Глава 20

Просыпалась я тяжело — вчерашний день выпил все соки. Круг моей ответственности ширился, а вместе с ним множились и проблемы. Что, если я не уберегу Уну? Ульрих не простит ни похищения, ни, тем более, смерти своей женщины. Он ведь отказался от альтеи, фактически от подарка богов, лишь бы быть с ней. Но разве я могла отказать? Сказать: «Нет, ирр, я против»? Наши едва налаженные отношения разлетелись бы в щепки.

Вчера мы проговорили с Теневым королем до поздней ночи, и теперь голова гудела. Ставлю себе «неуд» по истории Истрана. Нам явно не договаривали правду в школе, но могла ли я сама сделать верные выводы? Что я вообще соображала тогда, в первые годы после попадания, когда просто пыталась не сгинуть в этом мире?

В памяти всплывали фрагменты вчерашнего признания Ульриха:

'— Истран был всего лишь захолустным графством на окраине Иннергарда, — рассказывал Лорд. — Ни богатства, ни силы. Одаренных кот наплакал, казна пустая. Зато беженцев — толпы.

— Почему? — удивилась я. — Разве соседство с некромантами и их кровавые обряды никого не пугали? Сюда же свозили рабов для жертвоприношений. Кто мог гарантировать, что жрецам не приглянется случайный прохожий?

— У соседей было еще хуже, — вздохнул он. — Страшное время: голод, засуха, пожары. Даже горы не спасали, из-за лютых зим снег не сходил, трава не росла. Скот дох, запасы таяли. Иннергард умудрялся балансировать на грани выживания. Может, жертвоприношения Ашур действительно работали? Каждый пришедший надеялся, что алтарь и невольничий рынок обойдут его стороной'.

Я пыталась сопоставить это с тем, что читала в книгах, но там все выглядело куда радужнее. Похоже, историю и правда пишут победители. Значит, верить учебникам смысла нет, правды в них не больше, чем в сказках. Даже на сердце отлегло: не такая уж я и недоучка, просто первоисточники подвели. Но как быстро все забылось… Сменилось всего пара поколений, а человеческая память уже вытравила ужас тех лет.

'— Земля признала кучку Лордов, но некромантам это не понравилось. Они попытались выжечь всех, кого приняла территория.

— Земля? — я тогда едва не выронила кружку.

— Иннергард живой, гос-по-жа — протянул Ульрих с вкрадчивой интонацией жены. — Вся почва под ногами разумна. Она завязана на силу носителя: ни раса, ни возраст не важны, только чистый поток воли. Неугодный правитель здесь долго не задержится. Земля устраивает «коронацию» — Великий поединок, пробуя будущего лидера на вкус.

— А потом пришли Лорды… — медленно выговорила я.

— Потом правитель Иннергарда возжелал альтею Лорда, — поправил меня Ульрих. — Лорд настиг его, бросил вызов, и тайна Земли открылась. Истран отошел «вкусному» северянину, хоть и не тому, кто начал конфликт. Некроманты не простили, Лорд не отдал свою женщину. Так началась война'.

Земля живая. Разумная. Сама выбирает короля — не по доброте душевной, а по «вкусу» и силе. Я поежилась, вспомнив, как Ульрих смаковал это определение. Теперь стало ясно, о каком поединке твердил Тео. Это не просто драка на мечах, а состязание под приглядом стихии. Жуть какая-то. И Тео сейчас с Королем именно там.

'— Сигурд — властитель Истрана, но остальной Иннергард ему не подчиняется, — продолжал ирр. — Там Земля по-прежнему ждет своего короля и не противится некромантам. Племянник удерживает Истран почти на честном слове… Раньше эти пустыни и развалины никому не были нужны, а теперь это аукнулось. Сигурд сейчас в месте Силы. Готовится к Испытанию на полную власть. Справится ли? Он еще слишком молод…

— Ему есть к кому возвращаться, — прошептала я, глядя на колышущуюся ветку дерева у корпуса кочевников'.

Истран — самопровозглашенное государство. Просто потому, что Иннергард стерли с лица земли драконы всего за одну ночь. Власть была неполной. Земля не вступилась за проигравших некромантов. Она ждала. Достойного? Или «вкусного»? Стал ли таким Герольд, раз нежить так активизировалась? Или он — просто случайный некромант, решивший попытать удачу?

