Глава 146. Подарки

Гости поднялись, приветствуя старую леди Элеонору. Шёпот стих, и все взоры обратились к имениннице. Старая леди величественно кивнула и заняла своё место во главе стола.

Первым подарок преподнёс лорд Томас Ричард. Он торжественно встал и, поклонившись матери, вручил ей небольшую шкатулку из красного дерева.

— Это символ моей благодарности вам за всё, что вы сделали для этого дома, — сказал он, и голос его звучал твёрже, чем в последнее время. — Пусть этот дар напоминает вам, что вы — сердце нашей семьи.

В шкатулке лежал старинный медальон с портретом его отца. Элеонора взяла его с дрожью в пальцах, и на мгновение лицо её утратило свою суровую маску — в глазах блеснула влага.

Затем подошёл Чарльз. Он нёс перед собой позолоченную статуэтку святого, искусно вырезанную из цельного куска дерева, с серебряными вставками на нимбе.

— Для моей любимой бабушки, — произнёс он с сияющей улыбкой. — Пусть святой всегда хранит вас. Я искал эту фигурку целый месяц и наконец нашёл.

Элеонора приняла подарок с вежливой улыбкой.

Следующей вышла Сесилия. Она несла изысканную шкатулку из тёмного дерева, с инкрустацией из перламутра. Когда она открыла крышку, зал ахнул: внутри, на бархатной подушке, лежал кулон из крупного изумруда, оправленного в тонкое золото, которое переливалось, словно капли осеннего дождя.

— Для вас, бабушка, — произнесла Сесилия, скромно склонив голову. — Этот камень напоминает мне о вас: прочный, ясный, бесценный. Я надеюсь, он будет долго радовать вас.

Элеонора взяла кулон, и взгляд её на мгновение потеплел.

— Прекрасный дар, дитя, — сказала она, и Сесилия просияла.

Но почти сразу же она обернулась к Изабель, стоящей в тени, и голос её зазвучал сладко, как мёд, за которым скрывался яд:

— А что приготовила наша старшая сестра? Мы все так ждём! Даже не представляю, что может быть прекраснее её искусства.

Чарльз усмехнулся и добавил с деланным участием:

— Неужели старшая сестра опять забыла приготовить подарок, как это случилось недавно в доме Иствуд? Матушке пришлось готовить подарок от её имени.

Все взгляды обратились на Изабель. Она стояла с непроницаемым лицом, и лишь тень улыбки коснулась её губ.

— Мой дар скромен, — сказала она, делая шаг вперёд и протягивая книгу в тёмно-синей обложке. — Это всего лишь сборник молитв, но я написала его своими руками. Каждая страница — слово, обращённое к Богу, чтобы он хранил вас, бабушка, и наполнял ваши дни покоем.

Она открыла книгу и показала: на плотной бумаге были выведены строчки красивым, ровным почерком, и в углах страниц виднелись тонкие акварельные миниатюры — звёзды, цветы, тихие пейзажи. Книга была небогата, но каждая деталь выдавала терпение и любовь, вложенные в каждую страницу.

Старая леди Элеонора взяла книгу дрожащими пальцами, пролистала несколько страниц и подняла глаза на внучку.

— Изабель, — сказала она тихо. — Такой подарок дороже золота. Спасибо, дитя.

Изабель чуть склонила голову, принимая похвалу без тени гордости.

Затем она обвела взглядом зал и с лёгким удивлением произнесла:

— Но где же семья Иствудов? Я думала, они будут здесь. Ведь бабушка — такой важный гость для них. Неужели это потому, что бабушка так и не оправилась после того, как ей стало плохо от сладостей в прошлый раз? Как хорошо, что вы, матушка, несмотря на это, смогли организовать такое торжество!

Сильвия застыла. Взгляды гостей метнулись к ней — сначала любопытные, затем понимающие. Да, она сияла, улыбалась и развлекала гостей, хотя её собственная мать лежала больная.

Сильвия сжала кулаки, но удержала улыбку:

— Моя мать чувствует себя лучше, благодарю за беспокойство, Изабель. Но её здоровье не позволяет ей выходить в свет. Я рада, что ты так заботлива.

Изабель кивнула и отошла назад, оставляя за собой тишину, в которой звенели невысказанные вопросы.

Тогда вперёд выступила Сильвия и громко произнесла:

— А у меня для вас, леди Элеонора, кое-что особенное. Я узнала о человеке, чьё имя уже у всех на устах в столице. Говорят, он творит чудеса — исцеляет больных, предсказывает судьбы и изгоняет злых духов. Он — монах, посланный самим небом. И сегодня я пригласила его в наш дом, чтобы он помолился за ваше здоровье, леди Элеонора, и ответил на все вопросы, которые вас тревожат. Я думаю, вам понравится этот сюрприз.

Зал оживился. Дамы, словно стая птиц, зашептались:

— Вы слышали? Тот самый монах, о котором столько говорят на рынках...

— Говорят, он вернул зрение слепой вдове!

— А я слышала, что он предсказал наводнение ещё до того, как пролился первый дождь...

Элеонора нахмурилась, взглянув на Сильвию, но та лишь улыбнулась.

— Он уже здесь, — объявила она.

Двери распахнулись, и в проёме показалась высокая фигура монаха. Он был в простой тёмной одежде, с посохом в руке и чётками, свисающими с пояса. Глаза его были глубоки, а лицо носило следы многих странствий.

Он медленно вошёл в зал, и каждый его шаг отдавался в тишине, словно он ступал не по каменным плитам, а по самой душе собравшихся.

Сначала он приблизился к старой леди Элеоноре и низко поклонился.

— Позвольте мне взглянуть на вашу натальную карту, почтенная госпожа, — сказал он, и голос его звучал мягко, но в нём чувствовалась уверенность.

Элеонора, удивлённая, но заинтригованная, кивнула. Монах произнёс:

— Вы много пережили, госпожа. Но ваша звезда всё ещё сияет, хотя и омрачена печалью последних лет. Я принёс вам небольшой талисман. Он поможет вам сохранить ясность ума и укрепить здоровье.

Он протянул ей маленький мешочек с травами, перевязанный красной нитью. Элеонора приняла его с уважением.

Затем монах повернулся к залу и обвёл его глазами:

— Я готов дать предсказание каждому, кто пожелает. Судьба не скрыта от тех, кто готов её услышать.

Зал зашумел. Гости переглядывались, и многие из них уже с нетерпением ждали своей очереди.