Глава 11

Ноги Сарисы буквально подкосились. Девушка, еще секунду назад напоминавшая эпицентр взрыва сверхновой, вдруг обмякла, словно из нее выдернули стержень, и с глухим стуком рухнула на испещренный рытвинами мрамор. Ее защитные плетения развеялись облаком тусклых искр.

Строганов просипел. Воздух со свистом вырывался из его легких, отдавая металлическим привкусом крови. Граф, упершись ботинками в пол, держал комбинированный барьер из последних сил. Снаружи паукообразные твари методично, с пугающим ритмом, долбили по сапфировому куполу сгустками плазмы. Каждый удар отдавался в позвоночнике Кирилла тупой пульсирующей болью. Лисицы, коротко переругиваясь на незнакомом языке, пытались заткнуть образовавшуюся в их построении брешь, перенаправляя потоки силы.

А в центре этого локального ада творилось нечто совершенно сюрреалистичное.

Полупрозрачная фигура Алисы, материализовавшаяся из теней, опустилась на колени рядом с рухнувшей Сарисой. Электронная дева, обычно сыплющая сарказмом и цифрами, сейчас с непривычной, пугающей нежностью гладила огненную кошку по голове. По измазанному копотью лицу Сарисы катились огромные слезы, оставляя светлые дорожки. Кошка даже не вздрагивала, когда очередной плазменный заряд снаружи сотрясал купол, грозя обрушить бетонные своды.

— Мы верили и ждали, — прошептала Сариса. Ее голос дрожал, словно у замерзшего ребенка, лишившись всякой звериной ярости. — Даже спустя сотни лет… Вы — наш свет в отблесках Багровой Искры. Великая Алиссаэль!

Алиса на мгновение замерла. Проекция пошла легкой рябью, выдавая внутренний сбой системы.

— Я больше не имею права на это имя, — цифровой интерфейс выдал печальную, бесконечно усталую улыбку. Богиня из машинного кода мягко провела ладонью по опаленным волосам кошки. — Я просто Алиса. И давно уже ничья не богиня.

— Неважно! — Сариса громко шмыгнула носом, судорожно цепляясь за мерцающую руку проекции. — Вы живы, это главное! Рано или поздно все вернется на круги своя. Я принесу эту весть! Я соберу остальных, и вы сможете вернуться к нам еще быстрее!

— Если бы все было так просто, моя милая Сариса, — Алиса тяжело вздохнула. В ее голосе сквозила древняя, как сам этот мир, обреченность. — Не осталось ни одного апостола. Эти… — она кивнула в сторону скрежещущих металлом пауков за барьером, — постарались очень хорошо. Изолировали, вырезали, стерли память. Вера меня уже давно не питает. А чтобы создать нового… Я слишком слаба. Моих сил не хватит. Разве что…

Глаза Алисы медленно переместились на спину Строганова.

Кирилл почувствовал этот взгляд. Волосы на затылке встали дыбом. Интуиция, заточенная месяцами выживания в политических и криминальных мясорубках, взвизгнула дурным голосом, обещая грандиозного, всеобъемлющего пушного зверька.

Сарисе больше не нужны были слова. Кошачья логика сработала быстрее, чем граф успел открыть рот. Огненная девчонка пулей рванула с пола, одним прыжком преодолев разделяющие их метры, и вклинилась прямо между Строгановым и мерцающим барьером.

Ее лицо оказалось в считанных сантиметрах от лица Кирилла. Слезы высохли, уступив место фанатичному, безумному блеску.

— Проси чего хочешь! — буквально прорычала Сариса, обдавая графа запахом озона и жженого металла. — Мы все отдадим! Жизни, кланы, миры! Дай лишь сил нести ЕЁ слово!

— Ты охренела, больная⁈ — Строганов инстинктивно отшатнулся от напора хвостатой.

В этот же момент сдвоенный плазменный заряд пауков врезался в купол. Барьер просел, жалобно затрещав, и графа протащило по мрамору еще на полметра назад. Ботинки оставили на полу две дымящиеся борозды.

— Какие силы⁈ Меня сейчас сомнут, пока ты тут болтаешь со своей цифровой госпожой! — рявкнул Кирилл, чувствуя, как начинают неметь предплечья от перекачки энергии.

— Тогда отдай ЕЁ мне! — Сариса вцепилась когтями в пиджак, чуть ли не срываясь на визг. В ее глазах плясало первобытное безумие.

