Глава 33 Защитник

Алена смотрела на Всеслава, не мигая. Так это не шутка! Он действительно просил ее руки, не так, как она представляла, но сдержал данное слово. Это было так неожиданно, что не укладывалось в голове.

– Мы можем поговорить? – спросила она. – Наедине.

Сур несколько мгновений переводил взгляд с ворожеи на кузнеца. Шептал “ не может быть”, “не понимаю”. После махнул рукой, отпуская обоих. Алена вышла первой, Всеслав следом. Прикрыл дверь, чтобы никто не мешал им, прислонился к стене.

Девушка отошла на несколько шагов, сложила руки на груди. Начать разговор оказалось сложнее, чем она думала, но и молчать было нельзя.

– Зачем тебе это? Только честно, – спросила она.

– Зачем люди женятся? – ответил Всеслав вопросом на вопрос.

– Я знаю, зачем это делают другие! – воскликнула Алена, не скрывая раздражения. – Я спрашиваю о тебе. Не верю, что ты влюбился в меня и сразу предложил руку и сердце. Может быть, тут так принято…

Ворожея замолчала. Снова едва не выдала себя. Она и так слишком отличалась от местных жителей, кому-то даже казалась странной. Не хватало всех настроить против себя. Наблюдая за стоявшим напротив мужчиной, пыталась понять, что он думает о ней, какие цели преследует. Чем дольше смотрела, тем сложнее было сосредоточиться. В глазах Всеслава плескалось море, а может, отражалось небо. Губы изогнулись в едва заметной улыбке, не насмешливой, скорее ободряющей. Он не спешил отвечать, ждал, пока она выговорится, выпустит пар, как сказала бы Маша.

– Так что? Ты влюблен?

– Да.

Так просто ответил, будто был абсолютно уверен в своих словах. Разве так бывает?

– Давно? – продолжила допытываться ворожея.

– Больше года, – ответил он. Не отвел взгляд, значит, снова не лгал. – Тоже не веришь?

Алена отвернулась. Хотела правды? Вот она – неприкрытая, причиняющая боль.

– Верю, – ответила она. – Думаю, зачем тебе этот вынужденный брак, если ты любишь другую? Может быть, стоит попытаться завоевать ее расположение? Мы, девушки, любим настойчивых парней. Дело в ней? Она не любит тебя? Замужем?

– Скорее не помнит, но я не виню ее. Много времени прошло.

И снова ни слова осуждения, только еле заметная грусть в глазах. Разве можно так? Алена почти ревновала к ней, незнакомке, которая занимала все мысли ее потенциального жениха. Несправедливо, что он говорит о другой, если посватался к ней. Пусть она сама спросила, но Всеслав мог бы промолчать, отшутиться. Кому нужна такая правда? А ложь? Все так запуталось, что она не смогла ответить честно на этот вопрос даже себе.

– Зачем? – повторила она снова негромко.

– У меня никого нет, ни отца, ни матери. Даже сватов я не смог найти, только Радомир поддержал меня. Я как лист, оторванный от дерева, носимый ветром, так что понимаю твои сомнения. Мне кажется, что в этом мы похожи, – произнес мужчина и прижал палец к губам, жестом призывая девушку дослушать до конца. – Ты как цветок, который кто-то вырвал и пересадил в другое место. Ты тянешься к солнцу…

– Мне не нужна жалость, – перебила его Алена, чувствуя, как спазм сдавил горло.

– В том, чтобы пожалеть кого-то, нет ничего плохого, как и в стремлении помочь. Я могу защитить тебя.

– Просто так? Как друг? Ничего не требуя взамен?

– Соглашайся, – улыбнулся мужчина. – Я уважаю тебя и не стану ни к чему принуждать.

– Обещаешь, что останемся друзьями? – уточнила Алена. Не верилось, что такое может быть. Если кузнец говорил искренне, то его предложение было тем шансом,посланным богами, от которого она не могла отказаться. – Не будешь запрещать мне лечить людей? Не станешь требовать исполнения супружеского долга?

