Глава 43

Кстати, поведение солдат и гвардейцев тоже подтверждает верность подозрений. Пусть косвенно, но подтверждает. Правда, если кто-то видел, как Итель вместе с Томбергеном выходила из кладовки, наверняка он подумал то же самое, что и Дамреби. То есть причиной поведения окружающих стали слухи, основанные просто на досужих домыслах — а что еще тут может прийти в голову, когда видишь такую сцену?! В общем, эти поспешные отведения глаз в сторону и перешептывания за спиной вовсе ничего не доказывают, хотя и не опровергают.

Ладно, этот аспект следует задвинуть куда подальше. А делать-то что? Поверить Итель и оставить все как есть? Но ведь сомнения никуда не денутся… И насмешки за глаза тоже. Вызвать Томбергена на дуэль, и пусть рассудят боги? Только вот никогда он не доверял правосудию поединком. Много раз видел, как побеждает тот, кто лучше владеет мечом, а не тот, на чьей стороне правда. Однажды…

Стоп! Как же он сразу об этом не подумал! Итель сказала, что виной всему вампир — вот с него-то и следовало начинать распутывать клубок. Если Дагратдер действительно приходил в башню и столкнулся с Итель — скорее всего, она не лжет.

Но где король Бордгира сейчас? Наверняка в казарме, в крыле их дозора. Когда он соизволит покинуть его еще раз, никому неведомо, да и вообще может в любой момент податься домой. Значит, придется опять идти к вампирам, хотя и вряд ли на этот раз ему повезет снова столкнуться с королем на пороге.

Действительно не подфартило. Дамреби отворил дверь и вошел внутрь.

В отведенной вампирам части казармы царил абсолютный мрак и могильная тишина. С холодеющим помимо воли сердцем виконт ступил в темный коридор. Никто из людей не бывал здесь с того самого момента, как прилетел первый дозор. Даже близко никто не подходил. Вот только, пожалуй, безумная ревность и могла завести в это проклятое богами место живого!

Ведя по стене рукой, Дамреби осторожно пробирался во тьме. Проклятье, нет, точно как в могиле! Может, не стоит все-таки добровольно соваться в пасть к Кровавому? Колено ткнулось во что-то деревянное — довольно больно, признаться, ткнулось. Что это? Дверь? Нет, вроде что-то из мебели… похоже на тумбочку. Эх, была не была — идем дальше.

Еще пару раз он спотыкался обо что-то, но наклоняться и шарить в темноте по полу желания не было — напротив, очень хотелось задерживаться здесь как можно меньше. Снова деревянная преграда — только теперь это вроде перегородка. Откуда она тут взялась? Ну, очевидно же, что ее воздвигли вампиры. А вот и дверь. Заперто.

Дамреби тихонько постучал. Никакого ответа и никакого шевеления за дверью. Часовых кровопийцы, видимо, не выставляют. Да и зачем — только сумасшедший сунется сюда по собственному почину! Или тот, кому очень приспичило выявить истину.

Виконт постучал громче. Потом, набравшись смелости, яро забарабанил в дверь.

Наконец за ней послышались тихие шаги.

— Кто здесь? — естественно, это был не Дагратдер. Но виконт и не предполагал, что король станет бегать на стук в дверь. Правда, каким образом добиться встречи с тем, он тоже заранее не обдумал.

— Это Дамреби. Мне нужно… Я хотел бы видеть… Я хотел бы просить аудиенции у его величества, — наконец подобрал он пристойные слова.

— А Лорго здесь нет, — отозвался голос за дверью. Дамреби показалось, что явно не без иронии.

— Я прошу аудиенции у его величества Дагратдера. Передайте ему мою просьбу… пожалуйста, — разговор через запертую дверь уже начинал раздражать виконта. Неужели вампирам вовсе неведомы правила приличия?! Как-никак, он командир заставы!

— Хорошо, передам.

Шаги удалились. И ушедший явно не спешил возвращаться. Время шло, Дамреби стоял у двери, злясь все больше — на хамство вампиров, да и на себя тоже — и чего поперся?! Все та же гробовая тишина… Это означает отказ в аудиенции? Или вампир все-таки поимеет совесть и соизволит хотя бы известить его о решении короля?!

