Глава 30

Я попыталась сесть, чтобы хоть немного оглядеться, но Тео не позволил. Его руки, все еще непривычно тяжелые и горячие, сжались крепче, прижимая меня к себе, как самую большую драгоценность в мире. Я вздохнула и прильнула в магу теснее, решив не сопротивляться. Видимо, ишхасс запустил процесс регенерации, и сейчас ему были жизненно необходимы эти «обнимашки», чтобы окончательно вернуть человеческую суть… От жениха пахло хвоей, снегом и немного — паленой шерстью.

— Тео, слышишь… ты там живой? — подал голос Сигурд. Король перевернулся на бок, с трудом подпирая голову рукой и разглядывая нас. — После полной трансформации, да еще в течение такого времени… Это же огромная нагрузка на сердце, брат. Не боишься, что оно просто лопнет?

— Заткнись, Сиг, — глухо ответил Тео, бубня мне прямо в ключицу. Его дыхание было прерывистым, но в нем уже не слышалось того страшного утробного рыка как в пещере.

— А, демон тебя задери, — с какой-то досадой протянул король. — Ты ж со своей альтеей. Ну, значит, ты сейчас быстренько приходишь в себя и потащишь меня до города. Я, кажется, ноги стер по самые уши.

— Держи карман шире, — фыркнул Тео, щекоча дыханием мою кожу.

Я невольно втянула голову в плечи, хотя и было щекотно и немножечко стыдно, но все же казалось удивительно правильным вот так лежать на холодной земле, слушая их привычные перепалки. Будто бы меня наконец признали равной перед самым важным другом и пустили в семью. Я была уверенна, что вот такая атмосфера куда более домашняя и важная для Тео, чем даже жизнь в особняке ирры Леонтии.

— Нет, ну правда, — Сигурд не унимался, и в его голосе сквозила искренняя, неприкрытая обида. — Я сегодня, демоны тебя задери, самое пострадавшее лицо! Сначала ритуал на перевале, потом этот Хоупси со своей маленькой армией… Гонка через полстраны, пара сотен голов нежити по пути. А под конец еще и к земле пришлось обращаться. Эта пустыня, голодавшая последние лет пятьдесят, выпила из меня все соки. Я пустой, как дырявый кувшин!

— Пусть великаны несут, — пробормотал Тео, все так же не желая отрываться от моей шеи. — Они вроде как провинившаяся сторона. К тому же, им полезно размяться после такого простоя.

Король хмыкнул, принимая эту идею, и перевел взгляд на Маххабата. Предводитель северян сидел чуть поодаль, угрюмо глядя на завал, похоронивший его людей. Великаны, в принципе, вели себя очень тихо, после того как мы выбрались из пещеры.

— Да, кстати, ирр Маххабат, — Сигурд прищурился, и его взгляд стал острым и цепким. — Откуда вы знаете такие удивительные и, скажем откровенно, давно забытые ритуальные слова? «Во славу и по воле»… Это ведь не из тех песенок, что поют у костров на севере.

Я замерла. Внутри снова шевельнулась тревога. Ведь и правда — великаны знали о Ашур куда больше, чем полагалось обычным наемникам.

Маххабат тяжело вздохнул. Мне показалось, что северянин всеми силами старался избежать этого разговора. Он не смотрел на нас, его взгляд был прикован к собственным рукам, на которых еще виднелись багровые следы от выжженных рун.

— Это не та история, которой можно гордиться, — нехотя отозвался предводитель великанов, — мы не всегда жили в горах. Но всегда воевали… Тогда боги чаще вмешивались в дела людей и своих последователей в конфликты тоже вмешивали. А получить силу не всегда получалось только молитвами, и не всегда жизней пленных или рабов хватало, приходилось кем-то жертвовать…

— Вы раньше поклонялись Ашур, — осенило меня, и я даже приподнялась на локте, несмотря на сопротивление Тео. — По каким-то причинам вас осталось мало, вы вымирали… и вы искали тех, кто может разбавить вашу кровь без вырождения основной ветви.

В памяти всплыли слова Дарвина, которые он обронил когда-то в «Кобыле», потягивая эль. Тогда они показались мне просто циничной байкой: «Их кровь ведь не в каждом приживается. Вот они и нашли лет пятьсот назад племя троллей… Тщательно следят: в ком кровь проснулась — забирают, а остальные пусть дальше размножаются. Сами бы давно выродились, но жениться на троллихе для них позор».

