Глава 6 · (Настя)

В отделение Настя вошла без пятнадцати семь. На посту сидела сонно зевая дежурная медсестра. Где-то в подсобке гремела ведрами уборщица. Основной персонал соберется только через час, а пока отделение просыпалось, постепенно наполняясь звуками. Настя подошла на пост, медсестра была молоденькая и очень хорошенькая.

— Доброе утро, меня зовут Анастасия Игоревна, я новый ординатор — сухо представилась Настя — Вера Павловна должна была оставить мне ключ от шкафчика.

Девушка смотрела во все глаза на Настю и широко улыбалась.

— Здравствуйте, Я Маша. Ключ вот-держите.

— Спасибо, Мария…?

— Ой… Ивановна, но можно просто Маша, не привыкла я к тому, что бы меня по имени отчеству называли.

— Хорошо, Маша, спасибо! Я пойду переоденусь, если Богдан Тахирович появится, передайте ему, пожалуйста, что я в ординаторской.

— Конечно, передам.

Пройдя в раздевалку Настя быстро сменила одежду на медицинскую форму. Сложила личные вещи в шкаф и, подойдя к маленькому зеркалу поправила волосы. Сегодня она заплела простую косу, которая толстым канатом спускалось до самой талии. Постаравшись придать лицу максимально нейтральное выражение, Настя вышла в коридор.

В ординаторской было пусто, вдоль фасадной стены с тремя окнами стояли рабочие столы, в дальнем углу располагался кухонный уголок: небольшой холодильник на нем микроволновка и рядом стол. Не столе в углу примостился чайник, рядом коробка с сахаром, чайные пакетики и банка растворимого кофе. По стене слева от входа стоял глубокий кожаный трехместный диван. Очень хотелось кофе, но Насте было неудобно хозяйничать без спроса, поэтому она решила ограничится водой. Подойдя к куллеру с дальней стороны дивана, она нашла одноразовые стаканчики.

Поднеся стан к губам Настя вздрогнула. Дверь распахнулась и вошел Давыдов, на этот раз в белом халате поверх медицинской формы. События разворачивались как в замедленной съемке, полностью повторяя вчерашнее начало собеседование.

Настя отчаянно покраснела, разом отмечая множество мелких деталей: темно синяя медицинская форма подчеркивала все достоинства атлетической фигуры, в вырезе рубашки виднелись темные волосы, лицо серьезное, щеки и подбородок покрыты жесткой на вид щетиной, темные глаза внимательно изучают ее, не упуская ни одной детали.

— Доброе утро — низкий глубокий мужской голос заполнил комнату, выводя Настю из ступора.

— Доброе утро, Богдан Тахирович.

— Присядьте-мужчина махнул в сторону дивана-сейчас я быстро расскажу вам основные правила, которые придется неукоснительно соблюдать, далее мы пройдем в учебный центр. Необходимо оценить уровень вашей практический подготовки. Потом обход. Сегодня у меня назначено две плановые операции, будете на них присутствовать, перед этим познакомитесь с командой. Во второй половине дня займетесь заполнением карт.

Настя присела на край дивана, стараясь держать спину прямо. Давыдов расположился с другого конца удобно откинувшись на спинку, его длинные ноги вытянулись в ее сторону.

— В отделение категорически запрещено пользоваться духами, любыми. Тоже касается кремов с парфюмерными отдушками. Курить, в том числе электронные сигареты — недопустимо. Учую запах-на первый раз оштрафую, на второй выгоню к чертям. Употребление алкоголя строго ограничено. Если придете с выхлопом, даже самым минимальным -выгоню сразу, без обсуждений и предупреждений. Да, и не пытайтесь маскировать запахи — я все равно пойму. Какие-либо личные отношения в стенах больницы так же недопустимы. Безусловно, я не имею права запрещать вам иметь личную жизнь вне этих стен, но рекомендую очень хорошо подумать, стоят ли романтические переживания вашей будущей карьеры. И последнее, если в процессе операции я что-то приказываю — вы исполняете, даже если вам что-то не понятно или вы не согласны. Любое несогласие, вопрос или предложение высказываете строго после окончания операции.