Вопросов стало больше. На что надеются заговорщики? Будь среди них кто-то сильнее Лордов, они бы давно забрали власть через ритуал. Разве нет? И зачем там Тео? Выходит, он — подстраховка на случай, если Сигурд не справится?

Господи, как же страшно! Жуткое решение, но логичное: получив полную поддержку Земли, Истран сможет не бояться даже гнева драконов за смерть Герольда. Да, экономика просядет, но войны не будет. Никто не рискнет связываться с Истраном, как некогда с Иннергардом.

Значит, мне остается только сидеть в гостинице и ждать. Ну и пусть я не участвую в великих битвах — я туда и не рвусь. Мне хватит моей «Кобылы» и мирного быта. Завоевание мира я с легким сердцем делегирую Тео.

Вздохнув, я спустилась на кухню. Заговоры заговорами, а дела не ждут. Нужно пересмотреть меню: говядину вчера не доставили, зато Хаммес привез гору крольчатины. Сильно извинялся, говорит, всех коров пустили на шашлык к свадьбе. Матушка моего «землевладельца» все-таки приняла вояку из ведомства Тео. Судя по слухам, служивый быстро построил всю округу.

Смена мяса не критична, но выбиваться из концепции не хотелось. Тем более я решила разделить меню для разных залов. Опыт ресторации лея Амилье не прошел даром: незачем предлагать простым горожанам кроличьи почки в вине — не оценят ни изыска, ни цены. А знать не обрадуется простому картофелю. Новому формату — быть!

На кухне жизнь била ключом: Амира дирижировала поварятами с помощью огромной поварешки, умудрившись припрячь к делу даже моих «лисят». Пуффе, кажется, был только рад — мальчишка грезит кулинарией. Надо будет все же отправить его в училище. Свои люди на ключевых позициях — это спокойный сон, хоть в гостинице, хоть в модном доме, который я все еще планирую открыть.

Кстати, о ключевых позициях. Я поискала глазами Анри. Его стойка сияла стерильной чистотой — плохой признак. Неужели гордость перевесила здравый смысл и он решил не извиняться?

— Прислал записку, что сегодня не выйдет, — раздался за спиной голос Амиры.

Я обернулась. Повариха вытирала руки полотенцем, скептически поджав губы.

— Сказал, нужен еще день «отдохнуть». Но прислал образцы новых пирожных и список продуктов — поработает дома, а завтра придет уже с готовым. Извиняется, значит, на свой манер.

Я посмотрела на стол, куда она указывала, и невольно ахнула. Эклеры! Золотистые, манящие… Не удержалась, цапнула один и едва не зажмурилась от восторга. Вкуснотища. Может, Анри и правда нужно время перегореть? Как кондитер он бесценен, а вот как человек… В любом случае, Пуффе я к нему помощником приставлю, пусть впитывает мастерство, пока тот не уволился или его не прибили великаны.

— Продукты отправили?

— А как же. Такие пирожные — загляденье! Асек вон одно ухватил, а остальные грудью защищал: мол, леечка спустится и все сама съест.

Амира хитро прищурилась, а я с сожалением покосилась на блюдо. Съела бы. Однозначно. Но скоро свадьба, а мои обещания похудеть вечно разбиваются о «душевные терзания» и разряженные магические светильники. Как тут без сдобы выжить?

— Отнеси гостям, лее Уне, — распорядилась я, решительно отодвигая тарелку.

Пусть степнячка порадуется. Интересно все же, как ее судьба свела с Теневым королем? Может, спросить при случае?

— По меню все в порядке? — я переключилась на подошедшую Ирну.

— Пришлось убрать стейки, — вдовушка недовольно поморщилась. Я атаковала ее рабочими вопросами так быстро, что мы даже не поздоровались. — Некоторые посетители уже успели высказать недовольство. Кролик — это, конечно, хорошо, но мужчинам подавай мясо посерьезнее.

Я удивленно вскинула брови. Кто это у нас с утра пораньше требует прожаренный кусок мяса?

