6 глава. Котик из поколения Безстограмма

Я остановилась, ущипнула себя за бедро, чтобы не засмеяться, натянула серьезное деловое выражение на физиономию, и зашла в совещательную.

Егор выглядел потрясающе. Он и вообще-то симпатичный, конечно. Короткие густые светлые волосы, голубые глаза, узкое лицо с резко очерченными скулами. Рост высокий, спортивная фигура. Но на сборах у Матильды он был одет обычно в потертые джинсы и футболку. И выглядел как-то уютно и по-домашнему. А сейчас на нем идеально сидел синий костюм от "Бриони", который из любого мужчины сделает красавца. Светлые волосы были зачесаны назад. Из-под костюма виднелась белая тонкая рубашка с манжетами, на которых красовались запонки из белого золота. На запястье поблескивали самые трендовые часы последних двух лет "Патек Филипп" из белого золота со скромными вставками желтого. У Стаса были точно такие же, поэтому я знала, что они стоят целое состояние. Тонкий аромат одеколона "Один миллион" от Пако Рабана витал в совещательной. И это точно не был одеколон Стаса, потому что он предпочитает Диора.

Стас подошёл ко мне, взял за локоток. Я едва удержала рефлексивное желание сбросить его руку. Но не устраивать же аргентинские сцены при заказчиках!

— Познакомьтесь, это Таня. Наша замечательная и очень талантливая креативщица. Банк идей, фонтан вдохновения. Именно она даёт первый импульс концепции, а также рисует эскизы, — рассыпался в комплиментах Стас.

Егор встал из-за стола и учтиво, но с достоинством, буквально королевским жестом слегка склонил голову. Сразу видна школа Матильды! Мхатовская гвардия не лажает.

— А это Егор Литвинов. Познакомься, Танюша. Личный референт принца Фаруха — владельца ювелирного дома "Мас-аль-Лейла".

У меня на миг потемнело в глазах. Я поспешно схватила со стола из черного стекла бутылку минералки, свинтила крышку и жадно припала к ней, приняв позу горниста.

Я знала, что Егор должен сегодня прийти в офис под видом заказчика. Но мне специально не рассказали всех подробностей

— Понимаешь, детка, — объясняла Матильда. — В нашем деле очень важна искренность эмоциональных реакций. Поэтому мы намеренно скроем от тебя часть пикантных подробностей сценария, дабы ты, наивное дитя, не опороченное лицедейством, не играла эмоции, так как просто не умеешь этого делать, а реагировала естественно, как бабочка порхающая над цветком.

— А эта насекомая не грюкнется с цветка на всю оранжерею в глобальном офуе… гхм… то есть, удивлении? — осведомилась тогда Ритка. — Может, лучше заранее ей соломки подстелить и все рассказать?

— Ни в коем случае! — затрясла головой Матильда. — Танюша слишком простодушна и великодушна, чтобы лгать и изворачиваться. Поэтому скроем пока от нее то, что можно скрыть. Тогда этому спектаклю поверит даже Станиславский — упокой Господи и министерство культуры его душу!

Я не спорила. Им виднее. Актриса из меня, действительно, никакая. Поэтому когда Наташа сказала мне про ювелирного заказчика, я поверила. Но теперь мне просто стало дурно от размаха клуба "Верный кот". Где мы бриллианты возьмём? Да ещё и черные! И сеть ювелирных магазинов заодно. Я выдула полбутылки воды и села за стол, с наслаждением вытянув дрожащие ноги.

— Таня, ты с нами? — тихо спросил Стас.

— Наверное, вы, Таня, уже мысленно разрабатываете идею для нашей рекламы? У вас очень деловой вид, — улыбнулся Егор.

— Танюша сейчас в волнении, — заговорщицки подмигнул Стас. — У нас с ней через месяц свадьба. Невеста волнуется, сами понимаете, — он сел рядом со мной напротив Егора.

И тут мое терпение лопнуло. Потому что мой бывший жених явно намеревался ляпнуть что-нибудь ещё по поводу нашего совместного безоблачного будущего. И я позволила себе сделать то, на что ещё вчера ни за что не решилась бы. Но в присутствии Егора, чувствуя поддержку клуба, я осмелела, вытянула ногу под столом в сторону, и изо всех сил пнула Стаса острым каблуком элитных туфель.