Маххабат нехотя кивнул, подтверждая мои догадки.

— Интересно, — отозвался Тео. Он наконец-то немного ослабил хватку, позволяя мне сесть, но руку с моей талии не убрал. — Поэтому вы сменили покровительницу на столь… незначительное божество? Решили спрятаться в тени чужих алтарей?

— Масура не была нашей богиней. Она благоволила троллям. Мы лишь… заключили союз.

— Власть над Живым древом была дарована первому общему потомку, — внезапно подал голос Грю со своем камня, где расположился после спасения из пещеры. — Тролли тоже вырождались без притока новой крови. Запертые в горах после землетрясений, они оказались отрезаны от остальных тролльих племен. Знания терялись, даже столь невеликие, коими обладали тролли, а племя медленно угасало. Масура дала шанс своим детям выжить, приняв великанов.

Я поджала губы, чувствуя, как внутри закипает холодное негодование. Значит, все это «благородство» северных воинов — лишь красивая обертка? Великанам по факту не хотелось помогать троллям. Они просто использовали их как инкубаторы, присвоили себе власть над чудо-деревцем, а самих троллей превратили едва ли не в скот для удовлетворения своих потребностей в «свежей крови». Фу, какая гадость! И после этого они еще рассуждали о чести и позоре, когда речь заходила о браке Маххабата и Муси.

Я посмотрела на Грю, потом на понурого Маххабата. Может быть, Муся и Грю — это не просто «достояние народа», а их единственный шанс на настоящее искупление? Шанс наконец-то стать семьей, а не селекционерами, вымеряющими чистоту породы.

— Похоже, ваше «Живое древо» начало гнить с корней гораздо раньше, чем пришел Герольд, — тихо заметила я.

Тео притянул меня ближе, словно чувствуя мою вспышку злости. Сейчас я злилась и на великанов, и на Эмерти, упрямо удерживающего меня в полулежащем состоянии. Я смотрелась глупо! Я завозилась, отчаянно пытаясь принять вертикальное положение. Тело затекло, а в голове все еще гудел недавний обвал.

— Лежи, женщина! — рыкнул Тео, даже не открывая глаз. Его голос, все еще низкий и вибрирующий после трансформации, пробрал меня до самых костей.

— Ну уж нет! Мне неудобно. Тебе надо — ты и лежи на земле, а я устала!

Наконец мне удалось высвободиться из его железной хватки и сесть, но радость свободы была недолгой. Эмерти, не меняя горизонтального положения, просто перекатился на живот и одной рукой обхватил меня вокруг бедер, до неприличия тесно прижавшись лбом к моим коленям. Его плечи все еще крупно подрагивали, а кожа под рубашкой была горячей, как печной кирпич — я видела, что восстановление дается ему нелегко.

— Ха! Теодор Эмерти, грозный начальник Управления безопасности, послушно выполняет все пожелания своей невесты, разве что хвостом не виляет, — Сигурд, привалившись спиной к валуну, наблюдал за нами с ехидной ухмылкой.

— Ты просто завидуешь, — глухо отозвался Тео, и его голос донесся до меня откуда-то из складок моей юбки. — Завидуешь, что тебе некого пообнимать.

— Мне это не нужно! — фыркнул король, хотя в его глазах на мгновение промелькнула тоска. — Я не такой слабак, я буду регенерировать сам, без всяких там нежностей.

— Я обязательно передам ваши слова Миле, — почти пропела я, не удержавшись. Улыбка сама собой расползлась по лицу, несмотря на всю ту жуть, что осталась за нашей спиной. — Уверена, ей будет интересно узнать ваше мнение о нежностях.

— Да передавай кому угодно… — Сигурд начал было отмахиваться, но вдруг резко сел, даже зашипел от боли в стертых ногах. — Стоп. Стоп, стоп, стоп… Откуда ты знаешь Милу? Мою Милу?

Я беспомощно посмотрела на Тео, чувствуя, как внутри все сжимается от недоброго предчувствия. Похоже, я только что вывалила на голову короля информацию, которой он был совершенно точно не должен был знать.

— Ну ты и болтушка, чудовище… — пробормотал Тео, сильнее вжимаясь лицом в мое бедро.

— Откуда⁈ Погоди, погоди… — Сигурд вскочил, забыв про усталость и больные ступни. Лицо его побледнело, а взгляд стал пугающе безумным. — Только не говори мне, что Мила все это время была в ее гостинице? Все время — под угрозой атаки заговорщиков, которые охотились за твоей Тиной⁈

Король просто взревел, и зрачки его мгновенно вытянулись в узкие вертикальные щели. Воздух вокруг него ощутимо задрожал от ярости.

