Глава 12

Маргарита

Когда караваны добрались до высокого и широкого трактира с огромным огороженным двором и многочисленными пристройками, мы с Ситтариэ мечтали подняться в отведенную нам комнату.

Нас встречали как ни странно женщины — две высокие статные молодухи, в похожих платьях и смешных повязках с ушками. Поклонившись, указали конюшню, трапезную и покои для благородных. Одна из женщин пошла, провожать нас с Ситтариэ, вторая повела мужчин к очагу и горячей пище.

Еще в пути Вран попросил помочь раненым, лежащим в коконах на лошадиных спинах. Так что мы быстренько поели и умылись, пока наемники понесли своих друзей в баню. Потом переоделись — скинули теплые кафтаны и юбки, оставшись в удобных шальварах и рубашках с длинными жилетами. Ситтариэ уже достала из повозки мой новый саквояж, который я обозвала «аптечкой». Еще мы повязали волосы простыми косынками и отправились к комнате приготовленной хозяином для южан. В коридоре нас перехватил Вран:

— Я иду с вами, леди, — сказал он сурово.

И нахмурился, очевидно ожидая возражений.

— Хорошо, милорд, — жизнерадостно прочирикала я, избавление от тяжелой верхней одежды казалось мне праздником. — Возможно, нам понадобится ваша помощь.

— Я очень прошу вас быть осторожной, леди. — Я посмотрела на герцога с недоумением. И он пояснил: — Мы совсем не знаем этих людей и, неизвестно что именно привело их сюда.

Я лишь молча наклонила голову. Когда Вран выпускал на волю герцога, перечить ему было бесполезно. К тому же я понимала, что он заботиться обо мне, считая своей собственностью, и почему-то от этих мыслей было приятно.

В молчании мы шли по коридору. Вдруг, дверь прямо передо мной резко отворилась. Я и не заметила, как отлетела к стене, а Вран уже стоял с мечом наизготовку. В проеме показалась дама, несомненно, знатная леди в темно-вишневом платье, с изысканно уложенными черными волосами. Увидев герцога с мечом в руке, она отшатнулась и поднесла руку к губам готовясь закричать.

К счастью Ситтариэ не растерялась и присев в книксене громко заговорила:

— Простите, леди, вы немного напугали нас, а мы немного напугали вас.

— Ннничего страшного, — пробормотала дама и проводила нас долгим взглядом.

Задумываться о короткой встречи было некогда — нас уже ждали.

Топчаны приготовленные трактирщиком уже стояли стопкой в углу. Рядом лежали одеяла и простыни, небольшие подушки набитые жестким пером и кувшины с горячим взваром. Переглянувшись, мы с Ситтариэ, принялись заправлять топчаны.

Едва управились с ними и все красные и вспотевшие присели на краешки, как появился первый южанин в нижних портках и рубахе. С миниатюрной и очень худой девушкой на руках. Оглядев расставленные парами топчаны, он выбрал один и уложил свою ношу.

Я тут же подошла со своей сумкой:

— Я травница, давайте я ее осмотрю. — Южанин посторонился. — Что с нею было?

— Ее били, — с сильным акцентом произнес мужчина, — сильно били и не кормили, и еще… на его щеках выступил румянец.

— Понятно, — вздохнула я. — Ох и везет мне последнее время на гинекологию!

Осторожно отогнув простыню, стала осматривать, начиная с ног. Синяки, подсохшие царапины, кое-где кожа просто содрана пятерней как граблями. Худые выступающие косточки таза, ого, еще и ребро! Шея тоже вся желто-синяя, как будто душили. Нос цел, зубы на месте, по лицу видимо сильно не били, а вот телу досталось.

Надела обруч, подаренный Их Высочествами, и ахнула — внутри творилось нечто невообразимое. Похоже, ею занимался искусный лекарь, раз девушка еще жива.

Во время осмотра Ситтариэ стояла рядом, и первая увидела вошь, выползшую за ухом. Содрогнувшись от омерзения, молча показала мне. Южанин увидел жест и проговорил:

— Мыл щелок, надо чесать.

— Не надо, — покачала я головой, — сейчас уберу.

А я- то еще хихикала, когда Руима учила меня «женской магии»! Одним из обязательных умений было изгнание насекомых.

— Тари, подай горшок.

Сложив пальцы сложной загогулиной, я пропела несколько слов и сделала над горшком движение, словно стряхивая туда что-то с волос девушки. Сразу после этого по волосам прошла волна и в горшок посыпались насекомые. Потом раздался легкий хруст — лопались гниды. Пара минут, и все. Наемник смотрел, приоткрыв рот.

