Глава 27

Ирочка согрелась и задремала, но я чувствую, что перед поездкой в город её нужно покормить. Но в доме послышались выкрики, даже мат, мужчина завопил, что ни в чём не виноват, это всё жена хотела ребёнка. И им сказали, поклялись, что девочка подкидыш-бастард и никому не нужна.

Разумеется, а что ещё они могут говорить.

Неожиданно женщина выкрикнула, чтобы мы забирали этого проклятого ребёнка и оставили их в покое…

Но я уже чувствую, что это всё ложь.

Они осознанно искали одарённого младенца, желая на нём или на ней неплохо заработать. По их незамысловатому сценарию ребёнка ждала бы незавидная доля, или выступать в цирке, или дурить людей на сеансах, или стать помощницей в преступных делишках, последнее вернее всего.

Полозов прикрикнул и заставил говорить тише и с уважением. В этом мире допросы сразу ведут жёстко, кто-то прикрыл окно и до меня перестали доноситься неприятные возгласы.

Ночь вступает в свои права.

С залива потянуло холодом, и неожиданно на лужайку перед домом опустился туман. Стало как-то очень неуютно и холодно, чутьё подсказывает, что в тумане прячутся духи и не самые добрые, обычный человек их не учует, а мне уже совсем не по себе. Где-то за деревьями, на песчаной дороге послышались тихие звуки, кажется, кучерам надоело ждать, и они просто сбили старый замок на шлагбауме, чтобы освободить проезд. Через пару минут из тумана одна за одной появились кареты и кони верховых полицейских.

Картина окончательно приобрела пугающие очертания, всё в лучших традициях триллера.

Кони громко фыркнули, требуя хоть чего-то пожевать, и ночная тишина растворилась окончательно, наверху снова начался основательный допрос, в лесу гулко крикнула какая-то хищная птица и, кажется, мы сегодня ночуем здесь, по такой темноте ехать больше трёх часов в столицу — дело опрометчивое и опасное.

Ирочка на моих руках сладко посапывает и иногда вздрагивает, если бы не она, то я бы уже давно сбежала в дом. Чувствую, что Ася её «заземлила», не просто успокоила, а погрузила в глубокий сон, это не гипноз, но что-то похожее.

«У девочки тоже сущность, и, к несчастью, плохо управляемая, диковатая. Я постараюсь с ней наладить контакт и чуть заглушить воздействие, чтобы не произошло беды, но она слишком сильная и давит даже на меня», — в сознании прозвучал голос Аси, а я-то, грешным делом, решила и даже успела чуть обрадоваться, что моя «напасть» растворилась под воздействием Ирочки. Жаль, видать, придётся нам до самого конца так вместе и делить одно тело на двоих.

Тихонько перехватила поудобнее малышку и с трудом поднялась, пора войти в дом и найти для нас ночлег, желательно тихий и тёплый. Интуитивно в полумраке пересекла просторный холл с огромным, каменным камином, и свернула направо, в этом крыле спокойно. Толкнула первую же дверь и нашла приятную комнатку с широкой кроватью.

— Вот здесь мы и заночуем, а утром позавтракаем чем Бог пошлёт и поедем к маме, — прошептала сонной малышке и положила её на кровать. Осторожно развернула сюртук Даниила и переложила ребёнка под одеяло. Для первого опыта общения с детьми очень даже неплохо управляюсь.

Осматриваю комнату, едва освещённую тусклым светом из окна. Показалось, что опасности нет, Ирочка лежит по центру кровати, скатиться не должна, на всякий случай подоткнула одеяло под толстый матрас.

— Спи, я рядом. Отнесу твоему дядюшке сюртук и вернусь, — прошептала скорее не ребёнку, а её магической силе, чтобы не вызвать лишнюю тревогу.

На втором этаже что-то гулко стукнуло. Словно стул упал, это может стать поводом зайти на допрос, и попросить тишины. Но на самом деле, у меня совершенно другая цель, я хочу взглянуть на лица подлецов, укравших ребёнка у родной матери. Почему-то я уверена, что лжеродители прекрасно знали историю малышки и их ничего не смутило.