— И кто это вещал мне на перевале, что «Кобыла» — самое защищенное место в Ирреле? Кто просил меня прекратить беситься и начать думать рационально⁈

Сигурд сжимал и разжимал кулаки, и от этого зрелища мне стало по-настоящему страшно, казалось, земля под его ногами сейчас снова пойдет трещинами. А мой невозмутимый жених даже не сменил позы, продолжая мерно и тяжело дышать мне в бедро, словно гнев короля его совершенно не касался. Действительно, подумаешь, очередной ишхасс злится!

— Поднимайся, Тео, и пошли в город. Немедленно. А то я тебя пну, — Сигурд уже стоял над нами, и в его голосе смешивались королевская властность и мальчишеское нетерпение.

— Рискни, — фыркнул Тео, но все же нехотя сел. Правда, из своих рук меня так и не выпустил, по-хозяйски притянув к себе, словно я была мягкой подушкой, без которой регенерация ну никак не идет.

— Я аккуратно пну, не задев Тину, — пообещал король, но тут в его животе совсем не по-королевски заурчало. Звук был такой громкий и требовательный, что в наступившей тишине он показался почти неприличным.

Я спохватилась, лихорадочно обхлопывая себя по карманам. Мешок с провиантом, оставленный в седельной сумке, канул в лету вместе с лошадьми где-то в недрах обвалившегося плато, но моей добычей стали несколько регенерирующих амулетов и — о чудо! — заветный шоколад.

Не раздумывая, я разломила плитку. Горькие, пахнущие домом кусочки достались Тео и Сигурду. Грю я протянула самый большой ломтик — мальчик заслужил его больше всех нас вместе взятых. Он взял лакомство с тихой улыбкой, и на мгновение мне показалось, что от него пахнет весенними цветами, а не сыростью пещер, заваленных нежитью.

Регенерирующие амулеты я раздала великанам. Маххабат, увидев в моих руках знакомые поделки, лишь молча кивнул. Он выглядел постаревшим на десятилетие, но, взяв камни, тут же отправился к своим людям. Перед походом я снабдила их своими артефактами, и теперь нужно было запустить регенерацию. Силы нам еще понадобятся. Да и видно было, что Маххабат неуютно чувствует себя, наблюдая за пикировкой короля и его тени.

К нам подошел Азават. Видимо, из-за того, что он не попал под прямое действие рун Герольда и вовремя сбросил морок кровью, он чувствовал себя куда лучше остальных. Он, судя по всему, уже успел обойти близлижайшие кусты в поисках провизии.

— Внизу одну из лошадей прибило камнями. Не выживет, бедняга, но ее можно вытащить из-под завала и приготовить на костре, — буднично сообщил он.

Хас, тоже пришедший в себя, уже суетился неподалеку, собирая остатки каких-то чахлых, выбеленных солнцем кустов для костра. Я скривилась, представив этот «ужин», но тут и у Тео в животе протяжно и тоскливо завыло. Ишхасс виновато посмотрел на меня, и я поняла: спорить с голодными хищниками, которые только что спасли мир, — затея бесполезная.

— Ешьте свой шоколад, — вздохнула я, поправляя разорванный рукав. — А я пока посмотрю, не завалялось ли у меня в карманах еще чего-нибудь полезного.

Тео принял ломтик из моих рук бережно, почти благоговейно, словно это была не подтаявшая сладость, а драгоценный эликсир жизни. Он не стал торопиться, лишь прикрыл глаза, вдыхая знакомый аромат — запах моей кухни, покоя и тех редких минут, когда мир не пытался развалиться на части. Сигурд же, отбросив всякий королевский пафос, совсем по-мальчишески закинул шоколадный квадратик в рот и зажмурился от удовольствия. Было в этом что-то трогательное и странное: два могущественных существа, только что выживших в магической мясорубке, сидят на камнях и с упоением жуют мой шоколад. Понятно, что крошечный кусочек сладкого не поставит измотанных магов на ноги мгновенно, но я видела, как по их лицам разливается долгожданное расслабление. Сахар и какао дали им тот самый необходимый заряд бодрости, чтобы окончательно вытеснить из крови остатки адреналина прошедшего дня.

