Глава 42

Я знала одно: очень трудно изменить такого человека, как мой Демон. Практически, нереально. Но должен ли он меняться? Становиться другим? И каким именно? Ведь я полюбила Луку Демоненко именно за то, какой он есть. Полюбила его замашки диктатора, полюбила его силу, его упрямство. Всего его, целиком, вместе с недостатками и достоинствами. И разлука это подтвердила.

Глубоко в душе я твердо знала ответ. Демон останется таким, как и прежде. Иначе он просто перестанет быть моим Демоном.

Но я рассчитывала всего на одно условие. Мы будем вместе лишь в том случае, если договоримся делиться друг с другом. Делить радости и печали, вместе решать проблемы и выбирать место проведения отпуска. Вместе решим, как назвать нашего первенца. И определимся, что делать с бизнесом. Словом, даже если Демон наметил определенные планы, я хочу знать о них. Возможно, я не буду с ними согласна, возможно, мне они не понравятся, или не понравится решение, принятое моим мужчиной. Но! Я буду знать об этом. Приму ситуацию. И, вероятно, не стану оспаривать мнение Луки.

Именно такое условие я и высказала Луке, как только мы оказались за порогом нашей квартиры.

— Я хочу знать, что твориться в твоей голове, Лука! — проговорила я.

Демон стоял в коридоре, прислонившись спиной к входной двери, смотрел на меня, практически не моргая. Хорошо. Судя по размытому и горящему взгляду, утром мне придется повторить свою речь. Сейчас моего мужчину разрывает от эмоций. И он даже не пытается это скрыть.

Я сама подошла к нему, оставив зонтик на полке. Капюшон, покрывавший голову Демона, был влажным. И я отбросила его назад.

— Я не собиралась уезжать. Папа купил вторую путевку. И родители решили провести свой медовый месяц вдали от суеты, — проговорила я, едва заметно улыбаясь.

Лука осторожно опустил руки на мои плечи. Спортивный костюм не промок, но все же мешал. Кажется, в это мгновение мне мешало все, что закрывало меня от Демона.

Мне хотелось прижаться к нему, кожа к коже.

Хотелось ощутить удары его сердца руками.

Хотелось вдохнуть дурманящий аромат его тела. И утонуть в наслаждении, по которому я безумно соскучилась.

— Думал, ты выбрала свободу, — хрипло прошептал он.

А я осторожно дернула за молнию его ветровки, открывая доступ своему жадному взгляду.

Я обожала этого мужчину, обожала его тело, от кончиков ушей, до пальцев ног. И я знала его тело, возможно, лучше своего. И сейчас мой взгляд замер на татуировке, которой раньше не было.

— Ты стал верить в магию знаков? — улыбнулась я, обводя кончиками пальцев красноватый рисунок. Лука уже снял специальную пленку, но краснота с татуировки еще не сошла.

— Думал, твоя ласточка принесет мне удачу, — удивил меня ответом Лука.

Он перехватил мое запястье. Обвел контур точно такого же рисунка, копия которого красовалась сейчас на его шее.

Я прекрасно помню, как Демон шипел и ругался в салоне, где мне набивали рисунок. Он был против, чтобы меня кололи. Был против рисунков чернил на коже. Но мне казалось, что именно эта ласточка принесет нам с Лукой удачу.

Но мы расстались. И сейчас я думаю, что нам было предписано это. Ведь разлука, длинною в чудовищно нескончаемых полгода, расставила все по своим местам. Пусть нам пришлось пережить боль, разочарование, страдания и одиночество, но мы двигались навстречу друг другу.

— Мне никто не нужен, только ты, — словно клятву произнесла я.

— Я буду стараться не ревновать тебя к каждому встречному столбу, — невесело усмехнулся Демон.

— Ревнуй, только не принимай поспешных решений, — подсказала я, а потом подмигнула: — Лучше тебя я никого не найду. Ты ведь у меня такой неповторимый. Теперь еще и с моим клеймом.

Я рассмеялась. Татуировка на шее Демона хоть и была очень похожа на мою, а все равно отличалась. Он добавил буквы. И теперь его тело носило отпечаток моего имени до скончания времен.

— Неповторимый — мое второе имя, — словно по секрету сообщил Демон, и его руки скользнули к молнии на моей одежде.

Я смотрела на Луку и четко уловила тот момент, когда он увидел мой топ. Короткая спортивная майка, открывавшая живот. Никакого белья, только тонкая полоска ткани.

— Я и забыл, что ты носишь такие, — пробормотал Демон, скользя ладонями по моим ребрам.

Его пальцы обжигали кожу, клеймили, обещали наслаждение. И я верила каждому движению, каждому жесту, каждому слову моего мужчины.

Я помогла сбросить ветровку на пол. Мои руки были такими же жадными, как и руки любимого. Словно мы целую вечность не касались друг друга. Словно мы умирали порознь, а сейчас возродились, вспыхнули страстью и огнем.

Порог нашей квартиры совершенно не подходил для интимной близости. Но я не могла сделать и шага в сторону спальни или гостиной. Кажется, и Лука не двигался.

Я перестала соображать, когда жадные губы прижались к моей шее. Мои ноги подкосились. И я упала бы, если бы Демон не подхватил меня. Я до боли соскучилась по его телу. По его хриплому голосу. По его крепким рукам.

Он подхватил меня под бедра, а я уже возненавидела одежду, разделявшую нас.

— Сними! — захныкала я, отчаянно дергая за шнурки на поясе спортивных брюк.

