Глава 15

Как бы ни хотелось обитателям башни поскорее покинуть опостылевший дом, но они остались, чтобы твари пустошей не прорвались через границу и не напали на мирных жителей Мелисина. В том эльхельсы видели последний долг перед родным королевством, которое отвернулось, предпочитая забыть об их существовании.

Мне же принятие присяги и установление связи с большим количеством подданных далось нелегко. Поначалу я не замечала дискомфорта, но с каждым новым подданным на мои плечи ложился груз ответственности. Эльхельсы видели пример Тулмарона и жаждали избавиться от гнета проклятия. А оно, будто живое, по капле передавалось мне, множилось и усиливало голоса в голове.

— Ты побледнела. Что с тобой? — негромко поинтересовался Калим, заметив мое состояние.

— Я… В порядке! — процедила, усилием воли сохраняя спокойствие и удерживая вежливую улыбку на лице.

— Нет, не в порядке. Я вижу. Выпей зелье! — Всунул мне в руку флакон из своих запасов и ненадолго закрыл собой.

Отнекиваться не стала, опрокинула содержимое в рот, ощущая прилив бодрости и сил. Только благодаря этому продержалась до конца. Мне следовало подлечиться и съесть печень, но я не хотела раскрывать перед эльхельсами все секреты и афишировать наличие пространственных артефактов, где хранились мои запасы. Эта информация только для тех, кто принесет кровную клятву. Принуждать к верности никого не собиралась. Люди должны сами захотеть стать частью большой семьи. В крепости аристократов объединяла общая беда, они оказались в равном положении. А вот как те же эльхельсы поведут себя, когда почувствуют вкус свободы, сложно предугадать заранее. Тут еще Тулмарон созрел на присягу и вздумал поговорить по душам.

— Ты хорошо подумал? — спросила, тяжело вздыхая. — У тебя есть еще время изменить решение. В моем королевстве цениться будут личные качества, а не знатность рода и чистота крови. Никаких привилегий и поблажек. Для меня нет разницы, простолюдин передо мной или эльхельс. Каждый будет равен перед законом и лично ответит за проступок, если совершит таковой, согласно тяжести вины.

— Согласен на все условия, если научите «танцу смерти»!

— К твоему сведению, «танец смерти» – лишь один из элементов древнего искусства боя. Моим воинам нет равных в Мирильсинде. Они — будущая элита Иллеверы и верная опора королевской власти. И я должна быть уверена, что никто не использует новые умения мне во вред. Поэтому каждый воин приносит клятву верности, обязуясь хранить в тайне полученные знания и защищать королевскую власть.

— Справедливое требование. — Молодой мужчина кивнул. — И лучше я стану первым среди избранных, чем изгоем среди равных. Я готов принести клятву, но с одним условием.

— Каким же? — Вот удивил! Еще и условия вздумал ставить.

— Вместе со мной присягу принесет отряд Меченых. Я имею в виду тех воинов из сопровождения, которым вы оставили напоминание о памятной встрече, — пояснил в ответ на мой изумленный взгляд.

— Неожиданно! С чего вдруг такое желание?

— Парни тоже стали изгоями за одним лишь исключением, что их не сослали в башню Забвения. Помимо того, что они тоже принесут клятву и получат возможность усилиться, своим положением будут обязаны мне. — Арон не стал скрывать истинных причин, да и не смог бы меня обмануть, даже если бы захотел. — Нам уже доводилось действовать слаженной командой, и в дальнейшем я бы хотел закрепить этих бойцов за собой.

— Что ж, не вижу проблем. Ты получишь отряд в подчинение после того, как пройдешь обучение наравне с членами отряда. Свяжись с ними, чтобы прибыли в башню Забвения как можно скорее.

— Немедленно отправлю магический вестник!

— В таком случае, сначала дождемся прибытия воинов. Клятву принесете вместе, чтобы ни у кого не возникло сомнений, что вы на одной стороне и в равном положении.