Я же в это время судорожно обшаривала свои многочисленные карманы. Пальцы натыкались на щепки, какую-то пыль и обрывки ниток. Нашла крошечный флакон с мятным маслом — при магическом истощении оно помогает прояснить голову, — и пару запасных шнурков, которые вряд ли спасут мир. Тревога всё еще крепко держала меня. Мы были живы, но эта пустошь вокруг и гнетущая тишина после грохота обвала заставляли меня поминутно оглядываться. Вместе с нами по коридорам бежала нежить. Сколько ее тут, оставшейся без хозяина? Не станем ли мы легкой добычей?

— Есть шанс, что на нас выйдут ваши союзники? — я обернулась к королю, пытаясь унять дрожь в пальцах. — Вы говорили, что на перевале дюжина ишхассов… или есть погибшие?

— Погибшие? Свалить ишхасса непросто даже маленькой армии, — высокопарно выдал Сигурд, облокотившись на валун с видом побитого, но все еще гордого льва. — Но сильно пострадали многие. Это Тео ринулся к тебе, едва почуял неладное, и у меня ещё были силы, хотя до сих пор сам не знаю, откуда. Остальные будут отходить еще пару дней. На перевале сейчас филиал лазарета, а не боевой отряд.

Я посмотрела на нагромождение камней, под которыми остались наши лошади. Пустошь вокруг казалась бесконечной, выжженной и равнодушной. То есть нам все же идти до города своим ходом, если помощи не будет?

— Мы и правда пойдем пешком? — в моем голосе прорезалось отчаяние. Мысли о многочасовом марше по жаре заставили колени дрожать с новой силой.

Король ошарашенно на меня посмотрел, тогда как Тео в очередной раз хмыкнул.

— Ты что, с ума сошла, Тина? — выдал наконец Сигурд, сосредоточенно жуя шоколад. — Моя цель была просто в том, чтобы этот… поднялся и прекратил нагло лапать тебя у меня на глазах! Сейчас чуть-чуть восстановлю магию и отправлю «птичку». За нами придут. Не королевское это дело — пятки о щебень сбивать.

Я выдохнула с таким облегчением, что, кажется, даже пыль вокруг осела. Все-таки мы долго добирались сюда на лошадях. С учетом моей «мобильности» и того, что ноги превратились в ватные подпорки, путь домой занял бы вечность.

— Я все слышу. Могу и лапаю! — отозвался Тео, приоткрывая один глаз. Его зрачок все еще был слишком узким, но в нем уже плясали знакомые искры.

Я смущенно улыбнулась, пряча лицо в ладонях. Видеть и слышать Эмерти таким мне еще не приходилось. Обычно он — сама холодная рассудительность, ледяной щит МУБ. Видимо, близость смерти и подколки старого друга наконец-то пробили его самообладание, обнажив что-то очень личное и… собственническое. А может он всегда был такой в присутствии короля, просто меня никогда не было рядом в такие моменты.

— Ладно, ладно, признаю, ты герой! — Сигурд хлопнул себя по колену, и его голос начал стремительно набирать громкость. Эмоциональное напряжение, которое он сдерживал все это время, начало вырываться наружу. — Рискнул на полную трансформацию и остался в сознании! Хотя последние полтысячи лет первое, что вдалбливают даже самому маленькому ишхассу — не обращаться целиком! Никогда! БРАТ!

Последнее слово он почти выкрикнул, и эхо его голоса улетело к завалу, заставив пару камней скатиться вниз.

— У меня не было других вариантов, — Тео не сменил позы, но его голос был уверенным. — При любых других раскладах я бы не успел. А мир без нее мне не нужен, Сиг. Ты же сам знаешь.

— Ой, все. Меня сейчас стошнит от этой приторности, — Сигурд демонстративно поморщился, хотя в уголках его глаз еще дрожала усталость. — И конечно, ты ни о ком больше не подумал, кроме как о своей альтее. Типичный Эмерти.

Тео лишь пренебрежительно фыркнул, удобнее устраивая голову у меня на коленях. Его тяжесть была осязаемой, успокаивающей, приземляющей после того безумия, что творилось в пещере.

— А Ричи Хоупси? — перебила я короля. Щеки горели — признание Тео, сделанное так буднично при свидетелях: Грю и великанах, выбивало почву из-под ног почище любого землетрясения. — Что стало с ним?

