Глава 24

Февраль, 2006 г.

— Время тянется очень медленно, — признаюсь я тихо.

Влад отвлекся от экрана телефона, кинув свой взгляд на меня. Что-то его тревожило, весьма ощутимо, но все же.

— Уже не терпится домой? — мягко улыбнулся Влад.

— И в твои объятия, — признаюсь я, закрывая папку с документацией.

— После праздников всегда много работы. Но весной мы возьмем отпуск и уедем куда-нибудь… Хочешь?

— Хочу… — мои глаза горят от радости, но это длится недолго.

Наступает тишина, а Влад подкатывается на стуле ближе ко мне.

— Ну, чего ты у меня раскисла? — усмехается он, поднимая мое лицо за подбородок, — неужели ты не хочешь за меня замуж?

Я улыбнулась, приподняв голову. Хитринка в глазах Влада и улыбка на его лице были верными спутниками его жизни… Да, он вдохновил меня, и он сделал мне предложение… совсем недавно. Несколько дней назад, едва мы выбрались из новогодних праздников в будни.

Неожиданно? Да. Я еще не понимала, насколько безумны наши отношения. Насколько долго он ждал меня — не понимала.

Я показательно устало вздыхаю, понуро опускаю голову и бормочу:

— Да-а, вот кто раскис — так это Соколов. Я ведь не смогу теперь с ним даже разговаривать, сразу буду говорить, что мой муж очень ревнив. Впрочем, он это и сам понимает…

— Да-а? — довольно протягивает Влад.

— Угу. Недавно он приезжал в салон, но чисто по деловым вопросам. Было похоже, что он тебя боится, — рассмеялась я.

— Лакомый кусочек у него отобрал. Ай-ай, как нехорошо, — подыгрывает Влад.

Однако глаза его серьезны. Как никогда раньше.

— То есть это истинная причина твоего настроения?

Показательно хмурится, я же натягиваю улыбку.

— Я не ожидала ничего…

Губы мужчины растягиваются в ответной улыбке.

— Ты углубилась в дела салона и не замечала ничего вокруг.

— Я не думала, что все это время была влюблена в тебя… Где-то на подсознании, но работа не позволяла выплыть в реальность чувствам.

Пальцы Влада нежно поглаживают мою щеку. Хочется даже замурчать от этих ласк. Интересно, ему удобно сидеть на корточках?

— Мой поцелуй разморозил ледяную принцессу, — смеется он.

— На нашей свадьбе не будет моих родных… — вспоминаю я.

— Я люблю тебя. Я сделаю все возможное, чтобы ты не вспоминала об этом…

— Обещаешь? — смотрю в глаза Влада, как котенок. Наверное, это выглядело именно так, ведь я и была беззащитным, маленьким и еще не опытным котенком.

По сравнению с ним.

— Обещаю. Поехали домой?

Я киваю, мы подхватываем вещи и вылетаем из рабочего кабинета в автосалоне. Вскоре свежий морозный воздух бьет в наши лица, я утепляюсь покрепче и тут же сажусь в теплый салон Феррари.

С него все началось. В нем мы познакомились. Этот автомобиль стал нашим членом семьи. На своей малышке, подаренной мне Владом, я ездила очень редко — пока что привыкала и боролась со своим страхом.

Подъезжаем к дому, ставим автомобиль на его законное место и влетаем в чистый и такой родной подъезд. Консьержка приветливо улыбается, смотря на нас из-под своих очков, и вскоре мы на лифте устремляемся ввысь.

Когда-то эта квартира стала пристанищем плохих новостей, но Влад вылечил все. Этот мужчина искоренил плохие воспоминания, заставив их новыми хорошими рамками будущего. Искоренил к чертям ту боль, которая ныла, не переставая, и пусть она не пройдет — никогда, но со временем мне действительно станет легче.

Вместе с Владом я летала.

Без него — только падала.

И все на этом.

Врываемся в квартиру, подобно урагану. В последнее время мы озаботились поисками опытных профессиональных людей, и теперь у меня был свой заместитель. Он не делал за меня всю работу, нет. Однако, этот профессионал укорачивал мой рабочий день своей помощью — неоценимой помощью. Андрей выполнял работу рационально и с опытом разгружал мой рабочий график, взяв некоторую долю обязанностей на себя. Благодаря ему я не сидела на работе ночами, а возвращалась домой намного раньше.

И эта перемена после полугодовой ночевки на работе мне очень нравилась.

Поцелуй Влада обжигает губы, он целует меня так, словно это наша последняя встреча.

И так было каждый раз.

Конфетно-букетный период? Навряд ли. Мы просто слишком многое пережили, чтобы не ценить каждый миг. Не ценить свободу и отношения. Ласку и нежность.

Влад захлопывает входную дверь, уносит меня в спальню и целует мои губы, как безумный. Я еле успеваю перебирать ногами, едва касаюсь носками пола, но обнимаю его за плечи и принимаю это всепоглощающее безумие.

