Глава 22

– Екатерина – – Лена, ты просто неисправима, – улыбаясь сквозь слёзы, отвечаю подруге, – Мне хватило прошлого похода в клуб. Сходила, блин… Сейчас вот сижу и страдаю. Давай без танцев? Выпьем по бокальчику вина, посмотрим грустный фильм и объедимся мороженым. – Ну ладно-ладно, Кать. Я тебя поняла. Жди, через полтора часа буду у тебя… И, действительно, Лена приехала ко мне со вкусностями очень быстро – даже меньше, чем за полтора часа. – Иди ко мне, обниму, – Ленка кладёт пакеты с едой на пол и раскрывает руки в приглашающем к обнимашкам жесте, – Бедолага… Молча обнимаю подругу. – Лен, спасибо что приехала… – Да как я могла не приехать! Как я могла оставить тебя одну в такой период?! Ух, моя бы воля, я бы этому Гурскому… – многозначительно трясёт кулаком в воздухе, – Ну ничего-ничего. Ладно, хоть ты сейчас об этом узнала. Потом было бы гораздо, гораздо больнее… – Ты права, – вытираю пижамным рукавом вновь наворачивающуюся слезинку, – Ты очень права… – Ну и всё значит, – ободряюще улыбается Лена, – Поплакали и хватит! Это кому плакать надо? Ему! Потому что потерял такое сокровище! Чувство обиды потихонечку отступает. После просмотра мелодрамы и пары бокалов вина грусть отступила практически окончательно. Подхожу к зеркалу, вижу в отражении зарёванную, опухшую от слёз Красотку! Плевать на этого Гурского. Считай, Бог отвёл. – Завтра же уволюсь, – говорю Лене, – Вот прямо сейчас напишу заявление и отнесу ему завтра. И пусть только попробует не подписать! – А если порвёт его? Владислав Игоревич ведь такой импульсивный, – протягивает Лена. – А я десять штук этих заявлений напишу! Двадцать! Завалю его этими заявлениями, как Гарри Поттера письмами из школы магии! – Ха-ха-ха, в таком случае, тебе предстоит долгий и нудный процесс написания, – смеётся подруга, – Но придумала ты хорошо. Я тоже буду писать, потому тебе… Что не делает с людьми стресс, адреналин и вино… Спустя пару часов мы смотрим на внушительных размеров стопку листов бумаги, которая лежит на журнальном столике. – Сколько написала? – спрашиваю я. – Двадцать, – смеясь, отвечает Лена. – Я тоже, – говорю серьёзно, – Думаешь, хватит? – Не-е-е, давай ещё по пять напишем. А после – можно и спать… ***Прижимаю к груди папку с заявлениями об увольнении. Нервным, резким шагом направляюсь в кабинет Гурского. Кажется, даже стены в этом отделении стали в одночасье чужими, хотя этому месту я была готова отдать всю душу без остатка. Но сейчас, единственное, чего я хочу – уйти отсюда с подписанным заявлением. Хоть бы не встретить здесь Афанасьеву… После вчерашнего разговора я, кажется, не то что видеть её не могу, но и слышать и даже думать о неё и её сестрице. Хотя, жена Гурского, наверное ни при чём, ведь виноват всегда тот, кто изменяет… На секунду меня внезапно одолевают сомнения. А ведь он сказал, что они разводятся… Интересно, соврал или нет? Впрочем… Уже неважно. Даже если разводятся – должен был сказать. А так… Выставил меня посмешищем, та встреча с Аллой Александровной была просто унизительна для меня. Стучу в дверь Гурского. Никто не отвечает. Ещё раз. Ещё и ещё, с удвоенной силой. Чтоб тебя! Дёргаю за ручку, и она… Поддаётся. Плевать! Я стучала довольно долго, поэтому всё равно ,что он не сказал “войдите”! В кабинете я вижу Гурского, который сидит за своим рабочим столом. Рядом с ним красуется огромный букет розовых пионовидных роз – моих любимых цветов. – Я тебя ждал, – не здороваясь, произносит Гурский, – Проходи. – Кхм-кхм, Владислав Игоревич, давайте без фамильярности на работе, – смеряю его недовольным взглядом, – Давайте без “тыканий”. Гурский усмехается. На его лице сейчас просто море эмоций – от раздосадованности до раздражённости, которая смешалась с отчаянием и раздражающей самоуверенностью. – А раньше ты называла меня Владом, – всё так же усмехаясь, произносит мужчина, – Что-то поменялось? Наглец! Он ещё и спрашивает… – Да, раньше я не догадывалась о том, что вы – лжец, обманщик… Гурский медленно, словно хищник встаёт, берёт букет со стола и протягивает его мне. – Это тебе. Прости меня, что не сказал сразу. Мы действительно разводимся, потому что на протяжении нескольких месяцев Алла мне изменяла и сейчас ждёт ребёнка от своего нового, – кривит лицо, на котором ничего, кроме омерзения не написано, – Поэтому я подал на развод. – Складно сочиняешь, – всхлипываю я, – Была бы дурочкой в розовых очках – сразу бы поверила… – Ты знаешь, что я всегда был с тобой честен. Ну… Ладно, всегда, кроме этого раза. Я и правда полный дурак. – Это ты точно подметил… Мне не нужны цветы, – отворачиваюсь от мужчины в надежде спрятать от него дрожащие губы, – Отдай их своей… Мою фразу обрывает щелчок дверной ручки. Неужели он закрыл кабинет изнутри? Я не боюсь, но… Становится дискомфортной. – Зачем ты это сделал? – Потому что в противном случае ты убежишь и не дашь мне объясниться, – спокойным, ровным голосом отвечает Влад. – Я хочу, правда хочу тебе верить. Но я не могу! – чувствую, как на мои глаза предательски наворачиваются слёзы. – Катюша, – Влад, стоящий за моей спиной, мягко касается моего плеча, от чего я дёргаюсь и из моих рука валятся все заявления, которые мы с Леной написали накануне. Влад поднимает всё с пола и внимательно просматривает бумаги. – Это что? – мужчина поднимает на меня непонимающий взгляд, – Ты увольняешься?