Ирна пожала плечами — мол, она тут ни при чем. Верю, вдовушка стейки не рекламировала, но ситуация паршивая. Каждое официантское «к сожалению, этого блюда нет» звучит как признание: моя «ресторация» в подметки не годится заведению лея Амилье.

А хочу ли я сдаваться? Определенно нет! Тягаться с министерским зятьком в лоб — самоубийство, а действовать исподтишка не позволяет совесть. Значит, будем играть честно. Или хотя бы сохранять видимость. Надо бы напомнить лею Миксону про наш альманах-путеводитель.

Печатник все упрямится насчет скидочных карточек, а я настаиваю: накопительный дисконт, пусть и крошечный, творит чудеса. Цена журнала покроет изготовление костяных «визиток», зато какой стимул! Мелочь, а душу греет.

Я нашла глазами Асека и поманила его жестом. Работа не ждет. Глядя на блюдо, я едва не сорвалась на второй эклер, но вовремя взяла себя в руки. С моим «железным» характером лишние килограммы — это приговор: никакой демон не выгонит меня на пробежку. Так что лучше и не начинать.

— Гнилой он, — внезапно бросила Амира, стоило Асеку отойти.

— Кто? — я встревоженно обернулась. Неужели я проглядела, как кто-то из моих мальчишек свернул не туда? Неужели Тео прав и я порчу им жизни?

— Анри, — отрезала повариха.

Тьфу ты! Я уже и думать о нем забыла. Ирна густо покраснела, будто упрек предназначался ей. Я ее понимала: об их романе знала каждая кастрюля на кухне, вдовушка и не думала скрываться, упиваясь своим коротким счастьем. Коллеги ждали, что я ее одерну, но как я могла? Зная, через что прошла Ирна, отобрать у нее это мгновение любовной лихорадки было бы преступлением.

Зато сейчас она успешно «переболела» кондитером. Ирна вовсю готовилась к свадьбе: вышивала приданое и тайком откладывала на свой угол. Крэг тоже не сидел сложа руки, с моей помощью он уже выкупил домик у западных ворот. Но это сюрприз, экономке знать об этом пока не положено. Пусть порадуется в свое время.

— Посмотрим, как он доработает контракт. Куда ему деваться? — я постаралась звучать уверенно.

— Добрая вы, леечка, — Амира неодобрительно качнула головой. — Ох, поплачем мы еще с этим мужиком.

Я лишь плечами пожала. Не сомневаюсь. Но мне по-человечески жаль этого неглупого, амбициозного человека. Плохо ли хотеть для себя лучшей доли? Конечно, его эгоизм переходит все границы, но все же…

Покосившись на эклеры, я волевым усилием заставила себя уйти. Хватит соблазнов. Подхватив миску творога с медом, я вышла в общий зал. Крыло для простых горожан сейчас, казалось, уютнее — смотреть на кислые мины в ВИП-зале этим утром не было никаких сил.

Посетителей почти не осталось: утренние работяги разошлись, а новая смена еще не подтянулась. Самое время для завтрака в спасительной тишине. Наверняка обе гостиницы в итоге отойдут Ларру, если Тео запретит мне вести дела. Жена-торговка — это удар по репутации ирра. Самому Эмерти на слухи плевать, но мне не хотелось пачкать род, к которому будут принадлежать мои дети. Окружающие и так не забудут моего происхождения. Может, удастся прикрыться Ирной как ширмой и все же открыть модный дом? А если нет? Чем тогда заниматься? Благотворительностью?

Раньше я не загадывала так далеко, но теперь знала точно: браку быть. Тео обещал вернуться, и я верила — приползет, если надо. Мы обе ждем своих мужчин: я — Тео, а Мила — своего Короля. Кажется, девочка наконец влюбилась по-настоящему. Или в образ Сигурда, или в него самого, неважно, главное, она грезит его возвращением.

— Тина, ты точно не влезешь в свадебное платье! — проворчали над ухом.

Грэгорик бесцеремонно обогнул стол и уселся напротив. Я удивленно вскинула брови. После того памятного «допроса» в министерстве мы не виделись. Не скажу, что я скучала, но его внезапная фамильярность сбивала с толку. Грэг никогда не был мне другом. Он — боевой товарищ Тео, преданный пес Сигурда, но не мой союзник. Я это помнила всегда, поэтому и не доверяла ему до конца. По-человечески он вел себя только в моменты полного «абзаца» в моей жизни.

