Глава 5
Гэбби согласилась. Она уже вчера хлюпала носом и разносила бактерии по их дрожащей гримерке, ныла и стонала, что не переживет еще одну ночь. Так что пусть лечится одним большим выходным днем, наведается к врачу, принимает лекарства, спит и занимается детьми.
— Сама-то как? Выдержишь?
— Я же здорова и полна сил.
Она затемняет окошко визора, чтобы Саймон не подсмотрел мигающий индикатор здоровья. Все будет хорошо. Она уверена в этом.
— Какой банк?
— Начальная ставка двести длар, дальше все зависит от вас. Будьте оригинальными и…
— Не расшибитесь в лепешку, — заканчивает за худенькую девушку Дайра.
Она не поднимает глаз от ее рук, затягивающих крепления.
— Хотела сказать: «И придите первой». Но ваше замечание тоже верно.
Ей помогают облачиться в некое подобие сапог, что доходят едва ли не до самого паха, цепляют корсет и рукава.
— Это усовершенствованная версия, — говорит ей девушка, хватаясь за визор и принимаясь за настройки. — Меня зовут Сьюзен, я буду вашим координатором.
Дайре так не кажется. Что прошлые элементы, что эти весят целую тонну. Она сомневается, что вообще способна сдвинутся с места. Вдобавок ко всему пояс-корсет сдавливает грудь, отчего ужасно тяжело дышать.
— Сейчас станет легче, — обещает ей устроительница игр.
Так и происходит, но ощущение громоздкости не пропадает. Она расшибется. В лепешку!
— Подключаюсь к вашему виджу. Дайра, дайте мне доступ. Наденьте очки и не забудьте про наушник.
Картинка перед глазами двоится, левым глазом она видит маршрут с еще непонятными значками-заданиями, правым окружающее ее пространство. Ее подташнивает от предвкушения.
– Как слышите меня?
Она вздрагивает от преувеличенно громкого голоса ее инструктора. Сердце стучит все громче.
— Кайла. Вам нужно успокоиться.
Легко сказать. Но все же она старается выровнять дыхание. Иначе от волнения будет фальстарт и считай, что все насмарку — договоренности, спешка, пытка переодеванием. Одна радость — у нее свой костюм, тот самый, вызывающий, графитово-черный, не отражающий света.
— Проглотите, не разжевывая, пожалуйста.
Дайра, которая поклялась, что больше никогда не съест эту гадость, смотрит на небольшую горошину, заставляя себя засунуть ее в рот.
— Это поможет связать вас с элементами.
Она знает, вот только надеялась, что этого не будет. Ей было плохо в прошлый раз, но дело не только в этом. Где роботы, там и программы, и кто знает, какие функции они выполняют кроме тех, что склеивают ее со снаряжением.
— Он думает, что он такой единственный!.. — наконец не выдерживает Кро, стоит только девушке удалиться в будку для инструкторов.
— Но пока это так, — откликается Дайра, все еще подстраиваясь под эти штуковины.
Направляющих инструкторов пять человек, как и участников. У всех у них одинаковые, расположенные максимально близко задания, но кто придет быстрее зависит от тех, кто в темных комбинезонах с яркими деталями защиты, а также от того, как хорошо они знают этот город. Дайра смотрит на затертое место на нарукавнике, угадываются буквы «on ies». Тут и не надо семи пядей во лбу, чтобы понимать, кому конкретно принадлежат эти разработки — «Prospection Industries», а они ведь, между прочим, закрылись, после того как объявили о банкротстве! Но продолжают вести закрытые тесты на таких отчаявшихся, как она.
— Не правда! Он просто вовремя подвернулся нам! Ты заметила его тогда, когда скрывалась и мы убегали от копов.
Дайра кивает; Коди тогда не успел погасить видж, а она не дура и прекрасно поняла, что значат все эти показатели и цветные изображения мозга.
