Глава 45

— О чем ты думаешь?

Дайра поднимает глаза на подошедшего к ней Лэденга и жмет плечами. Она уже несколько часов сидит возле палаты Ригана, время от времени заглядывая к нему и ожидая, когда он придет в себя. Аштар и не думает торопиться и приходить в сознание.

— Хочу попрощаться.

— Ты решила вернуться?

Странно видеть Лэда в обычной одежде. Он похож на человека и очень напоминает ей того парня, что вышел встречать ее когда-то. Просто симпатичный мужчина в плохом настроении.

— Мне нечего делать здесь.

— А там?

— Там все, к чему я привыкла. Мир, люди и даже друзья.

— Саймон? Ты о нем?

— Да, и он не так уж и плох.

— Этот слизняк вроде как предал тебя.

Дайра ведет плечами, отмечая про себя, что тот ничего не говорит об ожидающей ее опасности. Седжио уже не сможет отследить ее, но и беззаботным ее дальнейшее существование тоже не назовешь. Саймон — меньшая из ее бед.

— Ты пытаешься убедить меня или создать видимость того, что мне необходимо остаться?

Аштар подбирается, подтягивая к себе вытянутую вперед ногу.

— Я не пытался учить тебя жизни, когда ты выбрала роль проститутки, почему должен делать это теперь?

Все так, как она и думала. Но вот в клубе он то и дело фыркал, показывая ей, как он относится к ее выбору профессии. Ему не нравилось, что кто-то по****, глядя на нее. Сейчас вроде как все серьезнее, но она видит, какими стали его движения — расслабленными.

— Ты не ответил на мой вопрос.

— Я не изменил своего мнения и признаю, — отвечает он холодно, одарив ее таким же непроницаемым взглядом, — что дальнейшие встречи с тобой мне были бы неприятны.

Его светящиеся глаза уже не так сильно впечатляют ее. Ей даже вспоминаются свои собственные время от времени вспыхивающие в отражении зеркала. Она всегда списывала это на усталость, а выходит что она почти такая же.

— Понятно.

Лэд поднимается со своего места, нависая над ней темным «облаком».

— Я признаю свою ошибку. Мне стоило меньше думать о твоих прелестях и обратить внимание на другие вещи. Я не горжусь некоторыми из своих поступков, но возможно именно они подтолкнули Ригана к разгадке твоей тайны. Тем не менее, открывшаяся истина не изменяет твоего прошлого.

Дайра кивает, сдерживая улыбку. Она поняла его куда лучше, чем он сам. Керб хочет, чтобы она ушла. Иначе она станет его вечным напоминанием о собственных ошибках. Хотя она все равно не понимает, откуда в нем столько злости.

— Как это мило, — тянет она, улыбаясь. — Правильный аштар, вместо того чтобы поверить женщине, которая не требует от него ничего, кроме принятия, полагается на слово отброса презираемого им общества.

Он наклоняется к ней, шепча на ухо:

— Я всего лишь честен с тобой в своем отношении, тогда как он, — Лэд показывает в сторону открывшегося бокса, — поступил с тобой так, как ты привыкла поступать с другими.

Дайра чувствует, что бледнеет. На душе у нее холодеет, а сердце замирает уже в который раз за то время, что она сидит здесь. Она думала, что скажет Ригану и как поведет себя при разговоре с ним, настраивая себя на то, чтобы не скатится в слезы и в обвинения.

— Ради Бога. Не стану переубеждать тебя в обратном.

Она поднимается и идет к палате, желая побыстрее закончить начатое — попрощается так, без лишних вопросов, объяснений и благодарностей. Тоже сделает это тихо. Хорошо, если он услышит ее, а если нет, то так тому и быть.

— Объясни мне только одно!

Лэд не успокоился и не исчез в неизвестном направлении, потерявшись в десятках переходов этой огромной станции. Он прижал ее к стене, заблокировав ее тело своим корпусом и зажав руки.

— Что еще?! Проваливай!

Его действия оказались неожиданностью и сильно напугали ее. После той потасовки и отказа в боксе Ригана он вел себя более-менее спокойно и никогда не выказывал попыток наброситься на нее.

— Раз все решил для себя — отпусти меня!

Лэд встряхивает ее, видимо для того, чтобы она перестала кричать и брыкаться.

— Молчи! Да заткнись же ты!

Дайра не может и не хочет этого делать. Почему она должна вести себя тихо, когда он поступает, как самый настоящий г*****?!

— Ударишь меня?! Давай!

— Что ты несешь?!

— Тогда отпусти меня! Почему нельзя спросить просто?!

На них обращают внимание, но не игнорируют, как это случилось бы на той же Терре. Один из служителей приближается к ним и берет Лэда за плечо, встряхивая. Дайра видит, как к ним бежит женщина. В этот момент Лэд все же отпускает ее, и она бьет ему коленом в пах.

— Имра!

