Глава 37 В которой леди изволят болеть, выздоравливать и гулять
Проснулась я с трудом. Да и как… скорее глаза открыла, а состояние такое вот, препоганое, кости ломит, ноги крутит и убить охота хоть кого-нибудь.
Ну и жрать.
Но это уже традиционно.
- Как ты? – Чарльз, что характерно, был рядом. Целый. И пока вполне живой. А вот рука его легла на лоб. – Да у тебя жар…
Жар.
И жрать.
И пить еще. Стакан воды я осушила одним глотком. И второй. И третий влез. Потом вода сменилась характерным вонючим травяным отваром, который матушка Мо в меня залила, а я не больно-то сопротивлялась, поскольку пить хотелось все еще зверски.
Чарльз куда-то исчез.
А матушка Мо и моя – появились.
Потом еще профессор Шелтон.
Давешний целитель, выглядевший отчего-то донельзя довольным. И еще подумала, что если и убивать, то с него надо. Он это все придумал.
Я хотела сказать, но из горла вырвалось лишь рычание.
И мне сунули кусок хлеба с маслом в одну руку, а в другую – булку, щедро намазанную повидлом. Матушка Мо еще пальцем погрозила, мол, вижу я твои мысли, Милисента Диксон.
- Что вы творите! – подскочил целитель и попытался булку отобрать. – Это недопустимо!
Хрена. Я даже Эдди не позволяла забирать у себя еду.
И от души, почти даже без угрызений совести, целителя пнула. Ну, чтоб не лез под руку.
- Милисента! – произнесла матушка.
- У нее жар! – Чарли был тут же.
- И жор, - поправилась я, вцепившись в булку зубами.
- Ей нужен покой! И диета! Строжайшая… ничего сладкого.
Чего?
Я посмотрела на целителя. Он в своем уме?
- Вы видите, что творится с её энергетическими потоками… - это он уже к Шелтону. – Леди необходимо…
- Никуда я не поеду, - как ни странно, но чувствовала себя я много лучше. То ли травы матушки Мо помогли – всегда хотелось знать, чего она туда мешала, то ли булка с повидлом. Лично я ставила на булку.
- Постоянное наблюдение… и сон, - целитель очутился перед самым моим носом. Вот уж бесстрашный. Или идиот? Еще и пальцем ткнул. – Леди перевозбуждена!
- А в прошлый раз говорил, что нельзя в еде ограничивать, - сказала я.
- Нельзя! Но… это же не значит, что есть нужно булки!
- Почему?
- Потому что… - он запнулся. – Вы должны питаться мясной пищей.
Я и питаюсь. Но и булками тоже. И вообще сейчас мне их хочется куда больше, чем мяса. Я облизала пальцы. А целитель уставился на меня круглыми своими глазенками.
- Разве вам не хочется мяса? – вкрадчиво поинтересовался он.
- Нет.
- И кровь… кровь животных…
- По-моему, вы несете какой-то бред, - заметил профессор Шелтон, хмурясь. – Легкая лихорадка – вполне обычное дело при формировании силовых узлов. Меняется энергетический контур тела…
- Не в таком возрасте!
- Случается, что и в таком. История знает…
- Именно! Что только по слухам, по описаниям… а тут такие удивительные возможности.
- Это моя жена, - спокойно заметил Чарльз и руки скрестил так, превыразительно. – А не удивительные возможности.
- Именно. И я заявляю, что вы просто-напросто обязаны создать ей наилучшие условия для реализации потенциала…
Я прислушалась к себе. Нет, точно лучше. И намного. Жара не испытываю. А вот желание убить кого-нибудь осталось. И главное, даже окрепло. Обрело, так сказать, плоть и лицо. Одно такое вот, нависающее авторитетом.
- Правильное питание. Режим. И покой. Полный покой…
- Полный покой в гробу бывает, - я спустила ноги с кровати. – А вообще мне лучше. Намного…
- Вы… - целитель посмотрел на меня с искренним возмущением. – Вам не может быть лучше!