Надо было действовать дальше, скоро принесут остальных. Полезла в свой саквояж, достала смесь травок для обезболивания, велела Ситтариэ заварить весь пакет в большом кувшине.

Дюжина девушек в подобном состоянии, вот только откуда? Не важно, этой срочно лечим почки, желудок и женские дела, насколько получится. Похоже, мне здесь придется задержаться. Пока я занималась девушкой — бедняжке пришлось наложить швы, тугую повязку и холодный компресс, Вран держался рядом, исподтишка рассматривая наемника.

Вскоре начали приходить другие мужчины. Их девушки были постарше и повыше, но такие же истощенные и израненные. У одной оказались вырваны зубы, у двух других множественные ожоги от углей и каленого железа. Еще две не могли поднять сломанных рук…

В общем, работать пришлось всем. Где было можно, я старалась обходиться медицинскими методами — накладывала шины и повязки, смазывала ожоги мазью. Все силы уходили на внутренние повреждения, кровотечения и разрывы тканей.

Маг, который был предводителем и опекал двух девушек, появился последним. Еще занимаясь первой жертвой неизвестного садиста, я не отвлекаясь, попросила наемника сказать всем, чтобы не мучили бедняжек. Вшей я выведу, заклинание простое. Он быстро сбегал в баню сообщить это остальным.

Услышав о травнице, наемники побыстрее вымыли своих подопечных и принесли в комнаты. Из одной мы сделали смотровую, а в двух других укладывали уже обработанных больных.

Предводитель, тоже имевший неплохие способности к врачеванию, помогал, как мог. Освободившиеся наемники принесли ужин прямо в комнаты. Молодой мужчина, с болью в глазах глядя на девушек и буквально засыпая с куском в руке, продолжал подсказывать мне, на что стоит обратить внимание в первую очередь.

На мои искренние похвалы он горько усмехнулся и махнул рукой. Благословение показало совершенно дикую смесь эмоций — сожаление, боль, разочарование и безысходность.

Но вот очередь дошла до «его» девушек и эмоции сменили окраску — болезненная нежность к малютке с бледными кудряшками и сильное, глубокое чувство к шатенке. Странно, я сначала думала, что они его родственницы. С шатенкой они даже чем-то похожи, как кузены или дядя с племянницей.

Блондинка пострадала в силу хрупкости сильнее, а вот шатенку маг попросил оставить напоследок. Сказал, что у девушки сильная душевная травма, и он опасается, что есть еще и травма головы.

Вран видя, что мы активно работаем, не вмешивался. Лишь прислал в помощь нескольких солдат — принести воду, кипяток, убрать грязное белье и помои. Но поняв, что с последней девушкой все сложно вмешался:

— Леди, вам стоит восстановить силы, перед такой тяжелой работой. Вспомните, как вы лечили глаза.

Я содрогнулась. Он прав, но как же хочется его чем-нибудь стукнуть! За окнами густела холодная тьма, было уже за полночь, но оставлять девушку так было тоже нельзя.

Поняв мои проблемы, герцог достал из очага припасенный горшок жаркого, а из тряпицы на каминной полке — хлеб и сыр.

Кипятка у нас было довольно, а нужные травки нашлись в саквояже. Запивая мясо травяным настоем, я автоматически вгляделась в жующего напротив мага так, как учила Руима, и содрогнулась: в крови предводителя мелькали метки «Чужой крови»! Малозаметные, и странно хаотичные, они, тем не менее, были!

Маг, что-то почувствовав, поднял на меня глаза: эмоции полыхнули. Потом страх сменился тревогой и ее полосы, словно коконом оплели девушек, а потом и наемников.

Автоматически продолжая жевать, я немного огляделась — Вран стоял к нам спиной, отпуская солдат — помощников на отдых. Кажется, он не заметил моего волнения. Впрочем, и сил на переживания у нас не осталось.

Наемники чутко дремали в соседних помещениях, прислушиваясь к неровному сну своих подопечных. Маг еще раз вгляделся в меня и горько усмехнулся, ожидая решения. Я опустила глаза, терзая ложкой кусок мяса. Поняв, что прямо сейчас его убивать не будут, адепт продолжил трапезу — щеки его по впалости напоминали мои. Браслет защищал меня, конечно, от полного истощения, но количество больных и тяжесть ран зашкаливали за пределы его возможностей.

Поев, мы с магом переместились к лежащей неподвижно девушке. Под боком у нее свернулся мокрый клубок меха, но Санрин не обращал на него внимания.

