ГЛАВА 3. Цель оправдывает средства

— Я схожу еще раз, — упрямо повторил Брант, переждав, пока его светлость Амис выплеснет на него очередную волну ярости.

А ярость переполняла того до краев, следовало признать. Светлейший граф орал так, что тряслись каменные стены комнаты, хотя и были смягчены гобеленами. Покрывался багровыми пятнами, брызгал слюной, топал ногами, даже кувшином запустил в Бранта.

Но не попал.

Ничего страшного, в общем. Не освежевали на площади, и на том спасибо.

— Только попробуй! Узнаю, что опять к ведьме сунулся — ноги выдерну, они у тебя все равно лишние! Какого рожна ты вообще к ней поперся?!

— Но она ведь хозяйка вод…

— Дури своей она хозяйка! Злобная стерва, тварь, ведьма поганая!

— Но мне она не показалась такой уж…

— Показалось ему! Эта дрянь всю жизнь мне сломала, но мало гадине моей жизни — она и дочь мою калекой сделала! А ты — ты! — тот, кто должен быть верен мне и только мне, искупая вину своего недоумка-отца, вздумал интриги плести за моей спиной?!

— Но я думал…

— Думал он! Ты здесь не для того, чтобы думать, а чтобы графа своего охранять. Вот и охраняй!

Брант уязвленно поджал губы.

Не то чтобы возглавлять личную гвардию графа было чем-то зазорным. Но раз уж ему велено обеспечивать безопасность светлейшей семьи, то зачем вмешиваться в его работу?

— Малленор в опасности, господин.

— О безопасности Малленора есть кому позаботиться, на то у меня генерал Морк имеется. И с чего ты решил, что вести сговор с моим врагом за моей спиной лучше, чем стоять за Спящий Гриф с мечом в руках?

Да с того, что держать мечи скоро станет некому. Ну пусть сам граф недолюбливает баронессу Орфу, но неужели никто из советников не понимает, что только она одна может спасти их от водного колдовства?

Всего-то надо найти к ней подход.

Вот только как его найти? Золото она отвергла, жаль. Жаль даже не столько самого золота, сколько того, как леди Лавандея с ним обошлась. Отец, вопреки обычаю, отдал Бранту драгоценности покойной матери, как любимому ее сыну — с напутствием, что однажды следует подарить их молодой жене, когда таковая у него появится. А теперь ни жены, ни фамильного золота, ни помощи в противостоянии колдовству.

Брант вспомнил, как мамины браслеты и кольца раскатились по мраморному полу, и сжал губы еще плотнее.

— Раз уж мнишь себя великим стратегом, так придумай лучше, где нам резервы взять.

Брант пожал плечами. Что толку от резервов, если никто не устоит перед заколдованной водой?

— Барон Тикс уже прислал свой ответ?

Его светлость помрачнел лицом.

— Нет. Затаился, гаденыш. А за снижение налогов — помнишь, как браво со мной воевал? Все эти южные провинции — что твои стервятники. Решили отсидеться в сторонке, за спинами северян.

Амис Налль поймал насупленный взгляд Бранта и осекся. Не все южные провинции отсиживались за спинами северян: отец, Ругул Лакнир, одним из первых отправил людей на оборону границ. Во главе с Дараном, старшим братом Бранта, от которого теперь не было вестей.

— Ладно, хватит уже стоять столбом. Поезжай к Тиксу и лично вытряси из него всех его солдат, что по норам попрятались. И поживее, одна нога там, другая тут!

Брант отдал честь ударом кулака в грудь. Выждал паузу и осторожно добавил:

— Если позволишь, господин, на обратном пути чуть задержусь. Хочу проверить мост и укрепления за рекой.

Светлейший граф нахмурился.

— Ты опять за свое?

Брант подавил обреченный вздох.

— Я должен быть уверен, что смогу обеспечить пути отхода тебе и светлейшим леди в случае… необходимости.

Амис Налль вскинул голову и заиграл желваками на скулах.

— Пути отхода? Тот, кто заранее готовится к поражению — уже проиграл!

О да. Крылатое изречение любимого его светлостью генерала Морка, вызывавшее у Бранта зубную боль. Вот только граф, не подготовленный к стратегическому отходу, внезапно может стать пленным графом.

Или мертвым.

А Брант, как-никак, кровную клятву дал, будь она неладна.

— Ладно, делай как знаешь. Но смотри мне, без проволочек!

Брант щелкнул каблуком, отвесил короткий кивок — и поспешил поскорее убраться.

«Делай как знаешь» — такая формулировка его вполне устраивала. Разрешение было дано в конце разговора и формально означало, что предыдущие запреты тоже сняты.

От укреплений за рекой к Туманной заводи рукой подать. А Бранту просто необходимо заставить баронессу передумать.

