Глава 8
Всю неделю меня никто не трогал, и мне даже почудилось что я умудрилась легко отделаться в перепалке с маменькой. Но не тут то быо!
Сбежать из дома в субботу оказалось не просто. Родители, явно подозревали, что у меня кто-то появился, и это точно не их любимый рукожопый Стасик, поэтому проявляли чудеса изобретательности, чтобы задержать меня. Сначала внеплановая уборка, которую я, как ответственная дочь не могла проигнорировать. Ладно, это ерунда — встала пораньше и к завтраку уже все сделала, чем вызвала нервный тик у матери. Потом срочно потребовалось съездить в магазин на другом конце города, потому что только там продавалась волшебная фигня, внезапно потребовавшаяся отцу. Я молча ушла в свою комнату, заказала все что надо на сайте и осчастливила родителей тем, что доставка состоится в ближайший час. Такого поворота событий они не предусмотрели, поэтому только возмущенно сопели и переглядывались.
Затем им внезапно приспичило делать пельмени! Естественно подразумевалось, что я тут же откажусь от всех своих планов и безропотно засяду на кухне на несколько часов, с упоением скручивая комочки из теста.
Вот ни разу им домашних пельменей не хотелось, а тут накрыло и все.
— Мам, ну зачем нам это? — простонала я, — в магазине можно купить, и не мучиться.
— Ты что! В магазинных пельменях чего только нет! Шкурки, хрящи, туалетная бумага. Все что угодно, кроме нормального мяса, — маменька самодовольно улыбалась, отец уже копался в морозилке, доставая мясо. Выложил один кусок, второй, третий. Потом покосился на часы, видать прикидывая на сколько времени такого количества хватит, и достал еще парочку.
Замечательно!
— Давайте мы завтра этим тоскливым делом займемся? — предложила я, все еще пытаясь найти мирный выход из ситуации. Я все равно пойду на встречу с Северным, разница лишь в том со скандалом или без.
— Нееет, — протянула родительница, мысленно празднуя победу над непокорной дочерью, — в воскресенье надо отдыхать. Какие пельмени?
Я прикинула вариант переноса свидания на завтра, и тут же отмахнулась от этой идеи. Потому что завтра, ничего не изменится, родители придумают новый план, как оставить меня дома, и все повторится.
Нет, надо вырываться на свободу сегодня.
И как же начать разговор? Извиниться, заняться подхалимством? Или холодно поставить перед фактом, что ухожу и когда буду — неизвестно? Или поднапрячься, все слепить и потом идти? Но для этого придется переносить встречу на пару часов.
Мама тем временем напевала песню и неторопливо чистила лук, а отец, покопавшись в ящике достал старую электрическую мясорубку.
— Давайте хоть фарш магазинный возьмем, — взмолилась я, представляя какая кухонная эпопея предстояла. Перекрутить мясо, заправить, дать постоять, потом крутить несчастные пельмени. С ума сойти можно. Тут парой часов не отделаешься.
— Дина, — мама с укором посмотрела на меня, улыбаясь как большая белая акула, — глупостей не говори. Какой покупной фарш? Там же сплошная просрочка, а у нас все свое есть: и мясо, и лук, и хлебушек. Сами сделаем так, что пальчики оближешь.
Я не хотела лизать пальчики. Я хотела сходить с Антоном. Я ждала этого целую неделю.
— Ты куда-то торопишься? — участливо поинтересовался отец, ставя мясорубку на стол и втыкая вилку в розетку.
— Вообще-то… — только я набралась храбрости, чтобы сказать свое категорическое «нет» пельменному рабству, как мясорубка задымилась, завоняла, сверкнула с таким треском, так что мы с матерью испуганно завопили, и затихла, не подавая признаков жизни.
— Леня? Это что? — мама осторожно подступила к хмурому отцу.
— Все, — он развел руками, — скончалась старушка.
— Как же так! Мы же купили ее совсем недавно, — мама призадумалась, мысленно подсчитывая возраст безвременно почившей мясорубки, — надо же, больше десяти лет назад! Действительно старушка.
