Глава 51

Проводив королевский кортеж из ворот заставы, Дамреби вернулся в донжон. Однако к себе поднялся не сразу — задержался внизу с занимавшимся ревизией склада комендантом.

Когда зашел в покои, Итель стояла у окна. Он тихо приблизился, обнял сзади. Супруга вздрогнула всем телом — напряженная, словно представляла собой сплошной комок нервов. А затем порывисто развернулась, уткнулась лицом ему в плечо и вдруг разрыдалась.

— Что с тобой? — испугался Дамреби. — Что случилось? Лорго уехал, в очередной раз восстановив меня на посту командира заставы. Даже Дагратдер вот-вот улетит.

— Уже улетел, — всхлипнула Итель.

— Тем более. Что тогда-то? — продолжил допытываться виконт.

— Ничего, Кирт. Не обращай внимания. Я просто устала, дико устала! — супруга разрыдалась сильней.

— Устала от чего? — опешил Дамреби. Правда, он и сам уже второй день замечал, что жена плохо выглядит, а сегодня у нее и вовсе был какой-то измочаленный вид. И глаза отчего-то красные. Вот только из-за отъезда Лорго уделить внимание супруге было все недосуг. — Очевидно, тебе не следовало взваливать на себя часть моей работы, — повинился он. — Все, больше никаких счетов и учетных книг!

— Да нет же, дело вовсе не в этом! — сквозь слезы возразила она. — Я бояться устала! — вдруг выкрикнула в отчаянии.

— Бояться чего? — Дамреби окончательно перестал что-либо понимать.

— За твою жизнь! Что тебя убьют! — продолжала она кричать. — Что они не уедут, и тогда…

Кажется, у нее истерика.

Впервые за столько месяцев. В последнее время, если не считать момента его ареста, Итель была почти образцом выдержки. И вдруг сейчас…

Виконт совершенно растерялся. Чем ее сегодня-то вампиры так запугали? Вроде вполне мило беседовали не далее как несколько часов назад — Дамреби, когда увидел ее возле бордгирской казармы, чуть на месте не рухнул. Хотел подойти, но тут его позвал Лорго.

— Ты боялась, что Дагратдер не улетит? — он взял жену за плечи и легонько встряхнул. — Что он хотел от тебя этим утром?

— Это не он! — замотала Итель головой. — Это я… Я умоляла его не улетать, пока Солси с Лорго не уехали!

— Ты?! — виконт едва напрочь не лишился дара речи. — Вдруг перестала бояться вампиров и…

— Нет, — она снова мотнула головой, — вампиров я по-прежнему боюсь. Чуть не умерла со страху, пока у казармы их торчала! Но другого выхода я не видела. Это был единственный шанс сохранить тебе жизнь! Солси только при Дагратдере не решился бы…

— Так, стоп, давай-ка по порядку! — Дамреби уже совершенно перестал понимать что-либо. А попутно у него закрадывались все более и более нехорошие подозрения. — При чем здесь моя жизнь и Солси?

Итель опять уткнулась лицом ему в грудь и безутешно разрыдалась:

— Кирт, прости меня, пожалуйста! Умоляю!

— Простить — за что? — ледяные когти страшного предчувствия безжалостно деранули в груди. Неужели она и старый маршал?.. Из легких разом вышибло весь воздух. — Ты что… спала с Солси?! — он не узнал собственного голоса.

Итель едва заметно кивнула.

Дамреби отшатнулся, отступая на несколько шагов.

Она осталась стоять где стояла. Только словно бы из нее выдернули стержень. Плечи безвольно поникли. Ее пошатывало, по щекам текли слезы.

— Кирт, пойми, у меня не было выхода. Солси не оставил бы тебя в живых! Если бы он только понял, что я с тобой, не просто потому что меня выдали за тебя, что ты мне дорог, он бы тебя казнил или запытал бы до смерти!

Дамреби казалось, что с каждым ее словом ему в грудь вгоняют по кинжалу. Итель! Его Итель! С этим старым извращенцем! В голове словно бил огромный колокол. Мысли путались, а перед глазами то и дело темнело. Ужас и неверие. Отвращение и боль. Все смешалось в немыслимый коктейль, в яд, который не переварить, не вынести…

— Кирт, ты даже не представляешь… насколько это страшный… человек! — прорыдала она и рухнула на пол как подкошенная. — Только не бросай меня, умоляю! Я люблю тебя!