Стас дернулся, скосил на меня глаз и нервно кашлянул. Я поставила ногу на его туфель и надавила каблуком, на этот раз целясь в пальцы. Стас замычал от боли, покраснел, судорожно вздохнул и закашлялся, чтобы скрыть стон. Вскочил на ноги, демонстративно отодвинул стул на несколько метров и пояснил Егору:

— Извините! Простудился немного. Сквозняки у нас тут.

А я почувствовала острое наслаждение от внезапно проснувшейся во мне кровожадности. Посмаковав это новое ощущение пару секунд, я, как ни в чем не бывало, улыбнулась и сказала:

— Давайте приступим к работе.

— Вы правы, — серьезно ответил Егор. — У нас очень мало времени.

К сожалению, на разработку ключевой концепции и главной идеи я могу вам дать всего сутки. Потому что завтра шейх Фарух прилетит в Москву на личном самолете и пробудет здесь всего один день, чтобы лично выслушать концепции разных рекламных агентств. Сами понимаете, что этот день уже так забит деловыми встречами, что у вас будет от силы минут двадцать, чтобы заинтересовать его вашим предложением. Поэтому давайте обсудим детали, — он положил на стол портфель из крокодиловой кожи с золотыми застёжками и достал оттуда кожаный блокнот с серебряным тиснением и ручку "Паркер".

Наташа зашла в переговорную, неся в руках поднос с кофейными чашками.

— Вот, как вы просили: черный кофе без сахара на миндальном молоке и со щепоткой корицы, — она обошла стол, подошла вплотную к Егору, наклонилась, чтобы поставить чашку на стол, и выгнула попу под таким углом, чтобы изгиб крутого, как у морского конька, бедра, оказался прямо перед носом Егора. Тот рассеянно посмотрел на склонившееся перед ним офисное богатство, недоуменно поднял бровь, откинулся на спинку стула, чтобы случайно не задеть Наташу, и вежливо поблагодарил. При этом он смотрел на меня поверх ее головы.

Наташа, украдкой бросив на него взгляд из-за плеча, убедилась, что демонстрация ее прелестей не произвела должного впечатления. Она обиженно надула губы, схватила поднос, обошла стол и поставила кофе перед Стасом. Наклонившись ко мне, едва слышно прошептала:

— Педрила бриллиантовый!

После этого взяла пустой поднос, бросила на Егора полный презрения взгляд, нервно и громко сдула челку со лба, и вышла из совещательной,

демонстративно печатая шаг, как солдат на плацу.

Едва Егор ушел, Стас вскочил на ноги, опёрся о стол, нависая надо мной, и язвительно осведомился:

— Таня, а что это было там, под столом?

— Ты о чем? — спокойно ответила я, не глядя на него.

— О твоей внезапной агрессии и шаловливых ножках, которые чуть не пробили во мне дыру!

— Нет, Стас, они, наоборот, закрыли дыру твоего совершенно неуместного на переговорах красноречия. Зачем эти личные подробности? Тем более, что я ясно сказала тебе: свадьбы не будет!

— Это кто так решил? — Стас со злостью прищурился.

— Это я так решила!

— А с каких это пор ты осмеливаешься самостоятельно принимать такие решения?

— А с тех самых, как ты в одностороннем порядке прервал все договоренности между нами, наплевав мне в душу! — я резко встала и хотела выйти, но Стас схватил меня за руку.

Несколько минут он с недоумением вглядывался в мое лицо и растерянно спросил:

— В чем дело Таня? Ты так изменилась буквально за пару дней! Другая прическа, макияж, одежда. Другая манера поведения. Откуда это все?

— От тебя, — язвительно ответила я. — Хватаю на лету. Может, тебе Стас ещё один бизнес открыть по воспитанию жестокости у женщин и собак?

— Нееет, — протянул он и саркастически улыбнулся. — Это не от меня. Это от того тупого качка, который тебя сегодня привёз. Кто он? Откуда? — он сжал мою руку. — Я же все равно выясню, и будет хуже Лучше расскажи мне сама.

— Отпусти мою руку! Я не обязана перед тобой отчитываться. Мы друг другу теперь никто. И не нужно мне угрожать!

— Ты пока ещё на меня работаешь, позволь тебе напомнить, — он попытался обнять меня.

