Глава 13

Маргарита

Я неторопливо собиралась на обед, раздумывая, стоит ли там вообще показываться. Впрочем, мне успели объяснить, что приглашение принца игнорировать нельзя.

Тара восторженно чирикала над ухом, рассказывая последние сплетни из кухни. Мэтр Эскофье сегодня утром пообещал на обед рыбную солянку. В общем, все равно пойду, хотя и с опаской.

Вот не успела я появиться в Резиденции, как уже нашла себе врага, вернее - врагиню.

Как раз вчера состоялось мое представление ко двору - тихо, спокойно, незаметно. В толпе молоденьких девушек прибывших ко двору, чтобы быть представленными королеве.

Большая часть их приехала вместе родителями или опекунами с прицелом задержаться в резиденции на последний Летний Бал.

Меня представила Верховная Хранительница Династии. Сначала планировалось, что сопровождать не слишком молодую ученицу будет госпожа Тиасса эт Бирук, но тут я как всегда влипла в историю.

Нижняя половина платья для вечера, чистая и отглаженная, лежала на сундуке, а верх я как раз надевала, что бы сделать прическу и не мять ее потом корсетом. И тут оказалось, что благодаря неусыпной заботе Руимы я сильно похудела - платья, присланные принцем в начале лета, стали излишне свободными.

Тара заахала, мол, сейчас подошью, но присмотревшись, сказала, что надо идти к дворцовой мастерице - корсет нужно ушивать очень сильно, возможно, даже вынуть пару костяшек.

Пока Тара бегала за шпильками и прочими мелочами, я по простоте душевной и отправилась к дворцовой портнихе сама. До церемонии оставалось часа полтора, а съезжающий корсет меня нервировал сверх всякой меры.

Добежала до мастерской я быстро - на мне кто я такая не написано, а полуодетых барышень по коридорам бегало много.

Объяснила мастерице проблему. Постояла у зеркала, пока сметали излишек и присела скромно в уголок, ждать, пока одна из помощниц зашьет уже смётанный корсет.

Тут дверь распахивается и бьется о стену, являя на пороге изумительной красоты рыжеволосую даму лет тридцати пяти.

- Где эта негодяйка, которая испортила мне платье?

Громким голосом вопрошает дама и швыряет через всю комнату, вырванный из рук у швеи корсет! Мой корсет!

Я девушка мирная, как тот самый бронепоезд, пока стою на запасном пути. Мне через час в этом корсете перед всем двором гарцевать!

А дама продолжает вопить и призывать на голову несчастной швеи всех демонов подземного мира. Помощницы прячутся по углам, время идет, шум раздражает мои и без того потрепанные нервы.

Так что я тихонечко подхожу к этой крикливой особе и вежливо так говорю:

- Сударыня, чем вам так не угодил мой корсет?

- Что?

Не поняла дама и тут же возмутилась:

- Да как вы смеете, вон!

И тут надо добавить, что я по возрасту гораздо старше, чем основная масса фрейлин, воспитанниц и прочих девушек дворянок.

Поэтому я спокойно подобрала свою вещь, вытянула из-за стола мастерицу и попросила ее закончить работу. И все это вежливо, негромким голосом и с улыбкой.

Онемевшая от такой наглости придворная дама вылетела прочь, хлопнув дверью.

Мастерицы радостно посмеялись и заодно просветили меня, что это была старшая фрейлина королевы - госпожа Тиасса эт Бирук.

После этого я даже знакомиться к ней идти не хотела. Но Руима строго сказала:

- Сама наломала дров, сама и печь топи. – Потом ободряюще подмигнула и повела меня уже одетую и причесанную в покои старшей фрейлины.

Конечно, прекрасная зеленоглазая дама меня узнала, но виду не подала - мы вежливо раскланялись и буквально через пару минут все так же вежливо распрощались.

На вечернем приеме госпожа эт Бирук стояла недалеко от ее величества и внимательно приглядывалась к девушкам, приседающим перед троном.