Нет, «заставить» — не совсем верно. Это барона Тикса можно «заставить». А аргументы для женщины следует подбирать более деликатные.

Знать бы только, какие.

Приказ приказом, но и о прямых обязанностях он забывать не собирался. Лично обошел всех постовых, проверил дозоры. Убедился, что командиры охранных групп имеют четкие инструкции на время его отсутствия.

А затем, переодевшись и сложив форменный мундир в затрапезную дорожную сумку, отправился за городскую стену — на встречу с информатором в придорожной таверне.

Новости информатор принес неутешительные. Враг медленно, но верно подбирался к центральным провинциям Малленора. А оттуда до фамильного замка Наллей — Спящего Грифа — всего несколько дней пути. Враг не торопился, одно за другим подминая под себя баронства и перемалывая армии северян практически без боя. Генерал Морк бросил на оборону центральных земель главные ударные силы, оставив для защиты Спящего грифа наскоро собранные резервы и солдат из личной графской гвардии под командованием Бранта. Но первые и последующие бои уже показали: никакой военный гений, никакая многоуровневая система обороны не выстоит перед растреклятым колдовством, природу которого пока не удалось раскрыть ни одному лазутчику.

— Мой тебе совет, парень, — хлебнув из пузатой кружки вонючего пойла, добавил информатор, щуплый дядька в латаной крестьянской робе. — Хватай графа и его семью и увози к ландграфу, пока еще есть время. Нам не победить в этой войне.

Брант помрачнел. Сделал глоток из своей кружки — почти полной. Не хватало еще потерять ясность мыслей и свалиться с коня во время ночного перехода.

— Ландграф не отвечает на донесения. К его светлости Наллю он никогда не питал теплых чувств, но теперь… В его землях, среди его вассалов творится настоящее беззаконие. А ландграф смотрит на это сквозь пальцы.

Информатор подался вперед.

— И что ты об этом думаешь?

— Думаю, что это неспроста. Либо он выжидает, что будет. Либо просто боится неведомой силы, которой владеет Холдор. Либо…

Либо ландграф и сам в сговоре с Холдором.

Правда, Бранту хватило разума заткнуться и не произнести крамольных предположений вслух.

Оттого-то ему и не нравилась мысль о том, чтобы искать пристанища для светлейшего господина у сюзерена.

Но у кого? Не идти же в обход ландграфа к самому королю?

Резкий возглас из дальнего угла таверны заставил их обоих повернуть головы. Там, под окнами, сдвинув столы, веселилась шумная компания малленорских солдат, получивших короткую увольнительную. Вот только теперь, похоже, веселье перешло границы допустимого. Один из вояк, раскрасневшийся и изрядно окосевший от выпитого, хватал за руки молодую девицу, которая изо всех сил отбивалась.

— Пусти меня! Пусти-и-и! Ты, идиот, да ты знаешь, с кем ты…

— Плати, вертихвостка! Плати за еду, или, клянусь зубами Ваала, я стребую с тебя плату другим способом!

— Только попробуй!

Девица, не будь дура, схватила со стола пустой кувшин и треснула им обидчика по лбу. Кувшин разлетелся на черепки, обидчик взвыл и заломил руку девицы ей за спину.

Та завизжала, попутно лягнув вояку, решившего лениво прийти другу на помощь.

Остальные солдаты наслаждались зрелищем, гогоча и подначивая товарищей.

Брант ощутил на предплечье чужую пятерню и обернулся на информатора.

— Может, не стоит? Ничего худого этой девке не сделают, здесь, как-никак, приличное заведение.

Но Брант молча стряхнул его руку и уверенно пересек возбужденно загудевший зал.

— Вам не стыдно, солдаты? Что такое для вас честь мундира, если вы толпой нападаете на беззащитную девушку?

На мгновение за сдвинутыми столами воцарилась тишина. Горе-вояки обалдело таращили мутные глаза на того, кто посмел помешать их веселью.

— Эй, парень. Ты бы шел отсюда подобру-поздорову. Не твоего ума это дело. Красотка эта и впрямь задолжала.

Осоловевший мерзавец, державший девчонку, демонстративно схватил ее за затылок и прижал лицом к столу. Та, учуяв неожиданную поддержку со стороны незнакомца, отчаянно заверещала.

— Не должна! Ничего я вам не должна! Отпусти меня, как ты смеешь!

Брант рывком перехватил запястье вояки и резким болезненным хватом вздернул к его же лопаткам. Настала очередь солдата разразиться громким воплем.

— Да тебе что, защитничек, жить надоело?

Солдаты, как по команде, вскинулись из-за стола. Брант выставил локоть, приняв первый удар, но от второго болью вспыхнули ребра. Сломав чей-то нос, он подхватил ножны, подвешенные на спинку лавки, и с замаха отбросил ими сразу троих.