– Ничего, если ты сама не захочешь. Слово даю.

…В дом вернулись вместе. Алена молча подала Всеславу полную кружку кваса. Вера на днях приготовила, будто знала, что пригодится, хотя рассчитывала на другого жениха. Мужчина не взял напиток, подложил руки поверх рук невесты, вынудив ее подойти ближе, и медленно пил. Сур пробурчал что-то о неуважении к старшим и слишком скрытных девушках, получил толчок в бок от жены и замолчал. Ворожея впервые задумалась о том, он ли был главным в семье или супруга умело управляла им.

Невеста по обычаю накрыла стол, принесла напитки, молча слушала, о чем говорили сваты. Обсуждение приданого, кажется, никого не интересовало. Скорее было данью традиции. Жених ничего не требовал, лишь предложил сыграть свадьбу сразу после Осенин. Староста неожиданно поддержал его. На том и простились.

Только теперь, когда за гостями закрылась дверь, Алена осознала, что все происходящее не было шуткой или сном. Она сама приняла решение, сделала выбор, пусть и под давлением обстоятельств. Чуть больше двух недель оставалось до события, которое должно было полностью изменить ее жизнь.

– Не поторопилась ли ты? Не пожалеешь? – спросила Заря поздно вечером. – Ты же его совсем не знаешь…

– Не знаю, – согласилась Алена, – но он дал мне слово, и мне почему-то хочется верить ему.

Ворожея не могла объяснить свое отношение к Всеславу. Не чувствуя рядом с ним опасности, доверилась интуиции и надеялась, что та ее не подведет.

***

С утра пошел дождь, спутав все планы. К обеду он превратился в настоящий ливень, но Вера назвала его хорошей приметой, верным признаком того, что будущий брак Алены будет счастливым. Последняя не разделяла ее уверенности. Пытаясь отвлечься от тревожных мыслей, сомнений, которые поселились в ее душе, взяла на себя всю работу по дому. Успела сделать все дела, перебрать свои вещи и уже не находила себе места. Сидела у окна, наблюдала за причудливыми узорами, которые рисовали капли воды на стекле. Ветер срывал листья с деревьев, кружил и бросал их на землю, словно повеса. Наступила осень.

Вынужденное безделье угнетало.

Несколько дней спустя, едва прояснилось, Алена поспешила на улицу. Лес манил ее. Желто-зеленые, но еще живые травы льнули к рукам, ласкаясь, словно котята. Крапивник приветствовал торопливой песней. Быстрые звучные трели заглушили остальных птиц, хотя сам певец был мелок и невзрачен. Белка перебежала дорогу, махнув пушистым хвостом. Толстый хомяк собирал с земли орехи и прятал за щеки.

Ворожея с некоторой завистью наблюдала за животными. Они жили инстинктами, одним днем, не усложняя жизнь себе и другим. Их судьба во многом была предопределена насущными заботами, но они не задумывались об этом. Только люди умудрялись создавать проблемы на ровном месте, лгать и притворяться, а после страдать, не зная, как все исправить. Глупые существа, возомнившие себя равными богам.

Алена заметила шишки лиственницы и принялась собирать. Отваром из них можно было вылечить болезни желудка, а сироп был настоящем кладезем витаминов. Бабушка не рассказывала об этом, но ворожее довольно было прикоснуться к растению, чтобы понять, в чем заключалась его целительная сила. Еще одно проявление дара Макоши, дара, который она приняла и, следуя данному обещанию, использовала только во благо.

Набрала полную полотняную сумку, которую брала с собой всякий раз, когда отправлялась в лес. Увлеклась и забрела дальше, чем запланировала. Еще немного, и она увидит дом кузнеца. Свой будущий дом, мысленно поправила себя девушка, если жених не передумает. После предательства Егора с осторожностью относилась к чужим словам и обещаниям. Тем удивительнее было то, что Всеславу поверила. Странность, которую не хотелось анализировать, чтобы не запутаться еще сильнее.