— Но…

— Только вместе, Тулмарон. Если ты выбрал этих людей, рассчитывая сформировать будущее окружение, постарайся сделать так, чтобы и они проголосовали за тебя, когда настанет очередь выбирать командира.

В ожидании визита Айры Эркасс я занялась созданием пространственного убежища с дополнительным выходом. Несомненно, меня заинтересовал принцип работы проходов в Мелисине, но требовалось свободное время и прямой доступ к такому переходу для изучения, а у Айридара не было ключа, чтобы активировать руноглифы. В неактивном состоянии связки рун не поддавались диагностике.

Я уже заканчивала работу над второй дверью, которая выводила из крепости в убежище среди заснеженного леса, созданное на полпути к башне Забвения, когда из Арлистира прибыла гостья. У Нелриньи, как и у остальных телохранителей, имелся при себе ключ, позволяющий открывать двери, которые я создавала. Эльфирка явилась за мной в комнатку, где я старательно выводила рунические знаки. Вернее, девушка прибежала, чтобы предупредить: в башню Забвения пришла вовсе не Айра Эркасс, а ее дочь — принцесса Аринфея Тарьян.

К счастью, никого из моих людей гостья не видела. Дежурный, несущий караул в зале прибытия, спешно оповестил гарнизон о визите высокопоставленной особы. Айридар Эркасс поспешил навстречу племяннице, попутно отправляя доверенного человека предупредить нас, чтобы не высовывались, пока ситуация не прояснится.

Отец наблюдал за моей работой над убежищем, не скрывая восхищения и родительской гордости, что я овладела древними знаниями. Но не это главное, хозяин башни побывал внутри убежища и собственными глазами видел, как истончается стенка перехода изнутри, позволяя наблюдать за происходящим в кабинете, при этом оставаясь невидимым для собеседников. Не сомневаюсь, что именно поэтому он привел Аринфею к себе и усадил спиной к стене с проходом. Девушке было предложено угощение из скромных запасов крепости, напитки и закуски. Она согласилась на чашку травяного взвара. Отпивая горячий напиток маленькими глоточками, принцесса нарочито долго молчала, не озвучивая причину визита.

— Аринфея, не ожидал тебя здесь увидеть. — Первым начал разговор Айридар, устроившись в кресле за письменным столом на правах хозяина. — Ты давненько не заглядывала в гости. Позволь узнать, что привело тебя в башню Забвения?

— Любопытство. Интуиция. Предчувствие, — задумчиво перечислила принцесса. — Выбирай, дядя, что больше нравится?

— Не понимаю твоей иронии, Аринфея. — Нахмурился эльхельс. — Я просил о встрече с сестрой. У меня к ней серьезный разговор. Неужели она так занята, что не смогла выделить брату пару часов драгоценного времени?

— Представь себе! — Хмыкнула нахальная девчонка. — Сейчас мама занимается тем, что по всему королевству ищет пропавшую племянницу. Твою дочь, между прочим! — Я видела, как Айридар натурально округлил глаза в ответ на заявление принцессы. Если б сама не рассказала, кто такая, то поверила бы в его искреннее удивление. — Что? Скажешь, не запомнил, как обрюхатил сендарку? Разве ты не для этого выбрал смазливую девку в телохранительницы, чтобы она согревала твою постель? Скажи еще, что не спал с ней.

— Кхм, Аринфея, это не та тема, которую я бы стал обсуждать, — вспыхнув возмущением, возразил эльхельс. — В любом случае, моя личная жизнь никого не касается. Ареонна давно погибла, и я не хочу оскорблять ее память грязными сплетнями.