Я невольно прислушалась к себе: неужели все настолько плохо, раз оборотень решил побыть «миленьким»? Вроде бы нет. Да, я снова одна, за моей головой все еще охотится Герольд, но в остальном-то…

— И тебе здравствуй, — я спокойно отсалютовала ложечкой. — Какими судьбами?

— Я что, не могу заглянуть просто так?

Я на мгновение задумалась, даже не пытаясь скрыть скепсиса.

— Нет. Если только не планируешь поесть за мой счет, — я улыбнулась как можно ехиднее.

— Можно подумать, я ни разу не платил! — Грэг картинно возмутился, но, наткнувшись на мой взгляд, озадаченно почесал затылок. — Что, серьезно ни разу? А для друга жалко?

Я молча отправила в рот очередную ложку творога. Друга? Он серьезно думает, что я забыла ту историю с маньяком?

— Ладно, сегодня я заплачу! Тем более что новости у меня потрясающие, они точно стоят вкусного обеда.

— Может, завтрака? — я заинтересованно вскинула бровь. Хорошие новости, касающиеся меня — это всегда любопытно.

— Именно обеда! Тушеной крольчатины и того самого са-ла-та, — он по слогам выговорил новое слово, — который подавали в прошлый раз.

Я вздохнула. Хаммес не привозит мне кроликов по доброте душевной, с чего бы мне кормить оборотня бесплатно? Но если новости стоящие… вдруг он что-то знает о Тео? Я подозвала официанта и дождалась, пока Грэг перечислит свой внушительный список пожеланий.

— Так что за новости? — спросила я, стараясь не выдать нетерпения. Мой персонал уже работал как часы: можно было не сомневаться, что заказ принесут быстро.

— Вчера Хоупси принимал эльфийское посольство, — Грэгорик многозначительно заиграл бровями. — И те сообщили любопытные вещи.

— Например? — я искренне не понимала, какое мне дело до политических сплетен.

— Что на эльфийский трон после переворота сел некий Хьюго Первый из рода Клинового Листа. Шестой претендент в очереди. За него отреклась мать, ирра Леонтия — и от своего имени, и от имени старшего сына.

Я замерла, осмысливая услышанное. Ирра Леонтия… Хьюго Первый… Неужели речь о Хью? Младшем брате Тео? Я вспомнила, как внезапно сорвались и уехали родители моего жениха, оставив особняк под глухой защитой артефактов. Тогда говорили про день рождения родственников, а на деле — переворот? В эльфийских лесах случилась смена власти? Я испуганно ахнула.

— Поняла, я смотрю? — Грэг довольно сощурился.

— Н-но как⁈

— А вот так. Зато у Истрана теперь есть поддержка перворожденных. Посол прямым текстом заявил: Хьюго Первый согласился на престол только на определенных условиях.

Я едва не поперхнулась творогом. Хью короновали чуть ли не насильно? Могли ли родители Тео пойти на такую многоходовку, чтобы обеспечить старшему сыну надежный тыл? Вполне в их духе. Ирра Леонтия и ее муж — политики до мозга костей, но своих детей они любили по-настоящему.

Помощь эльфов — это колоссальная сила. Даже если у Тео что-то пойдет не так с поединком за земли Иннергарда, драконы трижды подумают, прежде чем выступить против Светлого Леса и Истрана. А если добавить к этому союзу берсерков… Против такой коалиции пойдут только самоубийцы.

Я уже открыла рот, чтобы выразить восторг, но тут мой взгляд упал на общий зал. Муся. Она никогда не выходила к людям просто так, слишком болезненно реагировала на тыканье пальцами. А сейчас она буквально висла на руке Крэга, что-то лихорадочно выспрашивая. По залу пополз шепоток, посетители начали оборачиваться.

В груди кольнуло. Муся едва не плакала, а Крэг выглядел необычайно хмурым.

— И судя по тому, что говорил посол… — продолжал Грэгорик.

— Грэг, минутку, — я прервала его жестом. — Мне нужно отойти.