Пока они горевали о своей утрате, я бочком пятилась к двери, не в силах поверить в свою удачу.
— Дина, ты куда? — спохватилась мама.
— Раз пельмени отменяются, то я пойду, — весело улыбнулась и поскакала к себе. Пора собираться, скоро Антон за мной приедет.
— Ничего не отменяется! — она ринулась за мной следом, — сейчас съездим в магазин, купим фарша…
— Мама, да ты что!!! — возмутилась я, — там же одна просрочка! Ты отравиться хочешь? Нет, нет и еще раз нет. Вот как починим мясорубку, так сразу и налепим, а пока придется потерпеть.
Ей было нечего возразить — сама только что описывала все ужасы покупного фарша, поэтому хватала воздух ртом, подыскивая слова, но их не было.
— Все, мамуль. Мне пора, — достала из шкафа заранее приготовленную спортивную сумку и начала одеваться, напевая счастливую песню, под недовольным взглядом родительницы.
Отец копался на кухне, тут же потеряв интерес к плану захвата меня в плен. Его больше мясорубка волновала, и поскольку руки у него золотые, не сомневаюсь, что проковыряется с ней весь день, получая от этого истинное удовольствие.
Мама, потеряв группу поддержки, сникла, еще раз недовольно на меня посмотрела, уже не надеясь, что это сработает и ядовито произнесла:
— Чтобы в семь дома была.
В семь дети еще гуляют! А мне уже третий десяток!
— Ничего не буду обещать, — я с улыбкой пожала плечами, старательно убеждая себя, что не время спорить и портить себе настроение.
Телефон, небрежно оставленный мной на стуле, тихо пиликнул. Мама тут же впилась взглядом в экран, а я порадовалась, что имя отправителя пишется рядом с конвертиком маленькими буквами, издалека не рассмотришь, сколько не пытайся.
Вот и маменька ничего не смогла увидеть, хотя от любопытства вытянула шею и выпучила глаза. Она неисправима!
— Кто там тебе написывает? — спросила подозрительно, а я, открывая сообщение от Антона, беспечно соврала:
— Ленка.
Лучше пусть думает, что это институтская подружка проснулась, чем узнает, что мне ненавистный «ПТУшник» шлет послания.
«Я приехал. Жду на нашем месте».
Стараясь так уж сильно не радоваться, коротко написала «выхожу» и, подхватив сумку, отправилась в коридор, а спустя две минуты уже сбегала по лестнице вниз на встречу Северному.
***
— Аквапарк? — спросила, недоверчиво косясь на его сияющую физиономию.
— Да, — Антон уверенно кивнул.
— Когда ты сказал "прихвати купальник", я думала, что мы отправимся в бассейн.
— Скукотень! — вынес свой вердикт Северный, — мы идем кататься на горках, плавать по волнам, нежиться в сауне.
— Звучит, конечно, заманчиво, — я неуверенно поправила капюшон.
— Но?
Во-первых, я волосы красиво заколола, рассчитывая, что буду степенно рученьками грести, беседуя на светские темы. В бассейне можно было сохранить прическу, а вот в аквапарке вряд ли. Во-вторых, была я когда-то в подобном месте, и никакого восторга по этому поводу не испытала. Только попу на крутых виражах отбила и воды наглоталась, но рассказывать об этом Северному и расстраивать своим отказом не хотелось.
— Никаких «но», — улыбнулась решительно я, — просто не ожидала, растерялась.
— А я уж подумал, что ты трусиха, — подколол меня Антон. Я такого, естественно, стерпеть не могла, поэтому гордо вздернула подбородок и фыркнула.
— Было бы чего бояться.
Передёргиваясь от холода, покрытая мурашками с ног до головы, вышла из душевой в огромный, залитый ярким светом зал. Каких тут только горок не было: и пологие, цветные, и крутые спирали, и резкие как горный обрыв трубы. Народ веселился, кричал, смеялся, плескался, поднимая столбы бриллиантовых брызг.
Пробежала взглядом из стороны в сторону и обнаружила Северного возле одной из горок. Он стоял ко мне спиной и читал объявление.