— Увы, дядя! — В наглом тоне принцессы не слышалось ни грамма стыда или раскаяния. — Но твою бывшую любовницу обсуждают в каждом уголке Мелисина. Мало того, что она скрыла рождение бастарда королевской крови, так еще отдала ребенка на воспитание неблагонадежным личностям. Твоя дочь – вздорная и непокорная особа! Дядя Айяр принял девчонку, провел ритуал на определение чистоты крови и оказал почести, подобающие чистокровному эльхельсу, признал родственницей и нашел перспективного супруга. А она ответила черной неблагодарностью! Сбежала из Арлистира, а перед этим коварно напала на жениха и перебила стражу.

— Дай угадаю? Желаниями моей дочери никто не поинтересовался? Девочке не дали освоиться на новом месте и сразу поставили перед фактом замужества? В таком случае, что бы она ни сделала, поступила правильно. Однако я все еще не понимаю, чем обязан твоему визиту? Ты пришла лишь за тем, чтобы сообщить о незаконном ребенке? Я ничего не знал об его существовании двадцать лет, а теперь должен обрадоваться? В таком случае, ты ошиблась, мне неинтересно, кто там выдает себя за мою дочь.

— Странно. Мне показалось, именно из-за распространившихся слухов, ты захотел пообщаться с моей матерью. — Ничуть не поверила отцу принцесса. — Но, как я уже сказала, мама занята поисками. С отъездом дяди Айяра на нее свалилась куча проблем. Знаешь, мне довелось пообщаться с Таурелией лично. Она так же одержима сумасшедшими идеями, как и ты. И я подумала, что, если сестренка не сбежала из Мелисина, а осталась в королевстве и направилась туда, где ее никто не будет искать? В башню Забвения! Дядя Айридар, тебе известно, где прячется Таурелия?

— Ее здесь нет! — резко ответил Айридар. — Если хочешь, обыщи башню и убедись сама! Но впредь, следи за языком! Могу обидеться ненароком и всыпать плетей за оскорбление королевского достоинства.

— Дядя, я уже давно вышла из того возраста, когда меня можно было наказывать! — высокомерно заявила нахалка. — Я привыкла говорить прямо и называть вещи своими именами. Или ты станешь отрицать, что подвержен безумию пустошей?

— Аринфея, не скажу, что был рад встрече. Не смею задерживать! — Эльхельс поднялся с кресла, давая понять, что разговор окончен.

— Я так не думаю! — Аринфея тоже вспорхнула с места. — В нашу последнюю встречу Таурелия интересовалась кольцом покойной эльфийской королевы. Настойчиво так интересовалась, у всех подряд спрашивала, придумала байку о темном короле и нависшей над миром угрозе. Вряд ли она успокоилась, получив отказ. Я полагаю, что беглянка явилась сюда, рассчитывая на твою помощь. Но у тебя нет ключа, открывающего нужную дверь. Так вот, он есть у меня, и я готова активировать проход в пустоши в обмен на одно малюсенькое одолжение.

— Даже интересно, что тебе понадобилось от невоспитанной и неблагодарной особы? Так, ты назвала мою дочь?

— Об этом скажу лично, если Таурелия действительно прячется в башне Забвения.

— Полагаю, если бы девушка скрывалась здесь, то ее бы заинтересовала помощь в побеге, а не угрозы разоблачения. — Не согласился с племянницей эльхельс.

Я бесшумно появилась в кабинете и знаками показала отцу, что готова переговорить с принцессой. Но пусть выяснит побольше информации.

— Что ж, Аринфея, не буду скрывать, новость о появлении дочери мне донесли раньше тебя. Предположительно, мне известно, где девушка, и я могу с ней связаться. Но назови убедительную причину, чтобы организовать встречу. Какой мне с этого прок?

— Тебе — никакого! — Фыркнула принцесса. — Но Таурелия искала кольцо последней королевы эльфов. Насколько мне известно, оно захоронено вместе с хозяйкой и находится в заброшенном городе посреди ледяной пустоши. Так вот, я открою туда проход в обмен на малюсенькое одолжение.

— Какое же?