Новости об эльфийском троне — это где-то там, далеко. А Муся — здесь, под боком, и она «моя». Ее слезы волновали меня куда больше политических интриг. Я не собиралась игнорировать оборотня, просто… эта тревога, впившаяся в мозг раскаленным прутом, не давала усидеть на месте. К тому же я боялась за Мусю: люди злые, ляпнут гадость, а великаны потом разнесут мне гостиницу.

Может, опять стул сломала под своим весом? Но почему она так мечется?

— Не видел? Сынок говорил, что тут буде… — донеслось до меня расстроенное причитание троллихи. Она растерянно озиралась по сторонам.

— Возможно, на кухне? — предположил Крэг, обращаясь к ней. — Амира часто дает поручения Грю. Говорит, он исполнительнее «лисят».

— Нету на кухне! — Муся всхлипнула, комкая передник. — И в загоне нету. Он сказал, пойдет за водой и… и все. Нету Грю, леечка!

«Ленивые лисята»! Я фыркнула. Скорее уж хитрые не по годам: проще притвориться уставшим, чтобы улизнуть от мытья котлов на «секретное задание». А Грю работа на кухне нравилась. Амира не видела в нем ребенка и относилась со всей строгостью — на фоне материнской гиперопеки ему явно хотелось почувствовать себя взрослым.

— Доброго утра. Что-то стряслось? — подошла я ближе.

— Грю с рассвета пропал! — пожаловалась троллиха, смущенно косясь на любопытных посетителей. — Обещал помочь с лошадьми, и след простыл.

— Может, и правда на кухне? Не смотрела?

Я не разделяла ее паники. Что может случиться в «Кобыле»? Защита здесь не хуже, чем в королевском дворце, да еще и благословение богини.

— Точно! Кухня! — воодушевилась Муся и, удивительно ловко лавируя между столиками, поспешила прочь.

— Волнуется, — протянул Крэг, провожая ее взглядом. — За кутенка и собака — лев. А иногда и наседка страшнее льва.

— Ой, кто бы говорил, — усмехнулась я. — А кто вчера великанов метал?

Висельник досадливо крякнул, но взгляда не отвел. Конечно, мне доложили. Один из северян решил приударить за Асуной, и бедная девчонка не знала, куда деться от этого громилы в шрамах и ритуальных косичках.

Крэг, к которому прибежала перепуганная Ирна, разбираться не стал. Даром что доходил гостю до плеча — рванул так, что тот едва зубы не растерял. Маххабат потом долго втирал соотечественнику, что не стоит переть буром на бешеного пса, защищающего семью. Крэг на сравнение только ухмыльнулся. А вот у Ирны в тот момент, по словам Асека, в глазах сияло звездное небо. Глядя, как она теперь смотрит на жениха, я понимала: пора искать новую управляющую, вдовушка явно нацелилась в декрет. Следить за залом у нее получалось все хуже.

— Так я на то и отец, — просто пожал плечами вышибала, возвращаясь к своим обязанностям.

Я лишь улыбнулась. Знаю, как Крэгу дорого это короткое «отец». Видно же, как суровый мужик тает, когда дочки Ирны, осмелев, начали его так называть. Хороший он человек, заслужил свое маленькое счастье. Главное, чтобы вдовушка не сглупила — зная ее тягу покрутить хвостом ради чужого восхищения, за их семейную идиллию все еще боязно.

К Ирне подбежал официант и что-то зашептал. Лицо управляющей тут же вытянулось. Она бросила на нас с Крэгом тревожный взгляд и, поколебавшись, двинулась к нам. Раз сама не решилась разрулить, значит, дело дрянь.

— Лея, там на кухне… Муся… — Ирна замялась, подбирая слова.

— Что Муся? — я нахмурилась. Троллиха ушла всего пару минут назад. Что она успела? Опрокинуть котел с похлебкой?

— Грю… он ведь ушел, а Муся решила…

— Куда ушел?

— Так с продуктами к Анри!

— Тц! Да толком объясни!

Ирна лишь беспомощно развела руками. Ясно, «испорченный телефон». Игнорируя возмущенное сопение Грэгорика, я решительно направилась на кухню. Сплетни подождут, тут запахло реальной проблемой.

