108

Перекатываюсь на спину. Держу Лену в объятьях.

А она сама все плотнее льнет ко мне. Разгоряченная. Нежная. Ароматная. После оргазма пахнет особенно охуительно.

Так и сожрал бы.

Не отказываю себе в этом. Целую ее. Прохожусь губами по лицу, по плечам, по шее. Опускаюсь к груди, опять поднимаюсь выше. Не отпускаю ее. Не выхожу из податливого тела.

Мне по кайфу то, как она обтягивает мой член. Тугая. Пульсирующая. До одури горячая. Расслабленная. Поплывшая от удовольствия.

Не отрываться бы от нее. Затрахать. Чтобы вся дрожала, чтобы отключилась, забылась окончательно. Чтобы растеклась подо мной. Чтобы кончала раз за разом и плавилась.

Но время идет. Поджимает. Об этом напоминает раскатистый стук в дверь.

— Десять минут! — доносится голос из коридора.

Блядь. Бесит так. Задержаться нельзя. Порядки здесь есть. И так время больше дали. В том месте, где мы с Леной впервые встретились, никто бы меня не торопил. Но тут другой уклад. Придется выполнять.

Она крепче ко мне прижимается. Сладко впечатывается в мое тело. Мозг почти отключается. Просто от ощущения того, какая она. Вся моя.

— Пора, моя хорошая, — прижимаюсь губами к ее щеке.

— Не хочу, — выдает, головой мотает. — Нет, нет. Еще рано.

— Десять минут.

— И что? — раздраженно, а после грустно: — Не хочу уходить.

— Время. Надо.

— Ну ничего.

Упертая.

— Правила есть правила, — говорю. — Такой порядок.

Она морщится. Хмуро сводит брови. После утыкается лицом в мою шею. Шумно вздыхает. А я не могу удержаться. Как одержимый делаю один глубокий вдох следом за другим. Снова и снова. Тяжело мне ею надышаться.

Но время поджимает.

Да и надо заставить себя от нее оторваться. Иначе — как? Ну без вариантов. Все равно же придется ее отпускать. Не место ей здесь при любом раскладе.

Чувство такое, будто кусок плоти от себя отдираю.

Лена задачу не облегчает. Растроенная. Даже подавленная.

Целую ее. Сначала в нос, после в губы. По щекам проезжаюсь. Во влажный лоб впечатываюсь. Отстраняю ее от себя. Мягко.

Покоряется. Но чую, как сильно ей это все не нравится. Да мне самому нихера не нравится. Обстоятельства сейчас такие. Иначе нельзя.

Помогаю ей поправить одежду. Привести себя в порядок.

— А что будет если задержаться? — вдруг спрашивает она, слегка отодвигается от меня, в глаза смотрит. — Могут быть проблемы? Потом, когда в следующий раз приеду?

Чего, блядь? Какой нахуй следующий раз?

— Не надо больше приезжать, — говорю. — Не вздумай.

— Что значит «не надо больше»? — ее брови вмиг дергаются.

— То и значит. Не хочу, чтобы ты ко мне на зону ездила. Не то это место. Не для тебя. Так ясно?

— Нет. Я приеду.

Как выдаст. Строго, серьезно. Твердо прикладывает. Еще и глаза, блестящие от слез, сощуривает. Аж сверкает взгляд, искры летят.

— Нет, — говорю. — Не надо, сказал…

— А почему? — пытливо смотрит в глаза. — Ты еще кого-то ждешь?

— Лена, — скалюсь. — Кого мне ждать? Разве что адвоката. Или кого-то из своих помощников. Ты херню в голове не накручивай. Выйду — тогда мы и встретимся.

Головой мотает.

— Я все равно приеду, — заявляет дрожащим голосом.

— Увидимся еще.

— Угу.

— На свободе.

— А я не знаю, когда ты будешь на свободе, — выпаливает с чувством. — И ты не пытайся меня запутать. Не получится сейчас. Вот при встрече поговорим. Когда я снова к тебе приеду, тогда все обсудим. Сейчас времени нет.

Надо же какая. Даже сам подвисаю от ее реакции, от всех этих фраз в ответ на мои.

— Я тебе позвоню, — говорю. — Не вздумай приезжать.

— Позвонишь? — недоверчиво. — Ты все это время…

— Позвоню, — твердо.

Может она и задумывается над этим на долю секунды, но вскоре уже опять упрямо качает головой.

— Нет-нет, так не пойдет, — скороговоркой.

Стук в дверь.

Блядь.

— Пять минут! — доносится очередное предупреждение.

Смотрю на Лену. Собираюсь ей за остаток времени все растолковать. Но тут она слегка ведет языком по губе. Будто невзначай скользит, едва касаясь. А после еще и прикусывает.

Нахер.

Что последние минуты на пиздежь терять?

Целую ею.

Сука.

Здесь не удержаться.

Отлипаю от нее с трудом. А когда вижу поплывший взгляд со слезами, то едва держу себя от искушения снова в сочный рот впиться.

— Позвоню тебе, — обещаю ей. — Скоро. И не смей сюда больше приезжать. Поняла? Нехер нам в этой клетке встречаться. Ясно?

Ничего не отвечает. Но я по глазам вижу, что нихуя она с моим мнением не согласна.

Снова гребаный стук в дверь.

Лена слабо улыбается.

Пиздец. У меня от одного движения этих губ хер вздергивается. Потому что я уже представляю, как она опускается на колени и берет мой член в рот.

— Ты меня слышала, — говорю строго. — Никаких поездок на зону. Иначе… у меня свои методы есть. Тебе не зайдет.

Только плечами ведет.

Охранник опять что-то пиздит из-за двери. Дает нам последнюю минуту по ходу. А после комната открывается.

Прощаемся уже без слов. Взглядами.

До последнего ее хрупкую фигуру глазами пожираю. Изнутри распирает всего. Челюсти сводит.

Поняла она меня? Не приедет?

***

В машину сажусь, чувствую себя, как пьяная. Пока домой еду, ощущение не выветривается.

Обещал позвонить.

Хорошо.

Но этого слишком мало. Меня уже обратно тянет. Туда. К нему. Наверное, и в кошмарном сне не могла бы представить, что буду так рваться на зону. На свидание к заключенному.

Чистое безумие.

Знаю, что скажет отец, когда заведу разговор про второе свидание. Знаю, что сам Осман против.

Только… не могу. Мне уже сейчас пусто. Хочу к нему. И плевать, как это выглядит. Плевать, кто и что скажет.

Прикрываю глаза. Губы горят от его поцелуев. Мысли плывут. Держусь, чтобы не заплакать. А сердце бьется часто-часто. Внутри чувство, будто я все делаю правильно.