— Так может отдавать их ему за бесплатно?!
Так они сменили Виктора, эту жадную скотину, вечно требующего больше и больше, но за те же, а то и меньшие деньги, на этого козла, который сначала был так мил, а теперь придумал вечно увеличивающиеся расходы. Все они одинаковые.
— Целый год! Он ведь прикармливал нас!
Она не понимает его раздражения и возмущения. Надо было думать раньше, до того, как он напряг ее с тем боксом.
— Ничего не поделать, — сдержанно отвечает Стикс, чувствуя изменения в теле, от которых ее вот-вот может вывернуть наизнанку. — Пока не найдем кого-то получше, будем мило улыбаться.
— Ты будешь мило улыбаться, — проговорил Саймон, впившись в нее полным сомнений и подозрений взором. — Может ты не только…
Один выразительный взгляд, и Дайра заставляет его заткнуться. Он такой сердобольный и нравственный сейчас. Чего сам не втиснется в эту хрень и не попрыгает по всему городу, не обращая внимания на движущиеся лайны, грузы, кары и составы алтар[6]?
— Заткнись! Это благодаря тебе и только!
— Кайли? Кайли?
Дайра встряхивается, напоминая себе, что и здесь она под вымышленным именем. Как хорошо врываться в боксы: никаких пилюль с нанороботами, никакого адреналина ведрами, выплескивающимися в кровь, никаких опасных для жизни и свободы заданий…
— Да, я слышу вас.
— Никаких копов.
Саймон молчит, глядя на то, как она разминается. Она делает выпады, подчиняясь командам. Обмундирование шипит, выпускает лишний воздух, прижимаясь к телу девушки.
— Зря ты отдала их ему.
— Саймон, заткнись! Ладно?! Я не в восторге от того, что происходит, и я здесь не шутки ради. Вместо того, чтобы поддержать меня и сказать спасибо!..
Дайра замолкает, прижатая к его груди, и радуется, что он сделал это. Перед ней зависает шар камеры. Еще бы немного и она бы сказала лишнее. Его лопасти-крылья движутся так быстро, что их практически не видать. Об этом нововведении ей никто не сказал, раньше все ограничивалось видом от первого лица.
— Мама бы попросила дать тебе это.
Он застегивает у нее на шее цепочку с амулетом. На нем изображен святой, покровитель их семьи.
— Мы не родственники. Это не поможет.
Такой был на нем, когда он упал, не удержавшись на лайне. Высота была умопомрачительная, и только эти штуки, что сейчас на ней, спасли ему жизнь, сделав при этом инвалидом. Карьера спортсмена ему заказана, как и служба в любых вооруженных силах. На остальное у него не хватит денег.
— Ты как член семьи. Мы ведь знакомы целую вечность. Помнишь?
Дайра кивает. Инструктор требует, чтобы она вышла на старт.
— Кро, мне пора. Помолитесь за меня.
Дайра уверена, что его семья разделится на две половины. Одни станут следить за забегом, другие будут игнорировать.
— Мы должны разделить их. Пусть не расслабляются.
Дайра не отвечает и идет к остальным участникам. Она не единственная девушка, и это, увы, не дает им двоим совершенно никаких преимуществ.
— Включить музыку.
— Это опасно, Калли, — говорит Сьюзен в ее голове.
— Сьюзен, мы ведь хотим выиграть?
Уж не опаснее предстоящего! Дайра смотрит в землю, но на самом деле разглядывает маршрут. Город постоянно меняется, но есть уровень, что не меняется никогда — десятый. Там одни только лайны, выхлопные газы и мало кислорода. Там опаснее всего, но можно достигнуть цели, не теряя времени на обход препятствий.
— Любимец публики — Дак!
Она слушает, стараясь не пропустить своего имени.
— Посмотрите-ка на нее! Она пляшет! Давай, девочка!
Дайра все же сделала это, пропустила момент, и она бы не назвала это танцем.