На кухне, слава богам, все было цело, но Муся сидела прямо на полу и размазывала слезы по лицу. Амира со смущенным видом поглаживала ее по плечу.

— Леечка, Грю… мой Грю! — Муся вскинулась и завыла еще громче.

— Да что с ним? Ожегся? Порезался? — я теряла терпение.

— Ушел! — выдала троллиха между всхлипами.

— Амира, объясни ты, — я повернулась к поварихе.

— Помните, Анри утром прислал эклеры? — вздохнула та. — И список продуктов. Обещал доделать торты дома. Корзина вышла неподъемная, «лисят» под рукой не оказалось, и Грю сам вызвался помочь. Взял одного из великанов в сопровождение и ушел.

— И в чем трагедия? — я все еще не понимала причин истерики.

— С рассветом ушел, — Муся вцепилась в мой подол. — Солнце уже в зените, а его нет! Сердце материнское вещает — беда, леечка!

Я быстро прикинула: сейчас около десяти утра, а светает в половине пятого. Пять часов на доставку корзины? Где вообще живет этот кондитер?

— Муся, ну что может произойти? Грю под защитой великана. Северянин скорее умрет, чем даст его в обиду, — я старалась говорить убедительно, хотя внутри скребли кошки. — Скорее верю, что Анри просто закармливает мальчика пирожными, чтобы загладить вину. Потерять место в «Кобыле» он боится больше всего на свете.

Я утешала ее, а сама лихорадочно прикидывала: насколько мстителен наш кондитер? Труслив — да, но способен ли он на подлость в отношении ребенка? Вряд ли, если рядом стоит живая гора мышц в виде северянина. Анри — тип скользкий, ему выгоднее использовать Грю, чтобы вернуть мое расположение, а не вредить ему.

— Для твоего спокойствия я пошлю людей по адресу, — я кивнула Варсу.

Мальчишка-лисенок уже стоял рядом, внимательно слушая разговор. У Варса был талант просачиваться в любые щели незамеченным. Он отложил ложку и бросил на Мусю сочувственный взгляд.

— Все слышал?

— Найти квартиру кондитера, проверить Грю, вернуться, — отчеканил он.

Глядя на его выправку, я в очередной раз подумала, что Тео был прав. Кому-то из ребят нужна дисциплина. Может, и правда пристроить Варса в кадетское училище? Без протекции ему выше рядового не прыгнуть, но моя рекомендация — это путевка в жизнь. Вернется Тео, обязательно обсудим судьбу мальчишек. Уилли уже учится на секретаря, нельзя и остальных бросать.

— Вот адрес, Анри с запиской прислал, — Амира протянула клочок серой бумаги.

— Он просил прислать именно Грю? — уточнила я, изучая незнакомое название улицы.

— Нет, просто попросил пару ребят помочь с тяжелой корзиной.

Я кивнула. Значит, умысла не было. Скорее всего, Грю просто ждет, пока кондитер допечет обещанные торты, чтобы не ходить дважды. Лишняя беготня, но ради спокойствия Муси — пусть будет. Я протянула бумажку Варсу.

— Знаешь, где это?

Мальчик беззвучно шевельнул губами, читая адрес, и уверенно кивнул:

— Тут недалеко, в часе ходьбы.

Я едва не присвистнула. Час ходьбы? Далековато жил кондитер, а ведь на работу исправно являлся с рассветом. Задержка тролленка становилась объяснимой: пока дошли, пока ждали коробки… Наверняка сейчас Грю уже пыхтит по дороге назад, нагруженный сладостями.

— Я мигом, стрелой туда и обратно! — обнадежил троллиху Варс и шмыгнул за дверь.

— Видишь, Муся, час только в одну сторону, — я погладила ее по плечу. — Туда, обратно, да подождать, пока Анри все упакует. С Грю один из людей Маххабата, кто в здравом уме полезет на великана? Все хорошо будет.

Муся понемногу успокаивалась, вслушиваясь в мой голос. Неуверенно кивнула, вытирая лицо краем платка. Только бы снова не завела шарманку про «материнское сердце»!