Изломанная кукла на ковре — этого виконт уже не выдержал. Кинулся к ней, поднял и усадил на диван, сам опустился рядом.

— Почему ты не сказала мне, что он пристает к тебе?! — этот укор — единственное, что Дамреби вообще был способен сейчас вымолвить.

— Сказать тебе? — Итель повернулась, распахнув заплаканные глаза. — А что ты мог бы сделать, кроме того как натворить глупостей? Что ты в состоянии противопоставить маршалу?

— Не знаю, — прорычал виконт, стискивая кулаки. — Вызвал бы на дуэль!

— Вот-вот, — рвано то ли вздохнула, то ли всхлипнула Итель. — Чем и подписал бы себе смертный приговор. — Она положила ладонь на его запястье: — Я надеялась, что он уедет, и все это забудется как страшный сон. Главное, чтобы у тебя было все в порядке, а я уж как-нибудь переживу несколько раз в его постели. Но вчера вечером эта сволочь потребовала, чтобы я поехала с ним!

— Что?! Моя жена — с ним?! — Дамреби снова яростно сжал кулаки. От гнева темнело в глазах. А еще больше от бессилия. Он ведь действительно ничего не может против маршала! Разве что убить мерзавца. Но что после его казни будет с Итель — с женой преступника, у которого, без сомнений, конфискуют все средства, все имущество?

— Да, — горько усмехнувшись, подтвердила Итель, что он все понял верно. — А когда я попыталась указать на это обстоятельство, Солси заявил, что если меня здесь что-то держит, он быстренько избавит меня от лишних привязанностей. Мне стало ясно, что сколько я ни пыталась скрывать это, гад все-таки понял — ты для меня гораздо больше, чем просто муж, на чьи средства я существую.

— А раньше, значит, думал именно так? — уточнил Дамреби, стараясь не обращать внимания на то, как что-то рвется в груди.

— Да. Я все для этого сделала, — честно ответила Итель. — Убеждала, как могла, что в тебе меня интересуют только деньги!

— Можно подумать, у меня их так уж много, — криво ухмыльнулся виконт.

— Ну, у меня-то и того нет, — напомнила Итель. — Я ж бесприданница, если еще не забыл. Поэтому до вчерашнего вечера Солси верил. Не знаю, чем я выдала себя вчера. Наверное, аргументы в пользу моего дальнейшего пребывания на заставе прозвучали слишком неубедительно. И он просто взбесился! Сказал, что убедит Лорго остаться здесь еще на неделю, а уж за это время изобретет десяток способов избавиться от тебя. А когда ты утром поведал, что Дагратдер сегодня улетает, у меня чуть сердце не разорвалось! Ведь король вампиров — единственный, с кем Солси не рискует вступать в открытую конфронтацию. Вот я в отчаянии и кинулась к нему умолять, чтобы защитил тебя.

— Но с чего ты решила, что Дагратдер станет это делать? — удивился Дамреби.

Итель пожала плечами:

— Во-первых, он ведь уже дважды помогал тебе, а во-вторых, больше мне все равно не на кого было надеяться.

— И что же ты ему сказала?

— Что Солси желает твоей смерти.

— Он спросил — почему?

— Нет. Очевидно, и сам догадался.

Конечно, догадался, с горечью констатировал про себя Дамреби. Тут только дурак не догадается. Прекрасно! Про Томбергена Дагратдер уж знал, теперь еще и это. От такого позора хотелось удавиться!

— В общем, он обещал помочь, — тем временем продолжала Итель. Кажется, углубившись в свои невеселые мысли, Дамреби что-то пропустил. — Не знаю, что именно сделал Дагратдер, только после его визита в донжон от страха затрясло уже Солси. Он передумал советовать Лорго задержаться здесь, напротив, стал даже торопить его с отъездом.

— Интересно, что же такого сказал маршалу Дагратдер? — задумался вслух виконт.

— Понятия не имею. Хоть и пыталась подслушать, — честно призналась Итель. — Главное, что Солси наконец убрался отсюда и не вернется в ближайшее время.

— Но он может когда угодно вызвать меня в Ласиду и расправиться со мной там, — заметил Дамреби.