Строгий оклик заставляет Дайру убрать руку с головы мужчины. Она бы ударила его еще и об колено. Если бы ей это удалось. Он ведь не просто пьяный посетитель в баре.

— Это лазарет. Здесь поправляют здоровье, а не дерутся и выясняют отношения.

— Правда?! — Дайра отступает, справляясь с волнением и сбившимся дыханием. — Я здесь первый день и не знаю всех ваших порядков.

— Керб, зайдите ко мне, когда закончите свою беседу с нашей гостьей.

Мужчина с тонким золотом полосок на груди наклоняется и говорит ему еще что-то. Дайра не понимает значение сказанных слов, но Лэд кивает, заскрежетав зубами.

— Я хотел спросить…

Она бьет по его лицу, но не кулаком, а ладонью.

— Пошел ты.

Дайра входит в бокс, опираясь на тут же закрывшуюся дверь. Створки не спешат раздвинуться, каким-то образом «понимая», что на них оперся человек.

— Скоро это закончится, — шепчет она себе, справляясь со сбившимся дыханием. — Скоро это закончится. Надо потерпеть чуть-чуть.

Она наконец-то подходит к кровати, оглядывая спящего мужчину. Ей не верится, что такое возможно: вместо высокотехнологичного протеза на месте оторванной руки красуется другая рука. Живая, теплая, с невероятной гладкой, еще не огрубевшей кожей и отросшими светлыми волосками. Она отличается от левой по гладкости и мускулатуре.

— Даже не представляю, как ты станешь накачивать ее. Извращенец.

Она улыбается, касаясь его шершавой щеки губами.

— Спасибо тебе за все то, что сделал для меня.

Дайра проводит по его пальцам, сжимая их. Они слегка дергаются, но Риган продолжает спать. Медики все объяснили ей. Ему нужно отоспаться, чтобы организм справился со стрессом в наиболее безопасном для него режиме.

— Я перестала быть сиротской девчонкой.

Она проводит по его волосам, сначала взлохмачивая, а потом оправляя их и открывая высокий лоб.

— У меня появились родители, имя и даже своя история. Ты — скотина и методы у тебя такие же, но все это благодаря тебе.

Она не может удержаться, вновь и вновь прикасаясь к симпатичному лицу мужчины, проводя по его губам. Риган не морщится, а недовольно дергает ими. Между темно-русых бровей пролегает складка и, кажется, дергается линия на щеке. Это выражение знакомо ей. Он так делает, когда начинает терять терпение.

— Поправляйся. Покажи им всем на Раоне, если вдруг попадешь туда, но я, честно говоря, не хочу этого.

Дайра сначала касается своих пальцев губами, а потом дотрагивается ими до его губ.

— Вам не надо уходить.

Она вздрагивает и даже подпрыгивает на месте, оборачиваясь к говорящему. Это всего лишь Айро.

— Надо.

Они уже говорили об этом. Она озвучила эту мысль в присутствии совета. Тогда генерал не стал переубеждать ее в чем-либо, а вот сейчас, спустя несколько часов, нашел какие-то причины.

— У меня здесь нет никого.

— А как же ваш друг? Вы грозились отправиться на Раон вместе с ним.

— В том случае, если я действительно виновата в тех преступлениях. Мы уже выяснили, что все дело в той жуткой тряпке.

Айро хмурится, так же как тогда, когда показывали записи в круглом зале. Женщины задавали вопросы ему, себе и жрецам, но так и не получили ответов.

— Жрецы пока молчат, но им придется дать ответ. Я не знаю, каким образом Маркусу удалось уговорить их создать эту вещь, но в том, что это сделали они, нет сомнений.

Она уже слышала об этом.

— Даже если и так. Что им будет?

— Скорее всего, ничего, кроме того что изменится их протокол общения с остальными аштар.

Дайра еще раз заглядывает в палату Отто, все еще надеясь на то, что он придет в себя до ее возвращения на Терру. Объяснение Айро такое себе по действенности. Но если остальные считают, что этих мер будет достаточно, то почему бы и нет? Она отчасти понимает решение отца, если это он похлопотал о создании такого костюма — он беспокоился о безопасности жены и можно сказать, что его нарушение закона оправдало себя.

— Не переубеждайте меня, Айро, — просит она тихо. — Мне нет места в вашем мире.

— Вы ошибаетесь.

— У меня нет родных, мой дом разрушен.

Ей хочется добавить, что и хороших друзей у нее тоже нет. Мэй ей не друг. Лэд все брызжет ядом, а Риган — с ним вообще все понятно. Он скотина и притворщик. А остальные аштар… Она была для них работой и только.

— У вас есть друзья и есть место, где вы можете остановиться.

— В храмах? О нет! Мне достаточно того, что один из вас считает меня той еще шл****! Только не хватало, чтобы об этом думала вся планета. Мой отец был героем, так ведь?

