Глава 8

Дождавшись, пока мужчины уйдут, Джейлис наконец поднялась с корточек. Ноги затекли жутко и совершенно не держали.

Но куда хуже было то, что творилось у неё внутри. В груди то пекло, то покрывалось толстой коркой льда. Эмоции бушевали, сменяя друг друга, как в калейдоскопе.

Итак, Элестайл действительно «блуждает» по лесу, чтобы подольше не выводить её в Лимерану.

Ну, сам этот факт уже перестал злить и даже радовал — на фоне-то всех прочих новостей. От них у Джейлис просто леденело сердце.

Как она могла забыть, что он вампир! Что Бордгир — страшное место, из которого не возвращался никто и никогда. Со своими ужасными кровавыми законами.

Джейлис вспомнила, что когда-то слышала, будто на въезде в страну вампиров написано: «Дальше только смерть». И, похоже, сие не пустые слухи.

Ту девушку вон приговорили за одно лишь желание покинуть Бордгир! И вампира, решившего ей помочь, тоже.

Боги, это во что же она вляпалась!

В висках стучало. Ноги не держали и подгибались сами собой. Она побрела куда глаза глядят. Вернее, они тоже мало что видели.

Если она поедет с Элестайлом — это же ей до конца дней не видеть ни одного человеческого лица!

И, кстати, он-то её с собой не звал. Хотя… наверное, так сразу и не зовут. Вампир недаром тянет время.

Но даже если в итоге позовёт… Кем она там будет? Элестайл ведь сказал, ему всё равно, что она замужем. Значит, жениться на ней и не помышляет. То есть она интересует его исключительно как любовница.

А когда-нибудь и вовсе надоест ему. И что тогда?

Покинуть Бордгир она уже не сможет. Так и останется одна среди этих хищников. Кровопийц, для которых люди лишь корм. И ещё неизвестно, что они с ней сделают.

Это на людских территориях вампиры соблюдают договор Норбернта. А как поступают с теми, кто имел глупость приехать в их земли?

Вдруг всё же возьмут и выпьют?

Силы как-то разом покинули её окончательно. Ноги подкосились сами собой, и девушка осела на траву.

Но тут послышался крик Элестайла:

— Джейлис!

По крайней мере, этот вампир точно её не выпьет. Но нельзя, чтобы он догадался, что она подслушивала.

— Я здесь! — отозвалась девушка.

И побежала на его голос.

В какой, кстати, стороне теперь те ели, от которых убрела неизвестно куда, сориентироваться уже не могла. Хорошо, что вампир позвал её.

— Где тебя носило? — спросил он, схватив свою пропажу в объятия.

— Я… — растерялась Джейлис. Действительно, справлять нужду столько времени, сколько она проторчала за ёлками, подслушивая, попросту невозможно. — Я немного заблудилась,

— в общем-то, это даже не было ложью. Ну, почти.

— Так покричала бы нам, — в голосе вампира прозвучал укор. — Уж Дэлл с Дальгом тебя бы наверняка услышали.

— Приличные леди не орут на весь лес, — боги, какую чушь она несёт!

— Ну конечно, приличные леди теряются молча, — засмеялся он. — И заставляют всех нервничать, — это было сказано уже серьёзно. — Не делай так больше.

— Хорошо, — покорно пообещала Джейлис.

А ей ведь несказанно повезло. Если бы Дэллоиз хватился её раньше, мог пойти по следу и… обнаружил бы затаившуюся за ёлками идиотку!

Как бы она оправдывалась тогда?!

— Едем, — скомандовал Элестайл.

Через несколько секунд Джейлис уже сидела на жеребце впереди вампира.

Бестии Тени, как же ей хорошо в его объятиях! Так бы ехала и ехала днями, неделями… всю жизнь.

Губы мужчины коснулись макушки, и по телу моментом разлился трепет, которого она никогда не испытывала с мужем. В венах медленно, но верно зарождался огонь.

Ну почему, почему он на неё так действует?! Стоит ему лишь приблизиться, и она начинает сходить с ума от желания.

Нет, с этим надо что-то делать!

— Скажи, в Бордгире у тебя кто-нибудь есть? — с замиранием сердца спросила Джейлис.

— Нет, — последовал лаконичный ответ.