Я сделала несколько шагов к нему, потом представила, как выгляжу со стороны — синюшная, дрожащая, скукоженная, и некрасиво ругнулась. Да в самом деле, что я как курица парализованная!
Выпрямила спину, живот втянула, грудь выпятила и походкой от бедра поплыла в его сторону, усердно держа на лице соблазнительную улыбку, и всеми силами стараясь не потерять тапочки, норовившие слететь с ног.
Главное не навернуться!
Подошла еще ближе к нему, чуть ли не вплотную и промурлыкала:
— Ну что, красивый, поехали кататься?
Мужик развернулся, удивленно глядя на меня, и я с ужасом обнаружила, что это не Антон
— Простите, — пискнула и, прикрыв лицо рукой, бросилась прочь.
Вот ведь засада! Хорошо хоть по заднице ему не треснула!
Снова осмотрелась и наконец нашла Антона, стоящего чуть поодаль и ржущего надо мной. Показала ему кулак, а он изобразил, как я, виляя пятой точкой, шла к мужику, театрально откинул волосы и кокетливо отставил ручку в сторону.
Ну все, Тюлень ты махровый! Получишь у меня! Ринулась к нему, грозно тыча в его сторону пальцем.
Северный снова рассмеялся и плюхнулся в бассейн, подняв после себя цунами.
Ну уж нет, так легко ты от меня не отделаешься. Шлепки в сторону отставила и тоже полезла в воду, пища и покрываясь мурашками величиной с кулак.
Ойкнула, когда нога соскользнула с последней ступеньки, и едва не окунулась с головой. Черт. Все равно прическу не спасти.
— Северный! — прошипела, подплывая к нему, — заканчивай ржать.
— Но это реально смешно, видела бы ты себя со стороны! Спасатели Малибу отдыхают!
— Я, между прочим, подумала, что это ты!
— О, то есть это ты ко мне так коварно подбиралась, накручивая булками? — насмешливо поднял брови, и я порадовалась, что замерзла, иначе бы покраснела в миг, — я польщен!
— Ладно, хватит прикалываться, — подняла руки в пораженческом жесте, — пойдем кататься, пока я не передумала.
— С чего начнем, — тут же воодушевился Северный, и в серых глазах мальчишеский азарт загорелся.
Я с сомнением покрутила головой и указала в сторону небольших синих горок:
— Вот с них.
— Дина, это не серьезно! Полезли вон туда, — кивнул на высокую, почти до самого потолка горку, змеей петляющую вниз.
Как раз в этот миг из ее сопла пулей вылетела верезжащая девушка.
— Нееее, — я замахала руками, отступая назад, — я на такое не готова.
Антон посмотрел на меня снисходительно, дескать «фи, трусиха», а мне ну никак не хотелось выглядеть трусихой в его глазах.
— Попозже, — чванливо вздернула нос, — мне надо размяться.
— Как скажешь, — хитрый взгляд в мою сторону, — пойдем разминаться.
Северный поплыл к низким горкам, я со вздохом погребла следом, а из страшной трубы с диким ревом вылетел здоровенный мужик, подняв такую волну, что накрыло с головой.
Пока мы катались на «детских горках» как их назвал мой спутник, я исподтишка его рассматривала. Красивая спина, с четкими мышцами, бугрящимися под гладкой кожей, грудь, практически лишенная растительность, что неимоверно радовало — волосатые ейти никогда не были в моем вкусе. Живот с рельефом проступающих кубиков, и ни жирины. Помню, у школьного Антона живот над поясом свисал, и сочные рыхлые бока вечно выпирали из-под свитера. Но то в школе, сейчас — смотреть на него было сплошное удовольствие. Я даже пару раз так залюбовалась, что воды хлебнула и потом долго и весьма неэлегантно кашляла, пытаясь отдышаться.
Вскоре на самых маленьких и спокойных горках стало скучно даже мне, поэтому мы перебрались сначала на те, что немного повыше, потом еще повыше и еще. Антон был прав, это действительно весело. Я уже давно так не хохотала, и не вопила, а еще просто млела, когда он, дурачась, подхватывал меня на руки. Мне нравилось к нему прикасаться! Мне нравилось, когда прикасался он! Я балдела, чувствуя под ладонями крепкие мышцы. Это было просто восхитительно!