Ну, наконец-то — за дверью снова послышались шаги. Лязгнул засов. Дверь бесшумно отворилась — о чем Дамреби догадался лишь по движению воздуха. И по оному же он понял, что кто-то проскользнул мимо него из двери, прикрыв ее за собой. Кто это, зачем вышел? Да еще молча. Дамреби вдруг стало жутко — показалось, что вампирьи клыки уже тянутся к нему во тьме.

— С какой теперь целью вы желали меня видеть, виконт? — Дагратдер собственной персоной — вот это да! Что его клыкастое величество сам выйдет к нему, Дамреби никак не ожидал.

— Скорее уж — слышать, — машинально буркнул командир заставы — темень достала его уже порядком.

Свет неожиданно и больно резанул по привыкшим к темноте глазам. Дамреби невольно зажмурился, а когда разомкнул веки вновь, оказалось, что это загорелся факел на стене. Каким образом бордгирец зажег его, оставалось только гадать.

— Извините, как-то забыл, что люди слепы в темноте. Так что же стряслось такого, что вы явились аж прямиком в вампирское логово? — Дагратдер был ироничен, как всегда.

— Да нет. Ничего существенного, в общем-то, не случилось… — выдавил Дамреби, не зная, как начать разговор. По правде говоря, расспрашивать Лорго, куда и когда тот ходил или не ходил, виконт наверняка бы вовсе не решился. Но с вампиром почему-то было проще… и одновременно сложнее. Сложнее потому, что даже предполагать не стоит, как он отреагирует в том или ином случае. — Я тут по личному делу.

— Что ж, говорите, уж коли пришли.

— Ваше величество, можно задать вам один вопрос?

— Задавайте. Иначе ведь я так и не узнаю, чего ради вы явились сюда.

— Скажите, ваше величество, вы сегодня приходили в башню часа два или три назад? Заранее прошу простить мне мою смелость…

— А что — кого-нибудь загрызли? Нет, это был не я, — понять, иронизирует вампир или всерьез оскорблен подозрением, Дамреби было не дано.

— Нет, что вы. Я вовсе не с какими-то обвинениями, — виконт растерялся окончательно. — Ответ на этот вопрос имеет значение лично для меня. И никого у нас не загрызли.

— Виконт, у вас вообще плохо с чувством юмора или это обстановка на вас так влияет?

— Наверное, обстановка, — вздохнул Дамреби — по правде говоря, с облегчением. Дагратдера не разозлила его наглость — уже хорошо.

— Да, я заходил в вашу башню. Намерены потребовать ответа — с какой целью? — вампир поднял бровь — пожалуй, вызывающе.

— Нет, конечно же! Это абсолютно не мое дело. Но если позволите — еще один вопрос…

— Позволяю.

— Ваше величество, если можете, припомните, пожалуйста, видели ли вы там мою супругу.

— Понятия не имею, как она выглядит.

— Ну… какую-нибудь женщину вы там встречали? Других здесь, собственно говоря, и нет.

— Видел ли я сегодня в башне женщину?.. — бордгирец задумался — довольно надолго. — Нет, виконт — женщины я не помню. А даже пребывай я в состоянии глубокой задумчивости, подсознание не могло бы не отметить пребывание на заставе особы женского пола — как факт, согласитесь, крайне необычный.

— Благодарю, ваше величество, — мертвым голосом произнес Дамреби. — Прошу прощения, что отнял у вас время.

— Да, в общем-то, не сказать, чтобы я был слишком занят… — усмехнулся Дагратдер.

Сгорбившись под грузом подтвердившихся подозрений, словно девяностолетний старик, Дамреби понуро побрел прочь.

— Виконт, погодите, — окликнул его вампир. — У меня тоже имеется один вопрос к вам. — Дамреби медленно развернулся, отрешенно уставившись на Дагратдера. — Но, пожалуй, не хотелось бы обсуждать это в коридоре. Входите, — Дверь медленно распахнулась — сама по себе.