— Правда? — осведомилась я, вырываясь из его рук. — Так, может, мы для разнообразия займёмся проектом? Ты, конечно, властный босс и великий бизнесмен. И поэтому я должна тебе напоминать, что у нас сутки на идею? На проект, о котором ты мечтал долгие годы?

— Значит, тебя ещё волнуют мои мечты? — улыбнулся он. — А у тупого качка ты тоже уже выяснила, о чем он мечтает?

— Он не тупой. И меня волнует моя карьера, которая в данный момент зависит от тебя, — сухо отчеканила я.

— Ладно, — он отошел на несколько шагов и нервно пригладил волосы. — Займёмся делом. Обсудить личное ещё успеем. Ты права в одном: мы должны заполучить этого клиента. Бриллианты просто обязаны быть нашими.

— Вот и хорошо, — ответила я. — Пойду к себе. Мне в моем закутке хорошо думается.

Но не успела я и шагу ступить из совещательной, как телефон разразился трелью, принимая сообщение по "Ватсапу". Я поспешно проверила его. Сообщение было от Риты: " Танюш, сейчас ничему не удивляйся. Наша девочка почти у цели".

Какая ещё девочка? Нет, я, конечно, все понимаю. Естественность моих реакций на ахтунги сюжета — это хороша идея. Но меня кольнуло досадное чувство, что сюрпризов все же немного больше, чем нужно. Словно я не одна из дрессировщиц, а кот, которого загоняют в клетку-перевозку.

Едва я дочитала сообщение, как в коридоре раздались крики, и в совещательную ворвалась девица. Нет, не так. Сначала появились ноги, которые длились целую вечность и никак не заканчивались. Потом над ногами мелькнули коротюсенькие джинсовые шортики, над ними — загорелый упругий живот, белая маечка-топ, плотно облегающая небольшую, но высокую грудь, и, наконец, сверху забелело лицо с копной светлых волос, струящихся до попы. Все это великолепие катилось на роликах, держа в вытянутых руках большую коробку с пиццей. За девицей неслась Наташа, вопя на ходу, что никто пиццу не заказывал. И вообще вход посторонним в совещательную строго воспрещен. Великолепие думало иначе. Оно презрительно скривило хорошенькое личико и на полном ходу врезалось в Стаса, смяв коробку с пиццей.

Я застыла на месте от этой картинки: Стас, машинально ухвативший девицу, резко ее затормозил и с размаху сел на стол. Она, в свою очередь, прижала к нему гармошку из коробки, и видимо, на полном автомате, продолжала сучить ногами на роликах. Причем каждая нога была длиной с меня. Я такие конечности видела только в Инстаграмме, и всегда думала, что девчонки себе их дорисовывают в Фотошопе.

— Вау! Лол! Гифка: котик смеется! — пропищала девица, надула пузырь из розовой жевательной резинки, звонко лопнула его, облизала губы и языком затолкала резинку в рот.

— Что? — испуганным шепотом спросил Стас, продолжая машинально держать девицу обеими руками.

— Вот нахалка! — возмутилась Наташа. — Извините, Стас Иванович! Я ее пыталась остановить, но она, как бизон в прериях, понеслась прямо к вам! Не заказывали мы пиццу! Не заказывали! Это ошибка!

— Упс! Грустный смайлик! — пропищала девица и скорчила печальную гримаску. — Гифка: котик думает! — она закатила глаза к потолку, засунула указательный палец в рот, помолчала ровно одну секунду и плаксиво протянула: — А мне по фигу! Смайлик: плак, денех дай! Гифка: котик лапками просит денюжку! — она вырвалась из рук Стаса, развернулась и положила пиццу на стул, при этом ткнувшись полуголой попой в промежность Стаса.

Он покраснел, как рак, и бросил на меня затравленный взгляд. А девица, как ни в чем не бывало, открыла коробку, извлекла смятый кусок пиццы, потрясла им в воздухе так, что куски сыра полетели в лицо Стаса, и спросила:

— Пиццу хочете? Вы ж заказывали! Адрес ваш, офис тоже ваш, а денех плотить не хочете. Котик в печали! — она ткнула пиццей в физиономию Стаса.