— К оружию! — завопил один из вояк.

— Только не здесь! — завопила в ответ хозяйка таверны. — Выметайтесь вон! Все во двор, я кому говорю!

Лязгнул металл: первые клинки покинули ножны. Теперь завопили гости за другими столами и дружно ринулись к выходу, устроив там давку.

— Отставить резню! — скомандовал Брант, стараясь перекричать поднявшийся гвалт, и выставил перед собой ножны, из которых так и не вынул чужой клинок. — Оружие против мирных — под арест захотели?

Кто-то из вояк запнулся, заподозрив неладное. Но до иных доходило не сразу: в голову Бранта полетели одновременно и лезвие, и запущенный кем-то кувшин.

Лезвие он отбил ножнами, а вот кувшин — не успел. С разбитого лба закапала кровь вперемешку с вонючим пойлом.

— Брант? Брант Лакнир?!

Звонкий женский возглас привел солдат в замешательство. Обнаженные клинки зависли в воздухе, поднятые кулаки, тарелки и кружки не достигли цели. Брант позволил себе чуть ослабить внимание и посмотреть в сторону.

— Ифи?..

Один из солдат, сообразив, наконец, чем грозит обернуться застольная потасовка, крякнул и вложил клинок в ножны. Остальные последовали его примеру и с лицами, трезвеющими на глазах, принялись оправлять мундиры и вытягиваться в струнку.

— Прощения просим, благородный господин, не признали!

— Так, это… вы ж не по форме… — жалобно протянул кто-то.

— Не по форме, — согласно кивнул Брант. — И только поэтому избежите ареста.

А еще потому, что солдатами перед решающей битвой не разбрасываются.

— Господин командующий…

Брант шикнул, красноречиво выпучив глаза. Надеясь, что достаточно красноречиво.

Не хватало еще распугать всех информаторов. Он осторожно оглянулся.

Ну, так и есть — того, кто беседовал с ним сегодня, и след простыл.

Хорошо еще, что гости разбежались, и мало кто слышал его имя, озвученное девушкой.

— Вольно, солдаты, — сказал он, чуть успокоившись. — Список имен мне на стол. Меру наказания вам назначит ваше командование.

Порядок в таверне постепенно возвращался. Солдаты угрюмо притихли и, рассчитавшись с хозяйкой, убрались восвояси. Разбежавшиеся гости, напротив, потянулись обратно за столы. Хозяйка, все еще охая и держась за сердце, мысленно возносила молитвы сплоченным богам — за то, что убытки обошлись всего лишь парочкой разбитых кувшинов.

А Брант кивнул Ифи, приглашая жестом отсесть подальше от всех — так, чтобы не привлекать лишнего внимания.

Девушка, в чьих голубых глазах сиял откровенный восторг, заговорила первой:

— Встретиться дважды за день — это знак богов! Никогда бы не подумала, что мир так тесен!

— Да уж, — выдавил из себя Брант, внезапно засмущавшись. — А ты тут какими судьбами?

Девица нахмурилась и обиженно выпятила прехорошенькие губки:

— Домой возвращаюсь. Хозяйка со службы выгнала, да еще и не заплатила. Представляешь?

— Выгнала? Но за что? — изумился он.

Вроде бы сегодня он не заметил, чтобы леди Орфа косо смотрела на служанку.

Девчонка сердито засопела.

— Лепестки цветов в ванне ей, видите ли, не понравились. Я сорвала лилии, а ей приспичило купаться в розах.

Какое-то время Брант пытался отогнать вставшее перед глазами зрелище: леди Орфа без одежды, в прозрачной воде, лишь слегка прикрытой лепестками роз.

Лилий, напомнил он себе. Там были лилии.

Избавиться от видения получилось с трудом. Пришлось тряхнуть головой и даже ущипнуть себя, чтобы сосредоточиться на словах девчонки.

В самом деле, что ли? Цветы в ванне не угодили? И это повод выгнать девушку взашей, на ночь глядя? Неужели леди Орфа и впрямь настолько капризна? Брант осторожно промокнул разбитый лоб влажным полотенцем, любезно принесенным хозяйкой, и ляпнул прежде, чем успел подумать:

— Поужинаешь со мной? Заодно и про хозяйку свою расскажешь.

Девчонка расцвела ярче прежнего и с готовностью закивала.

— С удовольствием! Мамы все равно дома нет — ушла к роженице. Чем одной в пустом доме сидеть, так лучше здесь, в хорошей компании.

Брант тут же подозвал подавальщицу и сделал заказ: что-нибудь уже готовое, чтобы не терять драгоценное время. Он и так уже изрядно припозднился с отъездом.

— Ох и стерва она! — щедро делилась наболевшим Ифи чуть погодя, деликатно отщипывая маленькие кусочки от сытного мясного пирога. — Вечно ей все не так, ко всему придирается, какая уж тут прислуга удержится! Вот не удивительно, что мужик никакой к ней так и не прибился. А теперь уж и не прибьется.