Дамреби без возражений шагнул в темноту с видом обреченного на казнь. Нет, страха перед логовом вампиров не было — он и так был уже фактически мертв. Во всяком случае, душа его умерла, когда бордгирец сказал, что не встречал в башне Итель. А тело… Есть ли смысл в жизни тела при угасшей душе?

Вампир вошел следом, факел за их спинами потух, но темнота не наступила — казалось, что вдруг засветились сами стены. Природу этого свечения Дамреби не понимал, но ему было все равно — и любопытство, и способность удивляться тоже умерли.

Дагратдер привел его в одну из казарменных спален, ныне, по всей видимости, служившей апартаментами королю Бордгира. Обстановочка здесь была, прямо так скажем, не королевская — что люди оставили вампирам, тем кровопийцы и пользовались. А уж на повторные визиты повелителя Бордгира вовсе никто не рассчитывал.

— Располагайтесь, — Дагратдер указал на три кресла, стоявшие возле растопленной печи. Дамреби устало опустился в ближайшее к нему. — Вина?

— Нет. Да… Пожалуй.

Вампир извлек из затрапезного шкафчика бутылку и… две деревянные кружки.

— Бокалов у нас тут не водится, — улыбнулся он, разливая темно-рубиновый напиток.

— Ну, я как-то не предполагал… — смутился командир заставы. — Надо было… то есть, надо будет… — он поспешно пригубил вино, понимая, что все равно мямлит какую-то околесицу.

— Признателен за заботу, — усмехнулся вампир, устраиваясь в кресле напротив.

Дамреби отпил еще пару глотков. Вино оказалось превосходным и с абсолютно незнакомым ему букетом.

— О чем вы хотели спросить? — он предпочел бы поскорее покончить со всякими разговорами. Забиться в какую-нибудь нору… и там тихо умереть. Но, к сожалению, он командир заставы.

— Виконт, скажите, вы надеялись услышать от меня, что я видел вашу жену?

— Ваше величество, мне бы не хотелось продолжать эту тему. Да и значения это уже никакого не имеет…

— Как знать. Насколько я мог видеть, мой ответ вас убил.

— Ваше величество, вы именно об этом… не хотели говорить в коридоре? — Дамреби не имел ни малейшего желания обсуждать с вампиром личную жизнь, и попытки того соваться не в свое дело уже начинали основательно раздражать.

— Нет. Мой вопрос к вам абсолютно из другой сферы. Но я, не желая того, выбил вас из колеи, и говорить с вами по делу в таком состоянии не вижу смысла. А значит, солгал я уж вовсе напрасно.

— Солгали?! — взвился Дамреби, вскакивая с кресла.

— Желаете вызвать меня на поединок? — вампир даже бровью не повел, оставаясь все в той же вальяжной позе.

— К моему великому сожалению, это невозможно, — процедил виконт. — И вы этим постоянно пользуетесь.

— Почему бы и не использовать преимущество, если уж таковое имеет место. А постоянно хватаясь за меч, добьешься немногого.

— Да, без чести жить, наверное, легче…

— Честь? Я признаюсь вам, что солгал — вы тут же загораетесь желанием убить меня. Ну и у кого из нас больше чести?

— Зачем вы солгали? — устало спросил Дамреби, садясь обратно в кресло. В полемику с Дагратдером лучше не вступать — как он уже мог убедиться, занятие это изначально проигрышное.

— Не люблю влезать в ситуацию, когда не понимаю ее до конца. Посему предпочел и не влезать. Ведь скажи я, что видел вашу жену — вы бы спросили, что я видел.

— Вы удивитесь, — горько усмехнулся Дамреби, — но я бы вполне удовлетворился просто утвердительным ответом на свой вопрос. Однако теперь, конечно же, задам и следующий.

— Хотите знать правду?

С мгновение он помедлил.

— Да.

— Ваше право. Да, она вам изменила.

— Значит, вы видели их… — у Дамреби перехватило горло.

— Не их. Ее.

— Ее одну? Тогда откуда же такая уверенность? — опешил виконт.

— Если она не занималась сексом с вами — а судя по вашим подозрениям, это очевидно — значит, занималась ею с кем-то еще. Непосредственно постфактум это очень легко заметить.

Дамреби отвел взгляд в сторону.