Вдоволь накатавшись, сделали перерыв — развлеклись на морских волнах, прокатились на плюшке вокруг тропического острова, и только после этого направились к самой большой горке.
***
Еще при подъеме, когда я сбилась, считая прорезиненные ступеньки, в голову закралась мысль, что возможно это была плохая затея, и лучше быть в чьих-то глазах трусихой, чем переломать себе руки-ноги в сомнительном аттракционе.
С опаской оглянулась назад, и тут же наткнулась на веселый взгляд Северного. Он поднимался следом за мной, обеими руками держась за перила, так что мимо него не проскочить. Путь к отступлению был отрезан.
Улыбнулась ему, дескать все супер, все отлично, радости моей нет предела и дальше полезла, бурча себе под нос.
И вот наконец мы на площадке, огороженной со всех сторон высокими бортиками, и впереди раскрывается темный зев трубы, из которой доносился вопль предыдущего смельчака.
— Классно, да? — у Северного сияли глаза, а у меня тряслись поджилки.
— Да, — просипела жалобно, очень надеясь, что меня по каким-нибудь причинам не допустят к спуску.
Смотритель только мазнул по мне взглядом, и кивком указал на трубу.
— Не задерживайте очередь.
— Антон, — я ринулась к своему начальнику, — ты первый!
—Ага, размечталась. Я скачусь, а ты сбежишь, — фыркнул он.
— Не сбегу, — упрямо головой покачала. — посмотрю, все ли с тобой в порядке и скачусь.
— Смотри у меня, Кулакова, — он блеснул в мою сторону серыми глазами и отправился к трубе. Сел, руки сложил, отклонился назад и исчез в темноте, а секундой позже снизу раздался довольный веселый вопль.
Ладно. Была не была. Он смог — и я смогу.
Села, губы поджала и покатила.
Сначала еще ничего — по прямой, а потом все быстрее, быстрее, один крутой поворот, второй. Перед глазами мелькали разноцветные полосы, шум воды, и собственный вопль оглушал, как сирена. Пару раз приложилась локтями, хлебанула воды, и как пробка вылетела из трубы, не забывая при этом истошно орать. Дважды скакнула на попе, словно камень, брошенный в пруд, и с головой ушла под воду.
Нет! Такие развлечения точно не для меня!
Отплёвываясь, как кит, поднявшийся с глубины, я вынырнула на поверхность.
Пока прокашлялась, протерла глаза — прошло достаточно времени, чтобы один Олень, из-за которого я оказалась тут, подошел ближе.
— Ну ты и голосистая, — потешался надо мной Северный, — оглохли все.
— Сочувствую, — фыркнула и тут же осмотрелась по сторонам.
Никто на меня не смотрел, пальцем в мою сторону не тыкал, никому до меня не было дела. Удовлетворенно отметила, что все кругом орут, пищат, визжат, даже громче чем я. Так что Антон явно преувеличивал масштабы катастрофы.
— Еще разок? — весело предложил он, вызывая желание шлепнуть его по макушке.
— Ни за что! Слышишь? Ни-за-что! И вообще, я накупалась. Пора вылезать.
— Да ладно тебе! Мы же только пришли! — с укором произнес он.
— Только пришли? — с усмешкой кивнула в сторону больших электронных часов, равнодушно показывающих, что наше проплаченное время практически закончилось.
— Можем продлить, — с сомнение предложил Антон.
— Хватит. Хорошего понемногу.
Я подошла к лесенке, взялась за поручни, чтобы выбраться из бассейна, и в этот миг опустил взгляд ниже, на своё тело.
Твою мать!
Где трусы???
Пока я катилась в трубе, веревочки развязались, и нижняя часть купальника улетела в неизвестном направлении.
Меня пот горячий прошиб, несмотря на то, что я стояла в воде.
Где мои труселя???
Обернулась, в панике шаря взглядом по бассейну в поисках цветной тряпочки, но нигде не могла ее найти.
