Глава XV

Костяной дракон. И собранные из скелетов воины, которые сжимали в руках клинки. Передо мной только десяток, но Сандал показал ещё добрых полсотни, что двигались по кладбищу. А где-то позади них копошились и другие фигурки. То ли классические костяные псы, то ли какой-то более интересный вариант.

Громадная махина развернулась в воздухе, нависая надо мной. Я же полностью освободил «искру» от полога и влил побольше силы в кольчугу.

Странным был не сам факт атаки. А то, как она была организована и какие ресурсы для этого использовались. Внутри каждого из костяных солдат, что шагали ко мне, была чья-то душа. Заключённая внутрь конструкции из скелета и движимая одной целью — прикончить меня.

Колоссальная туша дракона и вовсе служила вместилищем для целого десятка душ. В качестве главной выступала одна, тогда как все остальные, по кусочкам сгорали, давая созданию силу для перемещения.

Даже если отбросить в сторону вопрос о том, откуда неизвестный взял души смертных и как научился с ними обращаться, оставался момент времени. Чтобы подготовить подобное, да ещё так, чтобы никто не заметил, нужно повозиться. Даже кому-то из свиты Плутона потребовалась бы, как минимум пара часов. Значит противник всё просчитал. Предугадал план моих действий и подготовил засаду. Какой хитроумный сатир. Откуда он только такой взялся?

Костяная туша над головой взревела и выплюнула струю зелёного пламени. Я же рывком сместился в сторону, уходя из под удара. Частично меня впрочем, всё равно зацепило — кольчуга сразу просела, требуя новой порции силы.

Сандал устремился было к дракону, но когда ястреб приблизился, кости окутались всё тем же зелёным огнём, который отшвырнул его в сторону. Интересная техника защиты. Как будто я и правда сражался с тварью, созданной кем-то из последователей Плутона.

Достав Мьёльнир, влил в него божественной мощи и придал облик каменного дротика. Следом запустил в сторону приближающихся костяков. Черепа двоих из них он благополучно пробил. Но уже на третьем потянул из меня дополнительную порцию мощи. Не знаю, что за некромант занимался этими конструктами, но постарался он на славу.

Бросившись вперёд, снёс голову одному из них и сразу же уложил второго. Перехватил рукой возвращающийся Мьёльнир, который уничтожил ещё пару целей и вернулся назад.

Ещё несколько ударов клинком и я снова отпрыгнул от струи зелёного пламени. Что интересно, двух уцелевших конструктов она никак не повредила. Скорее наоборот, придала им сил.

Воздух наполнился ошмётками человеческих душ, которые попросту развеивались вокруг. К ним добавлялись остатки их сил и Даров, которые уже устремлялись ко мне.

Поглоти Бездна этого криворукого некроманта! Я ошибался — на кого-то из свиты Плутона он похож вовсе не был. Сработал настолько грубо, что изувеченные души смертных разлетались в клочья сразу после уничтожения конструктов. Противник лишил их посмертия — худший проступок из всех возможных. Когда я столкнусь с ним лицом к лицу, обязательно это припомню.

Пока же я направил вниз Сандала, который упорно пытался пробиться к туше костяного дракона. Наверху у него всё равно ничего не получалось, пусть лучше поможет здесь.

Разъярённый ястреб снёс голову обоим уцелевшим конструктам. Те тоже мерцали языками зелёного пламени, которые возникли сразу после приближения моего спутника. Но в отличие от дракона, остановить его у них не вышло.

Закончив с этой парочкой, помчался навстречу новой группе, что уже выбиралась с кладбища. А я лихорадочно подбирал вариант оттиска, который поможет справиться с костяными драконом. Не дело это — удирать из под ударов противника, как будто ты какой-то детёныш тролля, а не Меркурий.

Скандинав, к слову, оставался поблизости. Накрыл себя пологом невидимости и засел с другой стороны дороги, наблюдая за происходящим.

С костяными конструктами, мне приходилось сталкиваться не так часто. Был один такой случай в Египте, где Ра запихнул душу собственного сына в громадного костяного голема. С ним пришлось немного повозиться — Марс был занят, а мы с Юноной не смогли справиться сразу.

Здесь всё было гораздо проще — внутри костяного дракона были лишь души смертных. Но и мощи моей «искры» не хватало на те печати, что могли бы пригодиться.

Я вскрыл зелёную пастилку, прижав её к браслету. Каждый погибший конструкт награждал меня новой порцией мощи, но и Сандал тянул её сейчас столько, что дополнительная энергия точно не будет лишней.