Каменный человек кивает, вглядываясь в нее все более колючим взглядом. Желваки на его скулах становятся все крупнее.

— А его дочь…

Айро поднимает руку, призывая ее помолчать. Действенный жест, хотя бы потому, что неожиданный.

— Мне кажется, что вы ошибаетесь.

— Ваши аштар рассказали об этих местах достаточно, чтобы я не обольщалась на этот счет.

— Значит, они ввели вас в заблуждение. Храмы — это не лупанарии.

Чего?

— Не публичные дома, — поясняет Айро. — Это места, где живут девушки с других планет. Они не занимаются проституцией.

— Значит, вы… — Дайра оглядывает Айро, вновь оценивая его высокое положение. — Важная шишка, — говорит она. — Полковник или даже генерал.

— Все верно.

Айро неожиданно улыбается. Он думает о том, что у этой девы и в самом деле горячий нрав, раз она способна вывести из равновесия и заставить говорить на повышенных тонах уравновешенных аштар.

— Вы думаете так, а ваши подчиненные совсем иначе. На лицо некий факт несоответствия, и что-то мне подсказывает, что ребята попроще куда более приближены к истине, чем вы сами.

Дайра теперь ведет его. Она запомнила путь до площадки. Ронда обещала ей, что все будет готово к ее отбытию. Она бы хотела, чтобы Ашт вообще исчез с горизонта, когда она примется осуществлять задуманное. Дайра не может оставить просто так эту ситуацию со снами. Пусть ее посадят в тюрьму, хотя она надеется, что ей удастся избежать этого, но все же она донесет правду до человечества. Это будет ее платой и благодарностью за приют. Пусть не все люди достойны этого, но их большая часть не заслуживает ни обмана, ни страданий.

— Быть может, мы прокатимся туда вместе? Вы оцените…

— Нет! У меня полно дел.

— Каких? Можно полюбопытствовать?

У Дайры, если она избежит кутузки, очень много забот. Работа и жилье стоят на первом месте. Быть может, она поселится возле моря и найдет занятие по душе в тех окрестностях, хотя она даже не представляет, на что еще сгодится, кроме воровства и плясулек в злачных местах.

— Дайра, что бы вы ни задумали…

Он пронзает ее строгим взглядом. Дайре даже становится не по себе от его вида и тона. Она ни разу не испытывала ничего подобного даже с этими великовозрастными кретинами, Риганом и Лэдом.

— Это опасно. Они уже пошли на обман человечества, исследовали и испытывали на людях опасные и сырые технологий.

— Не понимаю, о чем вы. — Она заставляет себя пожать плечами. — Я — воришка, а не герой.

Они оказываются снаружи. Небо Ашта поражает ее своим вечно влюбленным цветом.

— Здесь когда-нибудь бывает пасмурно?

Айро не отвечает на этот вопрос, становясь как будто бы еще больше и темнее грозовой тучи.

— На другой стороне планеты сейчас зима, как раз там, где властвует Раон.

Дайра поспешно кивает. Ей интересно было бы увидеть их зиму и какого цвета снег, но только не с этой штукой, что до смерти напугала ее когда-то.

— Мое дело прятаться, а не вылезать на всеобщее обозрение.

Айро ведет ее к кораблю с какой-то бурной деятельностью возле него.

— Я думала, что уйду так же, как пришла. Тихо и мирно. Что тут происходит?

Вокруг корабля собралось много народу. Рядом с многоэтажным кораблем маленький челнок выглядит вишенкой на торте.

— Многие хотят посмотреть на вас.

— Серьезно?

— Риган сделал все за совет.

— Что он сделал?

— Он рассказал аштар, что вернулась одна из нас. Новость уже распространилась по станции и распространяется среди тех, кто сейчас внизу.

Дайра и не думает добежать до края и посмотреть, что там. Она видела фиолетовые горы. Она поняла, что имеет в виду Айро — мирных жителей из ближайшего поселения.

— Но зачем? Зачем он это сделал?

Ее овладевает волнение вместе с громко застучавшим сердцем. Это совсем другое внимание. Не то, какое она испытывала, выходя к одурманенной алкоголем и дурманами публике.

— Дайра, вам незачем соответствовать чьим-то молчаливым ожиданиям. Совет… Они о многом рассказали вам, но вам незачем поддаваться на эти манипуляции. Женщины Венна мудры, но они еще и хитры. Межпланетная политика — их конек, и надо понимать, что у каждой несказанной фразы есть свой затаенный смысл.

Дайра чувствует, что на нее набегает волна раздражения и разочарования, но она быстро оправляется. Она одна из них. Эти существа придумали юриспруденцию такой, какая она есть. Это они облачили хитрость в пристойный вид. Стоит ли удивляться ухищрению Айро, уловками Ригана, недосказанности Хорса или кого-нибудь еще? Тем более, что за ней нет ничего такого, в отличие от того же Венна.