Глава 7

Матвеев не стал тратить время на выяснение отношений с перепуганными клерками. Он просто нажал. Через две минуты над банком взревели форсированные турбины.

Люди на улице в панике шарахнулись в стороны, когда прямо на проезжую часть, сминая крылом фонарный столб, тяжело рухнул небольшой, выкрашенный в матовый черный цвет дирижабль штурмовой модификации. Амортизаторы жалобно скрипнули, гася кинетическую энергию удара. Боковые аппарели откинулись еще до полной остановки судна. Из чрева машины на брусчатку горохом посыпались бойцы.

Два десятка «волкодавов» в тяжелой штурмовой броне. Черные матовые пластины, закрытые шлемы, массивные стволы автоматических дробовиков и штурмовых винтовок. Внутри операционного зала повисла мертвая тишина. Начальник службы безопасности банка, плотный мужчина в форменном кителе, судорожно сглотнул, глядя на то, как через разбитые стеклянные двери внутрь вливается черная река закованных в композит убийц.

— Вы… вы не имеете права! — прохрипел он, делая нерешительный шаг навстречу графине Строгановой.

Елена не стала вступать в дискуссию. Графиня плавным движением крутанула в руке тяжелый армейский револьвер. Металл блеснул в свете хрустальных люстр. Шаг, неуловимый перенос веса, и рифленая рукоятка с тошнотворным хрустом врезалась безопаснику прямо в челюсть. Мужчина рухнул на мраморный пол, как мешок с картошкой, пуская изо рта кровавые пузыри.

Это был сигнал.

Гвардейцы, не издав ни звука, рванули вперед. Охрана банка даже не успела снять оружие с предохранителей. Их ломали жестко и профессионально, без скидок на чины и возраст. Удары прикладами под колени, подсечки, болевые заломы. Через минуту вся местная служба безопасности была аккуратно сложена штабелем у стены, скованная по рукам и ногам пластиковыми стяжками. Клерки забились под столы, боясь лишний раз вздохнуть.

Четверка самых крупных гвардейцев отделилась от основной группы. Они подошли к массивному гермозатвору, отсекавшему спуск на минус первый этаж. Из поясных подсумков появились плоские бруски. Бойцы лепили их по контуру петель и замковых механизмов с пугающей скоростью.

Пока техники Строгановых колдовали над металлом, Елена и Наталья не теряли времени. Прямо в центре зала, не обращая внимания на скулящих под столами служащих, они скинули светские пиджаки. Минута — и поверх строгих блузок легли бронежилеты, усиленные пылевыми пластинами. Еще полминуты — разгрузочные системы с запасными магазинами, гранатами и аптечками щелкнули фастексами на талиях. Елена привычным жестом застегнула подбородный ремень шлема, опустив визор. Наталья, хрустнув шеей, передернула затвор своего укороченного автомата. Две светские львицы исчезли.

Термитные заряды вспыхнули нестерпимо ярким, белым светом. Металл гермозатвора запузырился, начал плавиться, брызгая раскаленными каплями на мраморные ступени. Запахло жженой сталью и паленой проводкой.

Именно в этот момент входные двери банка снова распахнулись.

Внутрь быстрым, размашистым шагом вошел отряд оперативников Имперской Службы Безопасности. Местное управление отреагировало быстро. Впереди шел хмурый, жилистый майор. Он цепким взглядом окинул штабель связанной охраны, разбитые витрины, закованных в броню гвардейцев и плавящийся гермозатвор.

Майор шагнул к Елене, безошибочно вычислив в ней командира. Козырнул, скривив губы в подобии официальной улыбки.

— Майор ИСБ Воронов, ваше сиятельство. Управление зафиксировало несанкционированное применение…

Он не договорил.

Снизу, из-под земли, донесся глухой, вибрирующий удар. Пол под ногами оперативников мелко задрожал. С потолка посыпалась белая крошка штукатурки.

Термитные заряды догорели. Огромная стальная створка гермозатвора, лишенная петель и замков, со страшным грохотом рухнула на каменные ступени, открывая зев темного провала.

Майор осекся, его взгляд скользнул по легким бронежилетам своих людей, вооруженных стандартными пистолетами-пулеметами, а затем переместился на гвардейцев Строгановых. В первой линии уже выстраивались бойцы, державшие в руках огромные, в человеческий рост, штурмовые щиты.

Скепсис на лице майора испарился, уступив место холодному расчету.