— О, ничего невыполнимого! — Аринфея пожала плечами. — Услуга пустяковая, но скажу о ней только Таурелии. Это мое условие! Так что, ты свяжешься с беглянкой?

— Я попробую. — Согласился эльхельс. — Только не знаю, сколько времени это займет. Если хочешь, отправлю вестника, как только Таурелия даст ответ.

— Дядя, что-то подсказывает мне, долго ждать не придется. Вели подготовить комнату. Я переночую в башне.

Едва только за принцессой закрылась дверь, как я покинула убежище, пылая праведным возмущением.

— Почему ты позволяешь Аринфее так разговаривать? Какое право она имеет так отзываться о моей матери?

— Прошли те времена, когда я остро реагировал на каждое грубое слово об Ареонне, — с непробиваемым спокойствием ответил Айридар. — Принцесса нарочно провоцировала, чтобы я вышел из себя, начал кричать, сыпать угрозами. Поверь, я слышал куда более обидные вещи и каждый выпад принимал близко к сердцу. Первые годы после гибели Ари это срабатывало. Я срывался, и мной овладевало безумие. А потом понял одну вещь: никто из тех, кто поливал грязью мою любимую женщину, мизинца ее не стоил.

— Но как можно? Аринфея ведь твоя племянница! Родная кровь!

— Это монстр в юбке! Будь моя воля, отправил бы ее на перевоспитание, а то и лично выпорол и вымыл язык с щелоком. Пока я жил в Арлистире, никто плохого слова не смел сказать в сторону Ареонны. Но, стоило мне оступиться, как началась натуральная травля. Те, кто прежде искали моего расположения, превратились в гиен, упражняясь в остроумии и доставая девушку, не имеющую права ответить, потому что оскорблять члена королевской семьи чревато последствиями. Думаю, в этом главная причина, почему Ареонна скрыла беременность и отдала тебя в чужую семью.

— В моей памяти сохранились теплые воспоминания о людях, которые меня воспитали. — Я шмыгнула носом, ощущая, как резко накатила тоска, а на глаза навернулись слезы. — Вот увидишь, папа, я заставлю злопыхателей пожалеть о каждом грубом слове! Спущу с небес на землю! — Топнула ногой, не в силах справиться с очередной волной злости. — Выдели бессовестной девчонке самую холодную комнату и накорми пустой баландой. Пусть прочувствует, как ей тут рады!

— Тише, не нервничай, дочка! — Эльхельс подошел ко мне, обнял и ласково погладил по голове успокаивая. — Перепады настроения в башне — частое явление. Используй средство, которое помогло справиться с проклятием. Не позволяй эмоциям взять верх. А насчет Аринфеи не переживай. В крепости нет ни одного человека, по чувствам которого она не прошлась бы едкими насмешками. Мне стоит только намекнуть, и принцесса на себе прочувствует арсенал язвительных полунамеков и острых шпилек Ирфины и остальных.

— Намекни, пап. — Эмоции пошли вразнос. В глазах вновь защипало от непрошенных слез. — Я в самом деле слишком остро реагирую на все. Не давайте принцессе спать ночью! И постарайтесь, чтобы не сбежала раньше времени. Рано утром я открою проход в лесное убежище, а оттуда налегке назад до крепости пробегусь. Пусть Аринфея посидит и подождет, если так нужно, полдня погоды не сделают.

Получив добро от Айридара, обитатели башни проявили завидную изобретательность в отношении принцессы. За ужином Тулмарон нарочно упомянул, что видел мышь или даже крысу в комнате, а то и целый выводок. Эльхельс громко возмущался наглостью грызунов, которые якобы поселились в шкафу. От еды Аринфея отказалась, брезгливо сморщив носик, и пошла к себе. Однако уже через пять минут она с визгом вылетела в коридор, призывая немедленно уничтожить мерзкую серую тварь.