В ответ Лука лишь хрипло рассмеялся. Но потом его смех стих, когда мои руки пробрались под широкую резинку его одежды.

Кажется, мы застонали в унисон, стоило моим пальцам обхватить его напряженную плоть.

Судорожное дыхание опаляло грудь, скрытую тонкой тканью майки. Но она не мешала почувствовать сжигающие ласки мужского рта.

Мой Демон пылко и щедро одаривал ласками мое изнывающее от желания тело. А я требовала большего. Мне отчаянно хотелось ощутить всю страсть моего мужчины.

Моя рука, словно непослушная шалунья, гладила, сжимала, проводила по напряженной плоти Демона.

Я судорожно втянула носом воздух, когда ощутила влагу под своими пальцами. Нежная, но твердая плоть вздрагивала от каждого движения моих пальцев.

Демон застонал, упираясь лбом в мое плечо. А я прикрыла глаза, когда поняла, что крепкие пальцы нырнули под мою одежду.

Мне хотелось быть ближе к Луке, хотелось почувствовать его плоть глубоко в себе, хотелось увидеть, как под моими пальцами на его теле проступают капельки влаги.

Но Демон не позволил мне двигаться. Он удерживал меня над полом, а его пальцы проникли под тонкую ткань моих трусиков.

Я прогнулась и застонала в голос, когда ощутила легкие прикосновения к сосредоточию моего желания.

— Моя! — прошептал Лука.

А я провела ладонью по всей длине его напряженной плоти.

Мужские пальцы, точно зеркальное отражение, повторяли мои движения, даря долгожданное наслаждение.

Мой голос сорвался, и я спрятала лицо на плече моего Демона. Я вдыхала его запах, прижималась приоткрытым ртом к горящей коже, прихватывала ее зубами, не боясь, что оставлю следы.

А сам Демон вдруг зарычал, словно окончательно растерял все терпение и выдержку.

Он сорвал остатки одежды, не переставая целовать мою грудь. Он знал каждый миллиметр моего тела, знал каждую точку, каждую зону, знал всю меня.

Погрузившись в пучину страсти, я упустила момент, когда Лука раздел меня. Его руки крепко держали мои бедра, а спина упиралась в мягкую обивку стен.

Пришлось разжать руку, выпустить его плоть на свободу. Но мой Демон тут же стремительно, но нежно погрузился в мое тело.

Я готова была рыдать от острого наслаждения, разрывавшего мое тело изнутри.

Я, с трудом разомкнув веки, заглянула в глаза любимого.

Он обжигал меня своей любовью. Словно я была его воздухом, без которого он не сможет жить. Словно во мне был заключен весь его мир, все его мечты и желания.

Я видела в его взгляде себя. И понимала, как никогда, остро: он живет ради меня.

— Люблю тебя! — прошептала я, обхватив его голову руками. — Как же я тебя люблю!

Лука ничего не ответил, не произнес признаний. Но я всем сердцем понимала: любит. Он меня любит! Я не сомневалась в этом ни секунды.

Второй толчок был таким же нежным, неимоверно долгим и невыносимо приятным.

Я не стесняясь, стонала в голос, пыталась дотянуться губами до рта моего Демона, попутно целуя его веки, нос, скулы.

С каждым мгновением толчки становились более рваными, мне отчаянно хотелось продлить этот момент. Но мы слишком сильно соскучились друг по другу. Наши тела истосковались по теплу, по прикосновениям, по ощущениям стопроцентной принадлежности друг другу.

Мое тело не выдержало, прогнулось, задрожало. А руки впились в обнаженные мужские плечи.

Лука, обхватив мой затылок ладонью, жадным поцелуем накрыл мои губы. Я чувствовала, как его тело колотит от напряжения. И я подалась вперед, к нему навстречу. Он крепче обхватил мои бедра, и вонзился, впечатался в мое тело, отбирая мой последний вздох.

Кажется, на наш дом, город, вселенную накатило цунами, или взрыв, или наступил конец света. И лишь неистовый стук сердца моего мужчины вел меня в темноте.

Я очнулась, когда слуха коснулся тихий, хриплый шепот:

— Люблю тебя, малышка.

Губами коснулась крепкого плеча. Я понимала, что на моем лице расплылась глупая, счастливая улыбка. И я не собиралась ее скрывать.

Демон, удерживая меня на весу, прошел в комнату. Я все еще была в тонком топе. А на его бедрах болтались штаны. Ситуация была комичной. И я готова была рассмеяться. Однако Лука предупредил:

— Один звук и мы повторим сначала. Мне всегда мало тебя.

Я прикрыла рот ладошкой. Признаться, все эти нервы, переживания, часы ожидания и долгие уговоры себя самой не мчаться к Демону, а переждать, вымотали меня. А страстное и стремительное занятие любовью в коридоре нашей квартиры — окончательно лишило сил.

Я хотела спать.

Лука уложил меня на кровать, сам сбросил остатки одежды и устроился рядом.

— Как думаешь, у нас будет сын, или дочь? — тихо спросил он, нарушая хрупкий сон, окутавший меня.

— Говорят, дочь — ювелирная работа. Нужно постараться, — улыбнулась я.

— Значит, будем стараться, — подытожил Демон и притянул меня к себе.

Его губы вновь опустились на тонкую ткань моего многострадального топа. А потом последний предмет гардероба благополучно улетел на пол.

Кажется, в этот раз мой Демон отлично постарался. Не удивлюсь, если уже через пару недель мы помчимся в ближайшую аптеку за тестом на беременность.