— Можа вы и правы, леечка. Тревожно просто, скоро ж уезжать. Дома оно всяко лучше, а там — незнамо как…

Я невольно улыбнулась. Гостиницу она считала домом. Не родную деревню, а мою «Кобылу». Значит, я все делаю правильно, если стала для них семьей. Истерика Муси была понятна: страх за будущее, тревога за сына, а тут еще этот скандал с Анри. Хотя что Анри? Трус он, а не злодей. Наверняка решил «подсластить» Грю ожидание пирожными, чтобы через ребенка заслужить прощение матери. Хитро, по-анривски. Глядишь, и извиняться прилюдно не придется — «хлеб примирения» уже будет разделен.

— Лей Грэгорик заказывает третью кружку пива, — встряла официантка, нагружая поднос. — Он и в этот раз платить не собирается?

Я понимала ее раздражение. Ребята жили на чаевые, а Грэг, при всей его любви к сервису, никогда не оставлял ни монетки. Беготни с ним много, а толку — ноль. Персонал видел мое отношение к безопаснику, поэтому не стеснялся в открытую негодовать.

— Выпиши чек, я сама ему его торжественно вручу.

Официантка просияла. Поняла: чаевых не видать, но посмотреть на физиономию оборотня, когда тот поймет, что халява кончилась — бесценно. Конечно, Грэг намекал на бесплатный обед в обмен на сплетни, но пока его новости на тушеного кролика не тянули. Хотя… вдруг он припас еще что-то интересное? Пожалуй, пора возвращаться. Некрасиво бросать гостя на полпути, да и счет сам себя не оплатит.

Я проводила взглядом тяжело поднимающуюся Мусю и еще раз кивнула своим мыслям: где Анри, а где кулаки великана? Кондитер слишком труслив для беспредела, но достаточно хитер, чтобы подкупить ребенка куском торта. Все равно троллям скоро уезжать, а эклеры — явный белый флаг. Не знаю, кого я успокаивала больше: ее или себя, но оставалось только ждать.

Вздохнула, вспомнив о сладостях. Жаль, что нельзя. Моего запала на похудение обычно хватает на пару дней, но сейчас я твердо решила не сдаваться. Загореться идеей легко, а вот заставлять себя следовать плану день за днем — выше моих сил. И пусть столичные дамочки называют меня толстухой. Что с того? Тео и его «зверь» станут меньше меня любить? Вряд ли, если верить историям об альтеях.

— Вот, лея, аккурат все съеденное за сегодня.

Я взяла протянутый официанткой «чек». Больше он напоминал развернутый лист с картинками. Мы ввели такие счета после того, как один «достопочтимый» ром пытался обвинить нас в грабеже, утверждая, что ел простые почки, а не деликатес в вине. Оказалось, он был в сговоре со стражником. С тех пор в меню и счетах у нас красуются реалистичные изображения блюд, а сумма продублирована понятными кружочками: медяшки, серебро, золото.

Пробежалась глазами по листу и едва не присвистнула. Неплохо Грэгорик разгулялся, пока я была на кухне! И когда только успел? Намекал на кролика с салатом, а заказал чуть ли не целую тушку и огромную тарелку моего «греческого». Наглость высшей пробы.

Передернув плечами и прихватив стакан с травяным отваром, я решительно толкнула дверь в зал. Грэг все так же сидел за столом, с аппетитом уничтожая салат. Доволен жизнью, подлец, и даже не догадывается, какой «сюрприз» я ему несу.

— А у тебя в зале что-то изменилось… Только вот что? — он радостно осклабился, заметив меня.

— Скатерти убрала, — нехотя призналась я, усаживаясь напротив.

Крольчатины на тарелке заметно поубавилось. Я положила счет на край стола картинками вниз, решив приберечь главный аргумент на десерт.

Решение убрать скатерти облегчило жизнь прачке: горожане не церемонились, вытирая руки о ткань и разливая соус. Чистые выскобленные столешницы смотрелись не хуже, а в будущем я, возможно, придумаю магические салфетки. Но пока — простота и практичность.

— Поскупилась? — хмыкнул Грэг.

Я не стала возмущаться, на меня снизошло вдохновение:

— Дела идут не так гладко, приходится сокращать расходы, — печально вздохнула я. — Кстати, вот счет.