Я закусила губу, чувствуя, что сейчас просто взорвусь от смеха. Потому что знакомство Стаса с поколением Инстаграма, Телеграма и Безстограмма, которое выражает свои эмоции с помощью смайликов и анимированных картинок-гифок, было для него таким кошмарным откровением, что он просто остолбенел на месте в глубочайшем шоке.

— Никто вам платить не будет! — закричала Наташа. — Берите свою пиццу и уходите! — она схватила со стула коробку и решительно сунула ее в руки девицы на роликах.

— Ну да! Как же! — заныла девица. — Сначала вот это руками товар пожамкали, понадкусывали, коробку ту растарабанили, а теперь не хочете платить. Меня же из-за вас уволяяяят, — она широко открыла рот и громко зарыдала. — А я же ж только две недели в Москве. Я же ж с Конотопа! Грустный смайлик с ручейками слееееееез!

— Оставь ее, Наташа! — Стас, наконец, вышел из ступора, нервно рванул на себе галстук и полез в карман за кошельком.

— Да она вас разводит, Стас Иванович! Вы что, не видите? Это какая-то аферистка! — возмутилась Наташа.

— Хватит, я сказал! — прикрикнул на нее Стас, видя, что девица снова приготовилась громко рыдать. — Вот возьми! Сдачи не нужно! — он протянул девице пятитысячную купюру.

— Иииии! — завизжала она и запрыгала по комнате, высоко вскидывая ноги с роликами. — Спасибо вам, дядечка! Котик такой счастливый!

— Боже мой, какой кошмар! — в сердцах бросила Наташа. — Это просто дурдом "Солнышко на колесиках"!

Девица поехала к выходу. Проезжая мимо Наташи, показала ей язык и прошептала:

— Бэ-бэ-бэ! Баба-Яга!

— Ах ты мерзавка! — вскипела Наташа. — Нет, вы видели? Да? Видели? Она мне язык показала, мелкая гадюка!

— Связался черт с младенцем! — сердито сказал Стас. — Не обращай внимание! Так, мне нужно срочно отъехать, за пару часов справлюсь, — он бросился в коридор, но напоследок обернулся и сказал:

— Таня, ты пока думай над идеей. Я потом вернусь и подключусь! У меня там дело… срочное… короче, пока, — он торопливо пошел по коридору.

— У тебя там молоко убежало, — прошептала я знаменитую фразу фрекен Бок из мультика про Карлсона.

— Что? — переспросил Стас из коридора.

— Я говорю: конечно, сейчас иду работать, — громко ответила я.

— Да подождите, шеф! — Наташа бросилась за Стасом. — У вас через пятнадцать минут встреча с заказчиком с колбасной фабрики. И еще нужно кучу бумаг просмотреть и подписать. Это еще в пятницу нужно было сделать, но вы сказали перенести на воскресенье. Не уезжайте, пожалуйста!

Стас резко развернулся, покраснел от злости и бросил:

— Знаешь что? Достала! Ты уволена!

— Но… — Наташа растерялась, — как же… то есть… что значит: уволена?

— А вот так! Бери свои вещи и иди домой!

— Стас, — вмешалась я. — Зачем ты так? Сейчас не время разбрасываться сотрудниками, особенно такими, которые за общее дело переживают.

— Новую найду. Через час. Иди работать, Таня! И не суй нос не в свои дела! — Стас бросил на меня яростный взгляд.

Я замолчала. По своему горькому опыту знаю, что спорить с ним сейчас бесполезно. Только хуже сделаю. Если он рогом уперся, то все. Его даже сам черт не переубедит.

Я зашла в свой закуток, который гордо именовался кабинетом. И мне немедленно позвонила Матильда.

— Видела, как твой Стас воспылал неземной страстью к нашей девочке? — пропела Матильда в трубку.

— Да уж, согласилась я. — Рванул за ней, как жеребец.

— Это ты еще не видела того, что лицезрели мы, — засмеялась Матильда. — Он так бежал, боясь ее упустить, что чуть не упал! Аж летел кувырком, распушив хвост, как парус, для баланса. Ты не волнуйся, милая, насчет девочки. Анжела — кадр проверенный. Начинающая модель, личико еще не засвеченное. Зато это бедное очаровательное дитя девятнадцати лет от роду уже так успело настрадаться от мужиков, что рвется мстить им со страшной силой. Поэтому наш кот Стасик в надежных руках, а ты займись разработкой идеи для бриллиантов принца.