— Ты набираешь очки популярности, — говорит ей Сьюзен.
Это значит, что в нее начинают вкладывать деньги, словно она скаковая лошадь. Плевать ей на это. Знала бы она про камеру, ни за что не пришла сюда, выбрала бы что-нибудь другое.
— Продолжай танцевать.
Дайра посылает воздушный поцелуй летающему глазу. Раз рисковать — так с шиком и музыкой. Жаль, ее не было в боксе у Лэда, тогда бы она присвоила этому воспоминанию статус «романтика». Кожу пощипывает, а где-то даже больно колет. Это наниты присоединяются к обмундированию. Ее движения становятся более плавными, детали перестают чувствоваться, как панцирь краба.
— Вперед!
Она срывается с места, но бежит не прямо к точке, а делает круг по небольшому пустырю, то и дело поднимая и отпуская руки, подскакивая и подтягивая к себе колени.
— Забери оружие.
Сюзан не расшаркивается и отдает четкие приказания, оставляя место ритму.
— Поспеши.
Дайра вырывается из глухого сквера, пробегает через дорогу, то и дело останавливаясь, чтобы пропустить паровозики митингующих. Натыкается на старый вариант такси на колесах.
— Попробуй прыгнуть.
Стикс делает это, упираясь в его тусклый плафон с квадратиками и эмблемой Иссмира. Прыжок со шпагатом выходит, что надо. Наниты врезаются кожу словно стая ненасытных зубастых клопов. Дайра стонет и скрипит зубами.
— Поднимайся выше. Оно спрятано за тремя перекладинами Изящного моста.
— Почему я уверена, что это те, которые в центре?
Там не протиснуться. Значит, придется повиснуть и то и дело подбирать зад.
— Ты права. Беги быстрее.
Легко ей говорить. Дайра разминает пальцы, огибая прохожих. У нее не получается разогнаться, прыжки помогают, но дальше, она знает, что будет нагромождение из тележек, конструкции южной башни, вагончиков с дешевой едой и очень много людей.
— Не выдержат, — размышляет она вслух.
— Ты легка, главное — не останавливайся и все получится.
Дайра так не думает, она сворачивает на другую улицу, в переулок, и теперь прыгает. Совсем как тот парень в старом мультике, который с вонючкой из лампы, перескакивает, цепляется за выступающие балки. Дом так и не привели в божеский вид. На первых уровнях красоту блюсти не обязательно — одни бедняки, тогда как на верхних все чинно, как на проекте, что почти истерся со стены. Она подпрыгивает еще раз, цепляясь за козырек окна, проскальзывает в комнату, чем пугает сидящих в них малышей.
— Тс-с-с! — Дайра прислоняет палец к губам. — Никому ни слова.
Так однажды сделал бегун, оказавшись на территории их приюта. Ей никогда не забыть того парня, у него был такой хитрый вид. Он напомнил ей движущийся камень.
— Рейтинг подрос на семнадцать пунктов.
Общая гостиная, коридор, выбитая дверь. Глаз летит за ней, как будто привязанный.
— Ого!
Она не ожидала, что сможет пробить стену, всего-то влетев в нее плечом.
— Я же говорю, что они стали лучше.
Стикс сжимает и разжимает пальцы. Притон. Шприцы скрипят и лопаются у нее под ногами.
— Вызови копов!
— Никаких копов.
— Не для меня, для них.
— Хорошо. Позже. Иначе возьмут след.
Стикс выпрыгивает в окно, летит, озираясь по сторонам, хватается за провисшую дугу кабеля и конечно же падает вниз.
— Берегись!!! — кричит она людям внизу.
Она не долетает всего пару метров, отталкиваясь о крышу поднимающегося лайна.
— Обезьянка из тебя так себе.