— Можно еще вина? — Вампир наполнил его кружку до краев, и виконт залпом ополовинил ее. — Что ж, легче мне явно не стало, но, по крайней мере, покончено с неопределенностью.

— А вот тут вы ошибаетесь. Я еще не рассказал всего. Когда я увидел вашу жену, по щекам у нее текли слезы — из чего несложно сделать вывод, что радости ей случившееся явно не доставило.

— Слезы? — Дамреби был, как минимум, удивлен. — Исходя из того, как они ворковали — а это я слышал собственными ушами, через стену — о насилии там точно речи не шло. Может быть, это были слезы раскаяния?

— Раскаяние? Хм… спустя всего несколько минут после любовных утех?! Что-то уж больно быстро. Да и напоминала она больше тигрицу, загнанную в угол, нежели кающуюся грешницу.

— К чему вы клоните, ваше величество? — соображать Дамреби уже вовсе не был способен.

— Если насилия и не было, то принуждение имело место наверняка.

— Принуждение?! — Дамреби аж подскочил в кресле. — Это, интересно, каким же образом проклятый щенок мог принудить мою жену?!

— А щенок у нас кто? — поинтересовался вампир.

— Томберген. Гвардеец Лорго. Он был с нами на берегу. Не знаю, обратили ли вы на него внимание.

— Я там на всех обратил внимание, — усмехнулся король. — Который из них?

— Ну… молоденький красавчик с дурацкими усиками.

— Помню. Ему же лет восемнадцать от силы! Действительно занятно, что за власть он может иметь над вашей супругой…

— Итель сказала, что он… не припомню точно, но какой-то родственник ее подруги детства.

— Ну тогда наиболее логичным мне кажется предположение о том, что он знает некую тайну вашей жены.

— И ради сохранения тайны она готова лебезить перед гаденышем и даже спать с ним?! — Дамреби почувствовал, как в нем вскипает ярость.

— Иногда ради тайны идут еще и не на такое.

— Я с него шкуру спущу! — прорычал он.

— Дело ваше. Но только после того, как мы закончим разговор. Да и неизвестно, чем закончится ваша дуэль… — вампир иронично усмехнулся, и блеснули его клыки.

«Последней фразы мог бы, между прочим, и не говорить. Вот хладнокровная тварь! А ведь еще несколько мгновений назад в его поведении виделось почти участие».

— Задавайте ваш вопрос, — хмуро выдавил из себя Дамреби.

— Он касается нападения на берегу. Та бестия… Насколько она походила на предыдущих?

— Вы имеете в виду — внешне?

— Скорее, нет. Но давайте начнем с внешнего облика.

— Да, такие уже были среди нападавших на заставу… Только я, честно говоря, не очень понял, что означает ваше «скорее, нет».

— Меня интересует сходство или различия в поведении… ну, и какие-то ваши субъективные ощущения.

— Знаете, я, пожалуй, вовсе не могу отметить каких-либо отличий. На мой субъективный взгляд — все та же безумная жажда крови.

— Плохо, — нахмурился вампир.

— Плохо, что все они настолько сильны и живучи? — осторожно уточнил Дамреби, надеясь вытянуть из бордгирца хоть что-то о его собственных наблюдениях.

— И это тоже. Но вообще-то я не о том.

— Может быть, поделитесь своими тревогами с командиром заставы? — пошел он напролом, видя, что сам вампир рассказывать не расположен. — Как-никак мне держать оборону этой зимой, и если наши цели действительно совпадают…

— Хорошо, поделюсь. Но только если вы дадите слово, что все сказанное мной пока останется между нами.

— Почему вы не хотите…

— Даете слово?

— Ну, хорошо — даю, — вздохнул Дамреби. Держать что-то в секрете от командования, тем более, когда и маршал, и король находятся здесь, он, вообще-то, попросту не имел права. Но ведь начни виконт спорить с бордгирцем — тот вовсе ничего не скажет и ему.

— Эта тварь… как вы сами видели, я столкнулся с ней достаточно тесно… Однако так и не смог понять, что она такое. Это не просто неизвестный вид хищника… это вообще не животное в привычном смысле этого слова.

— Хотите сказать, что твари разумны? — ужаснулся Дамреби.

