Глава 8

Маргарита

Я сидела за столом как на иголках. Вот вроде бы все хорошо, и травки помогли, и Ситтариэ вовремя прибежала, что бы помочь мне одеться и причесаться, а все равно на душе свербит. Хранительница даже не ругалась, вздохнула тяжело и посмотрела как на полную идиотку. Потом ласковым голосом добавила:

— Вот так у волшебников и появляются странности — разок забудешь охранку наложить, пару десятков лет заикание обеспечено…

А на Врана просто совестно смотреть — не соратница, а просто кисейная барышня какая-то. Второй раз ему сапоги уделала, да и вообще. Здешние леди вот как госпожа эт Бирук — прекрасны и невозмутимы. При этом они всегда блюдут свою выгоду, а я так, недоразумение какое-то…

От самокопания меня отвлек герольд — начал зачитывать награды положенные нам за беготню по степи. О, а вот это новость — значит, Врана отправляют подлечиться, а меня ему в качестве личной медсестры презентуют?

В голове закрутились непристойные картинки: красотки на высоченных каблуках, в белых халатиках, обрезанных до предела.

Так, кажется, сейчас кому-то будет больно!

— Ой! Я совсем забыла о волшебном пламени!

Врана в один миг обвила стальная лента эмоций и, его скрутило, словно от резкой невыносимой боли. И не только его! Все мужчины присутствующие в зале сморщились, стиснули зубы, а кто-то даже упал в обморок!

Я быстро выдохнула и послала всем волну спокойствия и умиротворения. Мужчины успокоились, недоумевающие дамы заулыбались, расслабились и потянулись к десерту.

Некоторая суета улеглась быстро, очевидно придворные имели защитные амулеты.

Хранительница строго на меня посмотрела, того гляди пальцем погрозит. Меня понесло. Я отправила ей смешинку и, суровая дама начала давиться от смеха прикрывая рот салфеткой.

Любопытному министру я добавила беспечности, чопорной даме слева — желания, и понеслось! Убегала из столовой огородами, скрываясь за высокими спинками кресел.

Вран выбирался, следом чертыхаясь не по — детски. Так ему и надо! Не будет меня скромную обижать!

В коридоре Вран меня все же догнал, притиснул к стенке, и выдохнул прямо в ухо:

— Что ты творишь?!

— А что такое? — Подняла я на него удивленно — наивные глазки. Даже приоткрыла рот для пущего эффекта, за что и поплатилась.

С утробным рыком он впечатал меня в стену и прижался губами к губам.

— Мммм, — какой он вкусный! — в голове порхали звездочки, в груди разливалось тепло.

Я просто висела, облепив Врана как водоросли морской камень. Руки блуждали в его волосах, растрепав тщательно стянутый хвост. Ноги сжимали его бедра и если бы не довольно узкая мантия, я бы точно скрестила лодыжки у него за спиной, вспомнив глупые фильмы.

Через пару минут совершенно ошеломительного поцелуя герцог меня отпустил. Одернул мантию, посмотрел с каким-то страхом и сожалением на мой рот и ушел, бросив на прощание:

— Отъезд послезавтра. Через час идем на рынок, закупить необходимое в дорогу.

Я буквально стекла по стене. Ноги не держали, губы ныли, нижняя даже лопнула и слегка кровоточила. Потрогав ранку, я посмотрела на красное пятнышко на пальце, облизнулась и, едва шевелясь, как древняя старуха поползла к себе — умываться холодной водой.

Вран эт Верис

Герцог, едва сдерживая гнев, шел по коридору. Полы распахнутого, словно в удушье камзола отлетали в сторону, меч бил по бедру, но он не замечал неудобства.

Как он мог! Как она могла! Хотя надо признать ее губы были так соблазнительны, так манили своей свежестью и наивностью. А когда между ними мелькнул розовый кончик язычка, голову снесло начисто!

Но он ведь не грубое животное! У нее было такое растерянное лицо, кровь размазалась у рта из лопнувшей губы. И ее огромные глаза, в которых можно было утонуть… Как он может поехать с нею в поместье? Принцы что, совсем не понимают, что его нельзя подпускать к женщине, тем более к этой?

Вран решительно свернул, прошел два пролета лестницы и через узкую галерею перебрался к дверям, ведущим в апартаменты принцев. Постоял минуту, обдумывая аргументы и вошел в приемную.

Гвардейцы, стоящие на часах подсказали, что их высочества в игровой комнате. Об этой модной новинке, ему все уши прожужжал новый камердинер. Вран решительно распахнул дверь, и увидел как принцы, переглянувшись, пожали друг другу руки. Потом Рас передал Ульсоритасу золотую монету, а тот, дурачась попробовал ее на зуб, прежде чем спрятать в поясной кошель.

Уль улыбался, глядя как Вран собирается начать разговор. Расколоритер хранил сдержанное молчание, и герцог обратился к нему:

— Ваше высочество, я слышал объявление об отправке меня в родовое поместье. Позвольте мне поехать одному.

— Нет. — Хором выпалили принцы.