— Я не могу! — Строганов с силой отшвырнул руки кошки. — Дурное ты создание, она часть меня! Думаешь, я не пробовал? Мы с ней повязаны одной черепной коробкой на очень долгий срок. Даже если попытаться выделить Консоль обратно в Куб, что держит нас вместе, Алису либо засосет туда вместе с ядром, либо она растворится в моем сознании как в доминантном! Это защитная функция, самая базовая из всех! Чтобы она не смогла уйти из своей… как теперь я понимаю, тюрьмы.

Сариса зарычала. Звук завибрировал в тесном пространстве хранилища, резонируя со стенами, но Строганов даже не моргнул, встретив ее взгляд холодным, тяжелым свинцом.

— Возьми мои! — рявкнула Сариса, вскидывая руки, на которых уже начали пульсировать багровые артерии, по которым тек практически живой огонь. — Забирай! Даже если я потеряю их навсегда, мне плевать!

— Ага, щас, разбежался, — съязвил Кирилл, принимая на щит очередной град ударов извне. — Если вы такие умные, что вы строем не ходите⁈ Все замкнуто на мне. Все силовые контуры Консоли, которые рассчитаны на нашу местную псевдомагию, просто не вытянут то, что сейчас попрет из тебя. Прямо сейчас моя система орет в интерфейсе диким матом, предлагая помножить тебя на ноль как источник неконтролируемой угрозы. Да выставь ты барьеры, наконец, дура!!!

Сариса ойкнула, словно очнувшись, и мгновенно раскинула над ними дополнительный золотистый купол. Стало чуть легче дышать. Давление на спину Строганова ослабло.

— И что, совсем нет никаких вариантов? — уныло спросила кошка. Ее энтузиазм угас, она начала небрежно, почти на автомате отмахиваться от нападок пауков, швыряя сквозь барьер «мелкие» огненные сгустки. Снаряды взрывались на той стороне, как гаубичные выстрелы, заставляя членистоногих ублюдков маневрировать более активно.

— Есть один, — голос Алисы раздался совсем рядом. Голограмма виновато посмотрела на Кирилла, переминаясь с ноги на ногу.

— Ну чего уж там! — криво усмехнулся Строганов, чувствуя, как по виску стекает капля холодного пота. — Жги на полную! Судя по тому, что я вижу, ты это умеешь делать знатно.

— Ну… — Алиса смущенно поправила несуществующую прядь волос. — Аварийный режим Консоли позволит пропустить через твои контуры такой объем местной Пыли, что мне хватит сделать для нее простейшую печать. Транзитный канал, грубо говоря.

— Слышь, авария, дочь… кхм, — Кирилл вовремя проглотил окончание фразы, памятуя о фанатичной кошке рядом. — Давай без этих ваших канцелярских оборотов! Так и скажи прямо: это будет писец как больно, ты почти сдохнешь, снова пустишь слюни и будешь овощем. Только в этот раз сколько суток мне лежать в стазисе???

— Я не знаю, — честно призналась Алиса, опустив глаза. Но тут же вскинула взгляд, добавив с ноткой делового оптимизма: — Но прямо сейчас в пределах трехсот метров столько бесхозной Пыли после взрывов, что особо напрягать твои собственные резервы не придется.

Строганов скептически посмотрел на свою цифровую спутницу. Потом перевел взгляд на Илью, который вжался в угол, стараясь слиться с бетоном, на лисиц, которые медленно, но верно сдавали позиции под натиском металлических лап, и снова на Алису.

Граф картинно закатил глаза, глубоко вздохнул и буркнул:

— Знаешь как… делай запрос.

Пространство перед лицом Кирилла взорвалось каскадом системных окон. Полупрозрачные красные таблички наслаивались одна на другую, требуя подтверждения обхода протоколов безопасности. На третьей сотне предупреждений о критическом повреждении нервной системы Строганов тупо сбился со счета, машинально прокликивая согласия мысленными импульсами.

— Мы вам не мешаем? — пропыхтела Катерина Морозова, блокируя парными клинками удар металлического жвала. Искры осыпали ее плащ. — Здесь становится не слишком уютно! Сариса хоть и слегка бешенная, но удар-то держала!

— Жди, — сквозь сжатые зубы выдавил Кирилл. Мышцы начало сводить судорогой. — И меня потом куда-нибудь отволоки, чтобы шальным куском бетона не придавило.

Он подтвердил последнее, финальное разрешение.

Воздух вокруг Строганова резко потерял температуру. Из микротрещин в полу, из оседающей бетонной крошки, из самого пространства начали вытягиваться пульсирующие потоки Пыли. Красные, синие, зеленые нити устремились к графу, вкручиваясь в его тело.

Одна из лисиц, отскочив от паука, быстро втянула носом воздух и округлила глаза.