- Почему?
- Потому что вам плохо!
- Кто сказал?
- Я!
- Думаю, - Шелтон подхватил этого вот суетливого господина под руку, - нам самим стоит немного успокоиться… да, вы переволновались за пациентку, но даже я вижу, что ей намного лучше.
А то.
Вообще похорошело, только в животе опять урчит.
- Не стоит смущать юную леди присутствием… - и главное, говорит и за локоток так к двери тянет. Причем держит крепко. Я вижу, что целитель этот пару раз вырваться пытался, но профессор у нас цепкий.
Хорошо.
Очень хорошо.
- …и причин для волнения нет, согласитесь. Жар отступил…
Я потрогала лоб.
И матушка потрогала лоб.
- Это все от безделья! – матушка Мо тоже потрогала мой лоб. – Приличная девица была, а теперь он в кровати до полудня. Стыдобище! Будешь так разлеживаться, муженек твой мигом к какой-нибудь ведьме свинтит.
- Это к какой?
- А вон… крутилась подле. Будто я не вижу! Так и скажу этому нехроманту… где это видано, чтобы приличные девки чужих мужиков обихаживали?
И удалилась.
Чарли тоже вышел, еще с целителем, наверняка проследить, чтобы тот убрался и подальше вместе со своими ценными советами.
А матушка помогла мне рубашку стянуть, от пота насквозь промокшую. И белье вон тоже. И одеяло. Надо будет вынести на просушку, хотя, конечно… смешно будет? Если тут, рядом с домиком, рубашки вывесить?
Или нет?
- Думаю, там какое-то… дело, - осторожно заметила матушка. – Юную леди Орвуд сопровождал её брат.
Аж полегчало.
Не то, чтобы девица так уж мне нравилась, наоборот даже, но если вдруг пришибу, то и у Эдди с сестрицею ведьминской разладится.
- Это… она проклятье смотрела, выходит.
А я все проспала.
Эх…
- Погоди, - матушка ушла, чтобы вернуться с кувшином и полотенцем. Ну да, от испарины отереться не помешает. – Что за проклятье?
И ведь не промолчишь.
Да и толку… я и рассказала. Про проклятье. Про… племянниц её. Зелье это…
- А ведь и мне предлагали, - задумчиво произнесла матушка. – Одна старинная приятельница… как-то на чай пригласила. Она в благотворительном комитете. И очень настойчиво эти капли пихала. Мол, весьма полезны для нервов.
- Но ты же не пила?
- Нет, конечно. Выкинула… решила, что просто очередная глупость, хотя вот… сплетни. Просто сплетни…
- Мама!
Я натянула рубашку. Как-то жар спал, но тепло осталось. И силы внутри вроде как больше, но она спокойная, сытая какая-то.
- Сплетни всегда есть, - отмахнулась матушка. – Разные… и я ведь надолго выпала их жизни. А потому во всем этом сложно разобраться. Фамилии вроде бы те же, а имена другие. Мелисса Хартвуд слегла, а у Эммы Тоттенхауэр – то ли чахотка, то ли что похуже… просто имена. Молодых девушек. Кажет, она посетовала еще, что до зимы далеко, а они болеют. Именно. Что здоровье у нынешнего поколения слабое. Может, это и не связано…
Чарли проверит.
Или этот дружок его вежливый, который и втянул моего мужа в эти игрища.
- Но чтобы и девочек… - матушка покачала головой. – Как брат допустил такое? Впрочем… в мое время модно было пить уксус. И еще в глаза закапывали что-то такое, чтоб блестели. От этого голова кружилась.
Матушка помогла надеть платье.
- Занятия, как понимаю, я проспала?
- О… лекция была весьма познавательной, но я тебе перескажу, - матушка лукаво улыбнулась. И сразу же смутилась, потому как тут творится не понятно что. – А вечером Орвуд пригласил на открытое занятие, но я, пожалуй, опущу. Все же некромантия – дело… специфическое.
Она поднялась.