Когда Верховная Хранительница представила меня как свою ученицу, старшая фрейлина посмотрела на меня пристальнее и к моему удивлению улыбнулась.

Спрашивается, кто эту ненормальную обер-фрейлину поймет?..

Итак, я собиралась на обед. Простое платье из тонкой шерсти поверх шелковистой льняной сорочки. Платье без корсета, без нижних юбок и пышных рукавов, только подол немного украшен вышивкой.

Цвет его неважен, потому что поверх него я первый раз надену зеленую мантию с золотой каймой, традиционный наряд Травницы. Только на плече вместо герба или фамильного знака вышит округлый лист с каплей в центре - знак ученика.

Волосы я заплела в две косы и подобрала под зеленый бархатный берет с золотистой брошью в виде того же листа.

Все это Верховная Хранительница торжественно вручила мне сразу после представления двору. Теперь я легко растворюсь в полудюжине таких же зеленых мантий в стенах дворца. Ура!

Обед, к моему удивлению, прошел тихо - неизвестную ученицу посадили в компании таких же учениц и воспитанниц.

Весь обед мне не давали рта раскрыть, подробно расспрашивая: а страшно это быть ученицей Хранительницы Династии? Бьет ли меня строгая дама за ошибки в учебе?

Я сперва растерялась, а потом решила, что хуже не будет и принялась жаловаться на свою тяжелую жизнь. Кажется, от меня этого и ждали.

- Хорошо, что тебя все же взяли в ученицы, - сочувственно сказала девчушка лет тринадцати, голубоглазая и светловолосая, будто солнечный луч.

- Хорошо - поддакнула я.

- Раз замуж не взяли, то лучше учиться, чем у родни на шее сидеть, - добавила девушка лет пятнадцати, с красиво уложенными волосами, которую слегка портил великоватый нос.

Тут все шумно стали утешать ее, говоря, что при дворе, конечно, больше шансов найти жениха и вообще… есть девушки, которым это уже не светит в силу возраста.

Я не сразу поняла, почему все косятся на меня, а когда поняла, мысленно расхохоталась, едва ли не фыркая в тарелку и опасаясь расплескать кулинарный шедевр мэтра Эскофье.

Замуж! Вот насмешили! Не родился еще тот парень, который сумеет меня заинтересовать как мужчина.

Я росла в окружении мужчин. Высоких, спортивных, занятых любимым делом. И видывала их всякими - и плачущими от злости, и смеющимися от бессилия, и пьяных, и скрюченных от боли.

Поэтому и отношение у меня к ним выработалось скорее сестринское или материнское: накормить, подлечить, выслушать, похвалить.

Даже мама смирилась с таким заскоком. Когда мои однолетки начали прихорашиваться и красить губки, я лазила через заборы и пекла «Пиратские пироги» для всей шайки братьев, кузенов и соседей.

Когда дело дошло до поцелуев и обнимания в подъездах, мне интереснее было прочитать новую книжку или перевязать очередную царапину, чем мерзнуть несколько часов под окнами.

В колледже мало что изменилось. Несколько однокурсниц уже успели выскочить замуж. Они приходили на занятия после свадьбы румяные, похорошевшие, тожественно сверкающие золотыми колечками.

Я за них радовалась, немножко завидовала их счастливым лицам, но не понимала и даже с трудом представляла, как это - быть замужем.

Так что, еще немного похихикав в тарелку и дождавшись ухода королевы и принцев, я поспешила к себе - сегодня вечером Ульсоритас собирался зайти к нам обсудить новые придумки в борьбе с захватчиками.

Принц не оставлял меня любезным вниманием и во дворце: поделился радостью победы над братом, не забывал мне приветливо кивать на торжественных выходах и тем невольно привлек ко мне внимание старшего принца.

Вот оно мне надо? Пусть Руима ему докладывает подробности борьбы с «Чужой кровью».

Кое-что травница мне уже сообщила - не зря мы все лето корпели в избушке, пытаясь выделить компонент, который помог мне справиться с волшебной липучкой.

Оказалось все же, что проще использовать небольшое количество крови вместе с травами, блокирующими магию.