— Она из него натуральный мана-генератор сделала, — хмыкнула девушка, перехватывая оружие. — Лишь бы перекрытия выдержали этот перегруз!

Фигура Алисы замерцала. Статический шум пробежал по ее контурам, набирая плотность и фактуру. Привычное скромное платье затерялось в языках цифрового пламени, которое начало скользить по ее телу. Программный код перестраивал визуал. Вместо ткани появился легкий сегментированный доспех со странной, гипнотической чеканкой. За плечами развернулся тяжелый плащ, сотканный из чистого, не обжигающего огня.

— Иди ко мне, моя Сариса, — голос Алисы изменился. Исчезли легкие обертоны. Теперь это был низкий тембр, от которого дрожал сам мрамор. В нем звучала мрачная, древняя торжественность.

Огненная кошка, не сомневаясь ни секунды, опустилась перед ней на одно колено, склонив голову. Алиса прикрыла глаза и мягко положила светящиеся ладони на ее вздрагивающие плечи.

Строганов в этот момент знатно охреневал от происходящего. Его изнутри натурально сначала жгло паяльной лампой, затем перекручивало через мясорубку, а после замораживало жидким азотом. Но граф стоически терпел, лишь глухо рыча. Каждые десять секунд он отмахивался от надрывных красных алертов Консоли, которая истерично требовала прекратить эту вакханалию и откровенное издевательство над биологическим носителем.

Барьер, укрывающий их, начал темнеть. Сапфировая синева сменилась густым, налитым кровью багровым цветом.

Сариса не мигая смотрела снизу вверх на свою богиню. Прямо под ее коленями на каменном полу начал выжигаться сложный геометрический узор. Огненная печать с каждым мгновением усложняла свой рисунок, вплетая новые руны.

— Алиса! — прохрипел Кирилл, чувствуя, как капилляры в носу лопаются от давления. — Я щас сдохну! Заканчивай побыстрее!

Цифровая богиня открыла глаза, полыхнувшие расплавленным золотом, и убрала руки.

— И помни, — произнесла Алиса, поворачивая голову к пространственному разлому, который начал нестабильно мерцать за спинами пауков. — Свету огонь не родня…

Сариса медленно поднялась. Кошка покачивалась, словно пьяная. На ее скулах, шее и руках проявлялись и медленно затухали багровые печати. Хвост, еще недавно позорно отрубленный, с шипением вытянулся во всполохах пламени, возвращая свою первозданную длину и пушистость.

Она медленно пошла в сторону массовой схватки.

Один из рядовых пауков, зафиксировав нового противника, который шел вразвалочку и явно пребывал не в адеквате, решил, что это легкая мишень. Резкий рывок вперед, замах металлической конечностью…

В следующее мгновение Сариса просто сложила восьмидесятикилограммового бронированного бойца, словно картонный пазл в коробку. Раздался тошнотворный хруст десятка ломающихся костей. Паук коротко захрипел и затих, так и оставшись лежать на полу, сложенный в три неестественные погибели. Кошка даже не замедлила шаг.

— Назад! — приказала Катерина своим лисицам, оценив боковым зрением изменения, произошедшие с напарницей.

— Один… Два… Три… Как вас много… — со счастливой, маниакальной улыбкой произнесла Сариса, слизывая каплю крови с губы. — Это будет настоящая Охота. Какой не было больше тысячи лет…

— Барьеры! — с откровенной тревогой в голосе крикнула Катерина, отскакивая за колонну.

Она резко повернулась к Алисе, которая стояла, окутанная плащом из огня.

— Ты что натворила⁈ — прошипела Морозова. — Нашла кому дать звание апостола! Она же отмороженная! Она будет разрушать целые системы! Или даже сектора! Вы, фанатики! Ты хоть понимаешь, что ломаешь планы Хранителя…

— Молчать!

Слово ударило по ушам, как кувалда. Катерина осеклась на полуслове. Приказ требовал абсолютного повиновения изнутри, подавляя волю.

— Не тебе знать, что задумал Хранитель, будь он трижды твой супруг, — Алиса шагнула вперед. Глаза богини затопил густой багровый огонь.

Катерина скривилась, но вынужденно отвела взгляд, не смея перечить.

— Да, мой апостол поведет моих детей. И разрушит многое, что построили эти ублюдки, — прошипела Алиса, указывая на разлом. — Пусть вспомнят, что такое Багровый Молот! И пусть все сгорит дотла!

— Ты отдала Молот ей⁈ — Катерина буквально задохнулась от возмущения, сжимая кулаки. — Я искала его пятьсот лет!

— Значит, плохо искала! — рявкнула Алиса. Звук заставил Катерину прижать уши и снова упереться взглядом в пол.

