Глава 61

— Магистр, вы часом не забылись, с кем разговариваете?! — ледяным тоном осадил её Элестайл.

— По счастью, я не ваша подданная, — парировала Верховер.

— Тогда я, пожалуй, пошлю ноту Винлиану — по поводу оскорбления, нанесённого мне его подданной. Он жаждет войны? Так он её получит! Прямо завтра.

Верховер прикусила язык. Что сделает с ней Винлиан, ей даже думать не хотелось — демократичностью Дагратдера он точно не отличался. А за развязывание войны наверняка казнит без лишних размышлений.

Вампир сверлил её мрачно-выжидающим взглядом. Конечно же, нотами протеста он лишь стращал – война нужна была Бордгиру куда меньше, чем Лимеране. Однако Верховер не входила в число тех, кто знал об этом.

Хотя атакуй вампиры действительно завтра же, да ещё начав прямо со столицы – ввиду фактора неожиданности они имели бы все шансы одержать практически молниеносную победу. Вот только Элестайл не хотел прославиться вероломством, рискуя потерять доверие союзников. На саммите было решено стараться сохранять мир до последнего, бросив все силы на раскрытие заговора. И Бордгир был обязан выполнять договоренность.

— Прошу простить нас, ваше величество, — проскулил до смерти перепуганный Гриндор. — Ливалла просто немного не в себе. Мы не ждали вашего визита.

— Да, приношу свои извинения, — подтвердила Верховер, всё-таки осознав, что хамить нельзя королям любой державы. — Что вам угодно?

— Обсудить кое-что, — холодно, но вполне миролюбиво ответил Элестайл. — И, полагаю, не здесь.

— Хорошо, прошу в мой кабинет, — Верховер сделала жест рукой, предлагая покинуть Трапезную.

— Лучше в деканат, — возразил Элестайл. — Боюсь, кабинет проректора окажется тесноват для нашего собрания.

Он жестом поманил за собой Фортейл с Дальгондером, а затем и компанию студентов.

Из вампиров в деканат Вэда вслед за королём прошли лишь Лонгаронель с Иллиньеном, все прочие остались в коридоре.

— Вы с нами незнакомы, — шепнул в дверях Иллиньен Ситалу. Дотянуться до его уха было непросто, но, к счастью, у орков отличный слух. А обратиться вампир предпочёл всё-таки к командиру, пускай и бывшему.

— Понятно, — кивнул тот и потихоньку передал его слова остальным, кто был с ним в Эльте.

— Быть может, вина? — посмотрев на короля, любезно предложила Верховер, пока собрание распределялось по деканату. С какой стати сюда заявились Кэйден с Дэллоизом, она не очень понимала, однако не будучи абсолютно уверена, что Дагратдер не пригласил и их, изгнать самозванцев не решилась.

— Если у вас есть то Арзорское... — улыбнулся Элестайл.

— Того Арзорского, простите, уже нет. Но есть Круарское шестьдесят седьмого года. Смею вас заверить, оно ничуть не хуже. Урожай этого года...

— Я в курсе. Пусть будет Круарское.

Верховер осталось лишь подивиться его познаниям по части урожаев винограда в Трист-Лероне. Она принесла бутылку и поручила Гриндору откупорить её и разлить вино по бокалам. Оные предназначались только вампирам и преподавателям. Поить студентов проректор не собиралась.

Джейлис, за лето перепробовавшей немало вин из королевских погребов, завидовать было нечему. Эльджете тоже. А вот другим, например оркам и их девушкам, которые вряд ли могли позволить себе покупку столь дорогущего вина, наверное, хотелось попробовать хоть по глоточку. По крайней мере, Джейлис прочла такое желание в глазах Лирал.

— А у студентов сухой закон? — как бы между прочим осведомился король Бордгира.

Верховер чуть не выронила свой бокал. Не то чтобы ей было сильно жалко вина, однако она не видела никакого повода для поощрения данной компании правонарушителей.

Фортейл посмотрела на остатки напитка в сосуде.