Ещё один удар огнём. На этот раз куда более масштабный — летающая тварь прошлась вдоль дороги, зацепив деревья и автомобиль. Первые разом превратились в труху, а машина стала грудой ржавого железа.

Убраться из зоны поражений не вышло, но кольчуга выстояла, пусть и серьёзно просела. Я же потянулся к душам, что были заключены внутри костяного дракона. С мелочью Сандал разберётся сам. А вот этого гигантского монстра предстояло уничтожить мне.

Отголоски эманаций душ, что находились внутри дракона, я чувствовал неплохо. Но вот сделать с ними что-то не получалось. Тот, кто сейчас использовался в качестве мозга этой громадной туши, раньше явно был сильным Одарённым. И цепко держался за доставшийся ему ресурс.

Костяная махина вывернула шею и снова выплюнула столб пламени. Угодив прямо в Сандала, который с диким клёкотом разрывал позвоночник громадному псу, собранному из человеческих останков.

Ястреб кувыркнулся и рухнул вниз. Я же влил божественной мощи в канал, что нас связывал, а потом ею же напитал всё своё тело. И взмыл вверх.

Прыжок получился не слишком удачным. В левой ноге что-то лопнуло, а правая в момент толчка от земли, вовсе сломалась. К моменту, когда я приземлился на крыло костяной твари, повреждения уже были залечены. Но вот ощущение боли, которое нещадно кололо мозг, осталось.

Сандал уже убрался из под атаки, но он сейчас тоже залечивал раны — энергоструктура ястреба зияла рваными прорехами. Вот какого циклопа, эти мерзопакостные создания постоянно пытались добраться до моего спутника?

Я обрушил напитанный силой клинок на сочленение крыла. Сросшаяся костяная броня поддалась сразу — она была куда слабее, чем у Слуги с которым пришлось схватить в порту.

Вокруг стояло жутчайшее гнилостное амбре, а воздух был наполнен стенаниям душ, что сейчас медленно сгорали ради того, чтобы костяной дракон двигался. Я же раз за разом обрушивал меч вниз, рассекая место стыка крыла и туши. Да, эта тварь держалась в воздухе совсем не за счёт физических свойств тела. Но если она потеряет крыло, то управляемость конструкцией точно упадёт.

Противник устремился ввысь, заставив меня перепрыгнуть на его тушу и схватиться за торчащую оттуда кость. Потом вовсе сделал оборот вокруг своей оси. Вниз полетел выпавший из кармана дарфон, но сам я, благополучно удержался. Как только монстр вернулся в прежнее положение, достал из кармана Мьёльнира.

— Рви его каналы. Только в призрачном состоянии.

В голове сразу же раздался тихий писк «Сс-с-сделаю», а я вогнал в тушу клинок. Сразу же выдернув оружие из раны, воткнул в неё живой камень, который принял форму небольшого плоского блинчика.

Вокруг бушевало призрачное зелёное пламя, которое раньше отталкивало Сандала, теперь пыталось сбросить меня. Не совсем удачно, правда — весовая категория всё же была совсем иной.

Сделав несколько быстрых шагов по направлению к голове дракона, схватился ещё за одну торчащую из корпуса кость. Монстр мчался куда-то вперёд, постепенно набирая скорость. Я же закричал.

— Сдайся и я дарую тебе посмертие! Вечную жизнь, что у тебя почти забрали!

Тот меня точно услышал — взревел и попытался повернуть голову так, чтобы можно было ударить огнём. По понятным причинам не вышло, но посыл был ясен — сдаваться душа Одарённого не желала.

Мьёльнир щедро зачерпнул силы и проделал дыру внутри его туши. Бил по энергетическим каналам, нарушая работу внутренних систем конструкта. Я же вонзил клинок в полыхающую зелёным расщелину между двумя кусками костяной брони.

Крылатая тварь быстро набирала скорость, уже оказавшись над жилыми кварталами. Когда напитанная силой сталь, почти по самую рукоять, вошла в плоть, дракон дико взревел и сделал ещё один переворот вокруг своей оси.

Краем глаза я заметил уносящуюся вниз россыпь гнилостно-зелёных капель, а кость, за которую я держался левой рукой, хрустнула. Но тем не менее не сломалась, позволив мне остаться на месте.

Чуть вытащив меч, налёг на него, используя, как рычаг. Мьёльнир носился внутри туши дракона из стороны в сторону, делая всё возможное. Но этого было мало. Придётся решать вопрос иным способом.