Официанты у сцены так и замерли. Всем хотелось увидеть этот момент. Я и сама с садистским удовольствием наблюдала за округляющимися глазами оборотня.

Надо отдать должное, лист он взял спокойно, продолжая жевать салат. Но чем дольше он изучал картинки, тем медленнее двигались его челюсти. Пять серебряных монет — сумма внушительная, но ведь и заказал он не кашу! Грэг задумчиво отхлебнул пива.

— Не любишь ты меня, Тинка, — выдал он обиженно.

К моему разочарованию, спорить он не стал, а потянулся к кошельку.

— Не люблю, — буркнула я. Представление сорвалось, Грэг внезапно проявил мужскую сознательность.

— Непонятно только почему, — отозвался он, аккуратно отсчитывая блестящие кругляши. Под моим пристальным взглядом он даже отсыпал пару медяшек «на чай». Не иначе как завтра выпадет снег.

— А что там лей Арсен? — сменила я тему, решив не обсуждать очевидное «почему».

— Притих, гад, — зло буркнул Грэг, косясь на кучку денег. Одну медяшку он все же утянул обратно в карман — скупость победила. — Делает вид, что раскаялся и ошибся.

— Он искренне верит, что действует во благо Истрана, — я покачала головой, намеренно оставляя двусмысленность: то ли я про его политику, то ли про его манеру забирать сдачу.

— Можно подумать, без короля им станет лучше!

— Грэг, — я понизила голос, — а может ли быть, что уцелел кто-то из прошлой правящей династии? Какой-нибудь бастард?

Грэгорик замер с кружкой у самого рта, и в его взгляде на мгновение промелькнула тень, которую я раньше у него не замечала.

Эта мысль грызла меня давно. Что, если некромант на границе — потомок прежних королей? Драконы выжгли столицу за ночь, не щадя никого, но ведь существуют летние резиденции, охотничьи домики… бастарды от фавориток, спрятанные в глуши подальше от дворцовых интриг. Если тогда этот наследник был ребенком, то сейчас он как раз вошел в силу и оброс связями.

— И молчал столько лет? Глупости! — Грэгорик решительно тряхнул головой. — Тео и Его Величество уже проверяли эту версию.

Ну да, наивно с моей стороны полагать, что служба безопасности зря ест свой хлеб. Тео не дурак, он просчитал все на десять ходов вперед. Но во что тогда так истово верит лей Арсен?

— Почему бы его просто не взять? Тихонько, за решетку… Пытки, иглы под ногти, — я неопределенно махнула рукой, стараясь не визуализировать сказанное. Позиция наименьшего зла, о которой когда-то твердил Тео. Кажется, я начинаю с ним соглашаться: иногда это оправдано.

— А ты кровожадная, Тина, — Грэгорик замер, перестав жевать. — Арсен слишком публичен, его исчезновение не пройдет незамеченным.

— Устройте показательные розыски. Пропал, ищем, виним врагов государства. Делов-то.

— Вы с Тео — два сапога пара, — пробормотал оборотень — Только вот Арсен на каждом углу трезвонит, что в ссоре с Эмерти. Если он пропадет, толпа сразу поймет, в чью сторону смотреть.

— Думаешь, Тео есть дело до мнения толпы?

— Тео — нет, он привык быть «Демоном Истрана». Но ты стала его слабым местом. Тебя просто растерзают сподвижники Арсена. Пустят слух, что это ты во всем виновата, и никакие стены «Кобылы» не спасут.

Я вздохнула. А ведь была надежда, что стоит прижать заговорщиков, и все прояснится. Самой стало жутко от своих мыслей: неужели я всерьез расстроилась из-за того, что человека не замучают ради информации? Тео со своими идеями явно на меня плохо влияет.

Но что, если не «истинный властитель»? Арсен не похож на дурака, его вера должна на чем-то держаться.

— А вообще, не бери в голову, Тинка. Думать — дело совсем не бабское.

Я едва не поперхнулась отваром. Ну конечно. Сиди, дрожи и жди развязки. Я неприязненно посмотрела на оборотня. Видимо, именно с этой позиции он решил рискнуть моей жизнью несколько лет назад. Женщина ведь что? Женщина забудет.

Но, кто сказал, что я забуду?