Но сначала пришлось вернуться на крыльцо и забрать трость:

— Мне кажется, что мы сегодня ночуем здесь. Так что располагайтесь на первом этаже, тут есть два широких дивана, брр, холодно, — тихо предупредила кучеров и, поведя от холода плечами, поспешила в дом.

Зря не взяла тёплую шаль, была же мысль, сетую на себя, и почему-то крадучись прохожу к лестнице на второй этаж, словно я преступница в чужом доме.

— Госпожа, свет-то зажечь? — внезапно рядом со мной из темноты прогудел резкий стариковский голос, и я знатно вздрогнула от испуга, сердце замерло, как на старте, а потом помчалось галопом, сбивая ровный ритм на тыгыдык-тыгыдык…

Ася паршивка специально не предупреждает об опасности, чтобы хоть немного, но доставить мне неприятных моментов, уже в который раз это замечаю. С трудом сдержалась от резких слов и милостиво приказала, так и не разглядев говорящего в темноте:

— Зажгите, но тихо, там в комнатах спит Ирочка.

— Как прикажете, — и в это же мгновение в руках старика вспыхнула огромная каминная спичка, осветила его старое, морщинистое лицо и чёрную повязку на правом глазу. Истинный пират. Теперь и его крепкий табачный запах проявил себя, неприятно защекотав мне нос и вызывая тошноту. Прислуга — визитная карточка хозяев.

И кажется, наши «герои» не владельцы этого дома, они его либо захватили, либо наняты присматривать, пока хозяева живут где-то за границей.

Похоже, что так и есть.

Это не семья, это банда скваттеров…

Теперь меня разрывает от злости.

Надо пройти наверх и задать пару вопросов подонкам, но и девочку оставить не могу одну. Этот одноглазый «Роджер» вполне может её выкрасть.

— Зажгите свечи и садитесь вот здесь у камина, сидеть и ждать, — приказываю как псу и щёлкаю пальцами перед его носом, надеясь, что одного глаза «пирату» хватит, чтобы попасть под влияние гипноза. Должно хватить — он пустышка, и его точно также изводила сила Ирочки, странно, что не сбежал, наверное, некуда и он повязан с хозяевами не самыми благостными делами.

Медленно старик зажёг все свечи на камине, на столе и широком, чёрном комоде, а потом послушно сел на небольшую табуретку. Кажется, девочка их уже извела и сделала послушными марионетками для одарённых. Главное, мне не переоценить свои силы, а то ведь это может быть и уловка для отвода глаз.

Быстрее поднимаюсь на второй этаж по массивной деревянной лестнице, здесь горят масляные лампы, и за второй от лестницы дверью слышатся голоса.

— Можно? — не стуча, вошла в просторную комнату и сразу попала в эпицентр допроса.

— Госпожа, здесь не самое приятное место для вас, — начал было Полозов, но граф лишь качнул головой. — Ну я вас предупредил, сии люди не самой почтенной масти…

Я молча протянула сюртук графу.

И пока он одевался, отвлекая всех своими действиями, успеваю рассмотреть подозреваемых.

Мужчина и женщина, визуально возраст определить довольно сложно, примерно лет по тридцать пять — сорок, а по магическим ощущениям — они моложе, но жизнь их не щадила. Тётка полноватая, крутобёдрая и большегрудая, типичная трактирщица, но весьма миловидная лицом, горячая штучка, а ещё одарённая — уровень примерно, как у Елены…

— Твою же налево! — невольно вскрикнула, в тот момент, когда взглянула на мужчину, все мои подозрения оказались верными. Не дожидаясь, когда все поймут или хотя бы озадачатся по поводу возгласа, я взяла небольшой подсвечник с одной горящей свечой и подошла к мужчине, а он покосился на мою трость, совершенно не понимая, что происходит, я на его стороне или против.

Он сидит на табуретке, руки связаны за спиной, крепкий, лысый, но не нищеброд, если можно так выразиться. Он тоже чей-то бастард, и мнит себя знатным потомком рода. Чисто выбрит, и рубашка дорогая, и даже парфюм довольно приятный. Его образ портит только лишь простоватая сожительница.