Дайра хватается за дверь набирающего высоту такси, без труда взбираясь на него. Выглядит круто, но равновесия ей никто не обещал. Водитель тормозит, она перескакивает на другой, отталкивается от еще одного, карабкается наверх, отрывает прикрепленный скотчем бластер.
— Оно у меня.
— Беги в город. Воронка шестого кольца.
Дайра видит следующую цель. Она не переживает за то, что ей могут приказать убить или устранить кого-то. Иначе эти игры прикрыли бы еще раньше, чем они смогли порадоваться успеху пилотной версии. Она не станет выполнять такие задания, но знает, что находятся такие, что делают это. Никто не помнит их имен и не знает, живы ли они.
— Что там?
— Баржа. Успей до ее отплытия. Попробуй бежать быстрее.
Кажется, что это нереально, в боку колет уже от этого ритма, но стоит только попытаться прибавить шаг — Дайра несется как сумасшедшая.
— Иначе что?
— Придется плыть.
Да уж!
Ей больно. Хорошо бы не осталось следов или грим смог скрыть синяки или кровоподтеки. Она вскакивает на перила, с немалым сожалением глядя на небоскребы далеко впереди. Элементы костюма выравнивают ее, помогают держать равновесие.
— Рейтинг падает. Зрителям скучно.
Плевать. Здесь особо не развернешься и не почудачишь. Просто дорога и поток лайнов на ней и над ней. Слишком рано. Ее отталкивает другой бегун. Это вторая девушка. Дайру выносит под ноги груза позади, она откатывается в сторону и еще, поднимаясь.
Боли не чувствуется.
Дайра делает шаги по узкой полоске между машинами, привскакивая, найдя в себе резерв через выплеснувшуюся злость. Она отделалась легким испугом. Стикс бежит за соперницей, подныривает и перескакивает через лайны.
— Молодец.
Те сигналят ей, уворачиваются, даже падают. Когда она злится, ничего хорошего не случается.
— Эффектно. Рейтинг растет.
Она догоняет девушку. Еще со времен сиротского приюта Дайра не позволяет ни обижать себя, ни использовать. Вот и с парнем с бокса она предпочла удовольствие вместо принуждения.
— Сюрприз!
Стикс, приземлившаяся на той же барже, что и ее азартная соперница, ударяет ее в ногу прямо под коленом, тут же разворачивает к себе и наносит удар в челюсть.
— Стерва!
Ей плевать на то, что у той рассечена щека и выбиты зубы. Ее очки слетают, скользят по раскачивающемуся полу судна, падают в расщелину между палубой и бортом. Девчонке ни за что не добраться до цели без карты, без указания расстояний, количества шагов и заданий.
— Игра закончена.
— Береги свои.
Хороший совет, но только запоздалый. Стикс добавляет еще один удар за мгновение до слов Сьюзен. Она успела заметить, как секундная обреченность девушки трансформировалась в нечто хищное. Та падает на палубу.
— Твои очки растут. Ее деньги переходят тебе.
Дайра знает и об этом. Она ненавидит крысиные бега. Азарт и жажда наживы этой суки чуть было не стоили ей жизни. Люди теряют человеческое обличие, теряют конечности и выходят из себя, совсем как Дайра, с одним желанием — покалечить.
— Сколько?!
В груди жжет от острого желания попить и зажать нос одновременно.
— Немного. Пока триста длар. Плюс еще тысяча за устранение противника. А теперь прыгай в воду. Награда — пятьдесят дларов. Береги глаза и уши.
Если бы не забег, она бы не приблизилась к этой реке, в которой больше отходов, чем настоящей воды. Дайра очень надеялась, что баржа довезет ее до крошечного островка.
— Огни копов. Иди к ним.
Дайра раскачивается на месте. Ей нужно прийти в себя. Как Сьюзен успела заметить полицию, если Стикс только и делает, что смотрит в землю?
— Ты сказала, что никаких копов! Какое место?
