Глава 37. Неожиданность

Красота была подобна ядовитому цветку.

Всё тело Шарля обмякло. Он понял, что аргументы Изабель с самого начала расставили для него ловушки. Всё, что он теперь скажет, будет воспринято как ложь. У него не было ни единого шанса на победу.

Судья Крэнстон чувствовал себя немногим лучше. Изабель подорвала его авторитет, сделав продолжение процесса невозможным. Однако Крэнстон уже взял взятку и потому изо всех сил старался сохранить видимость беспристрастия. Но сегодняшнее развитие событий превзошло все его ожидания. Мало того, что здесь присутствовал королевский инспектор Уэст и стал свидетелем всего заседания, так ещё и если бы Крэнстон упрямо поддержал Шарля, это было бы трудно объяснить людям, и он не знал, что подумает инспектор. С другой стороны, если он поддержит Изабель, ему придётся вернуть деньги, уже полученные от Шарля, а этого ему совсем не хотелось. К тому же он планировал вытянуть кругленькую сумму из лорда Ричарда — эту золотую жилу нельзя было терять. Как же съесть и пирог, и сохранить его?

Но реальность не оставляла судье Крэнстону времени на долгие размышления. Через мгновение в зале раздался звук ударов. Капитан Лиам поспешил к судье Крэнстону и, сложив руки в почтительном жесте, доложил:

— Ваша честь, кто-то у ворот бьёт в колокол правосудия.

Бить в колокол правосудия — такого на Рыночной площади ещё не случалось! Все знали, что это за место — правительственное учреждение. Если кто-то действительно пострадал от несправедливости, лучше было откупиться серебром, чем бить в колокол. А если серебра не было, то хоть год бей — никто не пошевелится, да ещё и самого жалобщика могли посадить в тюрьму.

— И кто же этот смельчак? — судья Крэнстон удивился.

Он посмотрел в сторону инспектора Уэста и спросил его мнение:

— Что скажете, ваша честь?

— Введите его, — холодно произнёс инспектор Уэст. Его голос, словно удар гонга, отозвался в сердце Крэнстона. Тот не мог сдержать страха.

Человека быстро ввели. Это оказалась молодая девушка, одетая как служанка. Войдя, она опустилась на колени.

— Кто вы? С какой несправедливостью столкнулись? — не дожидаясь, пока заговорит судья Крэнстон, инспектор Уэст задал вопрос первым. Крэнстон не осмелился его перебить и мог лишь сожалеть в душе. Похоже, инспектор Уэст решил взять дело в свои руки. Но Крэнстон не мог ему воспрепятствовать. Королевский инспектор Уэст был фаворитом короля и обычно не знал поражений. Этот человек был упрям и непреклонен, как камень. Большинство чиновников его не выносили, но тем, кто попадал под его надзор, в итоге не поздоровилось. Можно сказать, что инспектор Уэст был для чиновников сущим демоном. И когда демон заговорил, Крэнстон не посмел пренебречь им. Деньги — это хорошо, но свою официальную шапку нужно было удержать. Судья Крэнстон решил, что деньги Шарля можно считать потерянными, а о лорде Ричарде тоже придётся забыть. Раз уж здесь присутствует сам инспектор Уэст, нужно при людях изображать из себя справедливого и неподкупного служителя закона.

Приняв решение, судья Крэнстон промурлыкал:

— Да, излагайте вашу жалобу. Если скажете правду — мы с его честью решим дело по справедливости.

Толпа снаружи рассмеялась. Слова Крэнстона звучали комично. Когда продажный чиновник клянётся вершить правосудие, люди понимают, что он просто рисуется. Шарль в оцепенении уставился на судью Крэнстона. Внезапно его охватила паника. Всё шло не так, как он задумал. Теперь даже отношение судьи стало двусмысленным. Если в этот решающий момент Крэнстон предаст его, на что же тогда надеяться самому Шарлю?