Глава VI

Сандал облетал здание, проверяя остальные выходы, а я продолжил спускаться по ступеням, чуть замедлив шаг. Интересно, это и правда Голицыны? Организовали атаку прямо около государственного учреждения? Так вообще можно? В Рим даже собственных легионеров пускали лишь в исключительных случаях, а тут они собираются убить человека, вплотную к зданию правительственного ведомства.

— Последний глава рода носил один из старших перстней, который был немного скорректирован. Точное местонахождение артефакта неизвестно, но скорее всего он где-то на территории Финляндии. Именно там погиб твой дедушка, отправившись в Пробой.

Я ещё больше замедлился, прислушиваясь к словам адвоката. Тот же разминулся с мужчиной, который испуганно шарахнулся при виде моего меча, после чего продолжил.

— А вот перстень, который носил его отец и твой прадед, скорее всего в Гнезде, что на территории Уральска. Он был в числе Одарённых, которые первыми встретили напор тварей, хлынувших из Пробоев. Хранители объявили об угрозе высшего уровня, призвав на помощь всех, кто обладал силой. Даже не из числа Защитников.

Печально вздохнув, закончил свою мысль.

— Почти все они там и погибли. Если бы не подоспевшие отряды баронов Лаптевых, всё могло закончиться катастрофой.

И снова Лаптевы. То они управляют моим поместьем, которое передано им задним числом, то оказывается замешаны в истории, что стоила жизни прадеда Афеева. Интересные люди. Надо бы познакомиться.

— Понял. Значит за настоящим перстнем мне придётся ехать в Уральск, а пока обойтись его дешёвой копией. Подскажете свободного артефактора?

Адвокат, со странным выражением лица покосился на меня.

— Боюсь, ты не совсем верно меня понял. Твой прадед пал где-то совсем рядом с первыми Пробоями. Сейчас это самый центр Гнезда. С твоим десятым классом тебя разорвут в клочья ещё на дальних подступах.

Я покосился на светящийся зелёным кусочек хрусталя.

— Никто и не говорил, что я отправлюсь прямо сейчас. Можно ещё один вопрос — насколько законно убивать людей в центре города?

Юрист нахмурился, видимо не совсем поняв, что я имел в виду, а спускавшийся следом за нами клерк, неожиданно передумал и развернувшись, бодро побежал наверх. Сам же я немного исправил формулировку вопроса.

— Например, некий княжеский род собирается убить нетитулованного дворянина прямо около стен государственного учреждения. Это вписывается в законы империи?

Теперь на лице Бельского появилось понимание. Правда сначала он всё равно подумал не о том.

— Не думаю, что они станут вот так нагло атаковать почти в самом центре столицы. А потом я бы рекомендовал тебе немедленно отправиться в университет. На его территорию никто из родов точно не сунется.

Увидев на моём лице многозначительную улыбку, тихо кашлянул.

— Понял. Если говорить не о гипотетической ситуации, то они в своём праве. Формально, с момента получения статуса главы рода, для твоего убийства, необходимо официально объявить войну. Но записи только что изменены. Ближайшая рассылка на дарфоны глав будет произведена через пару часов. Они могут смело утверждать, что ничего не знали и считали тебя обычным дворянином.

Остановившись, добавил.

— Убивать такого тоже незаконно. Но в большинстве случаев можно отделаться штрафом. Уверен, их адвокаты смогут придумать вескую причину, по которой им понадобилось ликвидировать угрозу в твоём лице.

Мне даже стало чуть жалко этих «обычных дворян». Убил, заплатил штраф и иди куда хочешь. Хотя, чему я удивляюсь? Перун как-то рассказывал, что его смертные придумали закон по которому могли откупиться почти от любого убийства. Всё, что было нужно — достаточное количество серебра. Перуна тут уже давно нет, мир вовсе не наш, да и времени прошло немало, а нравы, как я вижу, остались те же.

Глянув на адвоката, который ждал моего ответа, усмехнулся.

— Вы можете спускаться дальше. А я пожалуй покину здание через другой выход. Только ещё один вопрос — что будет если дворянин, на которого они охотятся, сам начнёт убивать?

Судя по глазам адвоката, тот был не на шутку встревожен засадой. Тем не менее, успешно изобразил улыбку.

— Если постфактум будет доказано, что они собирались его убить, то все действия будут законны.