— Знаете, графиня, — Воронов положил руку на кобуру. — Мы тут налегке прибыли. Пожалуй, в этот раз ИСБ не сочтет зазорным поработать во второй линии. Если вы не против, мы прикроем вам спину.

— Не вопрос, майор. Держите дистанцию, — прозвучал из-под шлема голос Елены.

Тяжелые ботинки гвардейцев застучали по каменным ступеням. Впереди двигалась стена из трех щитов. Воздух в лестничном пролете был тяжелым, вентиляция не работала, видимость минимальная.

Они спустились на минус первый этаж. Широкий коридор, отделанный мрамором, уходил в темноту. Лампы аварийного освещения мигали, выхватывая куски пространства.

Первый сюрприз прилетел, когда авангард прошел пролет.

Из глубины коридора, из густой, черной тени, с характерным шипением вырвался огненный след.

— Контакт!

Снаряд врезался точно в центр одного из щитов. Мощный кинетический удар отбросил гвардейца назад. Здоровенный детина в тяжелой броне оторвался от пола, пролетел пару метров и с лязгом рухнул на спину. Щит выдержал, но запреградная травма была тяжелая.

Два гвардейца мгновенно вышагнули вперед, закрывая образовавшуюся брешь своими щитами. Из-за их спин ударили очереди штурмовых винтовок, заливая свинцом темноту коридора. Пули рикошетили от бетонных стен, высекая снопы искр.

Упавшего бойца тут же ухватили за лямки разгрузки и волоком утащили за угол лестничного пролета.

— Живой? — Воронов склонился над гвардейцем.

Тот хрипло закашлялся, сплевывая на пол, но поднял руку, показывая большой палец. Тяжелая броня и система гашения удара отработали на отлично.

— Твою же, — выдохнул майор ИСБ, глядя на дымящуюся воронку на щите. — У них там что, армейский арсенал?

— Хуже, — ответила Елена, передергивая затвор. — У них там мой муж.

Из темноты коридора ответили. Воздух загудел. Сквозь треск автоматов начали прорываться густые, багровые сгустки энергии. Кинетики противника работали слаженно, вливая в свои плетения чудовищную мощь. Один из таких сгустков врезался в стену рядом с позицией ИСБ, вырвав кусок бетона размером с приличный арбуз. Осколки брызнули во все стороны, заставив оперативников вжаться в пол.

— Да чтоб вас разорвало! — крикнул майор, стряхивая каменную крошку. — Это что за калибры⁈ У них там полевая артиллерия, мать их за ногу⁈ И уровень Кинетиков…! Откуда в подвале банка боевые Гамма и Бета⁈

Он лежал за бетонным выступом, глядя, как багровые сполохи освещают кромешную тьму.

Строгановские гвардейцы действовали без паники. Щитовики синхронно активировали пылевые барьеры — прямо поверх композитных щитов вспыхнули голубоватые энергетические полусферы. Два бойца в центре строя развернулись спинами к противнику, тяжело оседая на одно колено. На их разгрузках крепились массивные цилиндрические устройства. Щелчок — и генераторы мобильных барьеров загудели, накрывая весь авангард плотным, куполом защиты.

— Шаг! — скомандовал командир группы.

Стена щитов двинулась вперед. Медленно, неотвратимо, как каток. Из узких бойниц между щитами непрерывно били автоматы, методично подавляя огневые точки врага.

В лучах подствольных фонарей мелькали черные силуэты. Противник пытался маневрировать, перебегая от колонны к колонне. Один из силуэтов не успел нырнуть за укрытие. Пуля из винтовки Натальи пробила ему колено. Человек в черном рухнул на кафель, и выхватил еще парочку ранений, но даже не вскрикнул. Он попытался поднять свое оружие, целясь в приближающуюся стену щитов.

Елена подошла вплотную. Враг захрипел, изо рта на подбородок плеснула темная кровь, но он упрямо тянул ствол оружия вверх. Строганова хладнокровно, без малейших эмоций, наставила револьвер ему прямо в лицо.

Грохнул выстрел. Голова дернулась и откинулась на бетон.

Воронов, наблюдавший за этой сценой, судорожно сглотнул. Пленных не брали. Столичная аристократка только что оформила контрольный в голову с таким спокойствием, будто прихлопнула комара за чаепитием.

— Плохо, — тихо, почти про себя сказала Елена, глядя на труп. — Связи с ней до сих пор нет…

Наталья, меняя магазин на ходу, услышала.

— С кем с ней? — не выдержала рыжая княжна. Она высунулась из-за щита и выдала длинную очередь в сторону вспыхнувшего багрового барьера. Пылевые заряды легли кучно, защита вражеского Кинетика пошла трещинами и осыпалась. Боевик с простреленной грудью мешком вывалился из-за колонны прямо в открытый проем сейфового помещения.