Настя завороженно смотрела как двигаются губы мужчины произнося слова. Бархатные ноты в голосе будоражили странные эмоции, запуская толпы мурашек по телу. Возможно, она даже не моргала, находясь словно в трансе. Смысл сказанного вяз в густом киселе, который раньше был ее мозгом.

— Анастасия Игоревна, вам настолько скучно, что вы решили заснуть с открытыми глазами?-грозно рыкнул Богдан.

— Нет, что вы-пискнула Настя — а вопросы задавать уже можно?

Мужчина удивленно посмотрел на девушку, которая, перекинув толстую косу вперед, нервно перебежала тонкими пальцами свободный хвост.

— И что же вам не понятно?

— Может я заядлая курильщица, тогда мне придется бросить, а это требует усилий и портит настроение…

— Не говорите чепухи, если бы вы курили, я бы вас не взял.

— А если я выхожу замуж через месяц, мне надо разорвать помолвку, что бы сохранить свое место?

Мужчина напрягся, и так плотно сидящая форма опасно натянулась на широченных плечах, руки, свободно лежащие на коленях, сжались в огромные кулаки. Резко наклонившись вперед, Давыдов цепко впился глазами в Настю.

— А вы выходите?

— Нет…но…

— А раз нет, то отнеситесь серьезно к моим словам: любые ваши переживания на отвлеченную тему могут негативно сказаться на скорости реакции или принимаемых решениях во время операций. Любая ваша ошибка будет стоить кому-то жизни-запомните это. А сейчас, если вопросов больше нет, продемонстрируйте мне на что способны ваши руки.

Давыдов резко поднялся с дивана и не оглядываясь направился к выходу. Насте ничего не оставалось, как бросится за ним. Мужчина широки, быстрыми шагами пересек отделение и вышел к лифтовому холлу. Он двигался со скоростью, которую Настя могла достичь только бегом. Когда она догнала Давыдова у лифта, дыхание сбилось, а сердце колотилось как у марафонца.

— Богдан Тахирович, если в вашем личном уставе не прописана обязательная сдача ГТО, не могли бы вы ходить помедленней? Если я продолжу бежать, то вряд ли смогу нормально сконцентрироваться на мелких манипуляциях.

— Работа хирурга предполагает многочасовые статические нагрузки и физическое состояние врача имеет немаловажное значение, Анастасия Игоревна.

— Полностью согласна, но заниматься спортом во время работы и заниматься спортом в свободное от работы время немного разные вещи.

— Я вас понял-с высоты своего роста Богдан покосился на Настю. Девушка стояла с правого бока сохраняя достаточную дистанции. Ее макушка едва доставала до его плеча. Они молча спустились на второй этаж и уже медленнее двинулись путанными коридорами к учебному корпусу. Настя ощущала легкое волнение от предстоящей проверки. Желание доказать этому невозможно-самоуверенному, мужчине, что он не зря потратит следующий год сконцентрировалась на кончиках пальцев.

Ранним утром классы учебного центра были пусты. Богдан для начала выбрал тренажер отработки техники хирургического шва. В первый год ординатуры Настя провела много часов за подобным, отрабатывая навыки до совершенства. Ее предыдущий руководитель Арсений Иванович, хирург старой школы, настаивал что этот базовый навык должен быть безупречным, несмотря на то, что современные операции все больше проводят малоинвазивным способом, без значительных разрезов. «Всегда есть шанс того, что что-то пойдет не так»-любил говорить он.

Настя встала у стола, Богдан Тахирович расположился сразу за ней, глядя через плечо.

— Приступаем — его дыхание шевелило волоски вокруг уха. Настю смущала и волновала такая близость. Большое тело Давыдова излучало жар, который опалял Настину спину и вызывал мурашки на коже.

Она взяла в руки инструменты и глубоко вздохнула. Главное не отвлекаться на очередную провокацию, Настя была уверена, что Давыдов именно из-за этого встал так близко.

