91

— В общем, Тамара никак не могла находиться в офисе, когда убивали Хромова, — быстро пересказываю отцу цепочку своих размышлений. — Она была в том салоне. Должны найтись свидетели, которые это подтвердят. А еще у нее нет своей машины. Обычно она вызывает такси. Думаю, и в тот раз было так. Ее кто-то отвозил. Наверное, можно найти машину. Просто никто это еще не проверял. Но если заняться, то все выяснится. Да?

В динамике тишина.

— Пап? — не выдерживаю молчания. — Что скажешь? Надеюсь, мои рассуждения звучат логично? Или ты считаешь, что-то не сходится?

— Сходится, дочь, — наконец произносит он. — Мне бы и самому стоило обратить внимание на эту Тамару. Тем более, что я знал ее раньше.

— Знал?

Пару раз она довольно едко высказывалась в отношении отца. Однако она в целом постоянно сплетничала, а во всем, что хоть немного касалось меня была особенно язвительна и ядовита. Похоже, я уже просто не придавала этому значения, ведь она часто ко мне придиралась, будто искала любой повод.

— Да, — говорит отец, помедлив. — Мы в прошлом были знакомы. Ладно, я прямо сейчас займусь этим вопросом. Нужно действовать.

— Хорошо, пап.

— Буду держать тебя в курсе.

Видимо, прежде казалось, что Тамару нет смысла проверять. Кто бы мог предположить, что она поведет себя до такой степени нагло?

Женщина действительно могла задержаться на работе. Или же быть дома, но при этом дать ложные показания, будто стала свидетелем убийства.

Вероятно, ей хорошо заплатили. И она не сомневалась, что ее ложь пройдет за правду. Никому бы в голову не пришло, что на самом деле Тамара поехала в салон на стрижку своей собаки. Никто бы не стал настолько глубоко копать.

По спине пробегает холодок. А если бы я случайно не догадалась? Если бы не вспомнила про это?

Ладно. Все равно пока рано радоваться. Тот, кто все это устроил, серьезно готовился. Возможно, и в салоне все схвачено?

Сомнительно, конечно. Слишком много людей пришлось бы подкупить. Не только сотрудников, но и, допустим, случайных посетителей, которые были там в то же время.

Опять думаю про слова отца.

Выходит, он был раньше знаком с Тамарой. Вообще, по некоторым ее фразам у меня тоже сложилось такое впечатление. Что они как минимум сталкивались несколько раз. Но тогда я не придала этому значения. Теперь же прокручиваю в голове ее фамилию, стараюсь вспомнить.

Не сразу, однако картинка из прошлого всплывает.

Мне тогда было лет семь. Только в школу пошла.

Иногда я бывала на работе у папы. В отделе, в его кабинете. За мной обычно присматривал кто-то из сотрудниц, пока он уезжал на задание.

Так было и в тот раз.

Женщины смеялись, что-то живо обсуждали. Я сосредоточенно рисовала. Это уже потом выяснится, что мои рисунки оказались на важных материалах одного дела. А пока папины коллеги слишком увлечены, чтобы такой промах заметить.

В кабинет заносят большой букет цветов.

— Опять Тамара?

— Да. Только представь? Нет, ну разное бывает, но чтобы баба до такой степени унижалась, за мужиком бегала…

— Шеф уже не знает, как от нее отделаться. Обижать не хочет. Все-таки женщина. Но всему есть предел.

— Она за ним давно бегает.

— Помню. Еще жена жива была, Томка ему покоя не давала. Липла постоянно. А теперь наверное, думает, что настало ее время. Шеф свободен.

— Тихо ты! — кто-то шикает.

Мне еще слишком мало лет, чтобы я могла понять всю суть их разговора. Но букет отпечатался в памяти. Правда в основном из-за того, что папа потом приехал, посмотрел на разрисованные мною документы и его сотрудницам крепко за это влетело.

Букет он распорядился убрать.

— Куда? — спросил кто-то.

— Да куда угодно! — отрезал отец. — Наплевать, что вы с ним сделаете. Зачем вообще это сюда притащили?

Меня папа не ругал. Просто крепко обнял.

— Красиво же, — показала ему рисунки.

— Красиво, — поцеловал меня в макушку и усмехнулся.

После этого воспоминания начинают всплывать и другие. Обрывки разговоров мелькают в голове один за другим.

Теперь я все четче вспоминаю, что была какая-то Тамара, которая буквально проходу отцу не давала. Просто вся эта информация была где-то в стороне, на фоне. Сейчас можно сопоставить.

Вот в чем причина ее странного отношения ко мне. Это куда глубже, чем обычная неприязнь. Вот почему Тамара так сильно меня не взлюбила.

Похоже, за ее ложными показаниями скрывалась не просто жажда наживы. Она сделала это не только ради денег. Из мести.

Ничто не ударит отца больнее, чем угроза, нависшая надо мной или над Машей. А тут такое — обвинение в убийстве. Маячащий на горизонте тюремный срок.

Появляется шанс вырваться из ловушки. Если все подтвердится, то обвинения против меня начнут сыпаться.

Хорошо бы…

Боюсь радоваться, но если все это сработает, то помощь Тагирова не потребуется. Ничего не буду ему должна.

Стоп. Зачем опять про него вспоминаю?

Ситуация с Тамарой помогает переключиться. За это и держусь. Как бы все не развивалось дальше, а тут уже поймана нить.

Однако тревога накрывает с новой силой, когда отец не перезванивает до вечера. И на следующий день тоже тишина. Никаких сообщений.

Проходит больше суток, когда наконец раздается звонок и облегчения испытать не успеваю. Наоборот. Сердце практически сразу падает в пятки, ведь папа говорит:

— Лен, ты молодец, информация подтвердилась. Но есть другая проблема теперь.

— Что случилось?

— Тамара мертва.