Костяная броня с хрустом поддалась и открылся вид на пульсирующую плоть. Классический приём — на скорую руку выращенный материал, который способен удержать внутри себя силу. Каналы, которые сейчас разрушает живой камень, это базис энергетического каркаса. Без них дракон станет намного слабее и не таким опасным. Но все его внутренности, это по сути, громадный проводник энергии.

Выдохнув, я опустил вниз левую ладонь, с силой надавив на мясо. Пользоваться этим методом откровенно говоря, не хотелось. Слишком уж неприятные с ним были связаны воспоминания. Но иного выхода я не видел — другими способами убивать монстра можно было долго и нудно. За это время он разнесёт солидную часть города и привлечёт слишком много внимания.

Хотя, он уже это сделал — судя по поблескивающим вдалеке сгусткам силы, к нам приближались, прикрытые артефактами, самолёты.

Ну же! Что за некромант это делал, сожри его Кронос⁈ Почему плоть конструкта настолько плохо проводит силу?

Контакт состоялся только через несколько секунд, когда я дотянулся до одного из энергетических каналов дракона. Разум сразу же захлестнула жутчайшая боль — сейчас я воспринимал души всех смертных, что были заперты внутри. Включая и того, что был капитаном этого воздушного корабля.

Бывший Одарённый тоже меня почувствовал. И ему это не понравилось. Дракон яростно взревел и выпустил вниз поток зелёного огня, спалив ради этого половину одной из душ, что были оставлены в качестве топлива. Потом попытался сделать очередной переворот, надеясь меня сбросить. Но не смог — на этот раз я его остановил. После чего принялся разворачивать назад к кладбищу. Кости смертных должны быть в могилах, а их души в царстве мёртвых. Таков порядок. Я не был способен восстановить его повсюду, но собирался сделать это в данном конкретном случае.

Человеческая душа, что управляла драконом, забилась от ярости и попыталась перехватить контроль обратно. Он надавил всем, что у него было — злостью, жаждой мести, желанием жить, болью от своих потерь. Удар получился мощным. Судя по потоку эманаций и воспоминаний, что тот вываливал на меня, Одарённого подставили под удар и убили. Да не одного, а вместе с кем-то из родных. А потом засунули в это тело, пообещав месть и жизнь, в случае успеха.

Солгали само собой. Но объяснять это было бесполезно — сейчас он не был способен воспринимать слова.

На короткий момент, ему даже показалось, что всё вышло и он победил. Но в следующее мгновение я открыл чертоги своей собственной памяти. Один из побочных эффектов вечной жизни — постепенная потеря эмоциональной нагрузки. Ну в самом деле, как радоваться очередной юной деве или крупной победе, если в твоей постели побывали десятки тысяч подобных дев, да и верх над противником ты одерживал множество раз.

Чтобы не превратиться в иссушенных и безэмоциональных конструктов, мы использовали крайне простой способ — каждые сто лет запечатывали память. Нет, не так, чтобы она была полностью недоступна. При желании, к этим воспоминаниям можно было обратиться и сразу же найти нужный тебе факт. Но при этом, каждый момент из них оставался блеклым и серым. Ты помнил, как провернул аферу века, но это воспринималось отстранённо. Как будто это и не ты был вовсе, а кто-то ещё. Тогда как текущие достижения, это уже всё дело именно твоих рук.

В подобных хранилищах была масса всего. Победы и поражения, любовь и предательство, успехи и провалы. Плюс, у меня была ещё и память сотен аватаров, под чьими личинами я появлялся среди смертных.

Всё это, прямо сейчас вывалилось на сознание Одарённого, что пытался вернуть контроль над драконом. Его буквально зашвырнуло в дальний угол энергоструктуры конструкта, где тот сжался в комок, скуля от ужаса.

Я уверенно развернул дракона назад. И преодолев океан эмоций, в котором утопало сознание, отдал приказ Сандалу.

Мьёльнир был намного ближе. Живой камень уже находился внутри туши костяной твари. Но мой новый спутник лишь начал обучаться искусству перехода в призрачное состояние. Боюсь, рвать чужие души, ему ещё рано. А вот ястреб находился в подобном облике постоянно.

Пока оклемавшийся Сандал мчался навстречу, я попытался ещё раз предложить Одарённому сдаться. Он был смертным, который угодил в ловушку и примкнул к врагу не по своей воле. Да и его стремление биться до конца ради свершения своей мести, тоже было достойно уважения. Я бы сказал, что он сражался, как настоящий римлянин, не будь мы так далеко от Вечного города.