— Матильда, я думала что бриллианты — это сценарный поворот, часть плана. И как раз хотела спросить: а где мы возьмем лучших друзей девушек, то есть, бриллианты?

— Девочка, компания настоящая. Егор, действительно, личный референт арабского принца, который владеет ювелирным домом и хочет продвигать бренд в России. Сценарии для клуба "Верный кот" Егор пишет в свободное от работы время. Так что тебе некогда переживать и плакать. Эта рекламная компания — твой билет в арабскую сказку, если они, конечно, согласятся работать с вашим агентством. Егор, само собой, приложит все усилия, чтобы подтолкнуть вас, где только можно. Шейх, обычно к его мнению прислушивается, но не все же от Егора зависит. Тут уже твоя светлая голова должна поработать. Все, не мешаю больше. Работай, дорогая!

Я до вечера ломала голову над рекламной идеей. Как назло, в голову ничего толком не лезло. Обрывки, кусочки, ошметки, которые невозможно было сложить вместе. Мысли крутились вокруг Анжелы и Стаса. Как там у них? Что происходит? И в этот момент вселенная услышала мои мольбы, и на "Ватсап" пришло сообщение от Ритки: "лови подарочек!" К сообщению было прицеплено видео. Я поспешно нажала на кнопку просмотра. Анжела сидела в клубе, держа в руках стакан с коктейлем, и шептала, глядя в камеру:

— Стас пошел в туалет. А я ему пока сюрприз подгоню. Спецом для блудливых котиков. Смайлик, который хохочет как аццкий сотона. Гифка: коварный котик злорадно потирает лапки! — с этими словами она бросила в стакан какие-то таблетки, и, лукаво подмигнув мне, отключилась.

У меня задрожали руки. Это было так больно! Умом я понимала, что Стас ей вообще не нужен и она старается для меня. Знала, что эта забавная девочка его наизнанку вывернет. Но, боже мой, как же больно видеть своими глазами, как там, в клубе он клеит другую! Слезы уже готовы были политься по щекам, но я взяла себя в руки. Идея — вот что сейчас главное! Если я справлюсь с этим проектом, то крупные рекламные агентства меня будут с руками отрывать. Такой крутой криэйтор нужен всем. И я смогу, наконец, уйти от Стаса. А так куда мне идти? В пустоту? Я не настолько сильная, чтобы начинать все сначала.

— Думай, голова, думай! — шептала я, глотая слезы и глядя на каталог продукции ювелирного дома "Мас-аль-Лейла". — Горшочек, вари!

Стас

Только решишь подвязать с телками, как вот такая кукла Анжела прямо с неба на член падает. Надо бы мне до свадьбы затихариться чутка. Пока у Таньки нервы отойдут. Потом, после торжества и со штампом в паспорте она у меня не пикнет. Заделаю ей сразу бейбика, чтобы не рыпалась. Посажу в нашей усадьбе на кухне с моей мамой — пусть варенье варят и пироги пекут. А до свадьбы нужно изобразить любовь до гроба и лебединую верность. Тем более, что рядом с Танькой вдруг этот качок нарисовался. С ним тоже прояснить нужно.

А кукла что? А кукла уйдет, пока я буду жениться и с Танькой вопросы решать! Ее нужно брать тепленькой, пока она только две недели живет в Москве. И толком еще не просекла ничего, и цену себе не установила. Потом через пузатых папиков не пробьюсь. Как пойдут депутаты с мандатами и члены разных партий, так хрен мне что обломится. Такие телки — это сливки высшего сорта. Они нарасхват!

— Ладно, Стас! Один раз — не Гондурас! Быстрый перепихон, и все. Эта — последняя! До свадьбы больше ни-ни! — мысленно сказал я себе и махнул вискаря, чтобы закрепить данное себе слово.

А Танька сама виновата. Сложно с ней. То была ни рыба, ни мясо в хлопковых трусах "Прощай, молодость!", от которых все падает. С ней же раньше сексом заниматься было — как телефонную книгу читать. Или таблицу умножения повторять. Все знаешь наизусть, но закрепить в памяти необходимо. То вдруг расцвела на ровном месте. И явно не из-за меня. А из-за этого качка. Обидно, сука! Я, значит, не удостоился такой красотки? Для меня, значит, она и не старалась и серой мышью ходила, а для него — Анжелина, мать ее, Джоли. Зашибись как обидно!