— На всех здесь не хватит, — сказала она, поспешив предотвратить стычку Верховер с вампиром. — Я принесу ещё бутылку.

— Давай я схожу, — Дальгондер поднялся с дивана вперёд неё.

— А ты знаешь, где стоит Круарское шестьдесят седьмого?

— Вирджина, поверь, я давно изучил все твои запасы, — улыбнулся эльф.

— Рада за твою осведомлённость, — ответила ему язвительной улыбкой Фортейл. В отличие от первого визита вампиров в Блонвур, второй почему-то поднял ей настроение почти до небес. Она была уверена, что Элестайл явился из-за Рондвира – чудесным совпадением это быть просто не могло. Ей было жаль терять талантливого студента, к какой бы расе он ни принадлежал, было жаль самого Рондвира – она видела, как тяжело он переживал отчисление, хотя и умело скрывал свои эмоции. Но Фортейл верила в способность Элестайла добиваться своего и теперь надеялась на хороший для Рондвира исход.

Вернувшись с бутылкой, Дальгондер разлил её по бокалам. Шелда, никогда не пробовавшая спиртного, попыталась было отказаться.

— Брось, — прошептал ей Ситал. — Это же не ром и не кукурузное пиво.

— Вот-вот, дэа, — поддержал его Элестайл. — Хорошим вином пренебрегают лишь безумцы или религиозные фанатики. Надеюсь, вы не относитесь ни к тем, ни к другим.

О том, чтобы спорить с королём, девушка и помыслить не могла. Виновато улыбнувшись, она поспешно отпила маленький глоток:

— Хм. Оказывается, вкусно!

— Прекрасно, значит, можем наконец перейти к делу! — сказав это, Элестайл невольно хохотнул, порадовавшись про себя, что здесь нет троллей.

Они переглянулись с Лонгаронелем, и тот тоже тихо рассмеялся. Джейлис с Эльджетой отлично поняли, в чём дело, и дружно закусили губы, чтобы не поддаться веселью. Иллиньен отвернулся, пряча улыбку. Все остальные пребывали в недоумении, что же могло вдруг развеселить вампиров.

Верховер их странное поведение просто взбесило. Она ни секунды не сомневалась, чего ради сюда заявился его клыкастое величество, и, конечно, решила, что тот потешается над ней, заранее уверенный в своём успехе. Однако рано он радуется – ему ещё предстоит обломаться. Думает, одного его появления достаточно, чтобы все подняли лапки кверху и заплясали под его дудку? Как бы не так!

— Что же за дело привело вас в нашу скромную обитель науки? — спросила Верховер, прекрасно зная ответ.

— До меня дошли слухи, будто бы вы отчислили одного из ваших лучших студентов второго курса...

— Слухи всегда доходили до вас с потрясающей быстротой. Теперь, надеюсь, ситуация изменится, — тон проректора просто сочился ехидством.

— Вы правда так думаете? — невинно, почти с жалостью, улыбнулся Дагратдер.

На мгновение Верховер почувствовала, как пол уходит у неё из-под ног. Нет, вампир блефует! Не может быть, чтобы он наводнил Блонвур кучей своих шпионов!

— Я в этом просто уверена!

— Мне жаль разочаровывать вас, Ливалла, но я никогда не храню все яйца в одной корзине.

Верховер держала удар стоически:

— Значит, у вас вовсе нет причин расстраиваться из-за потери всего лишь одного шпиона из многих.

— Да, Рондвир отнюдь не единственный источник моей осведомлённости. И всё же я предпочёл бы, чтобы он продолжил учёбу.

— А я не считаю это возможным, — отрезала проректор. — Поступая в АМИ, он предоставил ложные сведения о себе.

— Всего лишь маленькая вынужденная хитрость, чтобы не беспокоить других студентов присутствием среди них вампира.

— Вот я и не собираюсь доставлять им это беспокойство.

— Но те, кто теперь в курсе о происхождении Рондвира, переживают лишь по поводу его отчисления, — Элестайл посмотрел на студентов, призывая подтвердить его слова. Те дружно закивали, выражая полное согласие. — Другим же ничто не мешает пребывать в счастливом неведении и дальше.