Таких трав было немного и их действие было изучено в этом мире. Почему же тогда я сама могла колдовать?

Руима предположила, что антимагическое действие дает резонанс - ведь и колдуны «Чужой крови», и я посторонние в этом мире. Значит, мы можем оказаться противоположными по знаку к друг другу, хотя и имеем совместимость с магией этого мира.

Примерно как яйца могут быть компонентом соленого омлета, а могут «участвовать» в сладком безе. А я и адепты «Чужой крови»и подобны соли и сахару.

Травница посмеялась над моими кулинарными ассоциациями, но согласилась, что можно взаимодействие миров объяснить и так.

Снадобье мы приготовили еще в деревне. Даже не пришлось пальцы колоть. В каждую фляжку с настоем положили лоскуток повязки, которой бинтовали мои пораненные взрывом свитка локти и колени.

Именно это снадобье помогло травнице дождаться отряда вызванного на помощь. Адепты использовали свою магию, что бы лишить ее сил, надеясь захватить в плен, но в результате попались сами.

Теперь Руима заперлась в своей лаборатории, надеясь выявить уязвимые точки этих существ. Кроме того, она обратила внимание на то, что колдуны стали применять новые способы влияния, больше угрозы и подкуп, чем магию. Либо их силы истощаются, либо они задумали что-то большое, требующее огромных затрат сил.

Пока удалось выяснить только то, что адепты остаются людьми лишь внешне, изменения крови только начало трансформации.

Попавший в лабораторию адепт начал меняться недавно - около трех месяцев назад, но уже большая часть его органов изменили вид и функции.

Для людей, противостоящих засилью кукловодов, тоже требовалось что-то новое, необычное, ведь моя кровь действовала только на адептов, более зрелые колдуны могли успеть защититься.

«Думай, Рита! Думай!» - твердила я, расхаживая по гостиной и едва не наступая Врану на нервно дергающийся хвост. Что, известное в нашем мире, может помочь этому противостоять?

Наконец топтание и бормотание дало некоторый результат, но тут требовалась помощь мэтра Эскофье.

Как была, в зеленой ученической мантии, я поспешила на кухню. Увы, появилась я невовремя - мэтр как раз жестоко распекал помощника:

- Самтал, ты так и останешься младшим помощником, если не научишься слушать, что тебе говорят! Я просил тебя набрать красных ягод для украшения торта, а ты что принес?!

Возмущенный мэтр даже не обратил внимания, что ягоды в стоящей перед ним корзине - красные.

Подойдя поближе, я присмотрелась. Все ясно: корзина до краев наполнена кистями калины.

Бедный помощник, побледневший до синевы, уже готов был осесть на пол - мэтр заставил его проглотить несколько горьких до изумления ягод.

Надо парня спасать, а то разляжется он тут, и злой мэтр мне ничем не поможет.

- Здравствуйте, господин Эскофье! - Жизнерадостно прочирикала я.- Ах, какая прелесть - эти ягоды! Вы хотите приготовить из них рубиновое желе?

Не успевший поведать мне грустную историю появления этих ягод на кухне мэтр, был тут же заинтригован:

- Здравствуйте, сударыня! Вы умеете готовить что-то съедобное из этих, - он пренебрежительно скривился, - ягод?

- Ну конечно, мэтр! Прекрасное рубиновое желе, красивое и сладкое. Оно отлично подходит к воздушным тостам для завтрака.

Оставленный в покое помощник постепенно начал менять цвет лица на более румяный, а любопытствующий мэтр пригласил меня к своему возвышению в центре кухни.

- Итак, сударыня, вы утверждаете, что из этих горьких ягод можно приготовить сладкое блюдо для завтрака?

- Не только для завтрака мэтр, желе можно подавать как десерт со взбитыми сливками, им можно украсить торт или мясное блюдо.

- Даже так! - удивился мэтр, - сударыня, у вас найдется время записать для меня рецепт?

- Время найдется, но мне кажется, лучше будет все же показать процесс, есть некоторые тонкости.