А тут такие девчонки-конфетки под рукой. Горячие штучки. Если бы Танька хотя бы немного понимала, как нужно мужчину ублажать. Или она все понимает и умеет, и с качком у нее все по-настоящему, а со мной прессованный картон? Если это так, то им обоим мало не покажется.

Пока я рассуждал о делах своих скорбных, Анжела прикончила ужин, три коктейля и два десерта.

— Все? — я достал из кармана кошелек. — Или еще что-то заказать?

— Котик доволен! — она умильно сложила руки и сморщила нос. — Котик хочет заю Стасика, — она вытянула под столом свою великолепную длинную ногу, осторожно просунула мне ее между ног и поиграла пальчиками.

— Смайлик: жара! — прошептала она, слизывая остатки десерта с пухлых губ. — Уф! — она принялась обмахиваться руками, как веером, — гифка: котик жжет!

Где они набираются этой жеманной хрени? Хотя… нужно признать, что это очень заводит! И манера разговора, и пальчики ноги, которые играют с моим членом под брюками.

Мы приехали ко мне. Анжела немедленно и безошибочно угадала, где находится спальня, и бросилась в постель. Я ринулся в душ. А когда вышел, обмотав бедра полотенцем, она уже стащила с себя маечку и шортики, и осталась в двух тоненьких полосках, старательно изображавших трусы. Крепкие сиськи призывно покачивали сосками. Я одним прыжком оказался в постели и подмял ее под себя. Анжела легко выскользнула из-под меня, капризно прохныкав:

— Ну зая, котик хочет сверху!

Она распласталась по мне, урча, как кошка, коготками провела по груди, стащила с бедер полотенце. И вдруг изумление застыло на ее лице. И было отчего. Я сам изумился. У меня внизу было вяло и спокойно. Жеребец застыл в стойле. Спокойной ночи, малыши!

Анжела бросила на него взгляд, прикоснулась легонько пальчиком и презрительно изогнула бровь:

— Какой он… властелин колец!

— В каком смысле? — растерялся я.

— Ну в смысле, что он — хоббит. Гномик, то есть. Но забавный! Хоббит туда-сюда, — она хихикнула.

Что? Мой член называли по-разному: тигром, варваром, даже молотобойцем, но гномиком — никогда. Что эта дура провинциальная себе позволяет?

— Да не гномик он! — я едва сдерживался, чтобы не орать, так она меня выбесила. — Просто нервы, усталость, работа. Подожди немного. Сейчас отдохну, и все будет.

Что там еще? Какие отмазки придумать? Экология, мировой сионистский заговор, налоги и нескончаемая революция в Судане?

Анжела вдруг резко встала, влетела в шорты, быстро нацепила майку. Потом подошла ко мне, чмокнула в щеку и сказала:

— Зая, даже если он проснется и отправится за кольцом всевластия, все равно будет хоббит. Нет, ну и с таким тоже живут, конечно. И кто-то даже считает его своей прэлестью. Но не я. Сорян! Я не Белоснежка! Меня гномики не заводят. Грустный смааааайлик! — протянула она, состроив печальную рожицу. — Гифка: котик плачет и роняет слезинки в лапку, — она сложила ладонь лодочкой и прижала к щеке, словно собирая невидимые слезы.

— Слушай, гифка-котик, я не знаю, какие ты видела, но на мой еще никто не жаловался, — возмутился я. — Ты — первая! Поэтому проблемы не у меня, а у тебя. Я-то думал, что ты — почти нетронутая. А ты, оказывается, уже сильно прошаренная.

— Зая злится! Ну, наверное, кому-то и десять сантиметров много. Я в инете читала, что многие девочки вообще его боятся. Поэтому любят гномиков. А может быть, им от тебя что-то было нужно. И они тебе врали. Это же очень известная женская хитрость. Девчонки часто специально рассказывают мужикам, какой у них большой, чтобы не заниматься сексом. Мол, больно им. А мужики довольны, что им его на словах нарастили раз в десять, и потому верят. Знаешь, зая, как получается карликовая морковочка? Это вообще-то обычная, просто уменьшенная путем селекции. Вот женщины, как селекционеры, могут все уменьшить. Главное: правильно рассчитать насколько. А могут, наоборот, и увеличить. Твои — увеличивали. Они тебе льстили, зая! У тебя ведь денежек много!