— Вы сами сказали – дерзайте, когда я пообещала найти и удалить отсюда вашего шпиона, — напомнила Верховер.

— Однако вашей заслуги в его вычислении нет – Рондвир раскрылся сам, — язвительно улыбнулся ей вампир. — Причём ради общего блага. Или убийцы, окопавшиеся здесь, вас вовсе не тревожат?

— Никто не давал ему права вершить самосуд, — нашлась Верховер после секундной заминки.

— Так он его и не вершил. Кто ж мог предположить, что Есурмина отбросит коньки от простого укуса.

— Я не верю в эту чушь!

— Что именно вы называете чушью?

— То, что от укусов умирают только куклы. Либо Рондвир чем-то отравил Есурмину, либо укус вампира смертелен для всех. И он, естественно, прекрасно знал об этом. Как знали и вы, кусая Баронессу.

— Вот это действительно чушь. Укус не смертелен. И это несложно доказать.

— Я могу это подтвердить, — сказал Ситал, развязывая браслет. — Рондвир укусил меня вскоре после смерти Есурмины, и, как видите, я до сих пор жив.

Верховер задумалась ненадолго. Фортейл рассказывала ей, что Рондвир пил кровь Ситала, чтобы магически изучить Грэда, и на орке укус действительно не отразился никак.

— Но ты не человек. Быть может, укус смертелен только для людей.

— Ну, пусть они укусят кого-нибудь из вас, — предложил простое решение Ситал.

— Меня, например, — вызвалась Джейлис.

— Нет-нет! — поспешно возразила Верховер. — Я не могу подвергать опасности кого-либо из студентов. — Она сделалась заметно бледней: — Уж если рисковать, так собой.

— Нет, Ливалла, пусть кусают меня, — выступил вперёд Гриндор.

Верховер посмотрела на него с искренней признательностью.

Элестайл на всякий случай просканировал его. Нет, не кукла, всё в порядке.

— Иллиньен... — взглядом король приказал ему отведать крови декана Гира.

Вампир приблизился к Гриндору, задрожавшему как осиновый лист. Вся решимость того испарилась, едва он увидел жуткие острые клыки.

— Не бойтесь, магистр, это не больно, — с холодно-ироничной улыбкой утешил его Иллиньен.

Он запрокинул Гриндору голову и вонзил клыки ему в шею. Верховер с ужасом наблюдала за сценой, уже жалея, что вообще согласилась на эксперимент. Что если вампир обманул её, и Гриндор теперь умрёт? О, только не это! Хотя...

Пусть у вампиров нет сердца, пускай они хладнокровные убийцы... но какой смысл Дагратдеру идти на эксперимент, зная, что уже через несколько минут его слова будут опровергнуты?

Отпустив свою «жертву», Иллиньен снова сел в кресло. Все замерли в ожидании, хотя большинство из них знали или были уверены, что ничего страшного произойти не должно. Но Гриндор сделался бледнее мертвеца и с трудом держался на ногах, всем весом опираясь на камин, что вызывало невольные опасения за его жизнь.

— Кажется, ещё немного, и мы узнаем, можно ли умереть вследствие самовнушения, — не без сарказма прокомментировал Элестайл. — Лайс, успокойтесь, смерть вам грозит только от собственных нервов.

Верховер пододвинула Гриндору стул и обняла его за плечи:

— Сядь, Лайс. Не в их интересах убивать тебя.

— Да... наверное, — с трудом вымолвил он, опускаясь на стул. — Простите, я действительно перенервничал.

— А вот Ситал, согласившись дать мне кровь, был спокоен как скала, — не удержался от язвительного замечания Рондвир.

— Он воин, — тихо отметил Лонгаронель.

Минут через пять, окончательно убедившись, что с Гриндором всё в порядке, Верховер повернулась к Дагратдеру:

— Могу я осмотреть ваши клыки? В смысле, не лично ваши, а кого-нибудь из вампиров?

— Можете осмотреть мои, — предложил Рондвир, выпуская их.