- Чарльза не ругай… если мужчина не будет делать то, что должен, ты сама перестанешь его уважать.
- Как… ты?
- Да, - она не стала увиливать. – Знаешь… Змей ведь намекал и не раз. Он готов был… помочь.
И помог в конце концов.
- И принял бы. Меня. Тебя. И Эдди его бы не смутил. Он и позаботился бы.
- Но ты не согласилась?
- Нет. Гордость… глупая. Или нет? Или… просто гордость.
Ну да, у Змея было много жен. И детей еще больше. И… и все равно я ему, засранцу старому, благодарна. По-своему.
Пусть ему там, на свете ином, зачтется.
- Обед готов. Думаю, вам с мужем есть, что обсудить… и я отправлюсь в город.
- Зачем?
- Бал. К балу следует подготовиться. А заодно навестить моего дорогого брата, - как-то она так это произнесла, что у меня мурашки по спине побежали. – Который обещал, что моя семья во всей этой игре не пострадает.
Ну да.
Может, он даже верил в эти обещания. Искренне.
Чарльз выглядел обеспокоенным.
И норовил подсунуть то одно, то другое блюдо. А я ела. Я опять ела, как не в себя. И главное, влезало же. Еда проваливалась в желудок, отчего становилось тепло и спокойно, но ненадолго. В желудке снова возникала дыра, требовавшая заполнить её.
Казалось, это никогда не закончится.
Но в какой-то момент я четко осознала, что все, не впихну больше ни кусочка. Я икнула. И сыто прищурилась. И даже выдержала очередное, десятое, прощупывание лба.
- Все хорошо, - сказала я мужу. – Во всяком случае, пока…
Кивок. Вздох.
- Ты меня напугала.
Кто бы говорил. Между прочим, у меня просто лихорадка. А у него вон проклятье. Смертельное.
- Я не специально.
- Знаю, - он накрыл мою руку своей. – Это… и вправду случается. Обычно, когда дар полностью или почти полностью раскрылся. Идет формирование потоков, стабилизация энергетических линий. Ядра… твое похоже на огромное солнце. Так сказал Шелтон.
- А этот… целитель?
- Скорее всего из братства. Очень настаивал на том, что тебя следует изолировать. Что ты можешь быть опасна. Выброс энергии и все такое…
- Изолировать и кормить кровью, - к горлу подкатила тошнота.
- Мне тоже это показалось странным, но, когда попробовал надавить, он заюлил.
Ага.
Понятно. То есть не совсем. Стало быть, этот тип знает явно больше, чем говорит.
- И Шелтону угрожал. Весьма завуалированно, но все же… боюсь, его постараются отослать куда-нибудь. Или просто выгнать.
- Ты же не позволишь?
- Думаю, что не позволю не я, - усмехнулся Чарльз. – Он весьма толковый мужик… правда, не скажу, чтобы состоятелен.
Когда это имело значение.
- Но это же ерунда. У меня состояния…
И осекся, сам же себе ответив:
- Не примет.
- Ну… я уже говорила матушке, в городе Мастеров толковый маг всегда себе дело найдет.
- Точно, - Чарльз потер лоб. – Не надо было уезжать… или вообще оставить бы тебя там.
Ага, а я бы взяла и осталась. Наивный.
- Отвез бы Августу…
- Как она?
- Письма пишет. Каждый день. Мне и матущке. Вроде как все хорошо. И всем довольна… за городом, тут недалеко… целители… - щека у Чарльза дернулась. – Говорят, что недолго осталось. И может, ей вправду там лучше.
А мне лучше, когда она там, без всяких «может».
- До чего договорились? Ну, вчера?
- До того, что больше вы одни не останетесь. Даже если… плевать на заговоры, императора и все остальное… - Чарльз произнес это тихо, но весьма решительно. – Рядом с вами кто-то да будет… Орвуд-старший сейчас сопроводит твою матушку во дворец. У него там еще… пациентка. Надо проверить. Он надеется, что девочкам стало легче. И мальчишку берет. Сиу. Пойдет как воспитанник твоей матушки…
И на меня поглядел так, явно ожидая, что скажу.