Прокол, протянуть нить, завязать, расстояние ровное, еще прокол, протяжка завязать, Настя сосредоточенно двигала руками. В какой-то момент она уловила, их дыхания движутся в едином ритме. Прокол-вдох-протяжка-выдох-узел вдох итак по кругу.

Шов вышел идеальный, обрезав последнюю нить, Настя выпрямилась. С одной стороны крупная рука Давыдова опиралась на стол. Она жадно разглядывала тыльную сторону ладони, покрытую короткими черными волосками. Вторая ладонь на секунду легла ей на плечо.

— Неплохо — похвала Давыдова прозвучала у самого уха. Кровь прилила к щекам, и устремилась куда то вниз. Тело предательски реагировало на близость мужчины. Большое крепкое тело почти прижавшееся к ней сзади вызывало чисто женскую реакцию. Ну почему никто до него не пробуждал в ней такого? Почему ни к кому другому ей не хотелось прикоснуться? А сейчас она готова была тереться, как кашка об него, лишь бы еще раз почувствовать большую, горячую ладонь на своем теле.

Настя отошла в сторону разрывая опасную близость.

— Что дальше?

— Проверим базовые навыки проведения операции на сердце в условиях искусственного кровообращения.

— Хорошо, только можно просьбу? Отчаянно кусая губы, Настя задрала голову глядя прямо в лицо Давыдова.

— Попросить можно — Давыдов скрестил руки на груди и насмешливо смотрел на Настю

— Не могли бы вы держать дистанцию, сильно отвлекает, когда вы так нависаете…

— В реальной операции у стола стоит много народа, вы и тогда предложите мне отойти подальше?

Насте показалось что у нее покраснели не только щеки, но и уши.

— На операции много народа, а сейчас мы вдвоем…

— Что это меняет?

Меняет все, нет интимной обстановки от которой появляются совершенно неуместные желания. На глазах у всей команды не будет желания почувствовать его губы на своих, ощутить крепкие объятия больших рук, прижаться спиной к его телу и изучить каждую мышцу, бедра к бедрам, руки к рукам. И дышать в едином ритме. Как об этом сказать не выдавая себя?

— Давайте будем считать, что моя девичья скромность страдает в столь интимной обстановке…

— Могу вас заверить, что с моей стороны вашей скромности ничего не угрожает — Давыдов немного ехидно улыбнулся

— В этом я более, чем уверена. Однако, испытывать неловкость от слишком тесного контакта без насущной необходимости не перестану.

— Что ж, постараюсь больше не смущать вашу скромность, а вы покажите, что способны наколдовать с сердцем неизвестного бедняги.

Когда Настя приступила к работе на симуляторе, Давыдов встал с противоположной стороны стола и просто внимательно наблюдал, больше не провоцируя.

— В целом, все очень не плохо. Но требует большего автоматизма. И надо нарабатывать скорость. Вы очень долго возились с шунтом.

— Признайтесь, вы ожидали меньшего от протеже?

— Пока я вижу, что вы оправдываете ту характеристику которую мне передал Добронравов, не более того. Пойдемте в отделение, сейчас начнется планерка, потом обход, заодно познакомитесь с коллегами, если еще не успели.

В ординаторскую они зашли почти последние. Настя всегда сильно смущалась большого количества незнакомых людей. Ей было сложно свободно чувствовать себя в новом коллективе. Ощутив множество любопытных взглядов, она инстинктивно спряталась за широкой спиной Давыдова. Тот же, совершенно спокойно, буркнув «доброе» расслаблено застыл на входе. На него удивленно глянул Свиридов, оторвавшись от бумаг, которые бегло просматривал.

— Богдан Тахирович, что вы как не родной, ей богу. Не стойте в дверях, заходите, раз уж почтили нас своим присутствием — заметив Настю, тихо стоящую за Богданом, Кирилл широко улыбнулся — Анастасия Игоревна, проходите садитесь, сейчас будем знакомить вас с нашим дружным коллективом.

Настя совсем оробела, теперь все пытались ее внимательно рассмотреть через спину Давыдова. Наверное показалась, но Богдан Тахирович, как будто стал еще больше, стараясь укрыть ее от любопытных взглядов.

