Глава 6 · Ужин

Розы скукожились и сдохли.

И это вопреки всем моим стараниям продлить их существование. Зато цветок, принесенный близнецами, ожил даже в простой воде из-под крана, раскрыл бутон и ненавязчиво благоухал. Его не смущала старенькая кружка с отбитой ручкой вместо вазы и полное пренебрежение с моей стороны.

Тем не менее меня мучили кое-какие сомнения. И я поспешила их развеять сразу же, как только господин Заленвах с сыновьями объявился на пороге.

– Спасибо за цветок, – улыбнулась я мальчиш– кам.

– Это не мы! – выпалил Марк, получил от брата мощный тычок, скривился и исправился: – Это мы. Простите, тетя Итара, на рефлексе вырвалось.

Подозрительно глянув на двух чересчур невинных близнецов, я отправила всех мыть руки и ушла на кухню.

Ужин шел своим чередом. Господин Заленвах хвалил мои кулинарные таланты, прямо скажем, очень слабенькие. Я строила из себя хорошую хозяйку, наперебой предлагала всем добавки. Несчастный Рекс пускал слюни в коридоре.

Близнецы хранили многозначительное молчание, а потом синхронно встали со своих мест.

– Папа, – важно начал Марк.

– Тетя Итара, – подхватил Энги.

– Мы посовещались и решили, что…

– …вы обязаны пожениться.

Я чуть со стула не упала. Счастливый отец семейства разразился приступом жуткого кашля.

– Не… Кх-кх! Не… Кх-кх-кх! – давясь, попытался выразить свой протест мужчина.

Это был первый случай, когда кто-то поперхнулся не из-за моего кулинарного таланта.

– Только через мой труп! – заявила я, мрачно глядя на инициаторов.

Близнецы переглянулись.

– Ладно. Я пошел за плакатами для презентации, – заявил один из них и, ловко прошмыгнув под столом, умчался в соседнюю комнату.

– Папа. Тетя Итара, – вновь взял слово его брат. – Позвольте, мы сначала расскажем обо всех выгодах данного союза…

Уж не знаю, в кого они пошли, но настойчивости мальчишкам было не занимать. И если у меня с каждым плакатом все ниже и ниже опускалась челюсть, то господин Заленвах слушал презентацию со все возрастающим интересом. На той части, где братья рисовали наше совместное будущее, в котором я, их отец и сами инициаторы жили в этом доме, Заленвах впервые за всю презентацию обрел голос:

– А что мы сделаем с нашим собственным домом в центре Холдона?

– Как что?! – удивились близнецы. – Сделаем из него доходный дом с тремя отдельными квартирами.

– А низ можно сдавать в аренду кому-нибудь из мелких торговцев.

К моему величайшему ужасу, господин Заленвах хмыкнул и с задумчивым видом уставился на график роста наших совместных капиталов. И пока его уста не озвучили нечто типа: «Неплохо придумали. Я в деле!» – я резко подскочила и отобрала инициативу.

– А ну-ка стоп! – еще и кулаком громыхнула для усиления собственной позиции. – Я свободная, почти состоятельная девушка…

– Ключевое: почти! – встрял Марк.

– …и не планирую замуж в обозримом будущем. Вот уж точно нет. И пока мы не договорились до обсуждения даты бракосочетания, предлагаю всем заткнуться и сесть за стол.

Близнецы неохотно сложили плакаты и плюхнулись на стулья.

– Так-то лучше! – рявкнула я, тоже усаживаясь. – И чтобы больше при мне эта тема не поднималась.

– Чисто ради справки, – вклинился господин Заленвах, – только при вас? Или в тесном семейном кругу мы с мальчиками можем обсудить объединение семейных капиталов и условия брачного договора с последующим…

Под моим гневным взглядом отец семейства осекся.

– Ну нет так нет, – покладисто заявил он, но стоило отвернуться, как за спиной раздался его вкрадчивый шепот: – Шикарная презентация, мальчики. Я горд.

У меня задергалось… ухо. Честно-честно! Я не обманываю.

Видимо, в столь стрессовой ситуации нервная система посчитала, что тика нижнего века окажется мало. Еще какое-то время мы молча ковырялись в тарелках. Мальчишки переглядывались с отцом, я пыталась прекратить терзать ножом мясо, надо же было на ком-то вымещать зло.

Наконец Энги не выдержал и бросил вилку.

– Это нечестно, – с искренней обидой заявило дитя. – Мы же ради вас старались, тетя Итара.

– Да, – подхватил волну протеста братец. – Где вы найдете деньги на погашение задолженности? Вы же бедны, как бродяжка, у которого ветер в карманах.

Ну знаете! Это уже ни в какие ворота не лезет.

Кстати, про ворота.

Оскорбленная и задетая за живое, я прошла в комнату и вернулась с контрактом, предложенным Урсулой Вальтер. Плевать, что нам с Рексом придется стать талисманом хоккейной команды. Плевать на костюм петуха, черные крылья и прочую атрибутику! Плевать на возможные неудобства! Деньги сейчас нужнее.

Размахивая бумагами, как победным стягом, я хлопнула договором о стол и гордо подбоченилась.

– Вот! У меня есть недостающая сумма.