— Почему? — заинтересованно переспросил Брант, которого откровения Ифи одновременно и обнадеживали, и печалили. — Баронесса очень красива.

— Так старуха же! — искренне удивилась его вопросу Ифи. — Мало того, что характер склочный, так со дня на день морщины да седина появятся. Кому она такая нужна-то?

Ну, морщин, положим, Брант никаких не увидел. И от нелестного вердикта «старуха» ему вдруг сделалось неприятно.

— А на вид не такая уж и старая. Сколько ей лет? Тридцать?

— Около того, — повела плечом Ифи. — Сколько там дочери его светлости Амиса сейчас, двенадцать? А родилась она ровнехонько через год после родительской свадьбы. Злюке-то нашей всего шестнадцать было, когда она опозорилась. Выходит, двадцать девять сейчас.

Брант поймал себя на том, что давит облегченный вздох. Двадцать девять — это все же не тридцать. Это всего на шесть лет больше, чем ему самому.

А шесть лет — сущий пустяк, верно ведь?

И тут же ощутил прилив стыдливого жара. Зачем ему вообще эту разницу в годах подсчитывать? Можно подумать, леди Орфа когда-нибудь обратила бы внимание на такого, как он.

Даже если бы он не утратил право на титул и отцовское наследство.

О чем он только думает? Он смущенно стряхнул на полыхающее лицо непослушные вихры и попытался сосредоточиться на словах Ифи.

— Опозорилась?.. А, ты о тех временах, когда она была невестой графа Амиса?

— Невестой? — фыркнула Ифи, едва не подавившись куском пирога. — Любовницей! Охмурить она его пыталась, и под венец затащить — это да. Но наш граф, то есть, тогда еще не граф, а графский наследник, оказался умнее и не дался. Куда уж ведьме и распутнице сомнительного происхождения тягаться с благородной леди Амелией?

Брант нахмурился.

— А я слышал другую историю. У его светлости и леди Орфы любовь была, настоящая. Но покойный граф Фернис Налль вынудил сына жениться на другой ради земель, что шли за леди Амелией как приданое. Возлюбленную его светлость Амис отверг, хоть и не по своей воле. Какой девушке не стало бы обидно после такого?

— Так обидно, чтобы проклясть весь род его светлости Налля до седьмого колена? — возмущенно фыркнула Ифи, но тут же спохватилась, аккуратно утерев губы салфеткой. — А леди Амелия что ей сделала? А бедная девочка Мирта, дочка нашего графа, в чем перед злодейкой провинилась?

Брант призадумался, кроша между пальцами остатки недоеденного пирога.

— Думаешь, недуг леди Мирты — от того самого проклятия?

— А то как же!

— А это можно исправить?

— Не знаю, — пожала плечами Ифи. И вдруг подалась вперед, а взгляд ее стал таким ласковым-ласковым. — Да она, поди, и сама не знает. А если и знает, то соврет. Соврать ей — что тебе вон из кружки глотнуть. Меня, например, оболгала, — Ифи обиженно выпятила хорошенькие губки. — И о тебе всякие небылицы рассказывала.

— И какие же? — спросил Брант, невольно подавшись навстречу.

— А то, что ты безродный сын бунтовщика, отданный графу чуть ли не в рабство. А ты, оказывается, большой человек! Вон как солдаты присмирели, стоило мне назвать твое имя.

— Э-э-э…

— Ты там самый главный у них, да? Они тебе все подчиняются?

— Э-э-э… нет.

Сияющий взгляд Ифи сделался чуточку разочарованным.

— А кем же ты служишь?

— Ну… так, в графской охране.

— В охране! — восхищенно воскликнула Ифи. — Так близко к семье его светлости! Скажи, а леди Мирте, случайно, служанку не ищут? Я слышала, желающих ей прислуживать немного: мало того, что блаженная, так вдруг еще и проклятье заразно.

Брант усмехнулся.

— А ты сама что же, не боишься заразиться проклятьем?

— Я-то? Не-а. Моя мама помогает людям родиться на свет, так что сплоченные боги ее защищают. Ни к ней, ни ко мне никакое проклятье не прилипнет. И к детям, рожденным от меня — тоже.

И девушка так многозначительно посмотрела Бранту в глаза, поправляя при этом кокетливые рюши на декольте, что он смущенно опустил взгляд в тарелку.

— Ну что ж. Может быть, леди Мирте вскоре пригодится дорожная свита. А теперь прошу меня извинить, Ифи: долг велит отправляться в путь.

Дорогие девочки, поздравляю всех с праздником весны и женственности!

Желаю всем приятных повседневных радостей, а также много хороших историй о любви!