- О да! - воскликнул обрадованный повар и тут же отправил поваренка за фартуком и банданой.

Следующие полчаса мы собирали все необходимое для приготовления желе. Попутно я пыталась узнать, как тут хранят варенье. Оказалась, что никак.

Фрукты просто сушили либо мочили в бочках. Сахар был дорог, а мед хорошо съедался и без фруктов.

Поразмыслив, я озадачила помощника поиском небольших керамических горшочков, велев все найденное хорошенько вымыть, ошпарить и вынести на ледник.

Потом настало время заняться ягодами. Не заморачиваясь перебиранием или сниманием ягод с веток, я вывалила всю корзину в котел, в котором кипело два-три стакана воды. Ягоды порозовели и начали оседать.

Плеснув для верности кипятка сверху, объяснила двум дюжим поварятам как нужно держать растянутое редкое полотно, на которое обычно откидывали творог. Еще двое слили воду и вытряхнули ягоды вместе с ветками на ткань.

Следующий этап требовал силы - протереть ошпаренные ягоды через рядно, пестиком выжать все капли сока и мякоть. Из целой корзины сырья получилась небольшая кастрюля отжатого сока с мякотью, в этот сок следовало добавить сахар.

По приказу господина Эскофье принесли целый мешок желтоватого комкового сахара. И вот тут случился затык - сахар здесь получали выпариванием, и конечно не очищали после выработки. Такой сахар растворялся в воде значительно дольше, и рассчитать его пропорцию было гораздо сложнее.

- Мэтр,- попросила я, подумав, - а нельзя ли этот сахар смолоть?

- Смолоть? - Удивился повар - как скажете сударыня.

По его сигналу двое поварят принесли некую конструкцию, которую обозвали мельничкой и принялись лихо крутить ручку, разбивая желтоватые куски в крупную крошку.

Пока они этим занимались, я отыскала котелок побольше, слила туда сок и мякоть из кастрюли, а потом насыпала в кастрюлю молотый сахар - ровно столько, сколько было сока. Подумав, добавила стакана полтора воды и поставила на маленький огонь у самого края плиты.

Вскоре сахар начал таки таять, а еще через пятнадцать минут сироп забулькал. И отправился в котелок с соком. Все постояло на огне до закипания, а затем было быстренько снято с плиты.

- Теперь, уважаемый мэтр, пусть котелок остынет до комнатной температуры. А потом разольем желе в холодные горшочки, накроем кусочками пергамента, вымоченными в крепком хлебном вине, и уберем на ледник.

Пока поварята прибирали стол и плиту, мы с мэтром отошли к окну, и я наконец вспомнила, зачем собственно так спешила на кухню.

- Уважаемый мэтр Эскофье, мне нужна ваша помощь. Я выполняю задание своей наставницы - испытываю средство от новой болезни. Мне нужно понемногу всех пряностей, приправ, трав и грибов, которые у вас есть. И, наверное, еще сладости… да, совершенно точно - сладости.

Мэтр, конечно, удивился, но обещал немедленно собрать поднос с нужными ингредиентами и прислать его в мои покои.

Пока мы беседовали, прихлебывая маленькими глоточками острый напиток на основе трав и пряностей, желе остыло.

Быстренько разложив его по горшочкам, я велела отнести их на лед, а немного желе выложила на блюдце. Минут через пятнадцать блюдце достаточно охладилось для пробы.

Мэтр, как и в прошлый раз, подхватил серебряную ложечку и аккуратно зачерпнул немного желе. Оценил цвет, прозрачность, плотность, потом поднес к губам и задержал кусочек во рту. Помолчал, отхлебнул остывший напиток и вновь потянулся к блюдцу. Затем, не оборачиваясь, громко крикнул:

- Самтал, немедленно бери корзины и двух поварят. Отправляйтесь туда, где ты нашел эти ягоды, и принеси мне все!

Приободрившийся младший помощник радостно испарился, забрав опустошенные корзины. А я с чувством выполненного долга вернулась к себе.