Неизвестно сколько бы длилась эта немая сцена, если бы в ординаторскую не зашла Вера Павловна. Обойти Давыдова с Настей ей не позволяли ее внушительные габариты, а стоять на задних рядах не позволяла гордость.

— Анастасия Игоревна — подхватив девушку под локоть она решительно двинулась вперед — давайте-ка мы с вами займем места на диване. Подвиньтесь ка, Богдан Тахирович, а то застыли в проходе не пройти не проехать.

Если бы Свиридов не смотрел в этот момент на Давыдова, то, наверное и не заметил. Но он смотрел. Поэтому совершенно четко увидел, что когда Вера Павловна вытянула Настю за собой к дивану, на долю мгновения рот Давыдова по звериному оскалился, оголяя крупные клыки. Свиридов про себя отметил, что если бы был ближе совершенно точно услышал бы рычание.

Кирилла это не насторожило. За все годы их дружбы он не разу не видел проявления звериной сущности друга на людях. Что-то странное происходит, не к добру…—Давыдов, сядь уже куда-нибудь, а то давишь массой, как на ринге — немного раздраженно приказал Кирилл.

Богдан, что было на него совсем не похоже, молча подошел к дивану и присел на широкий подлокотник, как раз рядом с примостившейся в углу Настей.

— Так, ну раз все заняли места, согласно купленным билетам, приступим — Кирилл махнул рукой в сторону тихо сидевшей Насти — Анастасия Игоревна, новый ординатор Богдана Тахировича. Прошу не обижать, а наоборот всячески поддерживать. Представитесь после планерки, сейчас быстро пройдемся по текущим вопросам.

Свиридов взял в руки бумаги, которые просматривал ранее.

— Алексей Иванович-обратился он к немолодому мужчине, сидевшему в самом дальнем углу-у вас сегодня две выписки, буду ждать выписанные эпикризы на подпись. Надеюсь, никаких сюрпризов на обходе не будет. Дмитрий Борисович — крупный мужчина, ровесник Кирилла — посмотрел на заведующего — у вас сегодня поступает трое плановых. Богдан Тахирович -у вас трое на выписку, поступит один, но в випку, после планерки зайдем ко мне, расскажу подробнее.

— Вера Павловна, в ваше распоряжение поступит новенькая медсестра, вы же давно просили увеличить штат, радуйтесь, на верху согласовали.

— Вот спасибо! А то ж сколько можно, не для себя же просила!

— Ладно, ладно, не бушуйте, сами знаете, бюджет больницы не резиновый, а с учетом того, что некоторые — внимательно посмотрел на Давыдова — регулярно создает дополнительную нагрузку на него, нашему отделению вообще могли ничего не согласовать. Так что радуемся и благодарим!

Богдан никак не отреагировал на шпильку Кирилла, что не помешало другим сдавленно хихикнуть.

— Не забудьте передать расписание дежурств, не позднее завтрашнего утра. На этом все. Обход начнем через пятнадцать минут, не задерживайтесь. Богдан Тахирович, прошу за мной.

Давыдов поднялся с подлокотника и Насте разу стало не уютно. Ушло тепло, а с ним и ощущение безопасности. Ей показалось, что убирая руку со спинке дивана, Богдан Тахирович слегка провел кончиками пальцев по ее шее. Прикосновение было на самой гране ощутимого, но вызвало приятное волнение и толпу мурашек, стремительно разбежавшейся от шеи по всему телу. Как ни странно, именно это едва ощутимое касание придало уверенности перед знакомством с новыми коллегами.

Вера Павловна, окинув суровым взглядом оставшихся, решительно взяла в свои руки дальнейшее представление:

— Анастасия Игоревна, прошу, не принимайте близко к сердцу, хорошие манеры в нашем мужском царстве, не в почете, зато, смею заметить, все отличные специалисты. Алексей Иванович у нас заслуженный хирург -мужчина молча подошел к Насте и пожал руку.

