руки на груди, некоторое время он просто следит за его возней с галстуком-бабочкой.
— Ты сегодня просто кладезь хороших идей. Вот только жаль, что они знают меня в лицо. Всех нас.
Дайра предупреждала его об этом, пусть и косвенно, когда говорила о том, что они подслушают их секреты.
— Мы точно сейчас о людях говорим?
— Твоя правда.
Внимание человека рассеяно. Он постоянно отвлекается на что-то. Ничего плохого в этом нет. Было бы странно требовать от врача вспомнить то, что не подходит под его компетенцию, например, помнить лица всех, кого он видел. Для этого есть другие службы.
— Так что ты хотел? Давай же. Вижу, что ты не крестная фея.
Риган хохотнул, взглянув на очередной непонимающий взгляд медика. Понятно, что фольклор местных не входит в список его интересов.
— Не обращай внимания. Говори, зачем пришел?
— Я работаю с ним последние триста лет и ответственно заявляю тебе, Отто, ты или смени команду, или зама. Тут дело не только в Маркусе, обманутых надеждах и амбициях.
Риган скрипит зубами, слушая о самоуправстве своего заместителя, который позабыл о том, что Оттино — временное явление на посту командира группы.
— Что же ты раньше не сказал?
Где были его глаза? Почему он не замечал, что к девушке относятся с «особым» вниманием?
— Не хотел, чтобы все ополчились против него.
— По-твоему, это норма? Не стану говорить о том, что он настраивал группу и ее против меня, но спрошу: так относиться к женщине?..
Он выдыхается.
— Вряд ли бы ты стал вести себя так с кем-либо.
— Не стал бы. Но скажу тебе: женщины Терры привыкли ко всякому. — Он кашляет и мотает головой, продолжая: — Поэтому обратился к Айро, чтобы узнать политику Венна.
Хорош парень нечего сказать! Пользуясь тем, что Риг до конца не отлучил его от командования группы, он выдавал такие указания от его имени, что становится понятным каждое брошенное Дайрой слово.
«Зато вы научились многому у нас. Слухи о вашей справедливости сильно преувеличенны».
Жаловаться Дайру не научили. Красивая, хитрая, умная, но вот только дура. Нельзя молчать о таких вещах.
— С каких пор мы подчиняемся приказам, которые отданы по типу «он сказал то, что тот сказал?»
Риган думает, что делать, но времени остается все меньше. Он вертит пластик приглашения, решая, что будет удачным решением сначала набить Кербу морду, а уж потом сослать его на какой-нибудь пояс метеоров. Равновесие в таких местах достигается очень и очень быстро. Одиночество и отсутствие живых существ способствует этому процессу. Загвоздка в том, что Риган после подобного фокуса, скорее всего, составит ему компанию, и в этом случае остается надеяться на то, что один сделает правильные выводы, а другой просто пошлет его на х***.
— Если бы сработало, он остался в выигрыше.
— Я подумаю над твоими словами, а еще лучше — ты доложись о случившемся Венну. С его подачи я здесь.
Хорс кивает, потом натягивает капюшон джаилда.
— Могу помочь тебе с приемом.
— Тогда нужно найти еще одно приглашение.
Риган показывает украшенный вензелями пластик, на котором красуется его серьезная морда. Его приглашение выдано только на одну персону.
— Давай тряхнем стариной и вспомним, что бы мы сделали вечность тому назад?
Хорс согласно кивает ему и улыбается совсем недоброй улыбкой.
***
— Без глупостей, Дайра. Ты ведь помнишь, что я сказал тебе?
Дайра кивает, наблюдая за человеком напротив, что рассматривает ее с каким-то ревностным вниманием, то и дело прикасаясь к ней и смахивая какие-то одному ему видимые ворсинки.
— Такая нежная кожа, — говорит он с каким-то задумчивым восхищением, — невероятно.
Она чувствует себя вещью. Одним из тех полицейских роботов с обновленной программой, улучшенными функциями и блестящим, лишенным царапин корпусом.
— Покажи им все, что ты умеешь.
— Все то же, что и раньше, — отвечает Дайра, стараясь контролировать дыхание и не думать о том, что ее ждет полный зал людей, которым плевать на то, что она человек и сколько людей погибло для этого момента.
«Они не могут не понимать этого!»
Майкл поднимает на нее взгляд и несколько секунд смотрит с какой-то злостью, словно она сказала ему какую-то гадость. Но все куда проще, чем кажется, — она просто посмела ответить ему тогда, когда он этого не просил. Мистер Седжио тянется к ее лицу и, улыбаясь, треплет по щеке.
— Значит, не сопротивляйся и делай то, что тебе говорят. Ты ведь не хочешь за решетку?
— Нет.
— Стать грунтом под ногами аштар?
— Нет.
Седжио садится прямо на стол и тянет руку к планшету, что держит один из разработчиков. Он вертит ее в разные стороны. Дайра расслабляется, послушно выполняя то, что велят импульсы, идущие из адской штуковины. Она старается не думать ни о чем. Хорошо, что этим людям она нужна для разработки боевого обмундирования, а не для чего-нибудь еще, чего-то более мерзкого, чего она успела наслушаться от Циллы.
— Тебе ведь не плевать на нашу планету?
— Нет.
— Молодец. Улыбайся девочка. Ты же знаешь, каково это, выступать на публике?
Она послушно растягивает губы, куда более ярко и отрыто, чем то, что она изобразила в первый раз. Радоваться нечему. Ее жизнь закончится здесь, в мастерских и лабораториях корпорации. Все для того, чтобы они смогли опередить аштар.
«Забрать то, что наше по праву! Ты знала, что мы один народ?»