Пока сильные сущности выясняли отношения, Сариса устроила на этаже форменный геноцид. Огненная кошка крушила пауков, не используя сложную магию. Она проламывала групповые барьеры с одного удара ноги и голыми руками, объятыми плазмой, отрывала металлические конечности вместе с кусками брони и плоти.

Вскоре она добралась до старшего паука. Командир оказался крепким орешком, блокируя ее выпады двумя клинками. Но четыре лисицы, быстро сориентировавшись, ловко схватили своими хвостами его дополнительные конечности, растянув тварь в воздухе. Сариса подошла вплотную. Под отчаянный, полный боли рев командира она неторопливо оторвала ему сначала обе руки с оружием, а затем, упершись ботинком в грудную пластину, с хрустом вырвала голову вместе с шейными позвонками.

Разлом в конце зала замерцал с удвоенной силой, пошел крупной рябью и в итоге со свистом схлопнулся, отрезав пути отхода паукам. Тишина опустилась на изломанный подвал банка, как только затих последний противник.

— Нам пора, — хмурясь, произнесла Катерина, поправляя сбившуюся куртку.

— Валяйте, — устало махнул здоровой рукой Кирилл. Он медленно сполз по стене, чувствуя, как адреналин покидает кровь, оставляя лишь пустоту внутри.

Катерина посмотрела ему за спину. Туда, где в почти нетронутом сейфе все еще тускло поблескивали кубы.

— Я должна их забрать, — обратилась она к Строганову.

— Они не мои, — граф мотнул головой в сторону бледного, как мел, парня. — У владельца спрашивай.

— Забирайте, — заикаясь, быстро сказал Илья. Он сглотнул, глядя на гору трупов. — Граф был прав, это настоящее проклятье. И если возьмете в качестве оплаты за спасение, я не против.

Катерина молча кивнула. Она прошла к сейфу и аккуратно, почти с благоговением, по одному достала артефакты. На последнем, сапфировом кубе она задумчиво остановила взгляд, всматриваясь в пульсирующие грани. Затем вернулась к Илье.

— Здесь есть для тебя послание, Илья, — сказала кошка, взвешивая артефакт в ладони. — Судя по всему, его оставил твой отец. И просьба для того, кто заберет кубы…

Катерина на секунду прикрыла глаза, затем щелкнула пальцами. Из окружающего воздуха мгновенно соткался еще один куб. Он светился ровным, мягким голубым светом, а на верхней грани был отчетливо выбит родовой вензель Гончаровых.

— Этого должно хватить с головой. Чего именно — поймешь позже. А граф поможет разобраться, — произнесла Катерина, плавным движением руки направляя куб к подростку.

Илья осторожно, двумя руками, принял светящийся предмет и крепко прижал к груди.

— Лови, — Катерина махнула рукой в сторону Кирилла.

Интерфейс Строганова тут же пискнул уведомлением о входящем запросе на прием зашифрованного пакета данных сверхвысокого приоритета. Граф, не задавая вопросов, подтвердил прием.

— Прости, но я должна стереть тебе память. Все это… слишком сложно для твоего мира, — виновато сказала кошка, глядя на Илью.

— Я только за, — парень попытался слабо улыбнуться, хотя губы дрожали. — Буду лучше спать. За отцовское письмо — спасибо. Прощайте…

— Хотя нет… До встречи, Илья, — усмехнулась Катерина, поправляя капюшон. — Что-то мне подсказывает, что мы еще пересечемся…

Венценосная барышня снова щелкнула пальцами. Илья мгновенно обмяк, его глаза закрылись. Кирилл, превозмогая боль в ребрах, рванул вперед и успел подхватить падающего парня на руки.

— Надеюсь, Алиса, — язвительно бросила Катерина напоследок, — ты не пожалеешь о своем выборе.

— Только после того, как она порвет того, кому я обязана своим заточением, — нехорошо, с клыкастым оскалом улыбнулась в ответ цифровая проекция, медленно возвращаясь к своему привычному облику.

Катерина, не прощаясь, отдала короткий приказ на своем языке. Пространство дрогнуло, и отряд лисиц вместе с новоявленным огненным апостолом исчез, растворившись в тенях, словно их здесь никогда и не было.

Кирилл лишь тяжело вздохнул, поудобнее перехватив сопящего Илью.

— Ну что, моя цифровая богиня, — прохрипел граф, с трудом переставляя ноги в сторону лестницы. — Пошли домой. Будешь вместе с Леной отпаивать меня куриным бульоном. Судя по таймеру в интерфейсе, стоять ровно мне осталось чуть больше двадцати минут…