— Он сам тебе расскажет. Если захочет, — жестко ответила графиня, беря себя в руки. Лицо под визором шлема было напряжено.

— Главное, чтобы было кому изливать душу, — огрызнулась Ростова, загоняя новый магазин. — Их тут как тараканов!

Сопротивление действительно росло в геометрической прогрессии. Минус первый этаж банка оказался непрямой улицей. Это был гигантский подземный лабиринт из депозитариев, технических коридоров и стальных решеток. Неизвестный противник использовал архитектуру на все сто. Укрепленные огневые точки возникали каждые пять метров.

Завязался настоящий позиционный бой.

— Медик! — раздался крик из второй линии.

Пошли первые потери. Один из оперативников ИСБ, неосторожно высунувшийся из-за угла, получил пулю в ключицу. Еще один схлопотал рикошет в ногу. «Трехсотых» среди людей Воронова было уже трое. Сказывалось отсутствие тяжелой брони, которая спасала строгановцев даже от прямых попаданий.

Отряд вынужденно остановился. Люди в черном быстро поняли, что пробить многослойную защиту гвардейцев только стрелковкой и базовыми плетениями не выйдет. Из темноты полетели гранаты.

Глухие взрывы сотрясали коридор. Осколки царапали щиты, но защита держала. И тогда противник сменил тактику.

Из глубины хранилища снова вырвался огненный след реактивного гранатомета. На этот раз стрелок целился не в щит. Заряд ударил в свод потолка прямо над головами отряда. А следом полыхнуло. Зажигательная смесь растеклась по полу, отрезая пути к отступлению. Вспыхнул едкий, черный пожар. Горела изоляция кабелей, плавился пластик панелей. Дым мгновенно заполнил узкое пространство, разъедая глаза и выжигая легкие.

— Отставить противогазы! — рявкнул Воронов. Он ткнул пальцем в своего оперативника, Кинетика Воздуха. — Сдуй эту дрянь, живо! Если наденем маски, потеряем и так скудный обзор, нас перестреляют по одному!

Оперативник кивнул, его глаза полыхнули белым светом. Он выставил вперед ладони, формируя жесткий воздушный поток. Ураганный порыв ветра ударил по коридору, снося клубы токсичного дыма и пламя в сторону вражеских позиций.

Но стоило дыму рассеяться, как снайпер из темноты сделал свой выстрел.

Рядом с Вороновым грузно осел еще один оперативник. Пуля без проблем пробила шлем. Мозги вышибло на пол.

— У нас проблемы! — крикнул майор ИСБ, хватая Елену за плечо. Лицо Воронова было перекошено от бешенства и бессилия. Его люди гибли. — Их слишком много! Мы тут ляжем все!

Строганова медленно повернула голову. Визор ее шлема был поднят. В глазах графини был виден такой арктический холод, что майор инстинктивно отдернул руку.

Она приблизилась к нему вплотную.

— Майор, — голос Елены был тихим, но пробирал до костей. — Вы и ваши люди сегодня ничего не видели. И никого не встречали. Вы поняли меня?

Воронов посмотрел на труп своего бойца, на оплавленные стены, на черную броню гвардейцев, которые без эмоций держали периметр, готовясь к новому рывку. Арифметика была проста как незамысловатый рисунок на заборе. Аудитор внизу. Армия профессионалов без опознавательных знаков. Секретные технологии…

Майор мрачно усмехнулся.

— Да тут все ляжет под гриф «особой важности», ваше сиятельство. Если мы вообще отсюда выберемся.

— Закрепляемся! — приказала Строганова, ее голос эхом разнесся по искореженному коридору. — Держать периметр!

Гвардейцы мгновенно перестроились, усилив мощность барьеров. Оперативники ИСБ рассредоточились за спинами строгановских, используя в качестве укрытий открытые стальные двери депозитариев.

Елена немного отошла назад. Графиня коснулась сенсора на внутренней стороне предплечья, переключаясь на закрытый канал связи. Воронов, присев за массивной дверью сейфа, тревожно наблюдал за графиней. Она активно с кем-то общалась, короткими, отрывистыми фразами отдавая команды. Лицо ее оставалось непроницаемым.

Майор сглотнул горькую слюну, перемешанную с бетонной пылью. Шансы уехать за полярный круг, охранять снег и белых медведей, с каждой минутой росли в геометрической прогрессии. Если, конечно, он не сдохнет прямо здесь, на минус первом этаже Имперского банка Екатеринбурга.