— И давно? — продолжила она «допрос».

Затылком почувствовала его улыбку.

— Смотря что конкретно ты подразумеваешь: любовные отношения или секс?

— То есть, по-твоему, это не одно и то же? — опешила девушка.

— А тебе не кажется, что отношения должны включать в себя что-то ещё помимо постели?

— Да, но… — замялась она.

— Видишь ли, мы относимся к этому проще, — продолжил вампир. — Мы не считаем, что для секса нужно непременно вступать в брак, что лечь в постель, не поженившись предварительно, — это грязь и разврат. Так чего ради усложнять себе жизнь и разводить отношения, если тебя интересуют только физическая близость?

— Бедные ваши женщины, — пробормотала Джейлис, подаваясь вперёд и отстраняясь таким образом.

Но её тут же притянули обратно.

— С чего ты взяла, что я говорю лишь с позиции мужчины? — прошептал вампир ей в самое ухо. — Это у вас за внебрачные отношения мужчину никто не осудит, девушка же, потерявшая невинность не на брачном ложе, получит клеймо на всю оставшуюся жизнь. Но это вообще чисто людские заморочки. У нас такого бреда нет. Кому и с кем спать — личное дело каждого. И никто никого не осуждает — ни мужчин, ни женщин.

— А браки у вас вообще, что ли, не заключают? — от озвученного положения вещей она порядком растерялась.

— Ну почему же — заключают, конечно. Когда уверены, что хотят прожить друг с другом жизнь.

И вот пойди теперь разбери, как он относится к ней — просто хочет её или всё-таки это нечто большее?

Впрочем, ей бы ещё в себе самой разобраться…

— Ты так и не ответил на вопрос, — напомнила девушка. И уже собиралась повторить его. Однако вампир заговорил раньше:

— Серьёзных отношений не было никогда, хотя временные увлечения, конечно, случались, не стану лгать. Но тоже давно.

На этом он замолчал. Про секс, видимо, решил вовсе не упоминать. Да и наплевать, раз это он вообще за отношения не считает.

— А сколько тебе лет? — полюбопытствовала Джейлис.

Ответил Элестайл не сразу. Сперва придержал коня, чтобы поотстать от спутников. Неужели это такая тайна даже от друзей?

Девушка напряглась в ожидании. Сейчас как скажет — семьсот или тысяча. Вот тут-то у неё враз всё к нему и умрёт.

Хотя, с другой стороны, такой разницы в мироощущении, как с герцогом, она с ним явно не чувствовала.

— Тридцать пять, — еле слышно прошептал вампир ей на ухо.

На сердце полегчало.

Но от горячего дыхания мужчины накрыла вновь жаркая волна. Истома разлилась по всему телу. Помимо воли Джейлис теснее прижалась спиной к крепкой груди.

Мозг плавился от вожделения.

Да что же с ней такое?! Просто безумие!

Вампир явно испытывал то же самое. Его руки напряглись и сильнее стиснули талию девушки. Шею опалило прикосновение чувственных губ.

Бестии Тени! Джейлис едва не застонала в голос. Остановило лишь присутствие спутников, которых они вновь нагнали.

Быть может, стоит уже удовлетворить это захлёстывающее её раз за разом желание — тогда и разум мутиться перестанет?

Нельзя ведь ей в него влюбляться. Никак нельзя!

Ничего у них не выйдет. Они не просто из разных стран — фактически из разных миров.

Да и вампир чётко дал ей понять, что предпочитает секс без отношений.

— Далеко ещё до Лимераны? — с трудом выдавила Джейлис. Голос так и норовил сорваться.

— А ты торопишься? — спросил он лишённым всяких эмоций тоном.

— Да, — вот это слово реально еле выпихнулось через вставший в горле ком.

— В Бордгир со мной не поедешь?

В Бордгир? Значит, всё-таки не только секс? Поехать с ним — это ведь уже отношения, правда?

Но как же всё не конкретно!

— Зачем? Кем я там буду? — уточнила она.

Элестайл молчал. Джейлис чувствовала, как он буквально весь закаменел.

— Твоей любовницей? — предположила сама.

— Да, — открыл он наконец рот. — Ничего большего я тебе предложить, к сожалению, не могу.