— Что-то потеряла? — поинтересовался Антон, наблюдая за тем, как я мечусь из стороны в сторону, опускаюсь под воду, бубню себе под нос, как умалишенная.
— Да! — огрызнулась сердито, продолжая свои поиски.
— И что же?
— Трусы, Антон! Я потеряла трусы! Из-за тебя.
Его взгляд мигом опустился вниз.
— А ну не пялься на меня! — грозно тыкнула в его сторону пальцем.
— Я не пялюсь, — он тут же поднял взгляд на уровень моего лица, и даже побелел от усилий, стараясь не стечь ниже.
Один глаз все-таки начал косить.
— Не смей! — снова прошипела я.
— Да там и не видно ничего! — возмущенно высказался он, за что тут же получил фонтан брызг в наглую физиономию.
— Лучше бы помог!
— Как? Прокричать в рупор: граждане отдыхающие, кто найдет трусы в горошек, просьба вернуть хозяйке. Вы узнаете ее по голым булкам! — в серых глазах резвились развеселые черти.
— Северный! — прорычала, словно тигр, — заканчивай издеваться! Лучше пройдись, поищи! Может, плавают где-то!
— Как скажешь, мисс Неприкрытые Тылы, — заржал как придурок и, словив от меня свирепый взгляд, все-таки пошел вдоль бортика, пристально вглядываясь в воду и продолжая угорать.
Мне было не до смеха. Я забилась в угол, задницей прижалась к гладкой плитке, присела, ноги скрестила, чтобы никто мою срамоту разглядеть не смог, и нервно наблюдала за купающимися, очень надеясь, что никому не вздумается поплыть ближе.
Антон вернулся через пару минут, все так же с улыбкой от уха до уха, и даже не пытался ее скрыть.
— Нет нигде! — разрушил мои мечты на окончание позора.
Что за человек такой! Ничего доверить нельзя!
— Ты хорошо посмотрел?
— А то! У меня глаз как у орла, — глумливо осклабился мой начальник, — чем я еще могу тебе помочь?
— Раз не нашел, то свои отдавай, — кивнула в сторону черных плавок, плотно обтягивающих крепкие мужские телеса.
— Сейчас! Размечталась! — засмеялся он, — уж лучше ты сверкай прицепом, чем я буду всем демонстрировать свою лохматую задницу. Я босс, мне имидж надо поддерживать.
— Знаешь, что, босс! Если бы не твоя дурная идея с аквапарком — я бы не оказалась в такой ситуации!!!
— Миль пардон, — развел руками, продолжая забавляться.
— Ты джентльмен, в конце концов, или нет? Принеси мне что-нибудь, чтобы прикрыться! За полотенцем сбегай!
***
— Уважаемые посетители аквапарка, — по залу разнесся голос администратора, — просьба, покинуть аттракцион «Веселые виражи» в связи с неотложным техническим осмотром.
Все начали выходить из воды и перебираться на другие горки, а я, выпучив глаза, завопила:
— Антон! Срочно дай мне что-нибудь!
— Секунду, — он исчез из поля зрения, а я только глубже в воду опустилась несмотря на то, что работник аквапарка активно махал мне руками, призывая срочно выйти из воды. В этом водоеме кроме меня уже никого не оставалось, и прятаться было негде.
— Лови! — в воду прямо передо мной плюхнулся огромный надувной круг, с головой немного безумного лебедя.
— Ты издеваешься?
— Дина! Хватай круг, напяливай его и вылезай, пока вон тот усатый хрен не вызвался тебя вытаскивать. Я его конечно задержу, но ты не тормози.
Мужчина с широкими, сползающими к подбородку усами, действительно направлялся в мою сторону, и явно не с дружескими намерениями.
Поднырнула под круг, протиснулась в середину и насколько могла быстро побежала к лесенке.
Безумный лебедь с укором косил на меня лиловым глазом.
Я в жизни себя такой дурой не чувствовала. Попыталась вскарабкаться по лестнице, но проклятый круг норовил соскользнуть, явив всему миру мой позор.