Заплыв сбил дыхание. Дайра смотрит на первые высокие здания в городе, черные точки лайнов, делает первые шаги. Она видит воронку. Но у этой металлической дыры другое название, похабное. Она перемещает особо крупные грузовые корабли и части зданий. Дайра помнит, как в детстве они прибегали к подобной этой и радовались, когда им удавалось попасть на момент переноса. Окрашиваемые в золото кольца — это что-то!
— Ты вторая. Дак выполняет спонсорские задания.
— Остальные?
— Догоняют баржи. Вплавь.
На ее карте пока одно задание, и оно постоянно перемещается.
— Это дрон. Выруби его.
Они разогревают публику. Драка девочек — это хорошо, но погони — еще круче. Где они — там и перестрелки, разрушения, вовлеченность и сопереживания. Мир будущего, как и мир прошлого, любит зрелища и ненавидит копов.
— Не…
— Награда — две тысячи дларов.
Дайра набирает скорость, идет все быстрее и быстрее, напоминая себе мокрую собаку. Впереди ее ждет соперник похуже — Дак. Он — не девица, не ожидавшая нападения, а бык весом больше ста килограммов. Когда она догонит его, он так же, как и рыжая постарается избавиться от нее.
— Беги.
Дайра осматривается. Ей всего-то надо вспомнить. Она сворачивает с оживленных улиц. Люди не пытаются остановить ее. Одни пропускают, другие стараются сфотографировать, третьи шарахаются и пригибаются, ожидая прыжков и падающих лайнов.
— Демонстрация.
— Надоели, — тут же откликается Сьюзен. — Ты права.
У людей теперь слишком много времени, вот они и занимаются черт знает чем. Она бежит, взбегает по вертикальной стене, но такой подъем не может длиться вечно. Скольжение вниз. Она падает. Выступ, еще один, коробка кондиционера, выступ, выступ, узкое окно, опять выступ, сетка, огромные лопасти спрятанного в здании винта, резкий порыв ветра, что чуть было не выбросил ее в пустоту.
— Быстрее.
Дайра балансирует, бежит по узкой ленте мостка, держа в обзоре стену перед собой, но в какой-то момент прыгает, заметив движение внизу. Глаз камеры кружит вокруг нее. Она приземляется на крышу лайна, присаживается, цепляется за края, прыгает еще раз.
— Я похожа на лягушку?
Новое снаряжение действительно лучше того, что было несколько лет тому назад. Оно не тянет вниз, а наоборот как-то направляет вперед. Это было бы классно, нестись в нем, чувствуя себя ветром, если бы не опасно. Картинка показывает цель. Пятьдесят шагов.
— Ты грациознее. Приди первой, и я предложу тебе контракт.
Дайра не отвечает, но знает, что пошлет Сьюзен куда подальше.
— Целься!
Дрон искрит, теряет равновесие, пытается восстановить его на одной турбине.
— Черт!
— Увеличить картинку, — слышит она голос Сьюзен, как та отдает команды технике.
Люди оглядываются. Дайра нажимает на курок. Звук выстрела похож на работу ее брони, такой же мягкий, шипящий, вакуумный. Дрон падает, высекая при столкновении с бетоном и металлом кучу искр.
— Никаких копов.
Дайра срывается с места и несется так, как не двигалась до этого. Через двадцать секунд появится еще один беспилотник и лучше бы ей не попадать в обзор его камер. У нее не хватит зарядов, чтобы отбиться от стаи полицейских мотыльков.
— Погоня!
Координатор заметила что-то. Дайра не верит в это. Дроны быстры, но не настолько. Она оглядывается еще раз и не видит никого.
— Мотыль бы не успел…
— Это человек.
— Наплевать! Не догонит.
— Это не человек, — произносит Сьюзен после некоторой заминки. — Это аштар.
Сердце Дайры ухает в пустоту. Но она прыгает, цепляется, перескакивает, делает еще несколько шагов и вновь прыгает. Видна воронка. До нее четыреста шагов и неизвестно сколько прыжков.