— Хорошо, пусть будут твои, — согласилась она.

Подойдя, целительница заглянула ему в рот, внимательнейшим образом изучая каждый клык.

— Как я и думала – тут каналы, — в итоге заключила она. — Очень узкие, но всё же они есть. Каково их предназначение? — осведомилась проректор с победоносным видом.

— Вещёство, выпускаемое через них, снимает боль при укусе, на краткое время разжижает кровь, а затем, напротив, сворачивает её в местах прокусов, чтобы избежать кровотечения, и заживляет раны, — ответил Элестайл. — Выпускается оно при укусе всегда, в чём вы можете убедиться, посмотрев на рану на шее нашего подопытного. Кровь не идёт из мест прокусов, а ведь, по идее, должна была бы едва ли ни хлестать.

— Наверное, кровь можно было бы остановить и магией? — возразила Верховер.

— Но вы ведь внимательно следили за Иллиньеном – разве он применял какую-либо магию?

— Вроде бы нет... — сдалась она. Но только в данной части своих подозрений: — Однако увиденное никак не опровергает моей версии насчёт намеренного отравления.

— Вот интересно, с какой бы стати нам травить Баронессу? — усмехнулся Элестайл. — Она уже ни для кого не представляла опасности. Но, в общем-то, справедливость теории Рондвира несложно подтвердить – у нас ведь осталась, как минимум, ещё одна кукла. Кстати, — он посмотрел на Ронда, — что насчёт остальных?

— Без понятия, — мотнул головой тот. — Ты же знаешь, что я не пью кровь уже больше года. Одной порции слишком мало для столь масштабного исследования.

— Да. Этим мы займемся сами.

— Займётесь чем?! — всполошилась Верховер.

— Поиском других кукол. Или вы желаете, чтобы они разгуливали тут у вас и убивали, кого им вздумается?! Насколько я понимаю, причины лютой Есурмининой ненависти к Рондвиру так и остались неизвестны, но кто сказал, что этим тварям не перешёл дорогу и кто-то другой?

Верховер побелела как полотно:

— Нет, конечно же, безопасность студентов превыше всего! — воскликнула она в крайнем волнении. — Только давайте договоримся, что вы не станете чинить расправы единолично. Если обнаружите кого-то ещё – я должна узнать об этом первой и убедиться, что это действительно кукла.

— Договорились. Я обещаю, что мы не станем предпринимать решительных мер без вашего ведома.

— И насчёт Грэда... Сперва я сама проверю наличие или отсутствие у него магических способностей. А уж потом вы будете кусать его.

— Хорошо, — снова не стал возражать Элестайл. — Хотя, если с ним всё в порядке, укус ему, как вы уже могли убедиться, нисколько не навредит.

— Дагратдер, я хочу быть абсолютно уверена.

— Я же сказал – хорошо. Только, прежде чем переходить к Грэду, давайте всё же утрясём наше маленькое недоразумение. Конечно, мой братец не подарок, и вообще не должен был действовать в одиночку. Но он потратил год жизни, даже больше, на изучение вашей магии. И я бы очень не хотел, чтобы эксперимент прервался.

— Ваш братец? — Верховер непонимающе хлопала глазами.

— Да. Рондвир Валертаин мой троюродный брат. И моя личная просьба к вам – оставить его в Блонвуре.

У Верховер потемнело в глазах. Она даже зажмурилась.

Одно дело отчислить рядового вампира, и совсем другое – брата короля! Неужели ей всё-таки придётся уступить? Сказать по правде, за этот вечер Дагратдер вымотал ей уже все нервы! Его проклятая манера переходить от одной крайности к другой... Сперва бесил её, как мог, ставил себя хозяином положения, и вдруг эта едва ли ни проникновенная просьба. Когда у неё уже не осталось сил сопротивляться...

Но нет, нужно идти до конца! Он думает, что может вить из неё верёвки?! Напрасно!