— Руки давай, — скомандовал Северный и я, не раздумывая, подчинилась. Он подхватил меня и как куклу вытащил из воды, поставив ядом с собой. Мне оставалось только не потерять свою «набедренную повязку».
Оказавшись на твердой земле, я ломанулась в сторону раздевалок.
— Ниже опусти! Корма мелькает! — он уже не сдерживал смех и провоцировал меня на особо зверское убийство. Не оборачиваясь на противного гада, спустила лебедя чуть ниже и пошлёпала дальше.
По ощущениям — мои щеки уже были не красные, а истошно бордовые, и расстояние до раздевалок казалось просто нескончаемым.
Рядом шел и тихо хрюкал Северный Олень, изо всех сил стараясь не загнуться от смеха.
Скотина! Смешно ему! А я, между прочим, такого позора в жизни не испытывала.
Но надо отдать ему должное, держался между мной и людьми, прикрывая своей массивной тушей от любопытных взглядов. Ну хоть какая-то польза!
— Дин! — прошептал он, склоняясь чуть ниже.
— Чего тебе? — рявкнула сердито.
— Я просто обязан тебя спросить. Давай станцуем!
— Чего-о-о-о? — вскинула на него осатаневший взгляд.
— Давай сбахаем танец маленьких лебедей!
Фантазия мигом нарисовала картину, как мы, взявшись за руки, выделываем заковыристые па. Он такой весь из себя фактуристый, и я с голой жопой, прикрытой уродским лебедем, который норовил сползти.
— Придурок! — огрызнулась и ввалилась в раздевалку, громко захлопнув дверь, а следом донесся дикий хохот.
В душевой вылезла из гадкого круга, откинула его, и совсем непедагогично ругаясь на все лады, юркнула под душ. Надо смыть позор и бежать отсюда! И никогда! Никогда больше не появляться в аквапарке. А еще лучше в этой части города! Тем более с таким негодяем, как Антон.
Он, конечно, не виноват, что я так эпично скатилась с горки, что попа в одну сторону улетела, а несчастные труселя в другую, но мог бы для приличия не ржать! Или ржать не так открыто! И не получать такой явный кайф от происходящего! Тюлень гадкий!
Одевалась я словно метеор, мне казалось, что все вокруг в курсе моего бесславного голоза́дого шествия. Выскочила из раздевалки и бегом к выходу. Все, с меня хватит! А Северный пусть тут остается! Видеть его не могу!!!
Только сбежать не удалось. Он, каким-то образом меня опередил, и уже ждал у входа. Судя по тому, как подрагивали уголки губ, и как старательно он отводил в сторону наглые глаза, его все еще плющило.
— Колесница подана, о повелительница прекрасных лебедей, — Северный склонился в глубоком поклоне, одновременно распахивая передо мной дверцу машины, — прошу.
Едва сдержалась, чтобы по затылку ему не хлопнуть, глаза обреченно закатила и забралась внутрь.
— Перекусим чего-нибудь? — предложил Антон, поворачивая ключи зажигания.
— Спасибо, я не голодна, — фыркнула раздраженно и отвернулась. В данный момент единственное, что мне хотелось перекусить — это его шея! Что бы прям хрусть, и голова по асфальту покатилась.
— А что мы такие нервные? — он плавно тронулся с места, выворачивая с парковки на дорогу.
— Антон, скажи честно. Ты издеваешься? — измучено покосилась в его сторону. — конечно же я нервная. И злая!
— Почему? — опять еле улыбку свою поганую сдерживал.
— Почему? Ты еще спрашиваешь? Я ходила по аквапарку, сверкая голой задницей! Это катастрофа! Позор на всю жизнь!
— Ой, да брось. Никто и не заметил.
— Ты заметил! — уличающе тыкнула в него пальцем.
— О да, — протянул он, мечтательно прикрывая глаза, — Я уж точно заметило! Кстати, отличный попец.
— Северный! Я тебя сейчас изобью! — хлопнула его по плечу.
— За что? Я ей комплименты делаю, стараюсь, а она драться лезет!
Придурок. Ему смешно, потешается, а я не знаю куда деваться от стыда.