Как только не пытались отвадить вездесущих животных! Бытовыми заклинаниями травили, отчего на стенах появились проплешины. Ловушки в помещении расставляли, куда Аринфея сама же угодила. Средством наподобие нафталина окуривали, отчего комната жутко провоняла. Постель перетряхивали, оставляя на ткани грязные отпечатки пальцев и жирные пятна. Некоторые зверушки попадались и погибали на радость принцессе. Но стоило ей остаться одной и лечь спать, как нашествие повторялось. Нелринья через дымоход лично запускала новых тварей, которых в подвалах отлавливали местные.

Важную гостью пересилили в общий зал, отгородив закуток ширмами. Но разве хлипкие перегородки защитили бы от «сумасшедших» обитателей башни? Один дедулька полночи исполнял военный марш и безбожно фальшивил. Еще одна пожилая тана стучала клюкой по ночному горшку и безумно хохотала. Третий эльхельс декламировал поэмы собственного сочинения. Четвертый усердно карябал ножиком по стеклу. Люди так втянулись в игру, старательно изображая помутнение рассудка, что даже меня оторопь брала. Ведь они же не с потолка придумали все это? Страшно представить, что им пришлось выживать среди подобного бедлама.

Айридар на требование гостьи усмирить подопечных, невозмутимо отвечал, что это их нормальное состояние, просто ночью зов пустошей ощущается сильнее. Твари снаружи тоже бесновались и усиливали атаки, поэтому половина защитников стояла на стенах. Калим и Нимернис помогали держать оборону этой ночью, они сменили Эрметта и Дафну, дежуривших там половину дня.

Зельги тоже захотели внести лепту в устрашение принцессы и додумались выпустить из тайника живого крийса, которого зачем-то таскали с собой. Дезориентирующий вопль монстра стал последней каплей, после чего Аринфея убежала в зал перемещений и сидела там до утра.

Мы подумали сначала, что перестарались, и нахалка ушла в Арлистир. Но нет, на рассвете Айридар отправился проверить племянницу, и та оказалась на месте. Он сообщил ей, что дочь вышла на связь и предупредила, что прибудет через несколько часов.

Я переоделась, натянув сначала белье, сотканное из паучьей нити. Затем надела костюм из кожи гадары, облегающий тело, как вторая кожа. Третьим слоем выбрала свободного покроя экипировку из хитина скорга, а уже поверх накинула меховой полушубок из шкуры горного кархара и обула теплые сапожки.

Нелринья и Калим экипированы были ничуть не хуже. Запасы теплой одежды хранились у каждого в тайнике, но надевать их пока не спешили. Практика показала, что большее количество вещей мешает быстро передвигаться.

Из лесного убежища до башни мы домчали за три часа, заодно устроив себе тренировку на выносливость. Едва миновали ворота крепости, как принцесса сама выскочила навстречу.

— Наконец-то! — выпалила, уставив руки в бока. Выглядела Аринфея помятой и чрезвычайно злой. Под покрасневшими с недосыпа глазами залегли синяки. Лицо перекошено. На одежде заметны следы пыли или даже муки. Вместо прически — творческий беспорядок со следами колтунов и налипших веточек соломы. — Где тебя носит, Таурелия?

— То тут, то там. — Я пожала плечами. Ни тебе здрасьте, ни до свидания. — Неважно, в общем. Тан Эркасс передал, у тебя есть предложение? — Перед посторонними мы с отцом решили придерживаться версии, что не поладили друг с другом.

— Поговорим без лишних ушей! — Аринфея мазнула взглядом по фигуре Калима, стоящего на полшага за мной. — Хотя, можешь взять его, если опасаешься остаться со мной наедине.

— Мои телохранители умеют держать язык за зубами. Говори, что хотела.

— Не здесь! — Девушка скривилась, окидывая взглядом местных, которые курсировали неподалеку, внешне никак не проявляя любопытства. — Пожалуй, зал для перемещений подойдет. Я к нему уже привыкла за ночь.

