Глава 26

— Заходите, давно не виделись, — ухмыльнулся рен Зеер, пропуская меня в свой кабинет. — Присаживайтесь.

Он пригласил меня на следующий день после ужина. Хотел после занятий, но у меня у самой был урок с Зоей и я не собиралась его переносить, ведь мы только начали работать, а в таких вещах главное — пунктуальность. Если начинать деловые отношения с постоянных отмен или переносов занятий, то моя подопечная просто найдет другого учителя.

— Да уж, — хмыкнула я. — Уже почти как на работу к вам хожу.

— Кстати, это мысль.

— О чем?

— О работе. А что, вы девушка умная… Например, вы что-то понимаете в обеспечении безопасности объектов? А в расследовании похищений и убийств?

Я аж опешила от подобных заявлений. Посмотрела на Алека, подозревая, что он шутит и он улыбался, вот только взгляд его был смертельно серьезен. Это он на что намекает, интересно?

— Думаю, — я решила поддержать игру, — обеспечение безопасности объекта стоит начать с возведения забора и закрытия ворот. Ну, мне так кажется. А еще неплохо было бы что-то сделать с карьером. Из него, кстати, неплохой тренировочный полигон для боевиков получился бы.

— Хм… Ната, я же пошутил.

— А я нет, — пожала плечами я.

— Ну хорошо, а насчет расследования похищений и убийств? — тяжело вздохнув, рен Зеер плюхнулся на свой видавший виды стул. У него не только кабинет был не очень, мебель ему тоже, кажется, из запасников нашей общаги принесли.

— Здесь сложнее, надо определиться, для начала, зачем, а уж потом думать, кто. Но тут у меня мыслей нет, точнее, их слишком много, чтобы выбрать какую-то одну.

— Ладно, пошутили и хватит. Вы интересную вещь ренне Марч рассказали. Почему ей?

— Ну, она же целитель. Я хотела уточнить перед тем, как идти к вам. Глупо бы вышло, если бы это была обычная практика.

— Меня, признаться, больше ваша ситуация с Саттой заинтересовала.

— М-да? — удивилась я. — Чем это?

— Сатта из приюта и она боевик. И ее соседкам доставалось именно от нее, а не наоборот. Очень не советую с ней связываться.

— Это я уже поняла. Подождите, а она разве не на целительницу учится? Какой еще боевик?

— Понимаете, — Алек усмехнулся своей обаятельной улыбкой, я аж засмотрелась, — Сатта, возможно, боевик Культа.

Сказал и замолчал, выжидательно на меня поглядывая. Это наверняка что-то должно для меня значить, вопрос только в том, что именно.

— Я думаю, — проговорила я медленно, — что в данном случае дело не во мне, а в Гетте. Они хотят затянуть ее в свои сети. А еще я тут узнала про дары богов. Вы не выяснили, случайно, все пропавшие были посвящены богам или нет.

— Почти все. По остальным узнать не удалось, — пожал плечами мужчина. — А что по поводу даров?

— А скажите, рен Зеер, может посторонний узнать, есть ли у человека дар? Можно ли его как-то забрать себе?

— Узнать, есть ли дар, можно, у таких людей божественная метка на ауре немного отличается, — задумчиво проговорил Алек, — а вот забрать… Признаться, я о таком не слышал, но мысль интересная. Очень.

— Что если дело не в посвящении богу, а в даре, как думаете? Просто какой смысл похищать и убивать просто посвященных? Насколько я понимаю, сила у них, конечно, увеличивается, но не настолько, чтобы это было ультимативным преимуществом.

— Силу забрать и потом использовать просто так не выйдет — слишком много нюансов, хотя это и возможно, — отозвался мужчина, — но если они научились забирать дар, тогда это все действительно становится логично.

— То есть, поправьте меня, если я ошибаюсь, общее посвящение сделано для массовости, чтобы было из кого выбрать жертв?

— Это очень похоже на правду.

— И за этим стоит Культ Ельбы? Это странно.

— Что странного?

— А зачем им убивать собственных адептов?

— Не только их, пусть посвященных Грону и было меньше, но они тоже были, — возразил Алек.

— Девушек, посвященных Грону, самих по себе меньше, так что не показатель, — я пожала плечами. — Такое ощущение, что это делает некая группа лиц, которая хочет получить личную силу. Если мы не ошиблись с мотивом преступления.

— А как же массовое посвящение?

— Значит, человек или люди, входящие в эту группу, имеют какое-то отношение к жречеству Ельбы и начальству Академии. Кстати, а у боевиков ничего похожего не было?