Олень! Нет. Тюлень!!! Еще раз хлопнула и отвернулась.
— Вдобавок, мои трусы где-то там плавают, — пробурчала себе под нос.
— Насчет трусов не переживай. Нашлась пропажа. В сумке у меня валяются. — утешил он, кивнув назад на багажник, и тут же добавил, — не отдам, пока не поужинаешь со мной.
— Это ультиматум? — наигранно грозно взглянула на своего начальника.
— Это шантаж. Гадкий и подлый, — улыбнулся он, и я поняла, что сердиться на него не могу.
Ситуация действительно комична. Несмотря на стыд все-таки улыбнулась. Будет что в старости вспомнить.
— Ладно. Я согласна. Вези меня.
— Еще бы ты не была согласна, — мыкнул Северный, неотрывно следя за дорогой, — с таким-то компроматом.
Спустя пару минут, я спохватилась относительно своего внешнего вида — растрепанная с непросушенной головой, разве можно в таком состоянии куда-то идти?
И что делать? Ехать домой, чтобы переодеться — не вариант. Там маменька поджидает. Стоит ей только меня увидеть — вцепится как клещ, и не отпустит, а если начну сопротивляться, то прикует наручниками к батарее.
— Антон, извини, — промямлила печально, — но ужин придется перенести.
— Это еще почему? — тут же напрягся он.
— Я не в форме! Одета по-простому, ненакрашена, непричесана.
— Не поверишь, я тоже, — хмыкнул он.
— Антон, я серьезно! Давай в следующий раз.
— Нет, — просто отказал и дальше поехал.
— Как нет? — не поняла я.
— А вот так!
— Я не могу в таком виде никуда идти, — расстроено всплеснула руками.
— Не переживай, Дин. Я знаю чудесное место, где на тебя никто и внимания не обратит. Просто поедим.
Живот, услышав волшебное «просто поедим» тут же радостно заурчал. Сил в аквапарке ушло немало, поэтому я сдалась. А может и не поэтому. Может, мне просто хотелось, чтобы этот день с ним не кончался.
Антон не обманул. Привез меня в маленькую, но невероятно уютную шашлычную, принадлежащую его приятелю. Мы обосновались за крепким, дубовым столом, заказали мяса, лепешку с сыром и целый графин домашнего лимонада.
То ли я была очень голодная, то ли еще по какой причине, но мне показалось, что вкуснее я в жизни не ела. Сама не заметила, как все слопала, а потом, воровато оглядываясь, стянула несколько кусков у Антона.
***
Антон
Когда Дина скрылась в душевой, я заржал в голос. Громко, не сдерживаясь, привлекая к себе внимание окружающих. Они подозрительно косили в мою сторону, и им невдомек было, почему я смеюсь как ненормальный. Просто не мог удержаться и все тут. И остановиться не мог. Стоило только вспомнить Кулакову в надувном круге с идиотским лебедем и накрывало заново.
Один-один, дорогая! Я после твоего ресторана с самообслуживанием еще не так бегал. Там только пятки сверкали и свист стоял. Поэтому будем считать, что мы квиты.
Опять рассмеялся, правда смех стих, стоило только вспомнить маленькие, аппетитные булки, мелькающие перед глазами. Красивые. Да вообще у нее фигура — просто загляденье, хотя вроде и ничего особенного. Худенькая, ровненькая, без особых перегибов, но мне понравилась. Руки так и тянулись, чтобы потискать. А нельзя.
Странные у нас свидания какие-то. Неправильные. Но зато с огоньком, точно не соскучишься. Я в жизни еще так ни с одной девицей не угорал. С той же Алкой вон ни тени улыбки, ни грамма безумства, а с Кулаковой — что ни встреча, то сплошное приключение.
Я уже собирался свернуть в сторону мужских душевых, но тут увидел ценную пропажу. Маленькую красную тряпочку в черный горошек, которую таскали десятилетние мальчишки. Они ржали как ненормальные, перекидывая ее из рук в руки, прикладывали к себе как бы примеряя, один даже как шапочку решил использовать, напялив их на вихрастую рыжую голову.
