Глава 145. Гости

Гости начали собираться задолго до назначенного часа. Кареты одна за другой останавливались у главного входа, и слуги, облачённые в новые ливреи, провожали знатных дам и господ в просторный вестибюль, где их встречали хозяева.

Лорд Томас Ричард стоял у входа, выпрямившись, — сама сдержанная величавость. Рядом с ним — Чарльз, с натянутой улыбкой и рукой, спрятанной за спину. Сильвия, в платье цвета слоновой кости, встречала гостей с вежливой учтивостью.

Рядом с ней стояла Сесилия.

Она была одета так, словно готовилась к собственному балу: платье из бледно-розового шёлка, расшитого жемчугом, струилось до самого пола. Шрамы на её лице почти исчезли под слоем искусной косметики и чудодейственного крема. Кожа сияла ровным светом, и лишь при очень пристальном взгляде можно было заметить едва уловимый след.

Гости проходили мимо, и многие кивали Сесилии с одобрением. Она улыбалась в ответ.

— Какая прелесть, — прошептала одна из дам, проходя мимо. — Юная леди Ричард просто сияет.

Сесилия ловила эти слова и внутренне торжествовала.

Среди входящих гостей выделялись лорд Эдвард Монтгомери в строгом темном камзоле с серебряной вышивкой. Он остановился на мгновение перед хозяевами, окинул взглядом зал и, склонив голову в лёгком поклоне:

— Лорд Ричард, вы принимаете гостей с размахом, достойным королевского двора.

Лорд Ричард ответил сдержанным поклоном:

— Мы рады, что вы почтили нас своим присутствием, милорд.

Когда гости заполнили главный зал, дамы собрались вокруг Сильвии, и начался тот неизбежный ритуал, который сопровождал любое светское мероприятие: любезности, комплименты и завуалированные уколы.

Дама из дома главного архивариуса, высокая и статная, склонила голову, глядя на Сесилию:

— Это, должно быть младшая дочь Ричард. Вы стали ещё более исключительной. Через несколько лет количество молодых людей, просящих вашей руки, затопит порог вашего дома.

Сесилия вспыхнула румянцем, опустила голову и шагнула ближе к Сильвии, словно смущаясь от таких похвал. Но в глазах её мелькнуло довольство.

Дама из дома помощника министра, прищурилась и спросила:

— Но я слышала, что юная леди упала в воду на Весеннем балу? Как вы сейчас?

Все присутствующие дамы, разумеется, знали эту историю. Их взгляды скользнули по Сесилии, по её лицу, и в них появился тот холодный интерес, который дамы высшего света так умело скрывают за вежливыми улыбками.

Сильвия ответила за дочь, стараясь, чтобы голос звучал легко:

— Вы зря беспокоитесь, Сесилия просто испугалась. Теперь она в полном порядке.

Однако дама не спешила менять тему. Она перевела взгляд на Чарльза, стоявшего чуть поодаль:

— Тогда как дела у молодого господина? Я слышала, что он плохо сдал экзамен, и ему даже отрезали палец. Мои двое тоже не преуспели, но в их жизни ничего не изменилось.

Чарльз, услышав это, напрягся, но промолчал, лишь слегка сжав кулак под рукавом. Сильвия улыбнулась, но пальцы её крепче сжали веер. Носовой платок в её руке готов был разорваться от напряжения. Она прекрасно знала: дама из дома помощника министра всегда была остра на язык, и сегодня она выбрала своей мишенью именно их.

Остальные дамы переглянулись, и в зале повисла неловкая тишина.

В этот момент дама из дома главнокомандующего, леди Грегори, вмешалась, разрядив обстановку:

— Раз уж все заговорили об экзаменах, разве мать лучшего ученика не среди нас? — Она повернулась к матери Лоуренса, которая сидела сбоку.

Мать Лоуренса, привыкшая к скромной жизни, чувствовала себя неуверенно в этом блестящем обществе. Она слегка покраснела и сказала:

— Леди не должна меня дразнить.

— Как это можно считать поддразниванием? — Сильвия вмешалась с ослепительной улыбкой, стараясь вернуть себе контроль. — Вы вырастили такого хорошего сына, вся столица знает об успехах молодого господина Лоуренса. Я уверена, что он найдёт прекрасную жену.

Мать Лоуренса слегка улыбнулась, но больше ничего не сказала.

Леди Грегори, сделав вид, что внезапно о чём-то задумалась, обратилась к Сильвии:

— Кстати, старшая юная леди в вашей семье, она помолвлена?

Сильвия замерла на мгновение, но быстро взяла себя в руки:

— Нет, — ответила она, стараясь скрыть удивление. — А почему вы спрашиваете?

— Нет конкретных причин, — легко ответила леди Грегори. — Просто я ещё не видела старшую дочь Ричард. Мне было любопытно.

Она не стала говорить, что её сын Грегори не умолкает об Изабель с самого весеннего бала. Он говорил о ней так часто, что леди Грегори начала задумываться: а не пора ли присмотреться к этой девушке повнимательнее. Дом Ричардов был знатным, и если её характер окажется достойным, она могла бы стать хорошей партией для её сына.

Юная леди, молодая и любопытная, не выдержала и спросила:

— Изабель, почему вашей сестры здесь нет?

Сесилия опустила глаза, изобразив застенчивость, и ответила тихо:

— Моя старшая сестра не часто появляется на людях. Вероятно, потому что здесь нет знакомых лиц.

В голосе её послышался оттенок благоговения, который был замечен всеми. И этот оттенок был истолкован превратно. Дамы переглянулись. Они знали, что Изабель провела много лет в деревне, и теперь предположили, что она просто не знает, как вести себя в высшем свете. А настороженный, почти нервный тон Сесилии заставил их подумать, что старшая сестра, возможно, деспотична.

— Должно быть, она совсем не знает здешних обычаев, — прошептала одна из дам.

— Или же, — добавила другая, — она не привыкла к такому обществу.

В этот момент двери в дальнем конце зала распахнулись, и все взгляды обратились туда.

В зал вошла старая леди Элеонора Ричард, опираясь на трость. Она была одета в тёмно-бордовое платье и выглядела величественно. Её седые волосы были убраны в строгую причёску, а взгляд, несмотря на возраст, оставался острым и внимательным.

Но взгляды гостей тут же переместились на ту, что шла рядом с ней.

Изабель Ричард стояла вполоборота к гостям, её рука слегка касалась локтя бабушки. На ней было простое, но безупречно сшитое платье алого цвета, без излишних украшений. Изящный серебряный гребень был вплетён в её светлые волосы. Её лицо было спокойно и бесстрастно.

Изабель, не обращая внимания на шепот, медленно повела старую леди к главному столу.

Сильвия сжала веер так сильно, что на пальцах побелела кожа.

«Скоро, — подумала она. — Скоро я сломаю тебя. Ты не выйдешь из этого дома победительницей»

Изабель, словно почувствовав её взгляд, на мгновение обернулась. В её глазах словно мелькнул огонь, и Сильвия на миг забыла, как дышать.