— Очень рад — на его худом, костлявом лице, расцвела широкая улыбка — Вот там сидят мои подопечные, ординаторы второго года — махнув рукой в сторону молодых людей активно что-то обсуждавших, он по очереди их представил.

— Тот что темнее — Расул Магомедкаримович, светлее Степан Алексеевич. Думаю, потом вы сами познакомитесь поближе, вполне достойные будущие представители профессии, пока неотесанные только. Но это возраст, явление поправимое…закончив, Алексей Иванович направился в свой угол сразу что-то решительно втолковывая ординаторам.

Дмитрий Борисович, оторвавшись от бумаг просто развернулся на стуле к дивану.

— Рад знакомству, Анастасия Игоревна — на широком, полноватом лице мужчины появилась хитрая улыбка — теперь понятно, почему наш «великий и ужасный» не смог отказать Добронравову! От такой красоты не отказываются, а уж сочетания ума и внешних данных-так вообще убойная комбинация. Мужчина, уверенный, что его комплименты приятны Насте, попытался продолжить нести подобную чушь, но строгий голос Веры Павловны прервал поток.

— Дмитрий, вы бы поостереглись так откровенно льстить, Давыдов жуткий собственник, зачем дергать тигра за усы?

— Ой, ну что вы, Верочка Павловна, я же просто озвучиваю правду.

— Спасибо, Дмитрий Борисович, но больше не стоит-очнулась Настя — я предпочитаю заслуженные комплименты профессиональным качествам, а их вы еще не видели. Вот когда будет за что, тогда и похвалите.

— Умная-красивая-скромная — Повезло Давыдову, ничуть не смутившись хохотнул мужчина.

— Привет, я Максим, сам новенький. Юноша, по правую руку от Дмитрия Борисовича смущенно улыбнулся. Абсолютно рыжий, с лицом, покрытым веснушками и нелепо торчащими ушами, он покраснел, как помидор, испугавшись своей же смелости.

— Очень приятно-Настя открыто улыбнулась.

— Екатерина Владимировна — по левую сторону от Дмитрия Борисовича сидела эффектная молодая девушка. Брюнетка с модной короткой стрижкой, крупные серебрянные серьги яркими каплями мерцали на солнце. Умело подкрашенное лицо с длинными ресницами, чуть стервозный изгиб в меру пухлых, подчеркнутых блеском-ординатор третьего года. Девушка насмешливо изучала Настю.

— Мы все гадали, кого-же Добронравов подсунул Богдану Тахировичу — «Богдану» девушка произнесла с легким придыханием, Настю это царапнуло. Какое ей дело, а вот нет, явный интерес к ее наставнику со этой эффектной девушки, вызвал внутренний протест.

— Ну что ж, теперь можно не гадать, Анастасия Игоревна, тоже ординатор третьего года — довольно сухо ответила Настя.

— Ладно, коллеги, вам пора на обход, а я займусь новенькой медсестрой — Довольно потирая руки Вера Павловна выплыла из кабинет.

Первым собрался Дмитрий Борисович, подгоняя Максима они двинулись к выходу.

— С первым вылетом, салага — и уже более почтительно — прошу, после вас, Екатерина Владимировна — его блестящий взгляд недвусмысленно скользил по длинным ногам ординатора. Екатерина с величайшим достоинством несла себя к выходу. Расул и Степан, впившись глазами в удаляющуюся спину девушки, вскочили со своих мест и поспешили догнать донать ее в дверях. За ними степенно шел Алексей Иванович, ворча что-то неразборчивое под нос. Настя замыкала шествие.

В коридоре их маленькая делегация была возглавлена Свиридовым.

— Пойдемте, коллеги.

Настя заволновалась, крутя головой по сторонам и выискивая Богдана Тахировича. За более рослыми коллегами ее было совсем не видно, а протиснутся в первые ряды и уточнить у Кирилла Дмитриева, где ее босс-страшно. Вдруг она почувствовало спиной тепло, а в нос ударил знакомый запах хлопка.