— Так, пацаны, я не понял, — произнес грозно, подходя к ним. Они замерли, сразу растеряв весь свой гонор. Я бесцеремонно стащил «шапочку» с башки рыжего, — игрушку нашли, да?
Они стушевались, начали что-то мямлить, дескать, а че такого, подумаешь, что хотим, то и делаем.
— А ну ка марш отсюда, пока я вашим матерям не поведал, чем вы тут занимаетесь! Хулиганы! — рявкнул на них, сердито тряпку в кулаке зажимая.
Пацанят как ветром сдуло. Раз и нет. А я довольный собой, пошел собираться.
Надо успеть перехватить Кулакову, пока она не сбежала, а в том, что она попробует сбежать — я не сомневался.
Быстро сполоснулся, оделся и бегом на улицу, не забыв несчастные трусы в сумку бросить. Выскочив на крыльцо, осмотрелся — Дины нигде не было видно, вряд ли она успела собраться быстрее меня и сбежать, поэтому подогнал машину к выходу и приготовился ждать.
Буквально через три минуты она вылетела из аквапарка и, завидев меня, едва не споткнулась. Покраснела, смутилась, но все-таки подошла и в глаза с вызовом посмотрела.
Я снова еле сдерживался. Смеяться нельзя — пошлет меня далеко и на долго, и перестанет общаться, а я уже ни за что в жизни от нашего общения не откажусь. Это же просто фейерверк, праздник каждый день. Тем более я все еще пытался вынашивать коварные планы в отношение Кулаковой. Правда забывал о них постоянно, то и дело приходилось напоминать себе, что все это не в серьез, все это игра. Зато какая захватывающая! То я ее без трусов оставлю, то она меня заставит ночь не спать, танцуя ритуальные танцы вокруг белого друга. Чувствую, и дальше будем продолжать в том же духе. Ну и как от такого можно оказаться? Правильно никак!
Поэтому мы едем обедать, в простую забегаловку, принадлежащую моему университетскому приятелю. Там не было изысков, зато подавали большие порции, а уж мясо такое, что пальчики оближешь. Я это место любил трепетной любовью, но опять-таки никогда не приглашал сюда девушек. И вовсе не потому, что стеснялся, просто здесь мне было хорошо, здесь хотелось улыбаться и отдыхать от привычных хлопот. Это слишком личное, чтобы демонстрировать кому попало. Тем острее вставал вопрос, почему я запросто позвал с собой Дину…
Аппетит у нее был отменный. Никаких салатиков, зеленых листочков, свежевыжатого сока и креветок. Все просто — шашлык, полторы порции, хачапури, огурчики соленые. По-нашему, по-крестьянски.
Уминала так, что треск стоял, еще и на мою тарелку косилась, норовя утащить аппетитный кусок. Вот обжора! Качаю головой сурово, а сам понимаю, что просто любуюсь на нее. Классная.
— Итак, — она отпила прозрачного лимонада, глядя на меня поверх стакана, — несмотря на неприятный казус, могу сказать, что поход в аквапарк получился интересным.
— Естественно, — я самодовольно хмыкнул, — кто приглашал!
— Не выпендривайся, — усмехнулась Дина, — я тебя еще не до конца простила за смех над моей проблемой.
— Если будешь о ней напоминать, то я снова начну ржать, — пообещал ей, лениво улыбаясь.
Кулакова кинула в меня черной горошиной, но промахнулась.
— Я это к чему говорю, — задумчиво продолжила она, — в следующий раз я выберу куда мы пойдем.
Значит она ни грамма не сомневается, что этот следующий раз будет? Привыкла? Привязалась?
Замечательно! Именно этого я и добивался!
Но радость немного поутихла, когда заметил ее ехидную физиономию.
— То есть в следующий раз мне надо готовиться к очередному кулинарному экстриму? — подозрительно поинтересовался у Кулаковой, вспомнив, чем для меня обернулся поход в азиатский ресторан.
— Посмотрим, — уклончиво ответила она, а я стал прикидывать, остались ли у меня дома таблетки от диареи, и не начать ли мне их принимать заранее. За неделю, по пачке в день.