Стук топоров, мужские голоса возвестили о том, что хозяин дома и не один. Строительство избы закончилось еще летом. Значит, он задумал что-то еще. Какой неугомонный, улыбнулась Алена. Сгорая от любопытства, ступила на широкую тропу. Хотела собственными глазами увидеть, как Всеслав своими руками меняет мир вокруг. Люди тянулись к нему. Мужчины уважали за то, что его слова не расходились с делом. Девушки тайно вздыхали, мечтая о нем. Он же выбрал ее, заставив соперниц завидовать. Никто не знал, что в основе будущего брака будет лежать не любовь или страсть, а трезвый расчет двух одиноких, разочаровавшихся людей. Пусть, зато между ними не было лжи и пустых надежд.

– Твоя невеста настоящая красавица, – произнес кто-то. – Не боишься, что уведут?

– Нет, – ответил Всеслав. – Я ей верю.

– А я бы поостерегся.

– Помолчал бы, – добавил Радомир.

Алена замерла, не дойдя десятка шагов. Спряталась в кустах орешника, что широко раскинулся возле дома кузнеца. Выбрала место, откуда видела происходящее как на ладони. Обостренный слух позволил услышать больше, чем другие. Не хотела подсматривать, но не удержалась. Когда еще у нее будет возможность узнать, как в действительности к ней относится жених? Затаив дыхание ждала, что он ответит.

– Говорю, не женился бы на такой, – повторил незнакомец. – Погулять можно, но чтобы в дом приводить…

Всеслав резко опустил топор, вогнав в колоду[1] по самое топорище[2]. Выпрямился, потребовал приятеля повторить уже сказанное. Тот, видимо, еще не понял, что позволил себе лишнее. Не стесняясь, ответил:

– Говорю, в ком что есть, то до погребального костра. Мало что ли девок кругом? Не мог найти лучше? Глупо воспитывать чужих детей.

Лес смолк. Алена сжала зубы, чтобы не закричать. Обида, возмущение требовали выхода, но она заставила себя остаться на месте. Закрыла лицо руками, запрещая себе расстраиваться из-за чужих слов, и не увидела, что произошло перед домом кузнеца. Услышала лишь, как что-то с шумом упало.

Девушка осторожно выглянула из укрытия. На земле, скрючившись, лежал плотник. Имени его она не помнила, знала лишь, что он слыл лучшим мастером на всю округу. Мужчина кое-как поднялся, опершись одной рукой. Другой зажимал разбитый нос, пытаясь остановить кровь.

– Белены объелся? – прохрипел он. – А если бы зубы выбил? Совсем тебе эта девка голову задурила.

– Иди уже, – ответил Всеслав. Бросил на траву инструменты и несколько монет. – Иди и не возвращайся. Такие помощники мне не нужны.

– Ну и дурак. Я же по дружбе, а ты… Пожалеешь, да поздно будет. Потом пеняй на себя.

– Пошел вон, – добавил кузнец.

Его спокойный уверенный голос отрезвил быстрее ведра холодной воды. Алена на месте плотника не стала бы мешкать. Тот внял голосу разума, подобрал вещи и неровной походкой двинулся в сторону села. Сам был родом из соседней деревни, но, по слухам, частенько оставался ночевать у одной вдовы в Верхнем Луговом, пока не застал ее с другим. Возможно, обиду от предательства одной женщины он перенес на всех, но ворожее не было легче от сознания этого.

– Что, подлечишь? – спросил он, поравнявшись с ворожеей. – По твоей вине пострадал.

– До свадьбы заживет, – мстительно ответила она.

_______

[1] Колода – короткое толстое бревно, пень.

[2] Топорище – деревянная ручка топора.