— Ната, постойте, я не успеваю за вашей мыслью, — нахмурился рен Зеер. — Вы говорите, что эти люди не имеют отношения к Культу Ельбы, но тут же говорите, что они жрецы. Это как?

— Нет, — я покачала головой, — они могут иметь отношение к Культу, но они не весь Культ.

— Хм… То есть вы хотите сказать, что некая группа, допустим, жрецов, это все организовала, но она действовала не по велению высших иерархов Культа, а сама по себе?

— Думаю, там были не только жрецы и не только Ельбы.

— Вы думаете, что этим занимаются слабые маги, чтобы увеличить свои силы?

— Нет, я думаю, что этим занимаются сильные маги, чтобы еще больше увеличить уровень своей силы, — хмыкнула я.

— Признаться, в этом есть определенный смысл. Вот только один вопрос: откуда вы все это знаете?

Штирлиц с буденовкой и волочащимся за спиной парашютом даже рядом со мной не стоял по умению облажаться. М-да…

— Я не знаю, я предполагаю. Кстати, вы там говорили про боевое крыло Культа Ельбы. У меня вот вопрос, а почему они просто не учатся на боевиков?

— Вопрос хороший, — хмыкнул рен Зеер, видимо, высоко оценив мою попытку перевести стрелки, — просто Ельба не оценит, может и благословения лишить.

— М-м… — глубокомысленно промычала я. — То есть, если учиться на боевика в тайне, а не поступать в Академию, то богиня не заметит что ли? Она что, списки поступивших сверяет?

— Нет, конечно. Тут главное — намерение.

— А заниматься боевой подготовкой без намерения вообще возможно? Типа: ой, оно так само случайно получилось, что я выучила все эти боевые конструкты? Рен Зеер, это как-то странно.

— Ну вообще да, но как есть.

— А посвященные Грону тоже не могут целительством заниматься?

— Нет, Грону все равно, кто чем занимается, главное, чтобы в его храмы приходили.

— Тогда почему не все равно Ельбе?

— Она — мирная богиня, покровительница страждущих. Поэтому вот так…

— Интересно, а сама Ельба об этом в курсе?

— О чем вы? — напрягся Алек.

— Скажите, — медленно проговорила я, потому что мне в голову пришла одна очень забавная мысль, — а как вообще происходит лишение благодати? То есть вот приходит человек в храм, а Ельба такая смотрит на него и думает: не, этот что-то не то делает, лишу-ка я его своих даров?

— Нет, этим занимается… — начал мужчина и осекся.

— Давайте, договаривайте, рен Зеер, — я усмехнулась, — этим занимаются жрецы, да? Именно они сообщают Ельбе о нарушениях, ведь так? Держат свою паству на коротком поводке. Непонятно только, почему тот же Грон так не делает? Идея ведь отличная!

— У него меньше простора для маневра, я полагаю, — задумчиво ответил Алек. — Одно дело, когда гуманная богиня запрещает адептам творить насилие, но совсем другое, когда покровитель боевиков запрещает им заниматься лечением — это было бы странно.

— Это было бы нормально, я полагаю, если бы Грон и Ельба сотрудничали, но, вероятно, это не так.

— В чем-то они сотрудничают, например, вместе противостоят Ании, но в остальном их позиции кардинально расходятся, да. Но вообще, мы слишком углубились в богословие, следует заботу о пастве оставить богам, а эти мысли при себе.

— И не собиралась болтать, — я передернула плечами, представив, что скажу что-то подобное не тому человеку.

А рен Зеер тот? Не знаю, но я ему почему-то доверяю, может и зря.

— Все, что вы сказали, Ната, в высшей степени интересно. У вас отличный аналитический ум, и нам бы правда не помешал такой человек.

— Нам — это кому?

— Пока рано об этом говорить. Всему свое время. Ладно, давайте я вас провожу что ли, по доброй традиции, — усмехнулся Алек, вставая.

— Действительно добрая традиция, — вернула усмешку я, тоже поднимаясь с неудобного стула.

— Вы не хотите немного прогуляться перед сном? — спросил мужчина, когда мы вышли на улицу.

— В смысле, перед тем, как делать домашнее задание? — хмыкнула я. — Нет, прогуляться я никогда не против. После нашего мозгового штурма хочется проветрить голову, прежде чем снова ее загружать.

— Тогда прошу, — Алек свернул на тенистую аллею, ведущую куда-то в сторону от учебных корпусов и общежитий. — Как-как вы сказали, мозгового штурма?

Мы довольно далеко углубились в парк, настолько, что я начала подумывать, что мы уже должны были выйти за территорию Академии. Единственное, что говорило о том, что пока не вышли — мы не пересекли беговую дорожку, которая шла по периметру.