— Почему? Леди Маргарита, конечно, тоже нуждается в поправке здоровья, особенно после сегодняшнего покушения, но у нее теперь есть свое поместье!

Принцы опять обменялись телепатическими взглядами и вперед выступил старший:

— Все дело в том, герцог, — выделил он голосом титул, — что у нас есть поручение, которое можете выполнить только вы и только с госпожой эт Солариэсс.

Вран недоуменно посмотрел на принца, бывшего ему едва ли не ближе родного брата. Его Нас прозвучало поистине с большой буквы.

Расколоритер прикрыв комнату с помощью медальона, выданного Хранительницей для подобных случаев, кратко описал Врану причины побуждающие убрать его и Риту с линии огня. А так же перспективы поиска короля в Северном море.

— Так что сам понимаешь, кузен, от этой леди тебе никуда ни деться.

— Признай хотя бы, что девушка неглупа и очаровательна, тогда твое путешествие пройдет куда веселее… — Добавил Ульсоритас со своей неподражаемой улыбкой. — К тому же она теперь баронесса.

Вран стоял, насупившись, понимая, что его загнали в угол. И все же выход есть — он тут же изложил его сиятельным родственникам. Можно взять с собой еще женщин. Ну хотя бы камеристку для леди, или там еще пару учениц травниц для практики…

Принцы его высмеяли:

— Зима на носу, какая практика для травниц? — Но все же позволили леди взять камеристку, приличия должны быть соблюдены.

Погруженный в раздумья Вран столкнулся с Ритой в коридоре:

— Я уже готова! — Прочирикала девушка, как ни в чем не бывало.

Мало, кто мог бы заметить легкое покраснение век снятое холодным компрессом и натянутость улыбки.

Она плакала, — понял Вран, — из-за меня…Ему еще больше захотелось провалиться сквозь землю, но надо было идти, закупать в дорогу провиант, фураж, и разные необходимые мелочи.

Они вместе вышли из дворца, пересекли парк. За спиной Риты маячили Ситтариэ, и высокий гвардеец в форме. Сама девушка была в традиционной зеленой мантии, но волосы убрала под берет, а к поясу привязала кошель с монетами.

Вообще кошелей было два — один с медью на поясе мантии, другой, с золотом и серебром под мантией на поясе платья. Руима вручила увесистый мешочек своей ученице сразу после объявления о награде:

— Это на покупки. Считай возмещением от казны за то, что пришлось там оставить.

— Спасибо.

Рита не собиралась отказываться, ей было жалко и запасенных трав, и подарков герцога, и некоторых памятных вещей оставленных в степи.

Для предстоящего пути нужно было выбрать лошадей и двуколку. Вран уже знал, что верхом Рита ездить не умеет, а пары уроков на корде маловато для длинного путешествия по осенней грязи. Конечно, можно было взять карету и лошадей из королевской конюшни вместе с конюхом, но Вран предпочитал пользоваться своим.

Ряды с лошадьми девушке были не слишком интересны, но она с любопытством рассматривала разномастные лошадиные морды, торчащие из денников и загонов. Слушала специфическую речь бывалых лошадников. Перебирала ремни на лотках с упряжью. Иногда, она легкими пассами проверяла прочность уздечки или направляла на торговцев волну приязни к Врану. Так что верховые лошади, двуколка и упряжь были куплены в рекордно короткие сроки.

Время шло к обеду. Герцог отвел лошадей к кузнецу — перековать и пригласил всех зайти в трактир перекусить.

Трактир оказался обычным заведением, не слишком чистым, но уютным. Пол покрывали опилки, столы и скамьи были нарочито неподъёмными, а могучая стойка напоминала бруствер.

Присев за выбранный столик Вран еще раз оглядел зал. Да ему не показалось, здесь совсем не было южан, что довольно странно — половина верховых коней, особенно тонконогие красавцы для скачек привозились именно из Южных степей.

Подошла смирная девка в плотной одежде — похоже, из Южных провинций. Спросила, что будут есть. Меню в таких местах особым разнообразием не блистало и, уточнив что есть в наличии каждый выбрал то, что было ему по вкусу.

— Мясо жареное, много, лепешки и соус к ним. — Попросили Вран и гвардеец.

Девушки выбрали пирог с творогом, похлебку и яблоки в меду. Вино брать не стали — впереди был еще долгий забег по рядам.

Ели быстро. Вран аккуратно прислушивался к разговорам. Да многие торговцы так же зашедшие перекусить жаловались, что из Южных провинций совсем перестали прибывать караваны с лошадьми. Прочие вещи везут, и даже щедро — фрукты, пряности, тонкие ткани и чеканку. А вот лошадей, овец, оружия, не допросишься! К войне они там готовятся, что ли?

Гвардеец, тоже слышавший эти разглагольствования переглянулся с Враном и едва заметно кивнул. Герцог и не сомневался, что усатый, широкоплечий охранник это еще и присмотр от тайной канцелярии. Значит, информация уйдет куда следует. Принцам он возможно и сам сумеет сообщить, или хотя бы Хранительнице намекнет.

Поев, все немного посидели, потягивая крепкий чай и вышли в солнечный денек.