— Кого-то потеряли? — Интимный, бархатный голос, проникнув в солнечное сплетение скатился ниже и сжался тугим узлом между бедер. Нижняя часть тела наполнилась сладкой истомой. Настя обернулась и, запрокинув лицо, посмотрела в темные загадочные глаза, одними губами беззвучно произнеся — Вас.

Группа медленно двинулась в сторону первой палаты. На Настю с Давыдовым, который, как приклеенный маячил у нее за спиной, никто не обращал внимания. Обход начался с пациентов Алексея Ивановича. Постепенно дошла очередь и до подопечных Богда Тахировича, он внимательно слушал жалобы, аккуратно осматривал повязки, кому-то сходу менял назначения. Настя быстро делала пометки в блокноте, что бы потом внести изменения в картах и передать медсёстрам новые данные. Обыденности рутинных действий, сгладила неловкость первых минут в новом коллективе.

Настя расслабилась и перестала стеснятся, все больше вовлекаясь в процесс. Екатерина переодически бросала презрительные взгляды на старательно конспектировавшую Настю, но как только ее глаза находили Богдана Тахировича, который все так же держался позади девушки, в них вспыхивал азарт. Она всеми силами старалась привлечь его внимание. Громкие, не всегда уместные замечаниями пациентам, томные взгляды, случайные касания. Давыдов все замечал, но никак не реагировал, что явно раздражало Екатерину.

Наконец, когда она попыталась, незаметно оттеснить Настю и занять ее место перед Давыдовым, мужчина не выдержал:

— У вас сегодня какое-то особое рвение к знаниям или вы решили, сразу занять призовое место, Екатерина Владимировна?

— А вы уверены, что я его не займу? Дерзко ответила девушка, с вызовом глядя на Богдана.

— Я уверен, что если идти по головам, можно поскользнуться и больно упасть.

— И что тогда?

— Вы уверены, что хватит сил подняться?

Настя с удивлением наблюдала странную перепалку. Она не любила конфликты, особенно в коллективе, врачи вынужденно проводили многие часы бок о бок, любые недовольства друг другом отражались на всех, приводя к ошибками.

Богдан Тахирович, сложив руки на груди спокойно смотрел на Екатерину. Она же, сверкала красиво подведенными глазами и чуть не топала от бессилия длинной ножкой.

— Коллеги-раздался голос Свиридова — давайте спокойнее. Здесь не место и не время для споров.

В оставшееся время обход прошел спокойно. Екатерина больше не делала попыток завладеть вниманием Богдана Тахировича, а Настя постаралась увеличить дистанцию между ними, встав ближе к рыжему Максиму. Молодому человеку настолько было приятно внезапное соседство Насти, что краснота, залившая его щеки, не сходила до конца обхода.

Выйдя из последней палаты, Свиридов вежливо попрощался со всеми поспешил к себе в кабинет.

Дмитрий Борисович и Алексей Иванович, собрав своих подопечных направились в ординаторскую. Настя неуверенно двинулась за всеми.

— Куда? Грозный рык заставил Настю замереть на месте — Я не отпускал в ординаторскую!

— П-ростите — Настя опять смутилась

— В мой кабинет — И Богдан, как всегда стремительно, направился в глубь коридора.

Его кабинет располагался в противоположной стороне от ординаторской и кабинета Заведующего, как будто это изначально это было помещение с совсем другим назначением. В меленькой комнате с одним окном располагался большой рабочий стол, офисный шкаф, заставленный папками, небольшая стойка с принтером и крохотный двухместный диван.

— Присаживайтесь, Анастасия — Богдан указал на диван, а сам сел в офисное кресло за столом.

— Очень хорошо, что вы вели записи на обходе. Значит быстрее заполните карты. То, что нужно заполнять в электронном виде будете делать за моим компьютером. Я вам пришлю пароль для доступа. После обеда придет наш кардиолог Максим Олегович Трушин, предупредите его, что я договорился о втором мнении для нашего пациента из четвертой палаты Новикова Тимофея Ильича. Вечером к нему заглянет Маргарита Алексеевна. У нее есть все данные по пациенту. Скорее всего Новиков опять будет недоволен, вздорный старик, но со связями, вам придется его задобрить, что бы он, наконец, успокоился.