Она хотела сказать, что разведётся с мужем. Костьми ляжет, наизнанку вывернется, но добьётся развода!

Однако тут вампир добавил:

— Ты человек.

Прозвучало как приговор.

Вот, значит, что. И здесь уже явно ничего не изменишь.

— Браки с людьми у вас запрещены?

Он снова ответил не сразу:

— Да, моей женой может быть только вампирша. Но жениться я не собираюсь.

— Нет! — Джейлис в отчаянии замотала головой. Грудь заболела, словно на неё уронили валун. Дышать тоже стало нечем. — Нет! — повторила она, глотая слёзы. Это надо быть ненормальной, чтобы отправиться в чужую страну и быть там лишь бесправной подстилкой!

— Насчёт того, что не женюсь, я серьёзно — можешь даже не сомневаться. Своих решений я не меняю.

— Нет, — слёзы всё-таки хлынули неудержимым потоком. Джейлис перекинула ногу через шею коня, развернулась, уткнулась лицом вампиру в грудь и разрыдалась.

— Что ж, это твоё право, — мужчина погладил её по голове. — В Лимерану мы приедем уже завтра утром, — «порадовал» он. Девушка едва не завыла в голос. — Не плачь, прошу тебя. Давай не будем тратить на это последний день.

Слово «последний» ударило будто ножом в сердце.

Джейлис честно постаралась выполнить просьбу Элестайла и задвинуть мысли о расставании в самый дальний угол сознания. А он вовсю отвлекал её разговорами. Даже рассказал историю Лонгаронеля и его Эльджеты — после того как с горя она призналась, что подслушала их с эльфом разговор.

Кстати, вампир совершенно не рассердился. Только расстроился, что допустил столь непростительную оплошность — не убедился ещё раз в безопасности беседы.

Оказывается, девушка та приехала в Бордгир не добровольно, а с аст-леронским караваном

— в качестве корма. Но выяснилось, что в тюрьму попала по ложному обвинению, поэтому прошение Лонгаронеля о её помиловании удовлетворили. Только ещё до окончания испытательного срока Эльджета решила сбежать — со всеми вытекающими.

В общем, получалось, что вампиры не такие уж и звери, просто неукоснительно соблюдают собственные законы. Девчонка сама виновата в своих проблемах.

А Элестайл не только искал друга, но и пытался докопаться, какая же сволочь хотела смерти Эльджеты в Аст-Лероне — даже заказала её убийство начальнику тюрьмы.

Правда, в своём расследовании вампир пока особо не преуспел. Но говорит, интуиция подсказывает ему, что дело в Эльджетиной матери. Погибла она как-то странно. Вроде бы просто упала дома с лестницы и сломала шею. Однако Элестайл читал отчёт с описанием трупа и пришёл к выводу, что большинство травм, полученных при падении, скорее напоминают посмертные. То есть такое ощущение, что сначала ей свернули шею, а уже потом скинули с лестницы.

И с её происхождением тоже какая-то тёмная история. Кем является дед Эльджеты, не удаётся выяснить, а вот про бабушку вампир сведения нарыл.

— Она была женой одного аст-леронского графа, но дочку нагуляла где-то на стороне. Тем не менее граф после адюльтера с ней не развёлся, хотя ему она детей так и не родила.

— Так, может быть, очень любил жену? — предположила Джейлис. — Потому и измену простил.

— Возможно, — согласился Элестайл с какой-то странной улыбкой. — Причём простил настолько, что воспитывалась бастардка в его удалённом поместье. А потом именно граф выдал её за одного обнищавшего, но дворянина. И после свадьбы дела дворянчика резко пошли на поправку.

— Хочешь сказать, что граф ещё и дал за девушкой неплохое приданое? — округлила глаза герцогиня.

— Ну вряд ли это простое совпадение, — усмехнулся вампир. — А знаешь, что самое странное? Мне тут донесли, что графиня-то, оказывается, долгие годы безуспешно лечилась от бесплодия.

Боги, а он ведь реально полномасштабное расследование устроил, раз даже до такого докопался!

— Видимо, причиной бесплодия явились какие-то осложнения после родов, — тут же нашла объяснение Джейлис.

Однако Элестайл покачал головой:

— Лечилась графиня и до родов. Такой вот занятный факт: бесплодная женщина вдруг беременеет — причём не от мужа, рожает, после чего снова становится бесплодной.