Сев в изголовье, я начала диагностику. Мдаа, целитель был прав — черепно-мозговая травма, и гематома не одна. Прежде чем что-то делать, нужно осмотреть весь организм. А вот организм особыми повреждениями не отличался — почти как у всех, немного гинекологии, немного порезов и ушибов, вот только левая грудь беспокоила — тоже гематома, и слишком обширная.

Решив не экономить на последней пациентке, дала толчок к лечению мелких повреждений. Потом принялась осторожно усиливать кровоток, добираясь до самых мелких капилляров, что бы гематомы рассасывались сами.

Маг поил девушку противовоспалительным отваром и старался прикоснуться к ее волосам, когда думал, что я не вижу. Наконец, почти под утро стало заметно, что процесс начинает двигаться сам. Можно было отпустить девушку и лишь поддерживать нужными процедурами. Кивнув магу, кутающему свою любимую в одеяла, я вышла на улицу.

В воздухе кружились редкие снежинки. Вот и зима, мелькнуло в голове. Посетив уборную, и умывшись из бадьи ледяной водой, я взбодрилась и остановилась полюбоваться луной в снежном обрамлении. Всегда любила снег, пролетающий сквозь полосу света. Сзади неслышно подошел Вран:

— Получилось? — Тихо спросил он, останавливаясь буквально в полуметре у меня за спиной.

— Да. — Кивнула я, не оборачиваясь. — Но им потребуется мое внимание, еще хотя бы сутки. Потом маг справится.

Вран помолчал, потом произнес:

— Хорошо. Мы можем здесь задержаться еще на день и ночь. Потом поедем дальше.

Несмотря на усталость от его глубокого голоса по спине пробежали мурашки. Захотелось прижаться к нему спиной и стоять, молча глядя на снег из его надежных объятий. Да, так.

Я поняла, чего мне не хватало в парнях из моего мира — вот этого сочетания надежности, ответственности и мальчишеской улыбки, бесшабашной и горячей. Этого плеча за спиной и горячих рук на груди… Что?!

Замечтавшись, я сама шагнула назад, прижалось всем телом к Врану, и потерлась, мурлыча как кошка. Сперва он стоял неподвижно, сжимая кулаки и боясь даже шевельнуться, но потом, отбросив какие-то мысли, обнял. Прижал к себе, накрыв тяжелыми полами плаща.

Губы его прижались к тонкой коже за ухом, совсем сдвинув и так сбившуюся косынку. Его руки, сначала чинно обнимавшие талию, поднялись выше, словно взвешивая тянущую от сладкой боли грудь. Ахнув, я выгнулась, упираясь бедрами во что-то твердое прижимавшееся сзади. И получила легкий укус в шею, от которого мурашки пробежали по разгоряченной коже и ухнули в низ живота огненным комком.

Вран

Оторваться не было никакой возможности и желания. Как же он измучился! Вран тискал податливо изгибающееся тело девушки и, проклиная все пил ее дыхание. Дразня, уговаривая раскрыться нежные губы. Вдруг сильнее повернув к нему голову, Рита высунула кончик язычка и провела по его губам. Желание стало нестерпимым. Взрыкнув он прижал ее к себе еще теснее, и впился в манящий рот, одновременно начиная покачиваться в едином с нею ритме.

Разлепились они только через несколько минут, тяжело дыша, и глядя друг на друга безумными глазами. Сладко вздохнув, девушка вновь приникла к мужчине, обняв его талию и запустив холодные пальчики ему под рубашку.

Это несколько отрезвило Врана — он осознал, что они стоят на улице, холодной почти зимней ночью, и идти вдвоем, что бы продолжить начатое им некуда. Но и уйти прямо сейчас сил не было. Склонившись, он обнял Риту, прижал теснее и сказал:

— Милая, хорошая моя, сладкая моя девочка, — прервавшись, он потерся носом о нежный изгиб шеи, над ключицей глубоко вдыхая теплый женский аромат. — Мы должны подумать о твоей репутации. Давай постоим еще немного, и вернемся в дом. Тебе нужно отдохнуть.

Рита зябко поежилась, но смолчала. Она ласково ерошила Врану волосы, гладила лицо, шею. Позволяла его губам ловить тонкие пальцы, целовать полузакрытые глаза и припухшие губы.

Наконец, немного успокоившись, влюбленные встали. Девушка поправила косынку, Вран запахнул рубашку и, обнявшись под одним плащом, они двинулись к зданию.

Там герцог пошел проверить караулы, а Рита медленно поднялась в комнату к больным девушкам. Нужно было проверить подопечных и поговорить со странным адептом «Чужой крови».