Вот кретинка анимешная! Я ее сейчас придушу! В горле встал тугой ком, на виске горячим пульсом забилась жилка, кулаки сами сжались.

— Уходи! — я показал на дверь.

— Ладно, — легко согласилась она.

— Молча уходи! Без смайликов и гифок.

— Хорошо, зая. Только не обижайся, ладно?

Терпение с громким треском лопнуло, и я заорал:

— Пошла вон!

Анжела подхватила с ковра одежду, прижала ее к груди, бегом бросилась в коридор, и через мгновенье громко хлопнула входной дверью.

Но в комнате еще пахло ее дешевыми духами и помойкой. Я распахнул окно. Свежий воздух наполнил спальню. Смятая постель по-прежнему хранила форму тела этой мелкой суки. Я сорвал простыню, скомкал ее, содрал наволочки с подушек и бросил все на пол. Что это было? Боги траха прокляли меня? В горле першило то ли от парфюма Анжелы, то ли от обиды — хрен разберешь. Я пошел к окну, но по дороге зацепился ногой за подушку и чуть не упал.

Да к черту все! Я схватил гору постельного белья и вышвырнул в окно. Снизу немедленно раздались возмущенные вопли. По хрену! Мне на всех начхать! Маленький? У меня? Это ж с кем ей довелось трахаться, если у меня маленький? С немецкими сантехниками? Такая сучка мелкая, девчонка почти, а опыт, судя по всему, как у прокопченной шлюхи.

Таня всегда считала, что у меня слишком большой. И этим объяснялись ее многочисленные ограничения в сексе. Туда нельзя, сюда нельзя. Это даже не пытайся!

— Пойми, милый, он чрезмерно крупный! — звучала ее обычная отговорка.

И мне нечем было крыть. Даже как-то приятно было. Ну как тут поспоришь? А после этого Анжела назвала его гномиком.

Значит, Таня мне специально врала? Может быть, я вообще ошибался, считая себя супергероем? Да нет! Просто невозможно! Никто не жаловался. Наоборот, все телки всегда были исключительно довольны. Хотя… как сказала эта мелкая стерва Анжела?

— У тебя же денюжек много, поэтому они хотели тебе понравиться.

Неужели они все врали? А если это не я их бросал после одной ночи секса, а они меня? Стоп! Спокойно! Не истери, Стас! Они же звонили, пытались встретиться снова, ныли, что скучают. Или они скучали по моем бабкам и кошельку, который всегда открывается по первому их требованию? Я, конечно, не идеальный. Но экономить на женщинах считаю ниже своего достоинства. Какая бы ни была телка, но если хочешь ее трахнуть, то отблагодари. Не суши карман! Это не по-мужски.

Нужно выпить. И проверить прямо сейчас, как будет с другой телкой. Чтобы забыть всю ту хрень, что несла Анжела.

Я подошел к бару и взял в руки бутылку вискаря. Нет, не то. Водка — вот что мне сейчас нужно. Сначала ледяная водка, потом горячая девчонка.

Я открыл морозилку, вытащил заледеневшую бутылку, и вдруг увидел на полке пакет с карликовой морковкой. Таня ее вечно в суп добавляла. И еще очень любила просто так грызть. Кровь прилила к голове. Перед глазами, как живая, встала Анжела, а в распаленном мозгу зазвучал ее противный писклявый голос:

— Знаешь, зая, как получается карликовая морковочка?

Да твою ж мать! Я схватил пакет, рванул оконную раму, чуть не выдавил стекло и швырнул пакет вниз.

— Видал, Серега? Совсем буржуи, суки, охренели, епта! Жратвой из окна кидаются, уроды! — раздался снизу возмущенный крик.

— Сам пошел! — крикнул я, закрыл окно и схватил пиджак.

Рассовав по карманам деньги, ключи и телефон, я бегом бросился вон из дома. Клуб — вот что мне сейчас нужно. И телка, которая будет стонать подо мной и кричать, какой я охренительный любовник.