— Ну так, зная о своей проблеме, она, наверное, не считала необходимым предохраняться. Но тут как раз сработало лечение. А потом, как я уже говорила, осложнение. Меня, знаешь, кое-что другое больше удивляет, — заметила девушка. — Если уж граф простил жене измену, принимал такое участие в судьбе её бастардки, и своих детей у него всё равно не было — почему он просто не выдал девочку за их общего ребёнка?

Элестайл снова усмехнулся:

— Вот за общего никак бы не получилось. Дело в том, что Фан^ция была наполовину эльфийкой.

На несколько секунд Джейлис просто лишилась дара речи.

— Выходит, её отца надо искать где-то в Лорвейне, — логично заключила она, переварив изумление, и выразительно посмотрела на ехавшего далеко впереди Дальгондера — почему-то они снова порядком отстали от остальных. — У тебя вон и к кому обратиться есть.

— Нет, — мотнул головой Элестайл, — ради этого я напрягать Дальга не стану. Тем более что эльфы не одобряют отношений с людьми, и перспектива выносить сор из избы его наверняка не порадует. Да и не всё ли равно, кем был второй родитель Фанеции, когда убили её наверняка люди.

— Почему ты в этом так уверен? — удивилась Джейлис. Лично она не видела повода исключать эльфов из числа подозреваемых. Мало ли кем являлся отец Фанеции — вдруг он богат и знатен, и незаконнорожденная дочь могла претендовать на его состояние или часть оного, а то и на титул. По правде говоря, о законах Лорвейна герцогиня имела не большее представление, нежели о бордгирских. Эльфы были столь же закрыты, как и вампиры, разве что не убивали за одно лишь пересечение их границ.

— Потому что дело, как пить дать, в наследстве графа, — ответил Элестайл. — Я, кстати, думаю, что эльфийские крови Фанеция получила всё-таки не от отца, а от матери.

— Считаешь, это граф на стороне бастардку нагулял, а не графиня? — она опять округлила глаза.

— Да. А бесплодная жена согласилась не делать из этого факта скандала. Граф всю жизнь заботился вовсе не о чужой дочери. И в конце концов, полагаю, составил завещание именно на неё. Но, так неудачно упав с лестницы, вступить в наследство Фанеция не успела. Поэтому всё состояние досталось каким-то дальним родственникам графа. А Эльджета мешала им, как его кровная внучка. Вот твари и заказали убить её в тюрьме. Только исполнитель, вместо того чтобы самому пачкать руки, отправил девушку к нам в качестве корма.

— Да, версия, на мой взгляд, весьма стройная, — согласилась герцогиня. — Но почему же ты сказал, будто особо не преуспел в расследовании?

— Потому что доказательств у меня нет, одни умозрительные выводы, — вампир невесело усмехнулся. — А убийц хотелось бы лицезреть в Бордгире в клетке для корма, — его улыбка стала плотоядной. — Эх, глянуть бы хоть одним глазком на завещание графа…

В первый момент от этой его улыбки Джейлис немного покоробило. Всё-таки люди для них, прежде всего, корм.

Хотя если подумать… Ей и самой уже хотелось увидеть преступников на эшафоте. Только теперь мерзавцев вместо казни отправляют в Бордгир в качестве дани вампирам.

А у Элестайла, можно сказать, и личный счётец к тем паразитам имеется — Эльджета ведь девушка его друга. Так стоит ли удивляться его желанию расправиться с убийцами? Любой мужчина, на его месте, захотел бы покарать собственноручно. Просто люди делают это мечом, а вампиры клыками. Ну тут уж у кого какой менталитет.

— Правда, остаётся открытым вопрос, почему наследники графа взялись за Эльджету лишь год спустя после того как прикончили Фанецию, хотя девчонка нищенствовала чуть ли не на улице и оставалась совершенно беззащитна, — продолжал Элестайл рассуждать вслух.

— Действительно почему? — заинтересовалась Джейлис. — Прирезать её где-то в бедном квартале, полагаю, не составило бы труда. И это было бы даже гораздо проще, чем городить огород с подложным обвинением. За что, кстати, её арестовали?