— Отрывайся. Награда — три тысячи длар.
Ого! Вот это ставка! Организаторы не зря затерли буквы на ее щитках.
— Быстрее!
Боль становится просто нестерпимой. Сьюзен прибавила мощность или сделала что-то такое, отчего Дайра кричит, мир на мгновение краснеет, прыгает, ее выбрасывает в самый поток. Лайн под ней заносит и кружит, она прыгает еще раз, холодный воздух помогает унять боль. Голова идет кругом, но Дайра встряхивается. Не время для паники, когда почти получилось. Еще немного — она оторвется, прибежит к финишу и будет свободна, при деньгах и при снах.
— Калли. Он за тобой. Триста тринадцать шагов. Двести пятьдесят девять.
Люди не могут двигаться так быстро! Если только они не шельмуют и не испытывают снаряжение, желая подзаработать.
— Двести шестьдесят один.
Так себе отрыв. Дверь лайна гнется, трескается стекло, водитель орет на нее, она разжимает пальцы, и ее тут же дергает вперед. Прыжок, еще прыжок, она бежит по крышам тачек, словно по камешкам вонючей реки в засуху.
— Калли. Воронка. Ты видишь?
До нее дотрагиваются. Она чувствует, как чьи-то пальцы скользят по ее бедру, но ощущение пропадает почти тотчас же с потонувшими в шуме проклятьями. Ей страшно. Он догнал ее. Почти схватил!
«На кой черт им понадобился тот вонючий дрон?!»
Кто-то знал, что там аштар. Вот в чем дело. Их нельзя отследить, но можно встретить. Так говорят. Она еще ни разу не встречала.
— Тебе нужно пройти через воронку. Награда — тысяча длар.
Не густо. Это вам не копов дразнить и не от пришельцев спасаться, а всего лишь пройти через препятствие. Она цепляется за обшивку груза, царапает ее пальцами, обжигая их о металл, нагретый воздухом турбин, и лезет наверх.
— Я определенно предложу тебе контракт!
Груз замедляется. Кольца воронки светлеют, наливаются золотым. Ей нужно лечь, иначе ее снесет. Ее разворачивает на месте и относит назад, прямо в руки существа без глаз, носа и рта.
— Ты?! — грохает чудовище страшным голосом, перекрикивая шум вокруг.
Она пытается освободиться, дергает руку, но у нее ничего не получается.
— Да отпусти же ты меня!
Еще вчера она и представить себе не могла что встретит кого-нибудь из них, а сегодня стреляет в них, убегает и вот бьет по лицу в совершенно женском ударе — пощечине. Он отпускает. Дайра пятится, ее раскачивает, ее вновь бросает к нему.
— Калли! Беги!
— Это бесполезно, — слышится глухо, на заднем фоне, незнакомым для нее голосом. — Все кончено, Сьюз.
В эфире воцаряется тишина. Она не в силах оторвать взгляд от лица аштар, осознавая. Черная ткань, сетка или краска сползает с его лица и головы, втягиваясь в районе ключиц и плеч. Лэд. Лэденг.
— Ты?! — настала ее очередь восклицать.
Жизнь, мир и судьба не дают ей забыть об этом мужчине. Ветер бьет по его светлым волосам. Он и сам рассматривает ее с чернотой вместо глаз, балансирует на гремящей штуковине, словно приклеенный. Выражение его лица можно описать, как шокированное.
«Он аштар, — пульсирует в мозгу и не желает укладываться там. — Он аштар! Аштар!»
Дайра тянется к нему, подходит ближе и отталкивает, со всей силы на которую способна, прямо за борт завибрировавшего груза. Она падает вслед за Лэдом, но не вниз, а на корпус, прижимаясь к нему так тесно, как это возможно. Есть только один способ оторваться от пришельца — прыгнуть вместе с грузом.
— Калли! Не смей!