Маргарита

От сытного обеда меня немного разморило, но герцог решительно заторопил нас к выходу из харчевни. Мы вышли и на минуту остановились, привыкая к яркому, почти весеннему солнцу, раскисшей грязи под ногами и специфическому шуму и запаху огромного торжища.

В это время года за ночь лужи уже схватывались прочным ледком, а грязь становилась проходимой. Но к обеду позднее солнышко и подтаявший первый снежок превращали рыночную площадь в хлябь, где запросто можно было потерять сапог.

Самые продвинутые горожане обували котурны¹ и вышагивали с важностью длинношеих жирафов. А нам приходилось изображать горных козлов, перепрыгивая с одних ветхих самодельных мостков на другие.

От загонов с лошадьми и лотками с упряжью Вран повел нас в ряды с зерном и крупами — овес, ячмень, горох, и прочее богатство полей мешками стояло на телегах, на прилавках, на расстеленных бычьих кожах и неструганных досках.

Ловкие торговцы хватали прохожих за одежду, пересыпая с руки на руку зерно и отруби. В конце ряда торговали мукой и жмыхом. Тут же стояли кувшины с маслом. Дальше виднелись ряды сластей и всяких южных вкусностей.

Вран методично выбирал фураж, запасался жмыхом для лошадей — нетяжело и питательно. Подумав, добавил к покупкам небольшой мешок муки, бутыль масла и разных круп.

Все кроме фуража укладывалось в тачку, которую толкал шустрый мальчишка — они тут так подрабатывают. Есть «корзинщики», есть «мешочники», а есть «возницы».

Мальчишки болтались у входов на рынок, предлагая свои услуги. Больше всего «корзинщиков» — в плетеные емкости хорошо укладываются и фрукты, и яйца, и мясо, а вот «мешочники», как я заметила, чаще толкались у лотков с тканями, нитками, книгами, обязательно демонстрируя чистую подкладку мешка.

«Возницы» — местная элита. Обычно это мальчишки постарше. Днем они возят товары за покупателями, а вечером — развозят на тех же тачках заказы по домам. Иногда так подрабатывают в свой выходной ученики пекаря или бакалейщика.

Вран выбрал «возницу» прямо у трактира. Выбрал не только потому, что парень был высок и плечист, а его тачка самой просторной. Он как-то особенно осмотрел весь ряд мальчишек, потом оглянулся на гвардейца и показал взглядом на крепкого парня в растрепанном тулупе. Гвардеец договорился о цене, а заодно продемонстрировал, что мы ходим с охраной, а стало быть, попытка кражи или ограбления будет наказана незамедлительно.

Из «зернового» ряда мы перешли в «мясной», Вран набирал изрядное количество копченого и вяленого мяса, сухих колбас, сала и особые дорожные бифштексы — куски мяса, отбитые в тонкую лепешку, обваленные в специальной панировке из соли и пряностей. Каждый кусок упакован отдельно, в сухие водоросли. По вкусу что-то вроде солонины получается. Можно и варить и жарить и сырым есть.

Следующий ряд — молочный. Здесь Вран закупил несколько голов сыра. Я подумав взяла пресный творог, суну под пресс — получится вполне себе не соленый сыр. Хорошо бы еще яиц взять, но ведь не в поезде поедем.

Дороги тут прямо скажем разные, есть и королевские — мощеные большими плитами, или брусчаткой. А есть и проселочные — две колеи в грязи. Кто знает, какие из них ведут к поместью эт Верис?

Закончив с сыром, быстро перебежали в рыбный ряд. Тут взяли немного, и опять все соленое и копченое.

Правда тут я углядела склянки с рыбьим жиром, и прикупила его впрок. Им хорошо мозоли смазывать, да и для профилактики попить можно. Эту покупку я сделала на свои деньги — мне захотелось вновь собрать аптечку наподобие той, которую пришлось бросить у Южных Сестер.

В рядах с овощами и травами я увлеклась: огромный выбор и возможность торговаться просто лишили меня последней сдержанности. Увидев, что я разговорилась с почтенным травником, держащим тут лавочку, Вран отошел прикупить всяческих орехов в меду, изюма и кураги, и еще каких-то лакомств. Должно быть сестре подарки готовит, да и в пути лишним не будет.

Конечно «собачьего корня» здесь не было, но я успешно прикупила кое-какие не слишком редкие травки, да еще интересную штучку — готовую основу. Этот травник, оказывается, специализировался на лечебной косметике. И придумал нейтральную основу для мазей — в нее достаточно капнуть отвар или эссенцию и можно использовать, все свойства отвара магически усилятся.

Попутно прикупила пряностей, перенюхав и перепробовав, почтив все, что было на прилавке. В итоге Ситтариэ меня оттуда утаскивала, тщательно отряхивая надушенным платочком. Кроме того я набрала кучу полезных корешков в простом зеленом ряду — петрушка, сельдерей, южный имбирь и северный бадан — на любой вкус и кошелек.

Потом перешли в бакалею — Вран покупал смеси для чая, вино и мед в дорогу. Я же искала воск, прополис, спирт и уксус.