— А Ричи Хоупси — первостепенный дурак, — Сигурд помрачнел, и его взгляд на мгновение стал отсутствующим, обращенным вглубь себя. — Видишь ли, если ты для Иннергарда стал слишком вкусным, но при этом оказался слабовольным и неспособным удержать его в поединке… будь готов, что тебя сожрут.

— Фигурально выражаясь? — я невольно икнула. Перед глазами поплыли картинки из старых сказок про чудовищ, живущих в недрах земли.

— Тут без словесных оборотов. Буквально сожрут, — Сигурд невесело усмехнулся, глядя на свои босые, исцарапанные ступни. — Иннергард… он хищный. Земля там не прощает ошибок тем, кто мнит себя ее хозяином, не имея на то права.

— Так что проблем со стороны бывшей «правой руки» больше не будет, — веско подтвердил Тео, даже не открывая глаз. — Он получил то, к чему так стремился. Единение с почвой предков. Навсегда.

— Хорошо, что он не застал вас врасплох, — я выдохнула, чувствуя, как меня наконец то совсем отпустило напряжение. — Вы давно знали о его причастности?

В этот момент Грю внезапно поднялся со своего камня. Он не сказал ни слова, просто направился в сторону Хаса, который как раз раздувал первое робкое пламя костра. Маххабат, коротко и церемонно поклонившись нам, двинулся следом за своим провидцем. Я проводила их взглядом, подумав, что северяне поступили на редкость мудро: в такие моменты лучше не греть уши, слушая государственные тайны чужого королевства, особенно если они пахнут предательством.

— С самого начала и знали, — Сигурд потянулся, и в его суставах что-то отчетливо хрустнуло. — О ритуале обретения власти над землей нам Ричи сам и рассказал. Двадцать пять лет назад. Тогда же шла война на уничтожение. Старшие дрались на передовой, мы, молодняк, подчищали тылы, чтобы ни одна тварь не подобралась к мирняку.

Я замерла, боясь перебить.

— Но тогда нам с Тео просто силенок не хватило на весь Иннергард, — пояснил король, и в его голосе послышалась старая, давно зажившая, но еще чувствительная рана. — Мы были мальчишками, Тина. Нам ведь было по пятнадцать. Мы забрали себе столько, сколько смогли удержать. Истран. Может быть, если бы попробовали наши более старшие родичи… только выбора и времени не было. В итоге дядя Ульрих был слишком ослаблен отказом от своей альтеи и потому стал только третьим в очереди. А Хоупси тогда чуть не сдох от магического отката. Он думал, мы ничего не поняли, думал, что мы поверили в его преданность. Но Истран… Истран сразу рассказал мне, какой «чудесный» человек находится рядом со мной. Все эти годы мы просто ждали, когда он совершит решающую ошибку.

Я посмотрела на Тео. Вот, значит, почему он был так спокоен все это время. Пока я металась в догадках и пугалась каждой тени, они вели игру длиною в четверть века. Обидно правда, что мне даже не намекнули, ни единой фразой.

— Ричи он из старой аристократии, — Тео говорил медленно, и я чувствовала, как вибрация его голоса отдается в моих коленях. — Мы ведь уничтожили не всех. Тех, кто добровольно примкнул к нам, мы оставили в живых. Только Хоупси был свято уверен, что он — внук или правнук последнего короля Иннергарда. То ли ему это его старики с детства вдалбливали, то ли он сам себе эту сказку выдумал, но все двадцать пять лет он только и ждал момента, чтобы нами воспользоваться. Хотел пройти испытание нашими руками и занять трон. Но все пошло не по плану… не по его плану, конечно.

Я слушала, затаив дыхание, и перед глазами вставали картины прошлого, которые раньше казались лишь сухими строчками в хрониках. И в рассказах этой парочкой они выглядели иначе. Куда менее приглядно.

— Пока старшие родичи воевали с нежитью и некромантами на дальних рубежах, мы просто взяли и захватили Истран, — Тео наконец открыл глаза и посмотрел на разгорающийся костер великанов. — Земля выбрала нас, а не его.

— А что, было эпично! — Сигурд криво усмехнулся, явно смакуя воспоминания. — Смотреть, как земля разверзается и затягивает в трещины целые полки нежити, а потом всех выживших просто вышвыривает за границы, как ненужный мусор. Гнев Истрана — это то, что не забывается.