Кивнув, я быстро взбежал вверх по лестнице, заставив отшатнуться ещё одного смертного. Что ж они такие нервные то? Ну бегает посетитель с мечом на плече и что? Бельский вот сказал, что законом разрешено.

Сандал прислал мысленный сигнал, подтверждая, что местные любят нервничать на пустом месте. А потом начал передавать картинку от других выходов.

Стоит признать, к вопросу они подошли грамотно. Меня ждали со всех сторон. Разница была только в том, что на южном выходе было три снайперских пары и как минимум пять полевых бойцов, а на остальных только по одной команде стрелков и тройке пехотинцев.

Полноценно оценить их потенциал было сложно — для такого мне нужно было их видеть собственными глазами. Тем не менее, при помощи ястреба вышло составить общее впечатление.

Снайперы и их помощники — обычные люди, увешанные артефактами. Какими именно, спутник не разобрал, но залитых силой вещей на них нацепили немало. Вот пехотинцы, которые планировали вступить в бой на земле, были Одарёнными. Ранги, на первый взгляд не превышали Десятника, но у них тоже было полно артефактов. А ещё имелся огнестрел и ручные гранаты.

Они действительно собрались здесь что-то взрывать? Статья про артефакторные гранаты, в справочной дарфона была доступна. И пусть они различались по своему воздействию, но я хорошо помнил, что у большинства неплохой радиус поражения. А около здания полно людей.

На ходу набрасывая план действий, я добрался до западного выхода. А Сандал в это время слушал беседу той снайперской пары, что ждала меня с этой стороны. Никаких серьёзных секретов смертные выболтать не успели. Зато дали понимание, что передо мной не люди Голицыных, а нанятые ими солдаты удачи.

Пытаясь отыскать подходящее помещение, на всякий случай поднял Сандала в небо. Но ещё одного голубя там не оказалось. Значит эти патриции попросту выяснили время моего визита в Регистрационную палату и недолго думая, приняли очевидное решение, здесь же и организовать засаду. Среди их предков явно не было отпрысков Локки. Хотя, кто знает — вдруг это просто оценка моих возможностей?

Последняя мысль заставила меня отправить ястреба в ещё один полёт. На этот раз куда более долгий — он изучал всех людей, что находились поблизости и могли наблюдать за ситуацией около здания.

Сам же я, наконец обнаружил искомое — закрытый на ремонт туалет. Стоило влить в руку немного силы, как замок с жалобным хрустом поддался и я скользнул внутрь.

Окна были на высоте пары метров от пола, но это легко решалось, если встать ногами на ближайший к внешней стене умывальник.

Испытав конструкцию на прочность, я спрыгнул обратно на пол и напомнил Сандалу, что было бы неплохо поторопиться. Секунд пять ястреб молчал. А потом передал мне изображение мужчины, который стоял на балконе гостиницы, расположенной через дорогу от Регистрационной палаты. Его позиция находилась как раз напротив юго-западного угла здания.

Я было задумался над тем, как они всё так удачно просчитали? Даже хотел отправиться спутника повторно исследовать юго-восточный угол. Но потом вспомнил, как сюда добирался и всё встало на свои места. Снаружи постройка палаты выглядела единым громадным монолитом. Но вот внутри, точно много раз перестраивалась. Самый короткий путь от южного выхода вёл именно сюда, к западному.

Ястреб подлетел вплотную к наблюдателю и я хорошо разглядел герб Голицыных на родовом перстне. Да и ранг у этого смертного был повыше. Точно не ниже Тысячника.

План пришлось переигрывать буквально на ходу. Меня не собирались убивать. Хотели лишь посмотреть на что я гожусь. Возможно и студентка услышала тот разговор совсем не случайно. Или с ней вовсе поговорил отец и втолковал, какие именно слова нужно передать Афееву. В следующий раз надо будет использовать печать правды, чтобы точно избежать двояких толкований.

Не сказать, что за прошедшие секунды в моей голове сложилась точно выверенная схема действий, но общее направление появилось. Сначала я приказал Сандалу проверить номер, который находился под тем, что арендовал Голицын. Когда ястреб показал картинку оттуда, удовлетворённо хмыкнул. Удачно совпало — Одарённый, который развлекался сразу с парой юных девушек.