— За кражу кошелька на рынке. И, думаю, что подстава не была спланированной. Просто пойманный на месте преступления вор скинул срезанный кошелёк ей в корзинку. А наследнички графа, возможно, узнали о её существовании лишь в то время.

— Что ж они такую операцию по устранению Фанеции провернули, а есть ли у неё дети, даже не поинтересовались? — удивилась герцогиня.

— Так ведь Фанеция скрывала существование дочери. Она же её опять же не от мужа родила и, что самое смешное, тоже от эльфа, — поведал вампир.

— Неужели и её муж не обиделся за измену? — спросила она уже с нездоровым смешком. Элестайл также усмехнулся:

— Он вроде бы и не знал.

— А беременность на протяжении всего срока просто не замечал?!

— Нет, как я понял, Фанеция поступила хитрее. О беременности муж, конечно, был в курсе. Только перед родами она куда-то уехала, а потом сказала супругу, что ребёнок родился мёртвым.

— Потрясающе! — Джейлис только и всплеснула руками.

После ужина Элестайл предложил прогуляться.

— Впрочем, если хочешь, можем и полетать, — добавил он.

— Нет, лучше походим, — решила Джейлис. Сладкого безумия полёта ей точно не выдержать!

Они двинулись в чащу.

Но едва отошли от костра, она уже споткнулась о какой-то корень.

— Извини, забыл, — произнёс вампир, и воздух вокруг засветился призрачным светом.

— А тебе самому освещение вообще не нужно? — полюбопытствовала герцогиня.

— Нет. У нас совершенное ночное зрение.

— С ума сойти! — она была готова болтать о чём угодно, лишь бы изгнать из головы мысль, что завтра они расстанутся. Правда, оная засела там вбитым намертво гвоздём.

И, кажется, второй такой же гвоздь ей вогнали в сердце — потому что в груди подозрительно щемило и болело.

А разговор упорно не клеился. Вампир был мрачен и тоже всё больше молчал.

Споткнувшись ещё раз, Джейлис всё-таки взяла его под руку. От ощущения под пальцами литых мускулов мыслей о вампире, конечно, не поубавилось. Однако убрать ладонь с его локтя уже было выше её сил.

— Ты не передумала? — вдруг спросил мужчина.

Надежды в голосе не прозвучало. И всё же она поспешила с ответом:

— Насчёт Бордгира? Нет.

Вампир остановился и повернулся к ней. Провёл кончиками пальцев от её виска до подбородка.

— Джейлис, я не хочу тебя терять.

Он произнёс это с такой тоской в голосе, что у неё всё внутри перевернулось.

— Элестайл, поверь, я тоже не хочу терять тебя!

На глазах сами собой выступили слёзы.

— Ты обещала не плакать, — с тёплой улыбкой напомнил вампир и собрал слезинки губами.

От этой нежной ласки у Джейлис закружилась голова и едва не подкосились ноги.

— Скажи, от вампира вообще можно забеременеть? — вопрос сорвался с языка сам, девушка даже не поняла, как это произошло.

— При желании — можно, — он пристально смотрел ей в глаза.

— А если без желания? — бестии Тени, ну а это-то она зачем спросила?!

— Если без желания — так я маг, — его улыбка враз переменилась, в неё вернулся оттенок сарказма. А в зелёных глазах полыхнуло опасное пламя.

Опасное и такое невероятно притягательное.

Моментом отозвавшееся в ней, накрывшее жаркой волной.

— Элестайл… — простонала она.

Но в следующее мгновение мужчина уже запечатал ей рот глубоким страстным поцелуем. Её сгребли в объятия и буквально вдавили в горячее сильное тело.

Джейлис ничего не имела против, лишь обвила руками его шею, зарываясь пальцами в густые мягкие волосы.

По телу пробежала дрожь. Даже странно, что она ещё не плавилась натурально.

А его руки гуляли по спине, порождая всё новые и новые армии мурашек.

Вампир спустился поцелуями ей на шею. Каждое прикосновение опаляло, словно огнём.

— Я хочу тебя, — прохрипела герцогиня, задыхаясь от желания.

В Тень всё, пусть лучше у них будет хотя бы одна ночь, чем вовсе ни одной!

Намекать ему дважды не пришлось. Рука мужчины скользнула между ними, расстёгивая пуговицы на её жакете.