— Ну, драконы, прилетевшие тогда за этим… как его, Герольдом, тоже помогли, — Тео невольно поморщился. — Уж очень они опасались, что правда всплывет наружу: кто там у них был главный по человеческим жертвоприношениям и якшался с Ашур. Армия в пятьсот хвостов просто снесла основательно потрепанные силы врага в одну ночь. Никто не хотел скандала, всем была нужна быстрая победа и тишина. Я правда не знал имени раньше, потому не сразу понял с твоих рассказов о ком речь.

Тео осторожно коснулся пальцами старого шрама на щеке, который я так любила разглядывать по утрам.

— Это я получил в том самом бою. Тогда случился мой первый приступ безумия. Почти полное обращение, которое я не мог контролировать. Если бы не Сигурд, который буквально вытащил меня из той бойни и привел в чувство, я бы, наверное, до сих пор бегал по лесам в облике зверя.

Я невольно вцепилась в его плечо. В голове не укладывалось: двое подростков, пятнадцатилетние мальчишки, посреди кровавого хаоса, предательства и драконьей ярости. Сигурд, который вытаскивает друга из безумия, и Тео, который становится щитом для короля и страны.

— Значит, Хоупси ждал реванша четверть века, — прошептала я, глядя на то, как Хас вешает котелок, найденный непонятно каким чудом, над огнем. — И всё это время вы позволяли ему быть рядом?

— Лучший способ присматривать за змеей — это позволить ей греться у твоего камина, — Тео наконец сел прямо, потянув меня за собой. — Главное вовремя придавить ей голову, когда она решит, что ты уснул.

— Я принес воды. Набрал в реке, — к нам подошел Хас, протягивая пузатый кожаный мех.

Я кивнула, принимая его и делая жадный глоток. Вода была ледяной, отдавала камнем и талым снегом, но ничего вкуснее я в жизни не пила. Передала мех Тео; он выпил все до конца, даже не поморщившись, хотя я видела, как ходят желваки на его лице, зверь внутри видимо не желал засыпать окончательно.

— Ну спасибо, брат. За щедрость! — недовольно прошипел Сигурд.

— Не за что.

— Я принесу еще. И мясо почти готово. Хотя жестковато и без соли, — Хас виновато развел руками, косясь на костер, где уже аппетитно шипело на углях то, что осталось от несчастной лошади.

— Я согласен и без соли, и без хлеба… — возбужденно отозвался король, с кряхтением поднимаясь на ноги. Несмотря на исцарапанные ступни, он снова выглядел как человек, готовый свернуть горы, ну или хотя бы съесть одну лошадь.

— А лей Арсен? И прочие аристократы? — я посмотрела на Тео, пытаясь унять новую волну тревоги. Если Хоупси «съела» земля, то что сталось с остальными?

— Да нет никакого лея Арсена и аристократов, — буркнул Тео, тоже поднимаясь и помогая мне встать. Он придерживал меня за талию так крепко, словно я могла раствориться в утреннем тумане.

— Лею Арсену не хватило ума промолчать, и он имел неосторожность назвать одну рыжую магичку… — начал было Сигурд, выразительно глядя на меня.

— Сигурд! — рыкнул Эмерти, и из-под его верхней губы снова показались белые, острые клыки. Воздух вокруг него мгновенно стал тяжелым.

— Вот, видишь, даже сейчас… — король усмехнулся, но в глазах его не было веселья. — А там, на перевале, ему вообще крышу снесло. Нет теперь ни лея Арсена, ни Дальнего перевала в его прежнем виде. У Трувора, который Арсена в тот момент держал за шкирку, только одна голова в руках и осталась. Остальное Тео просто… смел.

Тео скривился, и я невольно содрогнулась вместе с ним. Представить моего Тео в такой ярости было страшно, но еще страшнее было понимать, что причиной этой ярости была я. Хас настороженно покосился на Эмерти, судорожно сглотнув, и поспешно отступил на шаг. Кажется, великаны начали понимать, что «Демон Истрана» — это не просто странный титул.

— Так, пошли-пошли-пошли, — Сигурд замахал руками, пытаясь разогнать сгустившееся напряжение. — Еда, вестник, «Ночная кобыла»…

— А «Кобыла»-то тебе зачем? — удивилась я.

Тео прищурился, подозрительно оглядывая друга.

— Тина, ты забыла? — Сигурд на мгновение замер и обернулся ко мне. Его лицо преобразилось, гнев и усталость исчезли, уступая место удивительно нежной, почти светящейся улыбке. — У тебя в гостинице осталось моё величайшее сокровище.

Он подмигнул мне и бодро, насколько позволяли стертые ноги, двинулся в сторону костра.