– Позвольте.

Я и рта раскрыть не успела, а цепкие пальцы господина Заленваха уже вовсю листали договор, взгляд быстро перескакивал со строчки на строчку, брови хмурились.

– Итара, могу я видеть копию завещания Дунканары Кэбот?

Ох, не к добру это. Не к добру.

Игнорируя мерзкое предчувствие подставы, я шустро сбегала наверх, до кучи прихватив квитанцию, договора на открытие счета и предложенную директором банка схему снижения суммы долга.

– Мои соболезнования, Итара, – вздохнул господин Заленвах, изучив ворох документов. – Вас обманули.

Будто я не в курсе!

– А можно поточнее? Кто и в чем?

Я была свято уверена, что господин Заленвах обрушится на вороватого Бенедикта Бирина с его призом «Лучшему сотруднику». Выведет на чистую воду Клариссу Стаук, временную помощницу главы нотариальной конторы «Смерть и Ко», которая четыре года искала единственную наследницу. Сорвет маску безгрешных с магического сообщества «Магнус». Да я даже морально подготовилась к тому, что он подвергнет уничижению схему перераспределения сумм выплат, которую предложил банк после церемонии торжественного открытия.

Но Заленвах разоблачил ту, на кого я бы никогда не подумала.

– Этого не может быть, – прошептала я.

Колени подогнулись, плечи поникли, и сила притяжения бережно усадила меня на выдвинутый стул.

– Не будь перед глазами этих двух бумаг, я бы никогда не заподозрил подвоха, – признался Заленвах, выкладывая рядом договор и завещание. – Контракт типовой, приди вы с ним к юристу или консультанту, те посоветовали бы соглашаться на предложенные условия и сумму.

Я кивнула.

По договору я получала деньги для выплаты, но нарушала главное правило, указанное в завещании троюродной бабкой: «Итара Кэбот получит доступ к счетам только после того, как проживет в оставленном доме девяносто дней. Если по каким-то причинам этого не произойдет, то сотрудник нашего банковского отделения перенаправит все средства с ее личного счета на благотворительность».

Согласно контракту с хоккейной командой, следующие полгода мы с Рексом на правах талисмана обязаны были провести в пути, кочуя от города к городу по всей Империи и тряся цветными помпонами (или крыльями? да, впрочем, и не важно) ради поддержания спортивного духа.

Знала ли Урсула об этом пунктике? Сделала ли она это предложение нарочно? Работала ли богачка в паре с господином Феллом, директором магического общества «Магнус»?

Впрочем, все это и не важно.

Замаячивший на горизонте выход оказался ямой еще большей глубины.

– Пап, – зашептались близнецы, – как думаешь, еще рано повторно поднимать вопрос о вашей свадьбе?

Так. Я сейчас кое-кого прибью кухонным полотенцем. И не посмотрю на то, что бить детей негуманно. У меня, знаете ли, аффект.

Марк и Энги моментально уловили настроение. Им хватило одного только мечущего молнии взгляда, чтобы близнецы попятились, изобразили улыбки и слиняли во двор. Следом за ними вышел и сам счастливый отец семейства.

– Доброй ночи.

– Угу.

– Ну, не расстраивайтесь вы так, госпожа Кэбот.

– Ага, – выдавила я еще мрачнее. – Тебе-то лег– ко говорить, господин большая шишка в городской мэрии.

Последнее, естественно, только мысленно, ибо ссориться с высокопоставленным мужчиной в мои планы не входило.

– Госпожа ведьма! – заорала чуть покачивающаяся толпа студентов, прибившаяся к моей калитке.

Толпа была одета в серую форму университета, с нашивкой филина на правом плече. Присмотревшись к серой массе, я, к своему крайнему удивлению, обнаружила среди загулявшей компании молодых людей знакомое лицо.

– Госпожа ведьма! А мы сдали экзамен и пришли за добавкой, – прокричал парнишка, размахивая зачеткой.

Тяжко вздохнув, я скомканно попрощалась с Заленвахом и пошла в дом за бутылью.

– Сколько человек? – крикнула уже из коридора.

– Тринадцать! – радостно выкрикнула толпа, плавно покачиваясь из стороны в сторону.

Вот и почему я не удивляюсь? Нет, верить в приметы меня отучили еще в глубоком детстве, точнее, не научили в них верить. Отец с дядьками отмахивались от них, а родители Вовса и Тины никогда не демонстрировали своих суеверных наклонностей. Из нашего окружения только отец Ким отличался от всех.

«Все приметы к деньгам!» – довольно твердил он, смахивая голубиный помет с плеча, с улыбкой глядя на перебегающего дорогу черного котенка и яростно почесывая правую руку. И талеры точно магнитом притягивались к нему!

Увы, но в моем случае они работали с прицелом на неудачи.

– Двенадцать! – педантично поправил кто-то заплетающимся языком. – Вовс пошел писать опровержение статьи профессора Урпалаки.

– А-а, точно! – пробасил его собеседник и гаркнул на всю улицу: – Госпожа ведьма, нам двенадцать порций вашего лихого пойла!

«Госпожа ведьма» бросила бутыль на столе и выскочила на крыльцо.

– Вовс?! Ты сказал, Вовс?!