— Нет, этого я тоже не скажу. Но они — нечто абсолютно новое и неведомое нам.

— В чем же заключается это новое?

— Сложно объяснить это человеку, к тому же не магу. Ладно, попробую так — любого известного зверя, повторяю — любого, я бы остановил за секунду. Да и умертвить — тоже не проблема. А с этой тварью пришлось повозиться!

— Что значит — остановили бы? — поинтересовался виконт.

— Ну, например, заставил бы упасть и заснуть.

— Выходит, она сопротивлялась внушению?

— Я не стал бы называть это внушением, да и сопротивления тоже вроде не заметил. Дело в том, что очень сложно нащупать и удержать нить воздействия. А хуже всего другое — даже сумев уже расправиться с одной, я вовсе не уверен, что со следующей будет легче. Хотя когда-нибудь, с опытом, сноровка наверняка придет. Должна, во всяком случае, прийти.

— Откуда же появляется этот кошмар?.. — простонал Дамреби.

— Знаете, виконт, меня, признаться, больше интересует иной аспект — что его породило? Это же ходячая жажда убийства! Насколько я понимаю, твари нападают отнюдь не ради утоления голода. По крайней мере, не только, чтобы набить брюхо. Уверен, они будут грызть и рвать до тех пор, пока не прикончат всех, кого способны почуять… и лишь тогда примутся за трапезу.

Дамреби молчал, придавленный жуткими перспективами. Если твари не просто нашли дорожку с какого-то своего острова, где до недавних пор жили в неведении, что существуют другие земли… если вампир прав, и что-то в мире пошло не так, в результате чего и появился этот новый вид… от заставы, в конце концов, толку будет не много. Даже стена, выстроенная поперек всего Рога не поможет, — твари с тем же успехом могут появиться на Альтеране и в любом другом месте.

— Жаль, что труп монстра сгинул в пучине, — задумчиво добавил Дагратдер. — Изучить его явно бы не мешало.

— Зимой у вас точно будет такая возможность, — буркнул виконт. — Откуда же они все-таки взялись? Гнев богов?.. А может, они порождения самой Тени?

Вампир усмехнулся.

— Мы, по глубочайшему убеждению церковников, тоже порождения Тени. Но что-то твари никак не кажутся мне братьями.

— Насколько я понимаю, вы, ваше величество, относитесь к постулатам нашей религии весьма скептически.

— И не только вашей, — заверил его Дагратдер.

— И даже твари не поколебали вашего неверия?

— А вы, стало быть, решили, что кровожадные монстры прутся сюда прямиком из Тени? — тон вампира был откровенно ироничным.

— Я не знаю, откуда они прутся, а потому не исключаю любой возможности.

— Даже если на минуточку допустить верность ваших верований, извините, но зубастые паразиты слишком уж материальны, чтобы явиться сюда из нематериального мира.

— Нам не дано знать, что такое Тень на самом деле…

— Поэтому не станем тратить время на мифические теории. А впрочем, думайте, как вам заблагорассудится — главное, чтобы вместо солдат сюда не прислали легион священников.

— Опасаетесь, как бы помимо изгнания тварей, они не принялись изгонять и вас? — Дамреби язвительно улыбнулся. Может быть, предполагая именно такой ход развития событий, Дагратдер и не хотел делиться своими наблюдениями с Лорго?

Вампир откровенно расхохотался в ответ.

— Вы это серьезно? — выдавил он сквозь смех. — Как вы думаете, почему же тогда они не избавили от нас мир до сих пор?! Нет, я абсолютно ничего не имею против священников как закуски для тварей… и даже не стану мешать зубастикам трапезничать. Но в качестве подспорья хотелось бы видеть здесь воинов — ибо, как я уже говорил, не верю в сытое благодушие монстров. Ладно, виконт, идите. И постарайтесь не оставить свою жизнь на острие меча того гвардейца… как там его? А, Томбергена.

Это пожелание удачи или что? Дамреби поднялся с кресла.

Дагратдер проводил его — даже не просто до двери, а до самого выхода из темного крыла. Странно, что он не призвал для этой цели кого-то из своих подданных… ну да кто ж этих вампиров разберет.