Ещё мгновение и я начал вбивать в голову Сандала порядок действий. В процессе, уже привычно взрезал ещё одну пастилку, накачивая ястреба силой. Тот мысленно взревел, вбирая всю мощь без остатка. А через несколько секунд начал действовать.

Сначала спутник опустился под тот балкон, на котором стоял наблюдатель и выдернул большой кусок бетонной плиты прямо из под его ног. Сразу после этого рванул в гостиничный номер и прошёлся по креплениям плотной шторы, которая закрывала вид на происходящее внутри. Что было дальше я не досмотрел — ястреб с такой скоростью помчался к следующей цели, что я лишь успел краем глаза оценить сложность позы в которой получала удовольствие троица внутри номера.

Но в любом случае, обручальное кольцо у Одарённого имелось. Сейчас оно сиротливо лежало на тумбочке — видимо решил снять на время активного отдыха. На мой взгляд, внезапное падение шторы и появление на балконе постороннего, должны были вызвать у него вполне однозначную реакцию.

Я вскрыл следующую пастилку, а Сандал коснулся когтями артефакторной винтовки. Момент был скользкий — после фиаско у лечебницы, я не был полностью уверен, что у ястреба выйдет завладеть оружием. Но всё прошло успешно — в следующую секунду снайпер ошалело пялился на пустые руки, а спутник молнией летел в сторону моей позиции.

Сбросив оружие мне, сразу же помчался вниз. Артефакты связи у ждущих меня бойцов имелись, так что на подлёте я хорошо расслышал фразу одного из пехотинцев, который от удивления прекратил изображать прогуливающегося перед зданием слугу.

— Как так, пропало? Вломи тебе оглобля, это артефакторная винтовка! Она не может…

Что именно не могло оружие, я так и не узнал — когти Сандала погрузились в плоть смертного и на момент материализовались, безжалостно разорвав сухожилия на одной ноге. Следом он проделал то же самое с остальными конечностями, фактически обездвижив мужчину. И молниеносно сместился к следующему, повторяя все действия.

Пока ястреб выводил из строя пехоту, я разбирался с винтовкой. Что это и как работает, я знал. Но только в теории. Сейчас же предстояло заняться практикой.

Созданное смертными оружие, оказалось намного сложнее, чем я предполагал. Да, перекрестье прицела я на противника навёл, но он ещё и регулировался. Плюс, было не совсем понятно, как именно её расположить, чтобы пуля попала именно туда, куда нужно.

Поняв, что быстро разобраться не выйдет, я подошёл к проблеме с другой стороны. Подсветил все нанесённые руны, оценил схемы вибрирующих энергетических узоров, что имелись внутри оружия, вгляделся в напитанные силой патроны. А как только появилась понимание того, как всё это работает, пробудил осколок «искры», потянувшись к боеприпасу, который находился в затворе.

Нажимая на спусковой крючок, я был уверен, что попаду именно туда, куда нужно. И божественная сила, которая направляла полёт кусочка свинца, не подвела — пуля ударила точно в родовой перстень Голицыных, разнеся его на мелкие кусочки.

Член княжеской фамилии, который только оправился от шока и судя по диспозиции, орал на потревоженного Одарённого, моментально набросил на себя энергетическую защиту. Да не привычную глазу кольчугу, которой тут умели пользоваться практически все. Выставил сразу два слоя энергетической вязи. Сначала кольчуга, а поверх неё мощный доспех.

Впрочем, куда больше меня удивил клинок, что появился в правой руке противника, как будто соткавшись из воздуха. Та же самая техника, что мы сами использовали для сокрытия оружия. Да и не только его. Мой собственный меч сейчас тоже находился в таком состоянии — я ощущал его какой-то гранью сознания, но извлечь не мог.

Мысленно взвыл Сандал, требуя немедленно добавить ему силы — скорость сжирала колоссальный объём энергии, а ястреб сейчас действовал на самом пределе.

Спрыгнув на пол, прислонил винтовку к стене, рядом с уже стоящим там мечом и вскрыл ещё одну пастилку. Полностью опустошив её, сразу добавил вторую.

Этого хватило, чтобы спутник завершил начатое, проделав всё максимально быстро. Все полевые бойцы наёмников валялись на земле, три снайперские винтовки лишились затворов, а ещё одну он прямо сейчас нёс ко мне.

Когда ястреб оказался рядом, я молча протянул первый трофей и тот перевёл его в призрачное состояние. Сразу же прохрипел.