— Мне? Как я справлюсь там, где не вышло у двух опытных кардиологов — Пискнула Настя.

— Старики, по типу Новикова, обожают наивных, большеглазых девочек, по типу Вас. Сядете на стульчик рядом с ним, будете смотреть своими наивными голубыми глазищами, теребить шикарную косу, внимательно слушать его ворчание, а главное, со всем соглашаться. Потом убедите его, что он получил исчерпывающие консультации и дальнейшая его жизнь зависит только от их соблюдений. Все.

— Я, конечно, постараюсь, Богдан Тахирович, но…-она смотрела прямо на него.

— У вас все получится, запомните, как вы сейчас смотрите, идеально, ни одно мужское сердце не устоит.

Настя смутилась, хотелось шепнуть, а ваше? Ваше устоит? Да что же это такое, а? Маешь как, как мороженное на солнце. Перед тобой шикарный мужчина, думаешь он одинок? Нет, такие не бывают одни, их всегда окружают не менее шикарные, а главное опытные женщины. А ты что можешь ему предложить? Девочка без опыта, без уверенности в себе…

— Я постараюсь, Богдан Тахирович — тихо сказала Настя.

— Так, что касается двух плановых операций, подойдите к Вере Павловне, она даст вам карты пациентов-изучите, важно, что бы вы понимали, какие будут манипуляции. Будите вторым ассистентом, а так же внимательно смотреть за моими руками. Основным ассистентом будет Свиридов, но это на второй операции. Первую проведем вдвоем.

— Понятно! -бодрее ответила Настя.

— И запомните, скромность несомненно украшает девушку, но портит карьеру. Будьте более уверенной в своих силах, иначе хищники, вроде Екатерины Владимировны, сожрут вас, как свою законную добычу.

— Вы тоже хищник?

— Еще какой-Давыдов зло усмехнулся, сверкнв крепкими белыми зубами.

— А что с новым пациентом в вип-палате? Мне надо собрать первичный анамнез?

— Нет, я сам этим займусь, как раз до первой операции есть два часа. Кстати, вы завтракали?

— Эмм…

— Значит, нет. Обязательно плотно перекусите перед началом операций. Первая будет длится чуть больше часа, а вторая от двух до трех часов, между ними не будет времени.

— Все поняла, Богда Тахирович, я побегу тогда.

Давыдов махнул рукой в сторону двери, типа «беги уже».

На посту Настя получила старые назначения пациентов, в которые надо было внести изменения. Быстро справившись с задачей, она еще раз все внимательно перепроверила и, наконец, поставила свою подпись. Получив карты пациентов, которых готовили к операции, Настя направилась в ординаторскую внимательно их изучать.

Зайдя в комнату она обнаружила там только ординаторов Алексея Ивановича, которые все так же, о чем-то переговариваясь, сидели за дальним столом в углу. Максим же старательно что-то печатал одним пальцем, видимо заполняя какую-то форму. Екатерины Владимировны не было, что крайне обрадовало Настю. Тихонько присев на диван, ровно на тоже место где сидела утром, она открыла верхнюю карту и углубилась в чтение. Более короткая операция однозначно стентирование коронарных артерий, а вот вторая более серьезная -аневризма восходящего отдела аорты. Настя неоднократно участвовала в операциях по стентированию, и более сложных, но раньше ее окружала команда старших, проверенных товарищей, всегда готовая поддержать, сейчас же она будет одна. Безусловно, ни Свиридов, ни тем более Давыдов не дадут ей ошибиться, но на ней лежит ответственность не запятнать честь Арсения Ивановича. Через ее действия будут судить о нем, как о наставнике.

Изучив карты от корки до корки, Настя обнаружила, что до начала первой операции осталось сорок минут, а еще надо успеть перекусить. Как-то она не подумала об этом заранее, погруженная в свои переживания. Ну ничего, сейчас забежит в местную столовую, а завтра придумает, как лучше быть, регулярное питание в общепите ее бюджет точно не выдержит.

Вернув карты на пост Настя быстрым шагом направилась в сторону столовой.