— Нет, до весны теперь уже вряд ли, — возразила супруга.

— Кто стрелял в Лорго? — спросил виконт. Почему-то сейчас подумалось, что ей это известно.

Однако вздрогнув от вопроса, Итель замотала головой:

— Не знаю.

— Солси?! — вопросил он уже напрямую.

Ее откровенно затрясло.

— Нет! Не знаю! — почти прокричала она. — И тебя умоляю, не лезь в это! Оставь политику сильным мира! Тебя ее жерновами перемелет в момент!

— Это не политика, а убийство человека, — возразил ей супруг.

— Если на улице прирезали булочника или муж задушил жену — это убийство, а когда стреляют в короля — тут уже четко политика! — стояла на своем Итель.

— Неважно. Лорго тоже живой человек и смерти не заслужил!

— Кирт, если кто-то нацелился избавиться от Лорго, ты их не остановишь, — продолжала увещевать супруга. — Ты же понимаешь, что одиночки королей не убивают. За врагом Лорго наверняка стоит немалая сила.

Да, вероятней всего, Итель права на все двести процентов. Только сердцем принять ее логику Дамреби никак не мог. Нельзя закрываться в раковине и считать, что все за ее пределами — не твое дело! Иначе мир просто скатится в бездну!

Но тут супруга зашла с другой стороны:

— У тебя есть застава — единственный заслон на пути жутких кровожадных тварей. Если ты сложишь голову в попытках искать убийцу, покушавшегося на Лорго — что станет с заставой? Кто остановит тварей?! А ведь если их поток хлынет на континент…

— Да, ты права — скрепя сердце признал виконт. — Мой долг — любой ценой защитить Альтеран от тварей.

Итель погладила его по руке.

— Даже ценой присутствия здесь вампиров, — горько усмехнулась она. — Кстати, вроде бы Дагратдер планировал увеличить численность своего гарнизона?

— Именно так, — подтвердил Дамреби.

— Наверное, оно и к лучшему. — Итель посмотрела в окно, за которым опять кружил снег. — А вот если твари нападут сейчас — на заставе осталось всего пять вампиров, — заметила она со вздохом.

— Пять? — удивился виконт. — Сопровождать Дагратдера улетела целая половина дозора?

— Нет, с ним отправились только двое, — подкорректировала сведения Итель. — Еще трое, кажется, полетели вслед за Лорго.

— Думаешь, Дагратдер отрядил их охранять Лорго на случай появления тварей? — уточнил виконт.

— Охранять от тварей… И чтобы не пристрелили по дороге ненароком. По-моему, Дагратдер вовсе не уверен, что Солси казнил всех заговорщиков.

— Или хотя бы одного из них, — зло добавил командир заставы.

— Кирт, так ты простишь меня? — Итель умоляюще посмотрела ему в глаза.

Боль снова полоснула раскаленным клинком.

— Ну а что все-таки у тебя было с Томбергеном? — уж надо бы и этот момент прояснить наконец!

Итель опустила глаза и вымолвила еле слышно:

— Он знал про Солси.

Дамреби словно получил удар под дых:

— Когда же это началось и как долго длилось?!

Ему казалось, что мир вот-вот рассыплется на части, на бессмысленные осколки.

— Кирт, я не любила тебя, когда приняла твое предложение, — пролепетала она. — Но за кого-то нужно было выхолить. И потом тоже… чувство к тебе возникло не сразу…

Выходит, она давно изменяла ему. А он, тупой слепец, ничего не замечал! В груди болело так, что трудно было дышать. Впрочем, даже странно, что все еще больно — во всем остальном ему казалось, что он уже умер.

— А вот когда мы поругались, и я чуть не уехала с заставы… — продолжала супруга откровения, пользуясь тем, что он не в состоянии вымолвить ни звука. — В тот самый момент и осознала по-настоящему, что люблю тебя. Что, кроме тебя, мне не нужен никто! Осознала, какой была дурой, что не ценила тебя, и решила, что отныне все будет по-другому. Что в корне изменю свое поведение, перестану быть бесполезной бабочкой, лишь мотающей тебе нервы. И знаешь, как ни удивительно, перемены в жизни мне и самой понравились, — она улыбнулась чему-то своему. В глазах вспыхнул внутренний свет. Но тут же в них вернулся страх: — Кирт, я не смогу без тебя!