— А почему не кабинет тана Эркасса? Откуда мне знать, что ты не подготовила ловушку? Может, ты уже связалась с Раянмиром, и он только того и ждет, чтобы меня схватить?

— Раянмир ничего не знает. Сама подумай, если я догадалась, что ты была здесь, то он тоже рано или поздно захочет проверить, не отправилась ли беглянка проведать папочку?

— Хорошо, идем! — Определенный смысл в словах принцессы имелся.

Вряд ли она стала бы терпеть столько неудобств ради того, чтобы жених меня поймал. Сдала бы сразу, а уж он-то обыскал каждый уголок крепости.

Зал перемещений представлял собой пустующее помещение с установленным в центре куском цельного камня. Внешний рисунок рун напоминал привычный проход древних, который я использовала, создавая убежища. Главный секрет крылся внутри и, вероятно, в ключе, который открывал нужные двери.

— Пусть она уйдет! — Требовательно указала Аринфея на Нелринью.

Я догадалась, чего хотела принцесса. Вернее, кого пожелала заполучить в обмен на проход в Алхат. Вот тварь! Не успокоилась, значит! Выждала благоприятный момент и пожаловала с щедрым предложением.

— Нел, побудь снаружи! — холодно приказала девушке, при этом жестами показывая, чтобы все члены команды ожидали за дверью в боевой готовности. — Удовлетворена? — Я дождалась, пока эльфирка поклонилась, пряча гневный взгляд, и вышла из зала, и только после этого развернулась к Аринфее. — Говори, что хотела!

— Я открою проход в пустоши, если отдашь мне его. — Девушка ткнула пальцем в парня.

— Не обсуждается! Калим не только мой телохранитель, но и друг. А я друзьями не торгую. Если это все, проваливай!

— Не так быстро, дорогуша! Я всегда получаю то, чего хочу. — Нахалка ничуть не смутилась отказом или не захотела меня услышать. — Ты сама недавно утверждала, что не вмешиваешься в личную жизнь слуг. Так, может, у него спросим, кого он хочет себе в хозяйки? Калим, отвечай!

— Забыла? Он не разговаривает! — напомнила о важной детали.

— Уверена? — Девушка самодовольно усмехнулась. — Тогда пусть подаст знак, напишет, кивнет. Он ведь грамотный? И не глухой?

— Калим, ты хотел бы служить тане Аринфее Тарьян? — Подошла к молодому мужчине и посмотрела ему в глаза. Для этого пришлось запрокинуть голову наверх. С учетом экипировки он казался нереально крупным. Просто огромным. Когда только успел так вымахать? И я точно знала, что его тело слеплено из мышц. Настоящая боевая машина, способная за один раз сокрушить всю охрану эльхельсов.

— Моя верность принадлежит тебе, Таурелия, — хрипло ответил Калим, пристально глядя в глаза.

— «И никакая клятва этого не изменит. — Добавил жестами. — Дай принцессе то, что она хочет».

— Ты так говоришь, потому что связан клятвой? — Я гулко сглотнула, ощущая, как все внутри противится тому, чтобы идти на поводу у шантажистки. — А если бы ты был свободен?

— Я давно несвободен. И уже забыл, когда жил другой жизнью и делал то, чего душа пожелает.

— Вот видишь! — язвительно заметила Аринфея. — Что я говорила!

— Прости, — прошептала беззвучно.

Выкупив телохранителя у Вериона, я связала его клятвой служения. Только так он мог оставаться в академии, не вызывая подозрений. Но мы давно ушли из Атарона. Я привыкла, что Калим рядом, и не подумала поинтересоваться его желаниями.

— Так как? Отпустишь Калима? — настойчиво поинтересовалась принцесса.

— Если освобожу его от клятвы, ты откроешь проход? — Резко развернувшись, бросила взгляд на девушку, невольно оценивая, как она выглядит с мужской точки зрения.