Верховер открыла глаза – как ни странно, она ещё что-то видела. Дагратдер по-прежнему пристально смотрел на неё. В его взгляде отчётливо читалась всё та же просьба, но вдруг ей показалось, что в нём затаилась и какая-то скрытая угроза. Почувствовав, что Верховер её уловила, вампир на мгновение перевёл взгляд на Гриндора, затем снова вернулся к ней. Что он хотел этим сказать?

Верховер судорожно пыталась сообразить, чем именно он мог угрожать Гриндору. Она помнила за ним лишь одно преступление – связь с Баронессой. Дагратдер тоже знал о ней.

Итак, если она не изменит своего решения относительно Рондвира, если всё-таки выгонит его брата, он ударит по близкому ей человеку, каким-то образом доведя до сведения Ковена о недопустимом для преподавателя поведении Гриндора. Да, Дагратдер верен себе – он действительно не хранит все яйца в одной корзине. Если она не захочет по-хорошему – значит, будет по-плохому.

И, как назло, Глава Ковена уже давно мечтает пристроить в Блонвур своего внучатого племянника. Только заносчивому молокососу, видишь ли, зазорно пойти сюда простым преподавателем. А вот на место декана ринется с радостью. И Глава Ковена, конечно же, не погнушается с позором выгнать Гриндора, наконец расчистив дорогу своему обожаемому племянничку.

Знает ли Дагратдер об этом? Возможно, и нет. Однако её слабое место отыскал безошибочно. Верховер ужасно не хотелось проигрывать ему. А впрочем, она уже проиграла. Что толку, если доведёт до того, чтобы Дагратдер произнёс угрозу вслух – погубить Гриндора она всё равно не позволит, только потом ей придётся унижаться, уступая под давлением шантажа, тогда как сейчас вампир ещё оставляет ей видимость свободы выбора.

— Ну хорошо, Дагратдер, я выполню вашу просьбу, — произнесла Верховер милостивым тоном, стараясь таким образом оставить его в должниках. — Валертаин будет учиться здесь дальше.

Студенты вздохнули с облегчением, кто шёпотом, кто просто взглядом поздравляя Рондвира с возвращением в родные пенаты.

— Благодарю вас, — улыбнулся Элестайл, и эта улыбка сказала Верховер, что ещё неизвестно кто кому тут остался должен. — А теперь пора заняться вашим Грэдом.

Он поднялся с кресла. Его примеру последовали остальные.

— Куда вы собрались? — воскликнула Верховер, кидаясь поперёк двери. — Не в общежитие ли?! Часы уже пробили отбой. Да и вообще я не позволю перепугать там всех! Студенты и так на взводе из-за вашего появления.

— Я приведу его сюда, — решила Фортейл.

— Как бы он не сбежал по дороге, — резонно заметил Элестайл.

— Мы пойдём вдвоём, — сказал Дальгондер.

— Нет, Лонгаронель и Иллиньен тоже пойдут с вами, — заявил король. — И ты, Рондвир, пожалуй, иди. Всё-таки ты лучше других знаешь, чего от него ожидать.

— Я тоже схожу, — неожиданно вызвалась Джейлис.

— Ты-то там зачем? — опешила Верховер.

— Забыла сдать книгу в библиотеку, вот и занесу её на обратном пути. Иначе завтра магистр Кельфари оштрафует меня.

Джейлис поспешно выскользнула из деканата, пока никому не вздумалось остановить её. Элестайл, да и другие тоже, проводили её недоумевающим взглядом.

Вернуть вовремя книгу, которую брала для лабораторной по алхимии, Джейлис действительно запамятовала, но куда больше штрафных баллов её волновало завтрашнее свидание Лориин. Она надеялась улучить момент, чтобы переговорить с Дальгондером и как-то заставить его не приходить на встречу. Конечно, учитывая присутствие Фортейл, шансов на возможность разговора было мало, но хотя бы попытаться она должна.

Устав толочься в коридоре, за своими увязались Эрли, Зинглар, Алнгор и Терминор. Фортейл не стала возражать, зная, насколько тяжело спорить с вампирами, сказала только, чтобы они не врывались в общежитие всем скопом, а остались ждать в коридоре.