Но у него в голове упорно стучало: Итель изменяла ему с самого начала! И вдруг мелькнуло озарение, что кое-что не сходится.

— Но ты же была девственницей, — вспомнил виконт.

— Магией много чего можно заживить… — усмехнулась Итель и снова, в который уже раз, взяла его за руку. Кончиками пальцев другой провела по щеке: — Кирт, умоляю, прости. Без тебя в моей жизни не будет смысла.

И все-таки, как бы ни было больно, он чувствовал, что тоже не в состоянии отказаться от ее прикосновений, от ее тепла, света безумно любимых зеленых глаз, сладких губ… а главное, от всего, что было между ними в последнее время.21b4bc

Однако кое-что оставалось невыясненным.

— Ну а Томбергена-то кто убил? — вопросил Дамреби, пристально посмотрев жене в глаза.

— Клянусь, я его не убивала! — вскричала она, явно всполошившись. Даже задышала чаще в испуге. Боится, что он все еще числит убийцей гвардейца ее?

— Я знаю, — успокоил супругу виконт. — Но кто же все-таки его прирезал? Солси?

Итель пожала плечами:

— Возможно.

Неужто и парня прикончила эта старая сволочь? Ну, в принципе, в своем донесении удар, которым была убита проститутка, Дамреби описал достаточно подробно. И роста маршал, прямо так скажем, невысокого. Не гном, конечно, но на заставе однозначно ниже всех был.

— Так ты ему говорила, что Томберген тебя шантажирует? — уточнил виконт.

— Нет. Но что Томберген в курсе наших былых отношений, Солси и сам знал.

И прикончил мальчишку просто на всякий случай! Вряд ли тот додумался угрожать маршалу.

Вот же тварь! Еще и на него решил свалить вину! Дамреби до хруста стиснул правый кулак.

Но хуже всего, что Лорго сейчас рядом с ним и доверяет мерзавцу!

— Эх, Итель, если бы ты рассказала про Солси хотя бы на несколько часов раньше… — в отчаянии пробормотал виконт.

— И что бы это изменило? — возразила супруга. — Лорго бы тебе все равно не поверил, вздумай ты оговорить его воспитателя и наставника. Дагратдер поверил бы наверняка, только Лорго не послушал бы и его. А вот тебя от мести Солси не спасло бы уже ничто! — она успокаивающе погладила мужа по руке — мол, все в руках богов, а от ее откровений лучше уж точно никому не стало бы.

— Почему ты вообще решила вдруг сознаться в изменах? — устало спросил Дамреби. Сам он ответа на этот вопрос не находил. Ведь она столько лет успешно лгала, и вдруг сейчас — когда даже Солси уехал…

Итель тяжело вздохнула и усмехнулась одними краешками губ:

— Из-за Дагратдера. Не с его проницательностью надеяться, что он ни о чем не догадался. И вампир-то может в любой момент возвратиться на заставу. А если бы ты услышал о Солси от него — шансов вернуть твое доверие у меня бы уже не было!

— Жалеешь, что обратилась к нему? — спросил виконт, сам не зная зачем. Наверное, просто хотелось увести разговор в сторону какой-то отвлеченной темы.

— Нет, — не раздумывая, ответила Итель. — Он же помог! Не приведи Хозяин Тени иметь Дагратдера в противниках, однако к тебе он определенно относится с симпатией.

— Как же ты все-таки решилась? — этот вопрос тоже упорно не давал покоя. — Ведь так панически боялась вампиров, и вдруг ринулась прямо в их логово — да не абы к кому, а к самому королю!

— В тот момент у меня остался лишь один-единственный страх — за твою жизнь, — воскликнула Итель. Дамреби показалось, что в этот момент в ее глазах вновь вспыхнула та самая непоколебимая решимость, с которой она утром и помчалась к вампирам. — Не веришь?

Виконт коснулся пальцами ее щеки.

— Верю, Итель, верю… — произнес, пересиливая новый приступ невыносимой боли в груди. — Но мне нужно время, чтобы переварить все новости.

— Да, конечно. Я понимаю, — в ее глазах тоже плескалась боль. Океан боли.

Не выдержав, Дамреби вскочил с дивана и поспешно покинул покои.