Красивое личико, широко распахнутые голубые глаза с длинными ресницами и порочным блеском во взгляде. Точеный носик, упрямые пухлые губки. Фигура округлая в нужных местах. Материнство добавило пышности формам, которые приятно радовали глаз. Если отбросить предвзятость и эмоции, даже сейчас, с недосыпа, в помятом платье и взлохмаченной шевелюрой, Аринфея выглядела женственной и сексуальной.

— Ну, разумеется! Как только освободишь Калима, открою для тебя проход. — Повторила принцесса и закатила глаза наверх, мол, что тут непонятного? — Так мы договорились? Тогда вперед, я жду. И не вздумай мухлевать! Я знаю, как выглядит разрыв магической клятвы.

Интересно, откуда? Не первый раз принудила кого-то разорвать связь?

Я надрезала ладонь и произнесла необходимые слова, отпуская Калима. При этом меня не покидало ощущение, что предаю его. Снова! Сначала Айвендил Квалм заполучил парня, как игрушку, трофей, мальчика для битья и издевательств. Теперь принцесса Мелисина возжелала моего… Кого?

Друга? Телохранителя? Брата?

Нет, Калим был кем угодно, но только не братом. В последнее время я даже мысленно не называла его так. Он смотрел иначе, не как Наурчик или Лаэрт. Я постоянно чувствовала присутствие надежного плеча рядом и воспринимала это как должное. А теперь, когда сама же отпустила Калима, страшилась того, что он действительно уйдет. Может, так будет лучше? Оставаясь со мной, он рано или поздно погибнет.

— Довольна? — Испепелила ненавидящим взглядом принцессу. — Я выполнила условие. Открой нам проход в Алхат.

— Нам? — Аринфея удивленно округлила глаза. — Никаких «нам» в договоре не было! Я сказала, что открою тебе проход сразу, как только освободишь Калима. Поэтому, прошу! Моя часть сделки. — Девушка подошла к обломку скалы, извлекла из-за пазухи металлическую пластину с руническими символами и вставила ее в специальную выемку, по размеру совпадающую с ключом.

Тотчас плотная структура камня поплыла, обретая прозрачность и открывая взгляду заснеженную площадку. В белом мареве бури и завывающих порывах ветра ничего не было видно. В комнату щедрыми горстями сыпануло колючего снега. Залетевший вихрь вмиг выморозил тепло и закружился белой поземкой возле прохода.

— Иди же! — Подхлестнула к действиям принцесса. — Я выполнила свою часть сделки. Если ты не пройдешь, больше никто проход не откроет!

Я замешкалась, не решаясь сунуться в эпицентр бушующей снежной бури. Не то, чтобы я боялась. Но где гарантия, что проход ведет в Алхат? Где искать ориентиры? Как потом вернуться?

Впрочем, раздумывать было некогда. Не рассчитывая на помощь принцессы, я уже подумывала идти пешком до замерзшего города. Но, раз уж представился шанс сразу попасть в Алхат, необходимо им воспользоваться.

— Таурелия, нет! — Калим остановил, схватив за плечо. — Одной там опасно. Я иду с тобой.

— Мы так не договаривались! — Цокнув языком, погрозила указательным пальцем Аринфея. — Или Таурелия идет одна, или я закрываю…

— Стой!

— Я должна! — Перехватив ладонь Калима, мягко убрала ее с плеча, ободряюще пожав пальцы. — Вытащи меня оттуда! — произнесла беззвучно. — Если уйдем вместе, никто не узнает, где искать.

— Я приду за тобой! — пообещал парень, сверкая болотной зеленью во взгляде.

Разве у него зеленые глаза? Я на миг опешила. Они же вроде бы серые? Или нет? Впрочем, это не та проблема, о которой стоило волноваться. Набрав побольше воздуха в грудь, я решительно направилась к проходу и шагнула навстречу пронизывающей стуже.