Он меня не послушал. Услышал — да, но воспринимать слова не захотел. Вместо этого отчаянно пытался пробиться к остальным душам. С вполне прозаичной целью — спалить их все и получить достаточно энергии, чтобы вернуть контроль над костяным монстром.

Не успел. Та стена призрачного зелёного пламени, которая раньше останавливала Сандала, больше не работала. Души смертных, что до этого служили источником её питания, теперь были недоступны. Так что ястреб без всяких проблем ворвался внутрь конструкта. А потом и нашёл того, кто им раньше управлял.

Поединок был недолгим. Если быть до конца честным, его и вовсе не должно было случиться. Что такое одна смертная душа, когда против неё выступает воля одного из богов? Пусть и представленная всего лишь спутником. Но я потерял почти все свои силы, так что ястребу пришлось потратить не меньше десятка секунд, чтобы полностью разорвать противника.

Вот и всё. Энергетическая структура костяного дракона стремительно разрушалась, я а пытался удержать контроль, направляя его вниз.

Сандал вырвался за пределы громадной туши, а я почувствовал, как меня окатило волной силы. Не знаю кем был тот Одарённый при жизни и какого ранга достиг, но после него остался такой объём энергии, что меня аж перетряхнуло. Хорошо, что хотя бы удержался на драконе, а не соскользнул вниз. Кольчуга, конечно выдержит, но потом пришлось бы возвращаться к кладбищу пешком и тратить время. А там ведь ещё потомок тролля, который может и не дождаться.

Пользуясь моментом, запечатал обратно все хранилища воспоминаний. Последний раз, когда я их использовал, сделать этого сразу не вышло. Тогда я потерял контроль над самим собой и очнулся в Вавилоне, где меня отыскали остальные. Пока Марс, Диана и Нептун держали меня в тисках, Юпитер пытался пробиться к сознанию и напомнить, почему не стоит вскрывать тайники памяти, если не уверен, что потом сможешь их закрыть.

То была другая сторона процесса — вместо того, чтобы стать сухой тенью, не испытывающей эмоций, я превратился в их бушующий источник. За три дня успел натворить столько, что разгребать потом пришлось лет двадцать. А вавилонское подполье, мечтающее о том, что их город станет центром вселенной, вовсе существовало ещё почти полтора века, пока торговые пути не изменились окончательно, что привело к массовому исходу горожан.

Поэтому, успешно справившись со своей собственной памятью, я испытал некоторое облегчение. После чего развернул дракона так, чтобы он летел прямо над дорогой и направил его вниз. Энергетическая структура монстра, практически полностью развалилась. Ещё чуть и он станет полностью неуправляем.

Только в момент, когда дракон уже соприкоснулся с асфальтом, я понял, что здесь появились новые действующие лица. Несколько бронированных автомобилей, вроде того «Витязя», что я видел у военных. И группа экипированных людей, которые расстреливали наступающих на них конструктов.

Один из них, в отличие от всех остальных, вооружённый крупнокалиберной артефакторной винтовкой, вскинул оружие, целясь в меня. Но Сандал, уже получивший свою порцию силы, немедленно вырвал её у того из рук, переведя в призрачное состояние.

Разбежаться с дороги они не успевали — туша костяного дракона уже неслась на них, безжалостно давя дорожное покрытие. А смертные с ужасом пялились на меня, видимо считая, что раз кто-то стоит на хребте этой твари, то он ею и командует.

Пропахав длинную борозду в добрую сотню метров, монстр наконец остановился. Его вывернутая под углом голова, затормозила почти вплотную к бронированным машинам, на которых прибыли смертные. Ещё бы чуть и соприкоснулась с первой из них.

Я глянул на целящихся в меня людей, прикидывая, как им лучше объяснить ситуацию. Один из них, сделал пару шагов вперёд и чуть подрагивающим голосом представился.

— Поручик Лягдов, Третье отделение, Собственной Его Императорского Величества канцелярии.

Сбившись, секунду помолчал и с просительными нотками в голосе добавил.

— Давайте вы оттуда слезете и сдадитесь, а? Всем же лучше будет.

Смотря на него, я подбирал слова для ответа. А потом внутри взревел Дар, что достался мне от уничтоженной души Одарённого. Теперь я отлично понимал, почему он стал идеальным кандидатом для управления костяным конструктом.