То, какая вакханалия творилась внутри здания, не укладывалось в голове бывалого оперативника. Еще вчера он занимался привычной рутиной: арестовывал зарвавшихся местных дворян, к примеру. А сейчас он будто провалился в портал и оказался на передовой полномасштабной войны.

Противник использовал армейские калибры, тяжелые плетения и тактику диверсионных подразделений. Но еще больше майора настораживала реакция самой графини Строгановой. Столичная аристократка, жена Аудитора, находилась в эпицентре огневого контакта и была спокойнее большей части его обстрелянных оперативников. Она руководила боем так, словно всю жизнь только и делала, что штурмовала бункеры.

— Кто они такие, черт возьми? — мысль пульсировала в голове Воронова. Слухи о личной гвардии Строганова ходили разные, но одно дело читать сухие рапорты, и совсем другое — видеть, как эти люди превращают банк в скотобойню.

Из мрачных раздумий майора вывел гулкий звук. По лестнице спускались тяжелые шаги. Материал ступеней стонал под чудовищным весом. На минус первый этаж шагнули пятеро. Воронов прищурился сквозь дым и осел еще ниже.

Если передовой отряд был просто закован в тяжелую броню, то эта пятерка никак не подходила под стандартную классификацию. Один из прибывших нес за спиной массивный ранец — еще один блок мобильного барьера, только вдвое больше тех, что уже работали на передовой.

Двое по бокам от него держали в руках не штурмовые винтовки. Это были полноценные крупнокалиберные пулеметы. Питание оружия шло не из магазинов, а напрямую из огромных металлических коробов, закрепленных за спинами бойцов, через гибкие лентопротяжные рукава. Броня гудела, компенсируя вес оружия.

Но настоящим шоком для Воронова стали последние двое.

Они больше походили на средневековых рыцарей, восставших из могил. Никакого огнестрельного оружия. В одной руке каждого — массивный штурмовой щит. В другой — длинный, прямой меч, кромки клинков светились холодным синим светом. От этих двоих исходило натуральное пылевое марево, искажающее воздух вокруг них, как над раскаленным асфальтом. Один из «рыцарей» остановился. Он медленно повернул закрытый шлем к Елене.

Графиня молча кивнула, но этого было достаточно.

Пятерка двинулась вперед. Гвардейцы из первого эшелона беззвучно расступились, пропуская коллег на острие атаки.

Боец с генератором активировал барьер. Пространство коридора накрыло плотным, почти непрозрачным сапфировым куполом. Вражеские снаряды и плазма начали вязнуть в нем, как мухи в янтаре.

Двое пулеметчиков шагнули по флангам. Они даже не стали прицеливаться. Синхронное нажатие на гашетки — и тьму коридора разорвали два сплошных трассирующих луча красного цвета. Раскатистый рев крупнокалиберных стволов ударил по перепонкам так, что Воронову показалось, будто у него лопнула голова.

Свет трассеров выхватил из темноты десятки черных силуэтов. Враг пытался укрыться за бетонными колоннами и стальными дверями, но пылевые заряды прошивали даже бетон насквозь. Майор и его люди стали свидетелями, как можно расстрелять бюджет небольшого города за несколько секунд. Колонны крошились, превращаясь в мелкое крошево. Людей в черном просто разрывало на куски. Оторванные конечности, брызги крови и куски брони летели во все стороны. Те, кто пытался выставить пылевые барьеры, погибали на секунду позже — пулеметчики методично, как косой, сбривали их защиту вместе с жизнями. При этом пятерка медленно шла вперед.

Двое «рыцарей» не отставали. Стоило какому-нибудь уцелевшему диверсанту попытаться приблизиться или метнуть гранату, как один из мечников делал неуловимый рывок. Взмах синего клинка — и враг оседал на пол, разрубленный пополам вместе с оружием и укрытием.

Майор Воронов вжался спиной в стальную дверь депозитария. Он смотрел на эту бойню, и его мир рушился. Он твердо уверился, что его карьера точно свернет в сторону северных границ государства.

— Чисто! — заговорил встроенный в шлем динамик одного из пулеметчиков.

Коридор представлял собой месиво из крови, бетона и гильз. Впереди был следующий гермозатвор. Елена шагнула из-за укрытия, на ходу перезаряжая револьвер.

— Вскрывайте, — холодно произнесла графиня.

Бойцы перешагнули через разорванные тела врагов, направляясь к следующей преграде.