А что тут скажешь?
Один братец у меня имеется, будет и другой. Надеюсь, что будет не только братец… ну да тут как оно боги дадут. А сиу? Что сиу. Орка вон как-то матушка воспитала. И с этим справится.
- Берт с леди Орвуд остался. И сестрами… сестрой. Эдди, кажется, взялся сопроводить их на прогулку…
Даже так?
Офигеть, сколько интересного я проспала.
- Ну а ты со мной?
Чарльз кивнул.
- Я пригласил профессора. Как-то… целитель этот у меня доверия вот совсем не вызывает. А вот если Шелтон глянет… ты же не против?
Нет, конечно.
Только икнулось что-то. И во рту появился привкус мяса с дымком. Или дымка.
- Главное, чтоб я опять не заснула. А что там матушка про занятие говорила? Ну, Орвуда…
- А… лорд весьма оскорбился тем, как вас встретили.
Не только он, надо полагать, вон выражение лица у Чарльза такое… специфическое.
- И потому вызвался провести лекцию. Не совсем лекцию… полагаю, будет что-то более прикладное… узкой направленности. И не уверен, что…
Чтобы я пропустила да прикладное занятие у некроманта? И Чарли понял.
- Милли, там будут мертвецы!
Если он думал, что меня отговорит, то это зря!
- Вот именно! – сказала я. – Даже мертвецы там будут! А я некромантов за работой только раз и видела! И… и вообще! Я же учиться сюда приехала.
Чарльз тихо вздохнул.
И больше отговаривать не стал. И как-то от этого сделалось грустно-грустно, настолько, что я подошла к нему сзади, обняла и положила голову на плечо.
- А давай и мы погуляем, а?
- Подсматривать нехорошо!
Сама знаю.
И не собираюсь. Ну… не подсматривать, а так, убедиться, что Эдди на самом деле… ну и просто погулять.
- Просто, - я повторила это слово. – Просто погуляем. Вдвоем… мы же никогда, чтобы вдвоем… чтобы ни от кого не убегать, не догонять, не… выживать, а так вот, чинно и по дорожке? Без цели и особого смысла.
- Я понял, - Чарльз вздохнул громче. – Я отвратительный муж.
- Почему?
- Потому что нормальные мужья и вправду выводят жен на прогулку. Или там в оперу.
- В оперу не надо!
- Или еще куда…
- Ты меня тоже выводил.
- В подпольный бордель?
- Не думаю, что в опере нам было бы также интересно.
- Это да, - согласился Чарльз и поднялся. И руку подал. – Леди Диксон, буду безмерно счастлив, если не откажете мне в удовольствии…
Я не отказала.
Только шляпку взяла, раз уж я и вправду леди.
- Слушай, - я прищурилась, до того ярким показалось солнце. – А почему тут так говорят?
- Как «так»?
- Ну… длинно. С завитушками. Пока договорят, уже забудешь, чего там вначале было…
- Принято так.
- Это я понимаю.
Солнце светит. Травка зеленеет. Даже бабочки вон порхают с цветка на цветок. А в саду тень и прохлада. И главное, никого-то нет, особенно, если с дорожки сойти. А то целоваться на дорожке как-то неудобно, вдруг да увидят.
Пусть даже целовалась я с собственным мужем.
А что?
Ну не по дорожкам же нам бродить-то в самом деле?
- Знаешь… - задумчиво произнес Чарльз, поправляя сбившуюся мою шляпку. – А матушка говорила, что стоит садом заняться…
- Стоит, - согласилась я. – Определенно…
Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись. Одновременно. И в этот вот конкретный момент стало вдруг неважно, что там было ли, будет.
Потому что есть здесь.
Сейчас.
И… и надо ли что-то еще. Разве что, чтобы никто не пытался отнять у меня мое счастье. Но об этом я как-нибудь да позабочусь.