— А тут хорошо дышится, — я втянула носом холодный воздух. — Но куда мы идем?

— Тут? А где плохо?

— Например, на заводских окраинах, — пожала плечами я.

— В столице их почти нет.

— Зато в моем городе есть, — ответила я, а потом уже поняла, что что-то совсем расслабилась. В том городе, из которого я предположительно стартовала, заводов не было, по крайней мере, крупных, таких, чтобы трубы и дым были видны из любого его конца. Но они были в том, где я очнулась.

— Да, тут неплохая атмосфера. Далеко от фабрик, далеко от зоны мглы, далеко от прошлого.

— В каком смысле? — спросила я, про себя вздохнув. Знал бы он, насколько на самом деле далеко от моего прошлого!

— Просто вы же, когда приехали в столицу, закрыли страницу своей жизни, открыли новую…

— Вас на философию потянуло? — подозрительно покосилась на Алека я.

— А почему бы и нет? В приятной компании с красивой и умной девушкой, почему бы не порассуждать о вечном?

— Хм… — задумчиво протянула я. Он меня клеит, что ли?

Вообще, тут сложно понять. Местных межполовых обычаев я не знаю, и здесь легко опростоволоситься. Не то чтобы тут были какие-то уж очень жесткие правила, но все же не хотелось бы попасть в скандал. И это было бы неважно, если бы я не хотела войти в ряды аристократов — вряд ли дадут титул тому, кто ведет себя не так, как принято в обществе.

— Благодарю за комплимент? — наконец выдала я, когда пауза неприлично затянулась.

— Вы меня спрашиваете? — рассмеялся он.

Какая же у него все-таки обаятельная улыбка!

— Да как-то… — я задумалась, как бы поточнее сформулировать. — Мне просто кажется, что это немного неуместно, когда магистр делает своей ученице такие комплименты.

— Неуместно? Наверное было бы, если бы мы не были знакомы раньше.

— И если бы вы пару раз меня не спасли.

— Надо сказать, что первый раз вы сами неплохо справились, — хмыкнул он.

— Если бы не вы, меня бы так и оставили там в трактире на полу лежать.

— Вы драматизируете.

— Может быть, — усмехнулась я.

— Мы в последнее время и правда много общаемся, так почему я не могу отдать должное вашему уму и красоте?

Угу, я та еще красотка! Свинки ведь тоже временами симпатичные. Хотя что я знаю о вкусах местных мужчин? Ренны ведь многие далеко не худышки, а отбоя от кавалеров у них не наблюдается. К той же Хане, которая полнее меня, уже трое парней подбивают клинья и Кэлл в том числе.

— Спасибо, — кивнула я. — Мне правда приятна ваша лестная оценка.

— Не хотите зайти?

За разговорами я и не заметила, как мы вышли к коттеджам преподавателей. И сейчас мужчина указывал на один из них. Тут-то я и поняла, что наконец вляпалась в неприятности.

— Рен Зеер, вы меня за кого принимаете?! — возмутилась я, разворачиваясь к нему.

— Ната, я просто предложил провести вместе время, что в этом такого? — пожал плечами он.

— Что значит, провести вместе время? — нет, тут все понятно, конечно, но мало ли что местные в эту фразу вкладывают?

— Я хотел вам предложить всего лишь попить чаю, а не то, о чем вы подумали, — скривился мужчина. А его взгляд говорил, что и от десерта он бы не отказался.

— Я ни о чем не подумала, просто вот это точно неуместно.

— И почему же?

— Вы — мой преподаватель.

Интересно, какие последствия будут у моего отказа? Он будет меня травить, валить на зачетах или еще что похуже?

— Ната, я вижу, что вы себя накручиваете. Не стоит. Я действительно имел в виду просто чай. Мне приятно и интересно с вами общаться, — Алек сейчас смотрел на меня как на несмышленого ребенка, от чего я еще больше растерялась.

— Знаете, я пойду, пожалуй. Спасибо за компанию, — я развернулась и чуть не бегом бросилась обратно по аллее.

— Ната!.. — прокричал мне вслед Алек, но я уже скрылась за деревьями.

Я не знаю, что будет дальше, но мне все это чертовски не нравится. Ну не бывает так, что преподаватель просто пригласил студентку на чай к себе домой! Мы чай прекрасно и в его кабинете могли попить. И даже пообщаться, весело поболтать.

Комплименты он мне еще сегодня отвешивал. Я думала, просто флиртует, а он так сразу к себе домой зазывает.