— Забрр-р-рать жизни. Убить!

Оценив диспозицию Сандала, который тащил две громадные винтовки, три затвора и целый набор разнообразной мелочи, которую успел прихватить, пока разбирался с наёмниками, я вскрыл ногтем очередную пастилку. Судя по скорости, с которой они заканчивались, проникновение в лечебницу придётся отложить до следующей ночи. А эту посвятить Пробою. Желательно так, чтобы осталось немного времени на сон.

Вливая в спутника энергию, медленно покачал головой.

— Зачем убивать, если можно сделать союзником или вывести из игры?

Тот сверкнул одним глазом.

— Смерр-р-рть, высшее наказание!

Мог кто-то из свиты Марса попасть в этот мир вместе со мной? Хотя, они вроде не были замечены в воровстве. Кто тогда? Душа одного из местных варваров? Если так, то в своей прошлой жизни этот смертный был не самым приятным человеком. Хотя, теперь он стал условно бессмертным, чем вполне заслуженно может гордиться.

Пустая оболочка отправилась в карман, а я объяснил свою позицию.

— Во-первых, смерть это такое себе наказание. Человек просто умирает, а его душа отправляется в другой мир. Вот жизнь в печали и нищете, это и правда кара. А для того, чтобы кого-то убить, много ума не надо.

На этот раз ястреб не стал говорить, а передал своё возмущение мысленно. Молодец — экономит энергию. Или просто обиделся.

— А во-вторых, прежде чем начинать нести смерть в какой-то патрицианский род, стоит разобраться в ситуации. Я же не Марс, чтобы начать носиться по их особнякам с мечом наголо, убивая всех подряд.

Судя по тому, что острого возмущения не последовало, к свите бога войны, ястреб всё же не относился.

В коридоре я столкнулся с парой охранников. Оба в ранге Десятника, на поясах простенькие мечи и артефакторные револьверы. Один окинул меня подозрительным взглядом.

— Где-то здесь стреляли. Вы что-то слышали? Может быть видели?

Он старательно смотрел мне прямо в глаза, пытаясь не пялиться на меч, что снова занял место на плече. А я взмахнул бумагами, что были зажаты в левой руке.

— Выстрел вроде был, но дальше по коридору. Я вообще за бумагами на утверждение главы рода приходил.

Второй охранник, чьи пальцы уже сжимали рукоять меча, чуть расслабился. А когда я достал визитку Бельского и предложил позвонить адвокату, и вовсе убрал руку в сторону от оружия.

Остановившись на ступенях крыльца, я окинул взглядом валяющихся на земле наёмников. И сделав недоумевающее лицо, двинулся дальше. Вокруг слышались удивлённые восклицания, а бойцы наперебой вызывали подмогу. Я же почувствовал на себе чей-то внимательный взгляд.

Отправив вперёд ястреба, который на этот раз летел куда медленнее, прошёл несколько шагов по прямой. А когда он добрался до своей цели, довольно усмехнулся — только что пришедшая в голову догадка полностью подтвердилась. Сандал сразу же получил новую задачу, которую с удовольствием выполнил. Сам я потянул из кармана дарфон и повернувшись, посмотрел в сторону балкона, на котором стоял Голицын. Поднял руку с аппаратом — так, чтобы он точно понял, на что именно я намекаю. После чего набрал номер службы такси.

До вечера ещё оставалось какое-то время. И как мне кажется, его стоило посвятить финансовому вопросу. А заодно придумать, что делать с парой мощных артефакторных винтовок. Не дома же их хранить?

Когда машина уже подъезжала к моему адресу, зазвучал звонок дарфона. Глянув на фамилию звонящего, поднял трубку и услышал голос Бельского.

— Не знаю, что ты натворил около Регистрационной палаты, но я обязательно это выясню. Сейчас звонили из компании, которая представляет интересы Голицыных — они хотят с тобой встретиться.

Я глянул на ястреба, который с некоторым трудом разместился на переднем сиденье и усмехнулся.

— Передай им, что в ближайшие два дня я буду занят. На третий они могут снова позвонить тебе и прояснить ситуацию. Возможно к тому моменту уже освобожусь.

Автомобиль остановился около подъезда и я внезапно заметил фигуру парня в университетской форме, который сразу же вскочил со скамейки, уставившись на машину. Измайлов? Этот то тут что делает?