Дайра качала головой, понимая, что нужно соглашаться со всем, что не скажет ей это всемогущий мужчина. Он пользовался пробелами в ее образовании, своей ученой степенью, властью и просто тем, что все, что окружало Дайру, принадлежало и поддакивало ему.
«Когда-то и мы путешествовали по космосу, вместе с ними мы бороздили миры и получали знания. Но наш спутник остыл, и путь был окончен. Аштар оставили нас, не пожелав делиться тем, что имели».
Дайра продолжала сомневаться в его словах. Она бы предпочла прочесть об этом, нежели слушать басни от того, кто кровно заинтересован в том, чтобы она согласилась с ним.
«Зачем теперь они помогают нам? Подлые аштар вдруг набрались совести?»
Но Седжио вместе с этой самодовольной су**** Рене продолжают втюхивать ей новые истины, стараясь быть милыми, искренними, строгими и такими честными, открывая ей истины, о которых другие и не догадываются.
«Они уйдут, и нам придет конец. Долго ли проживет Терра без скинутой ими Селин?»
Дольше, чем можно себе представить. Планета останется на месте, а вот те, кто живет на ней, сгинут, оставшись строчками в хрониках аштар и других подобных им народов. Так выходит по их словам. Это ее ответственность за будущее всей земли. Дайра осознает, что она первая победа землян в этой холодной войне.
— Пойдем?!
Дайру тошнит от предстоящего, от такого количества внимания и от своей роли во всем этом.
«Мы просто разберем тебя на составляющие, и на твоем месте появится кто-нибудь другой».
Но делать нечего, жизнь в бегах совсем не устраивает ее. Ее не устраивает смерть ни здесь, ни на Раоне. Последний пугает ее неизвестностью, тогда как здесь от нее хоть какой-то, но прок.
«Ты ведь не хочешь этого? Почему бы тебе не сделать что-нибудь полезное, а, милая?»
Аплодисменты, вспышки фотокамер, множество экранов, на которых движется Седжио и она сама, а еще толпа людей, множество лиц, что не сводят с них любопытствующих глаз.
— Долгожданный гость, наш бессменный руководитель, идейный вдохновитель и не побоимся этого словосочетания «спаситель человечества» Майкл Седжио!
Дайра идет рядом с ним, не беспокоясь, что может не успеть, споткнуться или оступиться, взбираясь на невысокий темный постамент. Ее «ведут» и она держится параллельно ему.
— И конечно наша звезда: прекрасная и такая скромная Дайра Стикс! Наша надежда на будущее, наш прорыв и вершина человеческой мысли.
Она вновь улыбается, выступает вперед, откидывая в сторону подол длинной юбки, демонстрируя людям свой наряд и выглядывающие из-под него ноги. Глаза болят от ярких вспышек телекамер. Дайра редко моргает, понимая, что и в этом тоже есть свой спрятанный смысл: она должна получиться «хорошо» с первого раза на многочисленных снимках и мгновенных коротких видео, но вот только девочкам невдомек, что на нормальных записях из нее получится по-идиотски вылупившаяся кукла. Ее просят повернуться. Улыбнуться. Миниатюрные приборы с огромными «глазами» линз кружат в воздухе подобно птичкам колибри, разглядывая ее для зрителей всего мира. Она слышит, как щелкают механизмы у их крыльев, видит то, что раньше казалось ей чудом инженерной мысли. Все это всего лишь набор отлично собранных шестеренок из антигравитационного сплава и моторчика, питающегося энергией от простых никелевых батареек.
— Как идут дела у компании?
Седжио обнимает Дайру, которой не может ни дернуться, ни отойти от этого неприятного мужчины. Ноги словно приросли к полу. Губы начинают неметь от такой долгой улыбки.
— Все очень хорошо. Иначе не было бы всего этого.
— Она хороша, как и любая другая модель, что разносит напитки по этому залу.
— Что ты умеешь, Дайра?
— Да! Что она умеет?
Одно движение и шикарная темная юбка оказывается на полу, огибая ее шикарным полумесяцем, черной звездой в момент солнечного затмения.
— Невероятно.
Прежде скрытая часть тела — бедра, талия и грудь — заключены в легкие щитки из весьма прочного и дорого материала, цена которого — несколько сотен людских жизней.
— Костюм, что прибавит сил этой красотке? Нас не удивишь обмундированием.
— В самом деле? Это всего лишь попытка сделать ее сексуальной.
— Она и так очень даже хороша.
Дайра еще держит край юбки. Она слышит каждую интонацию в голосе Седжио, но вот только ее совсем не заботит его волнение. У нее должно получиться все, чтобы не оказаться распиленной на части.
— Специально для этого мы подготовили демонстрационный зал.
— То есть это не все?
В голосе журналиста слышится изумление, смешанное с обидой. Он выглядит обескураженным, а через секунду даже злящимся. Мужчина с козлиной бородкой здесь, судя по всему, с подачи оппозиции, то есть прямых конкурентов «Dreams Hold Inc.».
— Давай же, Дайра. — Пальцы Седжио слегка сжимают ее бедро, вынуждая подчиниться и повернуться к зрителям спиной.
Позади них открываются ставни. Дайра поворачивается и быстро идет к огромному стеклу, не чувствуя себя так, как раньше. В ней полно энергии и сил, а еще неизвестно откуда взявшей злости. Всего одно движение, удар с намотанной на кулак тканью, как огромная махина начинает трескаться и с шумом падает на пол, оглушая всех вокруг. Ей открылся вход в небольшой черный город, заполненный вооруженными до зубов людьми и роботами, что в один миг оборачиваются к ней, метя лазерными прицелами куда-то в середину тела.
— Вперед!