И главное, я не знаю, может, это нормально, может, тут все так делают? Хотя сильно сомневаюсь, если честно.

Я некоторое время почти бежала, потом поняла, что он меня не преследует, и пошла немного потише. Потом и вовсе в темноте села на лавочку.

Идти в общежитие и видеть девочек не хотелось. У Римы наверняка будут вопросы и претензии насчет Сатты. А может и она сама нас почтит своим присутствием. Сидеть здесь? А сколько можно сидеть? Уже заметно стемнело, температура начала двигаться к отметке градусов пять, наверное.

Хочется вообще пойти, куда глаза глядят, а еще лучше, оказаться в одиночестве в той самой хижине, где я прожила целый месяц. И не думать ни о чем, не решать теперь, что делать.

Я действительно слишком много о себе наболтала, решила, что так меня будут воспринимать всерьез. Решила, что им нужна моя помощь! А мое поведение, видимо, приняли за слишком фривольное, слишком раскованное и рискованное.

Вероятно, на меня смотрели как на несмышленого ребенка, который о себе и своих умственных способностях слишком много навоображал. А раз этот ребенок считает себя взрослым и умным, то его можно развести на что-то больше. Чаю там пригласить попить, десертик поесть.

— Черт! — выругалась я и выплеснула досаду на ни в чем не виноватую скамейку. Руку отбила. — Черт!

Ну и что мне теперь делать, спрашивается?

По сути, я только на рена Зеера и могла положиться, только ему я по какой-то неизвестной причине доверяла. Но теперь, если я влипну в неприятности, придется выкручиваться самой. И без всяких расследований и тренировки аналитического мышления тоже придется обойтись.

Лучше буду в магии и рунологии тренироваться. Тем более что есть довольно большой шанс, что меня будут теперь валить по крайней мере по одному предмету.

Окончательно озябнув, я все же встала со скамейки, осмотрелась, куда это я забрела. Честно говоря, где-то подсознательно теплилась надежда, что рен Зеер пойдет за мной, нагонит, извинится. Но это я слишком много о себе вообразила.

До общежития от скамейки было рукой подать, но я пошла в сторону ворот. Мне нужна передышка.

В такой поздний час дилижансы уже, конечно, не ходили, но у входа, тем не менее, стояла пара мобилей. Пусть это и дороже, но все же до города есть способ добраться в любое время суток. Тут же нет возможности вызвать такси, если срочно надо.

Так что уже через полчаса я была в центре столицы. Немного побродив по улицам, где все еще было довольно много народу, я сняла номер в недорогом отеле для светлых и тут же легла в удобную кровать и укрылась теплым одеялом. Это вам не верхняя койка в промерзшем до изморози по утрам общежитии.

Я чего-то на самом деле расклеилась, но думать ни о чем не хотелось, хотелось просто забыться и проспать год… или несколько. Ну или хотя бы до обеда.

Что я и проделала. И когда встала, меня даже не мучала совесть, несмотря на то, что сегодня у меня были занятия, в том числе и по рунологии. Ничего страшного не случится, если я один день пропущу.

А если меня потеряют?.. А кто, собственно, меня потеряет, кому я нужна? Лиса еще может и всполошилась бы, и то не факт, а Рима с Геттой вряд ли. Подумают, что я в библиотеке засиделась, да и спать лягут. Утром я и вовсе раньше них ухожу, сначала на пробежку, а потом и на завтрак. Так что просто решат, что мы разминулись.

Ну а если поднимут всех на уши, тем более что я и на учебе не появилась, так и что? Я отчитываться ни перед кем не обязана, а посещение занятий и вовсе мое личное дело. У нас ни разу явку не отмечали и, бывало, кто-то что-то пропускал. Парни часто просыпали первые занятия в понедельник или уходили с последних в субботу. Никто никому и слова не сказал.

Но поскольку в гостинице я не хотела платить за вторые сутки, все же пришлось выехать. Полечила немного нервы, побыла в одиночестве и хватит. Нет у меня лишних денег на подобные развлечения. Пора и честь знать.

Впрочем, я никуда не торопилась. Спокойно и, главное, вкусно пообедала в кафешке, а поскольку присела я у окна, то просто рассматривала людей на улице, стараясь ни о чем не думать, и наслаждалась ясным деньком, которые сейчас встречались не часто.

После еды немного прогулялась по городу, глазея на витрины и стараясь выглядеть и чувствовать себя беззаботной, обычной, ничем не примечательно ренной. Но все же долго себя убеждать в том, что все хорошо, не получилось и я пошла к станции дилижансов, чтобы вернуться обратно в Академию. Как раз успею переодеться и пойти на ужин.