Мягкие и красиво очерченные губы Цесарского плавно изгибаются в улыбке. Я задерживаю дыхание и непозволительно долго смотрю на эти контуры, а у самой в голове всплывает давнишний вечер…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Оба почти обнаженные, но мы играем до последнего. Влад тянется к резинке своих боксеров, заставляя меня дрожать от нахлынувшего возбуждения, и эти чертовы воспоминания не давали мне покоя. Тогда мы первый раз играли в карты на раздевание, и, я уверена, это был не последний раз.

Не осознаю, как тянусь к нему. Не к нему, а к его губам — вкусным, манящим и, без сомнений, приятным на ощупь. Я должна попробовать… Попробовать его губы в очередной раз. Смотрю Владу в глаза, встречаю его темный возбужденный взгляд и встаю на носочки. Хочу…

Хочу их поцеловать. Попробовать на вкус то, о чем мечтала весь вечер.

— Что ты делаешь?.. — тихо выдыхает Влад, но не отстраняется.

— Свожу нас с ума, — шепчу.

Цесарский, наоборот, тянется ко мне, и это стало началом конца. Припадаю к его губам, не желая больше ничего слышать. Когда-то он думал, что со мной получится играть, но у него не вышло. Теперь порой играю с ним я. Теперь, когда девочка Отрада спасена и спрятана в моем родном городе Мирлите, а наш внутренний мир наладился, все было иначе.

— Что я делаю? — переспрашиваю безрассудно, ответ неважен.

— Ты хочешь продолжить игру?

Прикусываю его нижнюю губу и балдею. Их всегда было приятно целовать. Обвиваю его шею, встаю на носочки и прижимаюсь к мужчине вплотную. Не собираюсь отпускать, хочу целовать его бесконечно!

— Игры закончились, — улыбаюсь я, чувствуя его возбуждение бедром.

Хочу его. Я хочу именно этого мужчину — такого близкого мне и любимого.

— Ты не думаешь, о чем ты говоришь, — шепчет Цесарский, отстраняясь, пока я вновь не ловлю его губы, — Нина, игры только начинаются…

Его глаза горят безумием, а руки до боли сжимают мою талию. Но мне это нравится.

А через секунду я хватаюсь за его плечи, потому что меня резко усадили на рабочий стол.

— Нина-а, — протянул он, зарываясь в мои волосы и вбирая в себя воздух.

Влад с невиданной резкостью раздвинул мне ноги и встал между них.

— Ты меня с ума сводишь, понимаешь?!

— Понимаю, — шепчу я в поиске его губ, хочу целовать их без остановки.8c847c

И мне нравится, как он целует меня в ответ. Его крепкие руки шарят по моему телу, уже не стесняясь. Его пальцы расстегивают пуговицы блузки, снимают рубашку и поднимают лиф, чтобы через несколько секунд припасть губами к моей груди.

Издаю вдох, не в силах бороться с собой больше. Если раньше здравый смысл пытался бороться, то теперь он залег на дно до лучших времен — до никогда. Губы Влада впились в сосок, а руками он поглаживал и сжимал грудь, заставляя мое сердце биться быстрее и быстрее.

— Вла-ад, — издаю стон и кусаю губы, изнывая от нетерпения.

Пальцами вцепляюсь в его волосы, сжимаю их от необузданного желания и притягиваю мужчину еще ближе.

Всхлипываю от его ласк, от того, насколько приятны его действия, насколько они распаляют меня, а через секунду на своих бедрах я ощущаю его руки. Сильные и красивые.

Рука скользит по бедру, поднимается выше и накрывает ткань трусиков. Зажмуриваюсь от вожделения и страсти.

— Я скучал весь день, — шепчет он, поднимаясь к шее и оставляя на ней влажные следы.

— Хочу… — выдыхаю я, потому что одновременно с этим его пальцы проникают под влажную ткань, а большой палец податливо и нежно входит в меня, — боже, Влад!

Я стискиваю зубы, больше не могу терпеть. Всхлипываю и трусь об его пальцы самым бесстыжим и откровенным способом.

— У тебя еще есть время отказаться, — и вместе с этими словами он входит другим пальцем, заставляя меня застонать.

Пока я не замираю в его объятиях от собственного бешеного сердцебиения.

Да и Влад, кажется, тоже заледенел.

Рука мужчины так и замерла на моем бедре, а я не могла шевельнуться под его телом. И тогда незнакомый и до жути знакомый голос повторил свой вопрос:

— Я вам не мешаю?

Влад потянул меня за собой, но кроме его напряженного взгляда я не вижу ничего. Смотрю на Влада, смотрю ровно перед собой, и все на этом. Не могу шевельнуться более.

Не знаю, понимает ли, осознает ли мой мужчина происходящее, потому что он так и замер, держа меня в объятиях.

Пока гость этой квартиры не подходит ближе.

И пока я не вскрикиваю.

«Вижу, как ее рука подлетает к губам. Вижу, как она напугана. Я, вроде, тоже, но должен держаться. Мужчина ведь.»

Как Влад может реагировать так спокойно? Что, черт возьми, происходит?! Мой взгляд взлетает к мужчине, и я громко сглатываю.

«Нина напугана, но фактом остается одно: мы оба видим перед собой Стаса.»

— Я… — гость растерялся.

Этот гость, а точнее мой… брат, он растерялся.

— Это я. Живой.