— Господа, там внизу у камина сидит ещё один пират, срочно приведите его, — отдаю команду и заглядываю в глаза испуганного подозреваемого. Не в глаза, а в его душу.

Он истерзан магической сущностью Ирочки, каждый день в шаге от инсульта. И Ася сейчас на него давит не меньше.

— Отойди от меня, ведьма…

В библиотеке все замерли. Но Аракчеев понял, что сейчас будут происходить события, какие простым смертным лучше не видеть, и потому ещё раз приказал всех лишних урядников спуститься в зал с камином и там ждать.

Нехотя, и постоянно оглядываясь полицейские младших чинов вышли, закрыли дверь и спустились по лестнице, довольно громко стуча набойками по деревянным ступеням.

Наклоняюсь ещё ниже перед главарём банды и вот оно, вся его душонка, все его воспоминания у меня на ладони. Единственное, нужно заставить его говорить.

— Вы контрабандисты, этот дом на берегу ваш, не так ли? Здесь неплохой фарватер, корабль подойти не сможет, но ему и не надо, лодки с награбленным или незаконным товаром плавают почти еженедельно.

— Откуда? Тварь, ты ведьма! — захрипел мужик, и Аракчееву пришлось его грубо осадить словом, а Полозов, не стесняясь, показал кулак. Контрабанда, торговля детьми, это уже не каторга, а петля, и церемониться с висельником не обязательно.

— Я просто читаю людей как книги, а ведьмы наводят порчу, это разные вещи. Твоя сожительница — больше ведьма, чем я. Но вернёмся к нашим баранам, Фрида Пельтц, вы её знаете?

Мужик не успел уловить резкой смены «сюжета» и испуганно покрутил головой в разные стороны. А вот его бабёнка сжалась. Пришлось перейти ближе к ней и повторить вопрос:

— Фрида Пельтц? Ах, можешь не отвечать. Она твоя сестра.

Больше мне нечего читать…

Поворачиваюсь к графу и рассказываю то, что увидела:

— Они пираты, контрабандисты, как говорят у нас, левый товар разгружают до таможенного досмотра, и также переправляют награбленные ценности за границу. Им нужен был верный и очень одарённый человек, не обязательно ребёнок, любой бы подошёл. Но подвернулась Ирочка, Ирэн, они её выкупили у Фриды, причём не так давно уже подросшую, и вот эта пакостная бабёнка Фаина, если не ошибаюсь, намного раньше времени начала открывать в неокрепшем младенце дар, перестаралась, и силы девочки вырвались на волю. За это я бы тебя сама придушила, — я начала обличительную речь спокойно, но в конце агрессия Аси взяла верх, и моя трость знатно хлестнула по ляжке гнусную бабу.

— Ай! Всё это бред, ты прямо сейчас сочиняешь эту небылицу, эта девочка ничья, она подкидыш, мы её не покупали, никакую Фриду не знаем, тем более не знаем мамашу, явно какая-то шлюха, забеременела от богатого любовника и избавилась…

— Поосторожнее со словами. Ведь я могу разбудить Ирочку, и она снова начнёт вас изводить. Фриду уже арестовали, завтра вы встретитесь в участке и посмотрим, что она скажет. Да тут и говорить не надо, вы с сестрой похожи.

Наступает мой звёздный час, поворачиваюсь к ошалевшему мужику и, глядя на него в упор, добиваю:

— А знаешь, почему мы здесь?

Он отрицательно качает головой, но смотрит на меня с ужасом. А я приподнимаю трость, чтобы он лучше видел её потрёпанное в уличных боях состояние и набалдашник.

— Вы не делились с местной мафией, они вас сдали, они же с вами и расправятся, при первой удачной возможности. И если мы вас сейчас отпустим, то завтра из вас сделают отбивную и сбросят на прикорм рыбам. Советую говорить всё как есть…

— Рано утром придёт лодка, гружёная товаром и в ней шестнадцать вооружённых головорезов, не успеете уехать, не успеете позвать на помощь, так что кормом для рыб станете вы, — прорычал главарь банды и тем окончательно сдал себя.